WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

«Н. Н. Мельников УДК 94(47).084.6/.084.8:623.438.32 МИФ УСПЕХА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ: ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ СОВЕТСКОГО ТАНКОСТРОЕНИЯ В 1929–1945 ГОДАХ1 В результате ...»

325

Н. Н. Мельников. Миф успеха индустриализации

Н. Н. Мельников

УДК 94(47).084.6/.084.8:623.438.32

МИФ УСПЕХА ИНДУСТРИАЛИЗАЦИИ:

ОСНОВНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СТАНОВЛЕНИЯ

И РАЗВИТИЯ СОВЕТСКОГО ТАНКОСТРОЕНИЯ

В 1929–1945 ГОДАХ1

В результате деятельности серии «закупочных комиссий», организованных советским руководством на рубеже 1920–1930-х гг., на вооружении Красной армии появились современные образцы бронетехники, производство которых стало стремительно наращиваться на отечественных заводах. В силу ограниченности индустриального и кадрового потенциала страны советскому руководству так и не удалось успешно реализовать собственную танкостроительную программу вплоть до конца Великой Отечественной войны. При постоянно растущем объеме производства его качество оставалось неоправданно низким. Закрытие архивных документов для свободного научного анализа и мифологизация исторической памяти создали в СССР ситуацию, когда обобщение и изучение негативного опыта оказалось невозможным. Это в свою очередь привело к появлению иллюзии успеха «сталинской» индустриализации и завышению ее значимости для итогов Великой Отечественной войны .

К л ючевые с лова: экономика, война, танкостроение, серийное производство, танки, двигатели .

Советский период отечественной историографии развивался в условиях жесткого идеологического диктата и закрытости основных архивных материалов для исследователей .

С одной стороны, это не позволяло исследователям развернуть по-настоящему глубокое научное изучение сталинской модели индустриализации и промышленного развития в военные годы, а с другой – привело к формированию устойчивого мифа, во многом (если не во всем) преувеличивающего достижения советских конструкторов и военной индустрии. К началу 1960-х гг. в целом сложился историографический канон, который впоследствии воспроизводился до начала 1990-х гг., а во многом продолжает существовать до сих пор .

В течение 1920-х гг. еще молодая советская власть совершила несколько попыток организовать собственную танковую промышленСтатья подготовлена в рамках гранта РФФИ № 16-01-00308 ОГН-А «Кампания по борьбе с вредительством в военной промышленности по документам Архива Президента Российской Федерации» .

© Мельников Н. Н., 2018 326 Раздел 5. Советская экономика: рационализация утопии ность. Однако успешному развитию этого процесса помешали ограниченные возможности отечественной промышленности и потенциала корпуса инженерно-технических работников, который к тому же был ослаблен волной политических репрессий .

С конца 1929 г. советское руководство организовало и отправило в Европу и Соединенные Штаты несколько закупочных комиссий, которые должны были отобрать и закупить необходимое количество документации и готовых образцов бронетехники. В итоге было совершено несколько поездок под руководством И. А. Халепского, С. А. Гинзбурга и других. Результатом этих путешествий стал процесс разработки и принятия на вооружение новых моделей советских танков. В течение 1931–1933 гг. советская промышленность начала освоение серийного производства нескольких видов броневых машин, частично или полностью основанных на импортных образцах .

Осенью 1932 г. были подведены первые итоги развития танковой промышленности. В Советском Союзе действовало два основных завода, производивших танки: Харьковский паровозостроительный завод № 183 (ХПЗ) и Ленинградский завод им .





Ворошилова, уровень производства на которых был в разы ниже запланированного. Серьезный провал в освоении сборки танков к концу года невольно позволил нивелировать недостатки бронепроизводства. Металлургические заводы осваивали выпуск брони и продолжали работать значительно ниже установленных планов: на 1 сентября 1932 г. броневая программа была выполнена Ижорским заводом на 38 %, Мариупольским – на 25 %. В течение года металлургические предприятия вынуждены были изменить тип брони, который давал «почти 100-процентный брак». Но проблема качества не была решена. В середине 1933 г. брак по броневым частям танковых корпусов был на уровне 45–50 % [Становление оборонно-промышленного комплекса СССР, 2011, с. 137–138] .

Вместе с проблемой организации броневого и корпусного производства остро стоял вопрос обеспечения выпуска двигателей для танка БТ. Его быстроходность должна была обеспечиваться мощным 400-сильным мотором. В 1932 г. план выпуска БТ обеспечивался американскими «Либерти» и его советскими аналогами. В перспективе танк должен был получить разрабатываемый специально для него дизель-мотор, но такого двигателя еще не было2. Следовательно, для танков БТ не была создана моторная база .

Советская промышленность не могла наладить производство собственных подшипников и электрооборудования в объемах, способных удовлетворить возрастающие потребности танковых заводов .

Такой двигатель будет принят на вооружение только в 1939 г. под маркой В-2, когда уже встанет вопрос о снятии с производства танка БТ .

Н. Н. Мельников. Миф успеха индустриализации Действующие заводы могли обеспечить только 10–15 % потребности танкового производства. Остальной объем страна вынуждена была закупать за границей. Точно так же, в основном за счет импорта, решался вопрос поставок электрооборудования: стартеров, генераторов и электромоторов для вращения танковых башен, вентиляторов, стробоскопов и прочего [Становление оборонно-промышленного комплекса СССР, 2008, с. 719–721] .

В течение 1934 г. для установки в быстроходный танк дорабатывали другой авиационный мотор – М-17. Ко всему прочему необходимо было добавить проблемы с другими узлами и агрегатами. Комплектующие, содержащие резинотехнические элементы, не поставлялись как минимум до конца 1934 г. Следовательно, ленинградский и московский заводы вынуждены были обходиться своими силами в изготовлении этих деталей. До октября 1934 г., больше чем через три года серийного производства, так и не были определены постоянные производители радиаторов для танков. [Там же, с. 308–322] .

Следовательно, с конца 1920-х гг. положение принципиально не изменилось. Советское руководство прилагало значительные усилия для организации сборочного и отчасти броневого производства. Но вопрос обеспечения танкостроительных заводов двигателями, подшипниками, электрооборудованием и прочими комплектующими приходилось решать в значительной степени за счет импорта! Во многом зависимость от импорта сохранилась и в 1934 г., хотя и значительно ослабла .

Колесно-гусеничный движитель всерьез заинтересовал руководство РККА еще в конце 1920-х гг., когда готовились советские закупочные комиссии [Там же, с. 389–390]. В течение 1930-х гг. советские конструкторы вынуждены были работать над применением такого движителя для всех серийных танков. Основным аргументом стало то, что «гусеничные тяжелые машины не могут выдержать продолжительных скоростных пробегов [до 1 тыс. км] вследствие износа гусениц и разрыва [их] отдельных звеньев» [Становление оборонно-промышленного комплекса СССР, 2011, с. 424–425]. Поэтому в течение второй пятилетки были разработаны и даже приняты на вооружение колесно-гусеничные модели Т-46 и Т-29, которые должны были заменить серийные общевойсковые танки Т-26 и танки качественного усиления Т-28 соответственно .

Неизбежный итог такой политики – низкое качество техники и срывы планов по ее выпуску. К концу второй пятилетки танки Т-28, выпускаемые на Кировском заводе, как правило, не выдерживали более 1–1,3 тыс. км пробега. В похожем состоянии находились производства всех серийных советских танков. Соседний ленинградский завод им. Ворошилова «за 5 месяцев 1937 г. сдал лишь 17 танков Т-26.. .

328 Раздел 5. Советская экономика: рационализация утопии В результате выполнение программы 1937 г. по выпуску 600 танков Т-26 и 100 танков Т-46 находится под угрозой срыва… НКО только в конце 1936 г. предъявил заводу требования дать гарантию работы мотора [Т-26] 100 час. на стенде и 200 час. в танке. Однако ни один двигатель, подвергнутый в январе–феврале месяцах 1937 г. длительным испытаниям, не дал гарантийного срока работы… ХПЗ топчется на месте с производством Т-35 и БТ-7, а завод № 37 [НКСМ] до сих пор не дал боеспособной разведывательной машины на смену танку Т-37»

[Там же, с. 678–680]. Объемы брака были огромны: в апреле 1934 г .

по картеру двигателя танка Т-26 они доходили до 60 %, по поршням двигателя – до 55 % [Там же, с. 234] .

Итогом развития танковой промышленности СССР к началу третьей пятилетки стала ставка на преимущественное внимание к сборочному производству в ущерб всем остальным отраслям танкостроения и смежных предприятий. В годы первых двух пятилеток такой подход стал причиной тотального дефицита поставок танковым предприятиям вооружений, броневых корпусов, двигателей, шарикоподшипников и прочего оборудования при низком качестве сборочного производства. На следующем этапе эта проблема была во многом нивелирована .

В целом поставка узлов, агрегатов и отдельных деталей была налажена, в 1938 и 1939 гг. план производства танков и танковых моторов в основном выполнялся и даже перевыполнялся [Оборонно-промышленный комплекс СССР, с. 502–503]. Правда, происходило это главным образом за счет сохранения недоделок предыдущего периода .

В 1939 г. на вооружение были приняты принципиально новые образцы бронетехники, которые в значительной части конструкционных решений определили развитие мирового танкостроения на годы вперед: легкий плавающий танк Т-40, средний танк Т-34, тяжелый танк КВ. В течение 1940 г. был в целом доработан прототип легкого танка сопровождения пехоты Т-50. Наконец был разработан танковый дизельный двигатель В-2 мощностью в 500 л. с .

В декабре 1940 г. Комитет обороны подвел итоги развития танкостроения. С одной стороны, все заводы стремительно наращивали выпуск бронетехники: ленинградский Кировский завод – КВ, № 183 – Т-34, № 75 НКСМ – двигатели серии В-2, № 37 – Т-40, ленинградский № 174 НКСМ готовился к началу серийного выпуска Т-50. С другой стороны, в их серийной продукции проявилось слишком много общих негативных черт: гусеничные траки новых машин по-прежнему жили недолго; многие агрегаты и элементы разрушались при пробеге до 1,5 тыс. км; неудовлетворительным оставалось качество шарикоподшипников и шестерен, коробки перемены передач, работа воздухоочистителей и пр. [Там же, с. 697–701] .

Н. Н. Мельников. Миф успеха индустриализации Наверное, одним из главных провалов советских танкостроителей в 1930-х гг. стал знаменитый дизель В-2. Предполагалось, что это будет надежный и мощный мотор, потребляющий дешевое тяжелое (дизельное) топливо. В условиях серийного производства оказалось, что это крайне ненадежный, очень сложный в производстве двигатель. Для него не получилось (не успели) разработать рабочие системы фильтрации воздуха и охлаждения. Поэтому танки в реальных условиях марша, учений или боя очень быстро выходили из строя из-за поломок двигателя .

Знаменитый Т-34 стал самым массовым танком. Уже в послевоенные годы он был превращен советской историографией и художественной культурой в лучший танк Второй мировой войны. Но эта машина, помимо двигателя В-2, получила еще несколько негативных конструктивных черт. Во-первых, подвеска и трансмиссия. Изначально прототип будущего знаменитого среднего танка – А-20 – разрабатывался на основе танка БТ как колесно-гусеничная машина. Следовательно, он полностью унаследовал его подвеску – катки большого диаметра на винтовых пружинах.

Точно также Т-34 получил трансмиссию БТ:

многодисковые фрикционы сухого трения (главный и бортовые) и четырехступенчатую КПП. Но данная трансмиссия, кроме потери мощности при маневрировании, во-первых, требовала очень высоких усилий механика-водителя для совершения маневра (рычаг натягивался с усилием до 45 кг), а во-вторых, была крайне ненадежной в эксплуатации .

Во-вторых, тип брони. Научно-исследовательский институт № 48 (НИИ-48) провел большой объем опытных работ и выяснил, что лучше всего подходит гомогенная броня марки 8С высокой твердости для Т-34 и средней – для тяжелых КВ [РГАЭ, ф. 8752, оп. 7, д. 64, л. 3, 10–11]. Броня высокой твердости очень хорошо сопротивлялась снарядам при относительно небольшой толщине. Но в то же время она обладала высокой склонностью к образованию трещин. Впервые проблема проявила себя на первых серийных танках Т-34 в действующих частях в 1940 г., когда трещины стали появляться и расти в размерах буквально в течение первых нескольких часов эксплуатации танков [Оборонно-промышленный комплекс СССР, с. 786–787] .

Таким образом, в течение 1930-х гг. в СССР была создана достаточно мощная танкостроительная база. На вооружение были приняты новейшие танки, обладавшие целым набором уникальных характеристик, но полностью реализовать потенциал новых машин советской промышленности не удалось. Разработанные танки и моторы требовали концентрации основных усилий на отработке их конструкции, а заводы должны были направить все свои ресурсы на подготовку технологической цепочки производства. Вместо этого предприятия 330 Раздел 5. Советская экономика: рационализация утопии были нацелены на наращивание серийного выпуска и (или) создание новых моделей. Поэтому низкое качество серийных танков и моторов, к сожалению, было предопределено [Там же, c. 697–701]. До 1940 г .

все танкостроение концентрировалось в трех промышленных центрах: Ленинград (тяжелые танки), Москва (легкие танки) и Восточная Украина (средние танки). В 1940 г. начинаются реальные попытки запустить танковое производство в Сталинграде [Желтов, Павлов М., Павлов И., c. 23] и Челябинске [ОГАЧО, Р-792, оп. 1, д. 57, л. 59–85;

П-288, оп. 42, д. 14, л. 151]. В таких условиях танкопром встретил Великую Отечественную войну .

Успехи противника на фронте в августе–сентябре 1941 г. привели к необходимости эвакуации всех основных танкостроительных центров СССР. В конце 1941 – начале 1942 гг., после завершения эвакуационных мероприятий, Урал превратился в центр танковой промышленности страны, так как сюда были направлены основные мощности всех западных заводов, ранее занятых в танковом производстве .

По первоначальным планам ГКО, восстановление эвакуированных мощностей должно было произойти до конца 1941 г. Но реально работы продолжались и весной 1942 г. Ресурсная база, обеспечивавшая танковую промышленность, и производственные возможности танкостроения резко возросли по сравнению с серединой 1941 г., однако продолжали отставать от необходимого уровня. Общий объем выпуска танков, безусловно, вырос. Но, во-первых, он был далеко не таким, как это изначально планировало сталинское руководство .

А во-вторых, сами танки оказывались низкого качества .

Новые правила военной приемки танков были таковы, что небольшим пробегом испытывался только один танк из десяти [ГАСО, ф. Р-262, оп. 1, л. 224]. Это не могло не сказаться на надежности бронетехники. Больше трети потерь танков Т-34 в боях летом 1942 г. пришлось на поломки внутренних механизмов и агрегатов. В течение 1942 г. заводы, занятые в производстве корпуса Т-34 (сталинградский завод № 264, горьковский завод № 112, свердловский УЗТМ и нижнетагильский завод № 183) большую часть этой продукции выпускали с трещинами в броне [Ермолов, c. 205]. Все это говорит о низком качестве бронетанковой продукции восточных предприятий Наркомата танковой промышленности (НКТП) .

Во второй половине 1942 г. произошло падение темпов роста производства, связанное с необходимостью эвакуации сталинградского танкостроительного центра. Его мощности распределились между танковыми и металлургическими предприятиями на Урале, заводы которого должны были увеличить выпуск бронетехники и восполнить потерю сталинградского завода. Исключением стало производство двигателей Н. Н. Мельников. Миф успеха индустриализации В-2 СТЗ, которое переехало в Барнаул на вновь созданный дизельный завод № 77 НКТП. При получении новых заданий танковые заводы столкнулись с проблемой резкого невыполнения плановых показателей выпуска двигателей, корпусов и готовых машин. Заводы были поставлены фактически в безвыходное положение: с одной стороны, Наркомат и ГКО постоянно требовали исполнения заданий, с другой – установленная программа была им не под силу, поскольку не соответствовала производственным и кадровым возможностям заводов .

В этой ситуации ставка была сделана на модернизацию производственных процессов. В 1943 г. все танкостроение СССР стало массово применять конвейерно-поточные методы производства .

Восточные заводы Наркомата танковой промышленности в условиях тотального дефицита производственных ресурсов могли решить задачу дальнейшего развития только через модернизацию .

Параллельно с изменением технологических процессов на танковых заводах в восточных промышленных районах шло освоение выпуска специальных комплектующих для танкостроения. Так же, как и в западной части СССР в 1930-е гг., в Поволжье, на Урале и в Западной Сибири пришлось вновь создавать отдельные предприятия для изготовления специальных деталей: шарикоподшипников, резинотехнических изделий, радиаторов и много другого. Значительная часть этих производств была эвакуирована еще осенью 1941 г. Но в связи с острым дефицитом строительных ресурсов строительство большей части этих мощностей было или законсервировано, или шло крайне медленно вплоть до конца 1942 г. Только в 1943 г. начался процесс массового запуска этих производств .

В результате восточное танкостроение смогло реализовать качественный и количественный прорыв. С середины 1943 г. все заводы системы НКТП стали выполнять установленные производственные программы. Но впервые за годы войны этот количественный рост был сопряжен с ростом качества выпускаемой продукции. Были резко изменены правила военной приемки на танковых заводах. Теперь каждая машина испытывалась пробегом в 80 км. Каждый сотый танк и самоходка проходили серийные испытания в 200–300 км. Раз в месяц осуществлялись гарантийные испытания в 1 тыс. км [РГАЭ, Ф. 8752, оп. 4, д. 298, л. 227–233; д. 299, л. 67; д. 305, л. 146–147] .

Если к началу военных действий гарантийный ресурс В-2 для Т-34 находился на уровне 100 мото-часов, то в 1943 г. он был повышен до 200 мото-часов, а в январе 1945 г. – до 250 мото-часов [РГАЭ, Ф. 8752, оп. 4, д. 621, л. 300]. В середине войны удалось заменить воздухоочистители и радиаторы на более производительные [Устьянцев, Колмаков, с. 100–102]. Оговоримся, что весь объем испытаний полноРаздел 5. Советская экономика: рационализация утопии стью не удавалось осуществить ни на одном заводе. По нашим подсчетам, вплоть до конца войны без последующих доработок военпреды принимали только около половины всех выпускаемых двигателей, танков и самоходок .

Кроме того, наконец, был снижен объем трещин на бронекорпусах, изготовленных из брони высокой твердости (Т-34 и самоходки на его базе). Полностью от трещин избавиться не удалось, но теперь они возникали лишь на отдельных машинах .

Этот успех восточных танковых заводов уже в течение 1943 г. был нивелирован перевооружением войск противника. С конца 1942 г. германская артиллерийская промышленность стала массово выпускать противотанковые и танковые пушки, способные уничтожать советскую бронетехнику на расстоянии до 2 км. Уже к середине 1943 г. все отечественные танки и самоходные установки оказались беззащитны перед противником. Назрела острая необходимость радикального обновления всего бренепарка РККА .

Во второй половине 1943 – первой половине 1944 гг. танковая промышленность начала процесс модернизации бронетехники, но смогла его реализовать лишь частично. К середине 1943 г. на нижнетагильском заводе № 183 была разработана вполне успешная модель – новый средний танк Т-43, который положительно показал себя в условиях реального боя на фронтовых испытаниях [Устьянцев, Колмаков, с. 141–142]. Однако, ограниченность производственных ресурсов советской промышленности не позволила провести замену. Пришлось удовлетвориться только установкой на серийный танк новой башни с более мощной пушкой и усиленной броней. В начале 1944 г. начался серийный выпуск Т-34-85. С одной стороны, это позволило улучшить бронезащиту Т-34 и его вооружение, но с другой – танк оказался резко перетяжелен .

Тяжелый КВ уже не подлежал никаким реальным улучшениям, поэтому его пришлось заменить новой моделью. Осенью 1943 г. Кировский завод начал выпускать танки серии ИС, которые в части брони и вооружения стали вполне адекватной заменой КВ. Но осталась проблема мощности двигателя. За все годы войны не удалось модернизировать или качественно изменить характеристики серийного мотора В-2. Он продолжал устанавливаться и на средние, и на тяжелые танки, для которых уже не хватало его мощности .

Точно также не удалось эффективно решить множественные проблемы снабжения танкостроения отдельными деталями, узлами и агрегатами. Гусеничные траки, как и прежде, не выдерживали длительные нагрузки. Вплоть до середины 1943 г. все заводы, выпускавшие Т-34 и машины на его базе, испытывали жесточайший Н. Н. Мельников. Миф успеха индустриализации недостаток резиновых бандажей для катков. Тотальный дефицит электрооборудования и радиостанций был преодолен только во второй половине войны. Эти и многие другие проблемы остро стояли перед всей танковой промышленностью СССР все военные годы .

Их тяжесть во второй половине военного времени в значительной степени была смягчена, но не исчезла окончательно .

Ценой колоссальных усилий и огромных издержек (бесперспективное увлечение колесно-гусеничным движителем) накануне войны были разработаны и приняты на вооружение действительно неплохие образцы. Но реализовать их потенциал в серийном производстве оказалось очень сложно. Желание сталинского окружения во что бы то ни стало иметь в действующей армии тысячи новых машин вошло в жесткое противоречие с возможностями организации массового выпуска комплектующих и потенциалом сборочного производства .

В условиях военного времени перечисленные проблемы только обострились. В течение второй половины 1941 г. были потеряны все ведущие танкостроительные центры СССР. Частично ситуация была исправлена за счет эвакуации и задела, созданного в течение третьей пятилетки в восточных промышленных районах. Однако советское руководство, игнорируя важнейшие особенности отечественной индустрии, потребовало от танкостроения дальнейшего роста выпуска бронетехники. Без резкого снижения качества этого сделать было невозможно. Развитие ресурсной базы восточной индустрии и модернизация танковой промышленности в 1943 г. позволили повысить качество бронетехники, но для полноценного переоснащения бронетанкового парка РККА этих средств оказалось недостаточно .

_________________

Государственный архив Свердловской области (ГАСО). Ф. Р-262 (Уральский завод тяжелого машиностроения) .

Ермолов А. Ю. Государственное управление военной промышленностью в 1940-е годы: танковая промышленность. М., 2013 .

Желтов И., Павлов М., Павлов И. Неизвестный Т-34. М., 2001 .

Оборонно-промышленный комплекс СССР накануне Великой Отечественной войны (1938 – июнь 1941 гг.). Т. 4: сб. док-тов / под ред. А. К. Соколова.

Сост.:

Т. В. Сорокина и др. М., 2015 .

Объединенный государственный архив Челябинской области (ОГАЧО) .

Ф. Р-792 (Челябинский тракторный завод); Ф. П-288 (Челябинский областной комитет КПСС) .

РГАЭ. Ф. 8752 (Народный комиссариат танковой промышленности) .

334 Раздел 5. Советская экономика: рационализация утопии Становление оборонно-промышленного комплекса СССР (1927–1937). Т. 3 .

Ч. 1 (1927–1932): сб. док-тов / под ред. А. А. Кольтюкова. Отв. сост .

Т. В. Сорокина. М., 2008 .

Становление оборонно-промышленного комплекса СССР (1927–1937). Т. 3 .

Ч. 2 (1933–1937): сб. док-тов / под ред. А. А. Кольтюкова. Отв. сост .

Т. В. Сорокина. М., 2011 .

Устьянцев С. В., Колмаков Д. Г. Боевые машины Уралвагонзавода. Танк Т-34.



Похожие работы:

«А.С. Багдасаров ПЕНОГИПС НА ОСНОВЕ ФОСФОГИПСА Черкесск 2017 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "СЕВЕРО-КАВКАЗСКАЯ Г...»

«Турникет-трипод тумбовый электромеханический PERCo-TTD-03.1 Паспорт РОСС. RU. МЕ 35. В00687 ТУ 3428-032-44306450-2004 Паспорт 1 ОБЩИЕ УКАЗАНИЯ 1.1 Турникет-трипод тумбовый электромеханический PERCo-TTD-03.1 (далее по тексту — турникет) предназначен для управления потоками людей на проходных промышленных...»

«Рагимова ^^aJ^ Асият Серкеровна Ь ОБОСНОВАНИЕ СТРОИТЕЛЬСТВА БЕТОННЫХ ПЛОТИН НА М А Л Ы Х Р Е К А Х Д Л Я К О М П Л Е К С Н О Г О ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ВОДНЫХ РЕСУРСОВ ГОРНОГО ДАГЕСТАНА Специальность 05.23.07 Гидротех...»

«[Проект] ТЕХНИЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ комплексного научно-технического проекта в области технологий квантовой обработки информации по теме "Оптические квантовые симуляторы"1. Основание для реализации проекта Соглашение о реализации комплексного научно-технического проекта в области технологий квантовой обработки информации,...»

«Электронный журнал "Труды МАИ". Выпуск № 49 www.mai.ru/science/trudy/ УДК 629.78 Подходы к созданию и направления применения малых космических аппаратов в космической деятельности О.М. Алифанов, А.А. Медведев, В.П....»

«Руководство по установке и настройке ПО УЦ ЗАО ВТБ Специализированный депозитарий ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ Удостоверяющего центра ЗАО ВТБ Специализированный депозитарий Клиентское программное обеспечение УЦ Ру...»

«ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТАНДАРТ СОЮЗА ССР ПЕРЕКЛЮЧАТЕЛИ КНОПОЧНЫЕ ТЕЛЕФОННЫЕ ТЕХНИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ ГОСТ 14300—79 Издание официальное Е Цена 10 коп . ГОСУДАРСТВЕННЫЙ КОМИТЕТ СССР ПО СТАНДАРТАМ Москва геодезические изыскания Гр...»

«Инженерный вестник Дона, №3 (2018) ivdon.ru/ru/magazine/archive/n3y2018/5142 Адресные волоконные брэгговские структуры на основе двух идентичных сверхузкополосных решеток А.Ж. Сахабутдинов Казанский национальный исследовательский технический университет им. А.Н. Туполева-КАИ Аннотация: Обладающие...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.