WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

«Д.Ю. Нархов С.Ю. Вишневский Уральский федеральный университет Екатеринбург ПРЕПОДАВАТЕЛИ И СТУДЕНТЫ: КАК БЫТЬ ВМЕСТЕ? (ПО МАТЕРИАЛАМ МОНИТОРИНГА СТУДЕНТОВ СРЕДНЕГО УРАЛА) Аннотация. На ...»

УДК 316.73

Ю.Р. Вишневский

Д.Ю. Нархов

С.Ю. Вишневский

Уральский федеральный университет

Екатеринбург

ПРЕПОДАВАТЕЛИ И СТУДЕНТЫ: КАК БЫТЬ ВМЕСТЕ?

(ПО МАТЕРИАЛАМ МОНИТОРИНГА СТУДЕНТОВ

СРЕДНЕГО УРАЛА)

Аннотация. На основе теории образовательных общностей в статье анализируются материалы многолетнего мониторинга социокультурного развития студенчества Среднего Урала

(1995-2016 гг.) по проблемам взаимоотношений между основными образовательными общностями высшего образования – преподавателями и студентами. Рассматривается влияние на эти отношения структурных и содержательных изменений в системе высшего образования .

Ключевые слова: образовательные общности, структурные и содержательные изменения в системе высшего образования, взаимоотношения преподавателей и студентов .

В современных условиях все чаще в социологическом анализе образования (особенно – высшего), наряду с институциональным, реализуется общностный подход, когда в центре внимания исследователей оказывается взаимодействие образовательных общностей. В такой переориентации социологии образования особую роль сыграли работы известного отечественного социолога Г.Е. Зборовского: и на методологическом [6; 7], и на эмпирическом уровне [1; 5; 9]. Выделяя группу образовательных общностей, Г.Е. Зборовский их базовыми признаками называет место в образовательной системе (от дошкольного до высшего и послевузовского образования), степень вовлеченности в образовательный процесс (прямое – учащиеся, педагоги, косвенное – менеджеры, вспомогательный персонал и др.), характер взаимодействия с другими образовательными общностями [7, с. 280–282] .

Выделенные им признаки позволяют идентифицировать студенчество как самостоятельную образовательную общность. Наш мониторинг (1995гг.) охватывал лишь студенчество (его социокультурное развитие) [18], но позволил выявить – по оценкам студентов – отношение к ним образовательной общности преподавателей. К сожалению, другая сторона взаимоотношения: отношение студентов к преподавателям – рассматривалась лишь частично, через их удовлетворенность качеством преподавания .

В самом общем плане ситуацию, казалось бы, можно считать позитивной .

Действительно, устойчивым (в диапазоне 4:1 – 5:1) в течение всего мониторинга было соотношение респондентов (студентов 3 курса), удовлетворенных и неудовлетворенных избранным вузом. В 2012 и 2016 гг. эта оценка конкретизировалась: 80–81 % отметили удовлетворенность качеством преподавания, 75–79 % – отношением преподавателей к студентам (2–3 позиции в рейтинге удовлетворенности разными аспектами учебного процесса) .

Но одновременно выявились и серьезные проблемы. Каждый третий (в 2016 г. даже чуть больше) отметил недостаточную связь получаемых знаний с жизнью, реальной работой по профессии. Еще бльшей (три из пяти) была неудовлетворенность недостаточным привлечением к проведению занятий специалистов предприятий, бизнес-структур, органов власти. В сравнении традиционных и инновационных форм обучения респонденты отдали предпочтение именно первым, что отразило не только их недостаточную готовность к обучению по-новому, но и неготовность многих преподавателей обучать по-новому .

Наконец, достаточно высокой (в оценках двух из каждых пяти респондентов) оказалась неудовлетворенность тем, как студенты привлекаются к НИР кафедр и – особенно – индивидуальной работой преподавателей со студентами .





Что же мешает взаимодействию этих основных образовательных общностей? Прежде всего, на наш взгляд, те организационно-структурные изменения, которые произошли в системе высшего образования России в последние годы .

Переход на двухуровневую (а с аспирантурой – даже трехуровневую) систему изменил структуру студенчества. Доля студентов бакалавриата за 2011/12 – 2015/16 гг. в общей численности студентов возросла с 22 до 74,1 %, доля магистрантов – с 2 до 6,9 %, а доля студентов специалитета сократилась – с 76 до 19 % [16, c. 41, расчет наш. – авт.]. Очевидно, какая-то часть преподавателей просто не могла столь быстро перестроиться, ведь нельзя работать с бакалаврами так же, как со специалистами. К тому же с изменением учебных планов и ГОСов на преподавателей свалилась огромная масса бумажной работы, серьезно «съевшая» время индивидуальной работы со студентами. А значительные изменения в организации учебного процесса (модульный принцип, индивидуальные траектории, майноры и т.д.) негативно повлияли на стабильность студенческих групп – многолетнего основного института организации учебного процесса. Заметно снижается и организационная роль кафедр (в сравнении с растущей ролью направлений бакалаврской подготовки). Развитие магистратуры приводит и к все большему перемещению на работу с магистрами наиболее квалифицированной и опытной части преподавателей (с бакалаврами – особенно в крупных вузах, как УрФУ, – все чаще работает не ППС, а ПС) .

Наконец, при небольшом сокращении численности ППС (за 2000– 2015 гг. – на 4 %; до 2010 г. – рост на 22 %, затем устойчивое сокращение) и устойчивом соотношении числа студентов на 1 работника ППС (10:1) качественно изменился его состав. Четко проявились три основных тренда: феминизация (доля женщин за 2000-2015 гг. в составе ППС выросла с 49,1 до 57,1 %);

рост числа высококвалифицированных специалистов (кандидатов наук – с 47,3 до 56,9 %, докторов наук – с 10,6 до 15%); «постарение» (доля преподавателей до 30 лет сократилась с 13,4 до 7,8 %, старше 60 лет – возросла с 20,4 до 28,3 %) [16, c. 56, расчет наш. – авт.; учтены ППС без внешних совместителей]. Особенно последний тренд усиливает возрастной разрыв (лаг) между студентами и преподавателями, усложняя и затрудняя (?!) их взаимоотношения .

К тому же при всей необходимости и обоснованности роста доли «серебряного студенчества» [см. 8] ожидать его в перспективе 10–20 лет (кроме заочного обучения и магистратуры) не приходится. Социология студенчества еще долго будет подотраслью социологии молодежи .

Важно учесть и то, как меняется мотивация на получение высшего образования. Наши наблюдения, что «интерес к профессии» на протяжении всего мониторинга оставался значимым, но перестал быть доминирующим, во многом совпадают с мнениями наших коллег «о реализации стратегии получения ценного образовательного ресурса, стратегии расширения набора квалификаций и навыков» (группа Д.Л. Константиновского) [13, c. 20]; о превращении «институтов высшего образования» в основные «место-временные» позиции молодежи» с потерей «исключительной направленности на профессионализацию и последующую работу по специальности» [17, c. 4] .

Но проявляющаяся все сильнее «депрофессионализация» мотивации обучения студентов вузов наталкивается на многолетний (с учетом постарения преподавательского корпуса) опыт ППС по подготовке профессионалов. Это и питает во многом (хотя и не только), на наш взгляд, распространенное мнение преподавателей (особенно – «технарей»): «не тот пошел студент» .

Можно отметить и качественные изменения в самом образовательном знании.

Сегодня и в общей социологии, и в социологии образования выделены разные аспекты этих изменений:

– «трансформация знания» в эпоху «постмодернити» (Э. Гидденс: «ничего нельзя знать наверняка, поскольку стала очевидной ненадежность всех прежних «оснований» эпистемологии») [3];

– идеи «третичного обучения» (З. Бауман, Г. Бейтсон, У. Бек и др.) .

В условиях растущей неопределенности и формирования «общества риска» «вторичное обучение» («обучение процессу учебы»), когда обучающийся уже сегодня готовится к тому, чтобы достойно встретиться с возможными в будущем проблемами и уметь справляться с ними, оказывается недостаточным. «Третичное обучение» нацелено на «умение менять способы извлечения информации адекватно обстоятельствам», «обучение, дающее знания о том, как нарушать общепринятый порядок, как избавиться от привычек и предотвратить привыкание, как преобразовать разрозненные элементы опыта в доселе неведомые образцы, относясь в то же время к любому из них как к приемлемому лишь до особого уведомления» [2];

– футурологическая переориентация образования в связи со становлением информационного общества, для которой продуктивно разграничение образования на реальное («то, которое существует сегодня»), заявляемое («то, которое должно прийти на смену реальному в ближайшей перспективе /5-10 лет/ и преследует цель его совершенствования и улучшения») и потенциальное («качественно отличное от реального и заявляемого, которое отдалено от последнего на такой же порядок лет /5–10 лет/») [10];

– становление нелинейного знания [15] .

В ракурсе рассматриваемой нами проблемы остро стоит вопрос: насколько возможна (и насколько реально быстро она произойдет) перестройка преподавания с учетом отмеченных трендов?

Наконец, отметим еще два момента, фигурирующих в дискуссиях о взаимоотношениях преподавателей и студентов. С одной стороны, порой из верной идеи о возрастании роли самообразования (а в ее обосновании – в связи с растущей индивидуализацией образа жизни – важен вклад Г.Е. Зборовского и Е.А. Шуклиной [11]) некоторые исследователи делают неверный вывод о снижении роли педагогов (кстати, аналогичный перекос проявился в свое время в рамках обоснования внедрения в школах «педагогики сотрудничества»). При этом явно недооценивается, что навыки самообразования (да и потребность в нем) не могут возникнуть сами собой, их нужно сформировать, им надо научить. Самообразование является, таким образом, важнейшей сферой взаимодействия рассматриваемых образовательных общностей .

Наконец, ряд недоразумений в трактовке этого взаимодействия связаны с узким пониманием «образовательной услуги». Современное российское высшее образование критикуется за его «рыночный» характер: «Рыночный подход подавляет в обучающемся стремление к самовоспитанию, построению собственного духовного мира, выработке гражданской и патриотической позиции»

[12, c. 8]. Но разве может образование быть иным в обществе, где возродились рыночные отношения? По оценке А.С. Запесоцкого (она типична), «услугу получает пассивный потребитель, не несущий ответственности за процесс ее получения». Отсюда и вывод: «Студент – не клиент, обучение по программам высшего образования – это не услуга, а совместная деятельность вуза и студентов» [4, c. 16–17] .

Но услуга (в том числе и образовательная) сегодня понимается как удовлетворение потребностей (и потребности в саморазвитии, самореализации студента). Именно повышение качества услуг (на основе все большего учета трендов в изменении образовательного знания) открывает путь к подлинной модернизации образования, к более полному проявлению социального назначения образования. Ф. Котлер, выделивший важнейшее свойство услуги – «неотделимость от источника», тем самым, обосновал, что образование может быть эффективным только как «совместная деятельность» [см. 18] .

Тем самым, напрашивается общий вывод – именно совершенствование и углубление «совместной деятельности» обучающих и обучающихся, преподавателей и студентов – реальный магистральный путь высшего образования в России .

Библиографический список

1. Амбарова П.А., Зборовский Г.Е. Время как фактор социальной дифференциации образовательных общностей в вузах мегаполиса // Социология образования. – 2017. – № 1. – С. 22–32 .

2. Бауман З. Цена университета? Узнайте на рынке! [Электронный ресурс]. – URL:

http://ps.1september.ru/article.php?ID=200207015 (дата обращения 17.02.2016) .

3. Гидденс Э. Последствия модернити [Электронный ресурс]. – URL: http://iirmp.narod.ru/books/inozemcev/page_1101html (дата обращения 18.09.2016) .

4. Запесоцкий А.С. Обеспечение качества высшего гуманитарного образования // Обеспечение качества высшего гуманитарного образования: матер. выездного заседания Президиума Российской Академии образования. 14 декабря 2005 года. – СПб.: Изд-во СПбГУП, 2006. – С. 16–47 .

5. Зборовский Г.Е. Стратегии развития образовательных общностей в вузах Уральского макрорегиона: предпосылки и возможности реализации // Известия Уральского федерального университета. Серия 1. Проблемы образования, науки и культуры. – 2018. – № 1. – С. 163–172 .

6. Зборовский Г.Е. Теория социальной общности. – Екатеринбург: Гуманитарный ун-т, 2009. – 304 с .

7. Зборовский Г.Е., Амбарова П.А. Будущее образовательных общностей: времення перспектива в условиях социальной неопределенности // Социологические исследования. – 2016. – № 10. – С. 3–13 .

8. Зборовский Г.Е., Амбарова П.А. «Взросление» студенчества как феномен меняющегося высшего образования // Высшее образование в России. – 2017. – № 4. – С. 38–49 .

9. Зборовский Г.Е., Шуклина Е.А. Взаимодействие между образовательными общностями российского мегаполиса: проблемы управления // Вопросы управления. – 2017. – № 3. – С. 44–52 .

10. Зборовский Г.Е., Шуклина Е.А. Образование как ресурс информационного общества // Социологические исследования. – 2005. – № 7. – С. 107–113 .

11. Зборовский Г.Е., Шуклина Е.А. Самообразование как социологическая проблема // Социологические исследования. – 1997. – № 10. – С. 78–87 .

12. Ильинский И.М. О «правильном образовании» для России XXI века // Знание. Понимание. Умение. – 2016. – № 3. – С. 5–31 .

13. Константиновский Д.Л., Вознесенская Е.Д., Чередниченко Г.А. Молодежь России на рубеже XX–XXI веков: образование, труд, социальное самочувствие. – М.: ЦСПиМ, 2014. – 548 с .

14. Котлер Ф. Маркетинг менеджмент. Экспресс-курс. / Пер. с англ. под ред .

С.Г. Божук. – СПб.: Питер, 2006. – 464 с .

15. Кравченко С.А. Становление нелинейного знания: востребованность доверия к нему // Гуманитарий юга России. – 2018. – Т. 7. – № 1. – С. 15–31 .

16. Образование в цифрах: 2017: краткий статистический сборник. – М.: НИУ ВШЭ, 2017. – 80 с .

17. Омельченко Е.Л. Идентичности и культурные практики российской молодежи на грани XX-XXI вв.: автореф. дисс. … д-ра. социол. н. – М.: ИС РАН, 2005. – 34 с .

18. Студент 1995–2016 гг.: Динамика социокультурного развития студенчества Среднего Урала / под общ. ред. проф. Ю.Р. Вишневского. – Екатеринбург: УрФУ, 2017. – 904 с .

Y. Vishnevsky D. Narhov S. Vishnevsky Ural Federal University Ekaterinburg, Russia

–  –  –

Abstract. On the basis of the theory of educational communities, the article analyzes the materials of the long-term monitoring of the socio-cultural development of the students of the Middle Urals (1995-2016) on the problems of the relationship between the main educational communities of higher education – teachers and students. The influence of structural and substantive changes in the system of higher education on these relations is considered .

Keywords: educational communities, structural and content changes in the system of higher




Похожие работы:

«РОССИЯ – ЯПОНИЯ: ДИАЛОГ СКВОЗЬ ВЕКА Информационные материалы семинара ГБУ "МДН", приуроченного к перекрестному Году культуры Россия – Япония Москва – 2018 Корректор – Т.П . Костенко Изготовление оригинал-макета и компьютерная верст...»

«Культурный календарь Таллинн 2019 Следите за актуальной информацией на kultuur.info/ru ЯНВАРЬ 1.01. 17:00 Ныммеский центр культуры. Новогодний концерт в Ныммеском центре культуры: группа Miljardid 1.01. 18:00 Концертный зал “Эстония”. Новог...»

«ДОГОВОР № _ г. Ангарск "_ " _ 2015г. Открытое акционерное общество "Ангарская нефтехимическая компания" (ОАО "АНХК"), именуемое в дальнейшем "Исполнитель", в лице начальника Управления социально-культурной сферы (УСКС), структурного подразделения ОАО "АНХК", Лаленкова Алексея Анатольевича, действующего...»

«2 ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ I. Чемпионат России по спортивному туризму на лыжных дистанциях в рамках 68-го традиционного слета туристов-лыжников на границе Европы и Азии (далее – соревнования) проводится в соответствии с Единым календарным планом межрегиональных, всероссийских и международных физкультурных мероприятий и спортивных м...»

«Литературоведение ЛИТЕРАТУРНАЯ КЛАССИКА В РЕЦЕПЦИИ СОВРЕМЕННОГО ТЕАТРА Наталия Николаевна ГАШЕВА, доктор культурологии, доцент, профессор кафедры культурологии и социально-гуманитарных технологий философско-социологического факультета Пермского государственного национального...»

«ЮЖНО-УРАЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ УТВЕРЖДАЮ Директор института Институт спорта, туризма и сервиса _В. В. Эрлих 15.05.2018 РАБОЧАЯ ПРОГРАММА практики к ОП ВО от 27.06.2018 №007-03-1974 Практика Преддипломная практика...»

«1 ФОРМИРОВАНИЕ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО КЛИМАТА СРЕДЫ КРУПНОГО ГОРОДА НА ПРИМЕРЕ ТОКИО А.С. Землянская Московский архитектурный институт (Государственная академия), Москва, РОССИЯ Введение На сегодняшний день можно отметить два принцип...»

«Рабочая программа курса по выбору "Праздники, традиции и ремесла народов России" для 1-3 классов Разработчик программы: Волкова Татьяна Михайловна, воспитатель первой квалификационной категории Москва 2015 год Поясните...»

«Посвящается 30-летию Олимпийского комитета России и 25-летию российской государственно-общественной системы олимпийского образования школьников Citius! Altius! Fortius!ОЛИМПИЙСКИЙ УЧЕБНИК 27-е издание, переработанное и дополненное. Рекомендовано Олимпийским комитетом России в качестве учебного пос...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.