WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

«ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ МЕЖДУНАРОДНОГО ОБЩЕСТВА СОЗНАНИЯ КРИШНЫ (МОСК) В РОССИИ Российское общество сознания Кришны (РОСК) является относительно молодым явлением в отечественном ...»

ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 7. ФИЛОСОФИЯ. 2015. № 4

Т.В. Дорофеева*

ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ

МЕЖДУНАРОДНОГО ОБЩЕСТВА СОЗНАНИЯ

КРИШНЫ (МОСК) В РОССИИ

Российское общество сознания Кришны (РОСК) является относительно молодым явлением в отечественном конфессиональном пространстве, поэтому среди исследователей существуют разногласия, касающиеся

описания его характера и специфики, анализа последствий его деятельности и тенденций в распространении им своего влияния в нашей стране .

Цель данной статьи — выявление указанных противоречий, а также акцентирование внимания на информационных лакунах, имеющихся в исследованиях по данной проблематике, которые требуют обращения к ним специалистов. Автором обнаружены противоречивые позиции ученых при сопоставлении Международного общества сознания кришны (МОСК) и традиционного индуизма, в определении структуры Общества, оценках его социальной деятельности и культурной значимости для России. Несмотря на растущий интерес академических кругов к РОСК, существует ряд тем, связанных с качественными переменами в Обществе, которые до настоящего времени не были проанализированы должным образом .

Ключевые слова: новые религиозные движения (НРД), нетрадиционные религии, Международное общество сознания Кришны, вайшнавизм, кришнаизм .

T.V. D o r o f e e v a. The main approaches to research of the International Society for Krishna consciousness (MOSK) in Russia The Russian society for Krishna consciousness (hereinafter ROSK) is rather young phenomenon in domestic confessional space, therefore among researchers there are differences concerning the description of its character and specificity, the analysis of consequences of its activity and tendencies in extending the influence by it in our country .

The aim of this article is the reveal of the said contradictions, as well as the emphasis of attention on information lacunas on this issue which demand the attention of scientists. Total conclusion: we found inconsistent positions of scientists in comparison of MOSK and traditional Hinduism, in definition of the structure of the Society, appraisal of its social activity and cultural importance for Russia. Despite the growing interest of academic circles in the Russian OSK, there is a number of topics connected with qualitative changes in the Society which up to the present were not properly analyzed .

Key words: new religious movements, nontraditional religions, International Society for Krishna consciousness, vayshnavizm, krishnaizm .

* Дорофеева Татьяна Валерьевна — аспирант кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, тел.:

8 (495) 939-27-94; e-mail: virgoaurea@ya.ru Актуальность исследований МОСК в России обусловлена, вопервых, неугасающим вниманием академических кругов и общественности к новым религиозным движениям (НРД), которые с конца 1980-х гг. прошли путь от оппозиции традиционным ценностям к стабилизации взаимоотношений с обществом, к последовательной аккультурации, во-вторых, развернувшейся в последние годы масштабной проповеднической деятельностью РОСК и его стремлением занять особое место в конфессиональной жизни нашей страны .

Международное общество сознания Кришны по сложившейся в научных кругах традиции относят к новым религиозным движениям, под которыми в статье понимаются нетрадиционные для данного общества религиозные объединения, возникшие после Второй мировой войны .





Известно, что общественное мнение об НРД складывается под воздействием различных информационных потоков, формирующих тот или иной образ каждого религиозного движения в отдельности и всей их совокупности. Обращаясь к феномену РОСК, мы можем выделить основных «лидеров мнений»: антикультистские объединения (светские и конфессиональные), СМИ, научное сообщество, само Общество. Каждая из перечисленных групп репрезентирует присущее ему видение РОСК, в результате чего информация о данном религиозном движении нередко носит ангажированный характер, представляя его либо как «деструктивную секту» (антикультисты, СМИ), либо как «панацею» от всех общественных проблем (сами последователи РОСК). Научный (философско-религиоведческий) подход со своей стороны должен обеспечить создание объективного портрета данного движения, проведение комплексного анализа всех сторон его жизни, деятельности и раскрытие тенденции его трансформации .

Однако как среди различных «лидеров мнений», так и в академических кругах мы наблюдаем противоречия в оценках и взглядах на РОСК, что, с нашей точки зрения, выявляет актуальные задачи и информационные лакуны в разработке данной тематики .

В статье рассматриваются наиболее содержательные академические работы, посвященные целиком или частично проблематике РОСК и представляющие самые распространенные подходы к изучению данного феномена, в связи с чем некоторые труды российских ученых, анализирующих МОСК в России и за рубежом, останутся не затронутыми, что является намеренной методологической позицией. Постараемся проследить динамику интересующих ученых тем, позиции, с которых они на эти темы смотрят, а также выявим противоречия, к которым приводит разница в подходах .

Крупные российские исследователи МОСК (Е.Г. Балагушкин, Б.З. Фаликов, П.С. Гуревич, А.А. Ткачева, Л.Н. Митрохин, И.Р. Григулевич и др.) освещали главным образом деятельность западных вайшнавов (санскр. «имеющий отношение к Вишну», самоназвание адептов МОСК). Это объясняется, во-первых, тем, что в Россию вайшнавизм проник на 11 лет позже, чем в США, где было впервые зарегистрировано Международное общество сознания Кришны, во-вторых, тем, что в СССР кришнаиты действовали подпольно и подвергались уголовному преследованию. Поэтому основная информация об Обществе в период с конца 1970-х до конца 1980-х гг .

черпается в основном либо из рассказов самих вайшнавов, либо, нередко в искаженной форме, из СМИ. Появление работ о РОСК относится к середине 1990-х гг., когда Общество развернуло широкую проповедническую деятельность и насчитывало порядка пяти тысяч последователей. Повышенный интерес к МОСК, как и к НРД в целом, во многом был связан со скандально известными обществами Аум Сенрикё и Белое Братство. Трагедии, произошедшие на почве религиозного фанатизма, повлекли за собой всплеск антикультовой деятельности РПЦ. Кроме того, в России был принят закон «О свободе совести и религиозных объединениях» (1997), который ограничивал распространение НРД в стране. В этот период делаются первые попытки ученых осветить причины распространения МОСК в России, его специфику .

Анализируя академические исследования феномена российского кришнаизма, можно заметить, что существует несколько подходов к изучению РОСК. Представители одного из них (В.С. Пудов, М.А. Савинова, Б.З. Фаликов, С.И. Иваненко) стремятся снять клеймо «сектантов» с вайшнавов, поставленного вначале при советском режиме, а позднее представителями антикультизма в период перестройки .

Так, в статье бывшего члена Совета по делам религий при Совете Министров СССР, философа B.C. Пудова «Кришнаиты-вайшнавы в СССР» [В.С. Пудов, 1989] описан непростой процесс легализации МОСК в России в период конца 80-х гг. XX в., когда информация об Обществе, обвиняемом властями в антикоммунистической деятельности [Ю.В. Андропов, 2009, № 31], носила искаженный характер. Статья написана на основании сведений, почерпнутых из бесед с самими адептами, их родственниками, друзьями и соседями (было проведено 60 бесед), а также на основании информации, доступной тогда исследователю духовной литературы. В.С. Пудов отмечает, что многие советские мифы относительно кришнаитов развеялись в ходе общения. Было выявлено, что вайшнавы являются трудолюбивыми семейными людьми, не отказываются от своих гражданских обязанностей (в том числе воинской). Было опровергнуто мнение об их бездумном подчинении гуру и отмечен политический конформизм верующих .

С нашей точки зрения, апологетический ракурс статьи оправдан тем, что образ вайшнавизма, созданный советскими СМИ и государственными службами, мягко говоря, не соответствовал реальности. Данная работа, будучи первым источником с альтернативным официальному мнением, повлияла на последующие исследования РОСК и ознаменовала переломный момент в истории кришнаизма в России .

Подобный характер носит и диссертационная работа историка М.А. Савиновой «Кришнаизм и Вера бахаи в полиэтническом регионе: сравнительно-исторический анализ» [М.А. Савинова, 1998] .

На основании проведенного исследования автор заключает, что в «этноконфессиональном отношении кришнаизм является модернизированным полиэтническим течением ортодоксального индуизма», а сами адепты «терпимы к другим конфессиям, лояльны к властям и законопослушны», «живут в строгом соответствии с законами и предписаниями своих вероучений», «активно участвуют в реализации собственных общественных, культурных и гуманитарных проектов, оказывая тем самым определенное влияние на этническую культуру народов республики» [там же, с. 16–17] .

Причины же распространения вероучения на территории России (в частности в Бурятии) М.А. Савинова видит не в «недостатках традиционных религий», а в «достоинствах самих вероучений и исторической веротерпимости населения» [там же]. Внутриобщинные кризисы и проявления фанатизма объясняются «болезнью роста» и, соответственно, временным проявлением .

В работе М.А. Савиновой мы наблюдаем явно лояльное отношение к изучаемому феномену, стремление показать, что данное религиозное движение не является угрозой государству и обществу, а вносит свой позитивный вклад в его духовно-нравственное развитие и способствует реализации демократических свобод в нашей стране .

Наличие оправдательного подхода в исследовании НРД видится нам закономерным в условиях постсоветского реабилитационного периода и антикультистской критики. Однако мы полагаем, что его стоит дополнять подробным анализом внутренней и внешней системы общественных отношений, процессов, происходящих внутри самого общества, которые сторонний наблюдатель, не имеющий собственного опыта социологических и полевых исследований данной организации, может просто не знать. Подобный анализ способен выявить скрытые мотивы, кризисные явления, существующие в данном религиозном движении .

Отдельно следует рассмотреть исследования религиоведа С.И. Иваненко, отличающиеся явной апологетической направленностью, стремлением создать позитивный образ РОСК среди ученых и населения в целом, что обнаруживается с первых же строк его работ, посвященных данной религиозной организации: «…в ближайшие годы авторитет Общества сознания Кришны, ставшего своего рода символом здорового, трезвого, высоконравственного и духовно осмысленного образа жизни, будет возрастать, что приведет к усилению роли вайшнавов в социальной и религиозной жизни России» [С.И. Иваненко, 2014, с. 19] .

Несмотря на оценочную позицию, работы данного автора являются важным источником в данной области исследований, так как содержат подробный анализ практически всех сторон жизни вайшнавов, основанный не только на теоретических исследованиях предшественников, но и на уникальных материалах, предоставленных самими адептами РОСК, а также на полевых исследованиях (интервью, опросы и т.д.). Его книга «Кришнаиты в России: правда и вымысел» [С.И. Иваненко, 1998] была попыткой восстановления репутации МОСК в России после волны антикультистской критики «деструктивных сект». Основная часть работы посвящена анализу процесса по иску Общественного комитета защиты свободы совести имени Льва Толстого (Г. Якунин, М.С. Осадчев, Л.С. Левинсон) к автору брошюры «Десять вопросов навязчивому незнакомцу, или Пособие для тех, кто не хочет быть завербованным»

А.Л. Дворкину и по иску Центра общества сознания Кришны в России к автору книги «Опасные тоталитарные формы религиозных сект» — теологу А.И. Хвыля-Олинтеру. В книге приведены материалы выступлений в суде, письма, свидетельства иностранных и отечественных экспертов различных областей и прочие документы по данному делу, которые способствуют улучшению имиджа МОСК в России. Автором представлен обширный материал, который показывает раскол во мнениях не только между представителями различных конфессий, но и между различными группами исследователей. Так, к примеру, в книге приведены заключения психиатрических экспертиз с противоположными оценками. Первая группа ученых во главе с Ю.С. Савенко утверждает, что духовные техники не могут нанести вред психическому здоровью, а вторая группа во главе с Ю.И. Полищуком высказывается о вреде для здоровья подобных практик. Расхождение во мнениях среди ученых рождает сложность в изучении и оценке деятельности МОСК в России .

В этой же работе С.И. Иваненко дает свое видение специфики МОСК в России. Исходя из того, что РОСК имеет ряд отличий от западного, он констатирует, что в связи с периодом подпольного существования российские вайшнавы имели чрезвычайно ограниченные контакты с духовными учителями (вначале со Свами Прабхупадой, а затем с региональным гуру), фактически были лишены формальных лидеров. Будучи изолированным от влияний извне, Общество изначально придерживалось «принципа коллегиальности и плюрализма», «сформировалось как уникальная автономная организация» [ там же, с. 47] .

В книге «Вайшнавская традиция в России: история и современное состояние. Учение и практика. Социальное служение, благотворительность, культурно-просветительская деятельность» [С.И. Иваненко, 2008] С.И. Иваненко стремится доказать традиционность и авторитетность данного движения, приводя ряд аргументов: признание индуистскими организациями МОСК как своей части, подтверждение полномочности Свами Прабхупады в организации Общества, создание его по образцу традиционных монашеских матхов, одобрение резолюции МОСК о следовании изначальным традициям индуистской веры. При этом он опирается на свидетельства ученых (Г.Г. Котовского, А.А. Куценковой, Ч.Р. Брукса,

А. Баркер, Л. Шинна и др.). Автор выделяет следующие черты российских вайшнавов в современный период развития Общества:

присутствие верующих разных возрастов, приверженность их здоровому образу жизни, значительное количество последователей с высшим образованием (42,5%), растущее число квалифицированных вайшнавов .

Продолжает этот ряд книга С.И. Иваненко «Дерево познается по плодам: К 25-летию регистрации Общества сознания Кришны в России» [С.И. Иваненко, 2014], ознаменовавшая победу РОСК в еще одной битве за свою репутацию. Сам судебный процесс и признание судом города Томска в 2011 г. отсутствия в тексте книги А.Ч. Бхактиведанты Свами Прабхупады «Бхагават-гита как она есть» экстремистского содержания способствовали новой волне энтузиазма среди вайшнавов и, соответственно, повышению интереса к данной организации, улучшению ее имиджа .

Таким образом, часть исследователей выступает в роли защитников «жертв» идеологического режима и антикультистских объединений во главе с РПЦ. Однако в процессе адаптации РОСК к российскому социальному и конфессиональному пространству со времени официальной регистрации Центра общества сознания Кришны в Москве другими учеными была поддержана линия критики данного религиозного общества, различных сторон его деятельности .

Религиовед Е.Г. Балагушкин в книге «Живительный эликсир или опиум прокаженного? Нетрадиционные религии, секты и культы в современной России» [Е.Г. Балагушкин, 2014] относит МОСК к «одному из проявлений неоориенталистского богоискательства»

[там же, с. 190]. Автор предостерегает читателя об опасности идеализации вайшнавов и их религиозных иллюзий. Анализируя реальные человеческие судьбы, Е.Г. Балагушкин стремится понять причины популярности данного религиозного движения среди образованной молодежи России и находит их в бегстве от несправедливости мира, от нравственного вырождения общества (компенсаторная функция религии). Автором подвергнута критике и авторитарность РОСК, а также склонность молодых людей, вступивших в Общество, оставлять социально полезную деятельность ради упоения «духовным опиумом» [там же, с. 10]. Е.Г. Балагушкин также отмечает националистическую тенденцию в РОСК, противостоящую космополитической доктрине. Речь идет о внесении в вайшнавский ритуал элементов национальной культуры:

божествам начинают предлагать блюда национальной кухни, исполнение гимнов осуществляется под аккомпанемент национальных инструментов и под национальную музыку. Этот факт свидетельствует о том, что образы традиционной культуры с трудом вытесняются чуждыми образами .

Е.Г. Балагушкин в своем исследовании достаточно критично отзывается о вайшнавах. Во многих его суждениях прослеживается слегка прикрываемое описанием достоинств «богоискателей»

атеистическое мировоззрение, отрицание ценности религиозного опыта: «В сущности, они ищут вовсе не Бога как такового… Они руководствуются, конечно же, иллюзиями, но в иллюзиях скрыт пафос их неудержимого стремления к свободе и всемогуществу человеческого духа» [там же, с. 171–172]. Автор оставляет нетрадиционным религиям шанс на оправдание лишь в той мере, в какой «их приверженцы лояльно относятся к существующему обществу и разделяют его целевые установки» [там же, с. 36] .

С одной стороны, исследования данного автора видятся нам ценными благодаря критическим и прагматическим подходами к изучению феномена РОСК, включению материалов, основанных на непосредственном личном опыте общения с кришнаитами, и элементов социологического анализа. С другой стороны, они содержат изрядную долю необоснованных оценочных суждений .

Религиовед А.В. Гурков в своей книге «Новые религии в Республике Беларусь: генезис, эволюция, последователи» [А.В. Гурко, 2006] отмечает ослабление влияния традиционной культуры на сознание членов МОСК, скрытность вайшнавов при общении с иноверцами и секуляризованными группами на бытовом уровне. Специфическую черту МОСК, отличающую его от других НРД, исследователь видит в том, что лидеры Общества сразу после регистрации встали на позиции консерватизма, не позволяя вероучению отклоняться от намеченного Свами Прабхупадой пути. По мнению А.В. Гурко, сохранению целостности МОСК способствовала его опора на варновую систему и систему парампары, т.е. линию духовной преемственности. Это повлекло за собой строгую иерархичность Общества и беспрекословное подчинение его адептов своим гуру .

Последнее утверждение отражает современные российские реалии. У исследователей НРД возникает немало вопросов касательно жизнеспособности новых религий и тенденции их развития. Некоторые ученые отмечают, что воспроизводство движения сознания Кришны в России отражает определенные процессы внутри общества и служит механизмом для адаптации общества к меняющимся условиям. Так, Б.З. Фаликов в работе «Неоиндуизм и западная культура» [Б.З. Фаликов, 1994] говорит о том, что, хотя МОСК претендует на статус альтернативного явления для российского общества, оно «позволяет сохранить психологические установки, которые так помогали существовать в недалеком прошлом» [там же, с. 189]. В жесткой системе управления, скрытой за видимой демократичностью, А.В. Гурко и Б.З. Фаликов видят одну из причин возникновения и последующего развития кришнаизма в России .

И не безосновательно. Руководство МОСК не скрывает, что вся организация строится на довольно строгой системе иерархии, в основе которой лежит учение о полном посвящении своей жизни Кришне и гуру. Однако сами вайшнавы видят свою систему одновременно авторитарной и демократической: «Демократизм выражается в возможности для каждого желающего стать приверженцем сознания Кришны. Авторитарность же — в соблюдении строгой иерархии в отношениях между членами общества» [Н. Карабашева, 2007] .

С нашей точки зрения, интерес российских богоискателей к гуруистским религиозным движениям и к авторитарным обществам в целом действительно отражает некоторые психические установки россиян, сформированные историческими и политическими условиями. Не зря именно РОСК является самым крупным вайшнавским обществом в мире после индийского .

Критический подход можно обнаружить и в диссертационной работе Е.Э. Дерягиной «Вайшнавизм: процессы трансформации и модернизации в России на рубеже XX–XXI вв.» [Е.Э. Дерягина, 2009], где совершена попытка проследить процесс трансформации и модернизации вайшнавизма на российской почве, направления его развития на современном этапе. Автор поднимает важный для религиоведения вопрос о критериях традиционности религий, опираясь на которые можно классифицировать в том числе и МОСК, что является для данного движения насущной и злободневной проблемой в условиях формирования общественного мнения. Исследователи вайшнавизма отмечают уникальность предприятия Свами Прабхупады, заключающуюся в том, что он перенес массивный культ с индийской почвы в инокультурную среду практически без изменений. С точки зрения Е.Э. Дерягиной, это породило психологическую мимикрию у российских последователей МОСК, которые «имитируют, заучивают идеи индийской религиозно-философской традиции» [там же, с. 58] и фактически принимают только ту версию индуизма, которую в модернизированной форме преподнес Свами Прабхупада. Автор отмечает, что, используя механизмы положительной и отрицательной идентификации, а также конфессиональный язык и мифологию, лидеры движений добиваются «вытеснения символов родной культуры» [там же, с. 62], что вводит человека в дисгармоничное состояние противоречия между двумя культурами. В результате проведенного анкетирования автор пришел к заключению, что, несмотря на внутренний конфликт, содержание родной культуры «полностью не вытесняется, а сосуществует с новыми символами и значениями» [там же, с. 98] .

Е.Э. Дерягина анализирует причины и последствия кризисов, которые пережило РОСК в конце 90-х гг. и утверждает, что для выхода из этих кризисов МОСК все же сделало шаг в направлении модернизации в русле религиозного синкретизма, характерного для большинства НРД. Новая форма проповеди и обучения привела к значительному увеличению количества последователей, изменение социальной политики в направлении примирения с окружающей действительностью способствовало перемене в лучшую сторону мнения общественности о движении. В МОСК развивается идея универсализма, ставшая краеугольным камнем в межконфессиональных отношениях .

С точки зрения Е.Э. Дерягиной, новым явлением стала коммерциализация деятельности российских вайшнавов; «духовный бизнес» используется в целях проповеди; происходит смещение акцента с сотериологии на индивидуализацию жизни. На основании проведенного исследования автор приходит к выводу, что МОСК представляет собой нетрадиционную форму религиозности: «…современный вайшнавизм с нашей точки зрения является одной из разновидностей неовосточных культов модернистского типа, соответствующего эпохе постмодернизма и обладающего признаками движения Нью Эйдж» [Е.Э. Дерягина, 2009, с. 98] .

В своем исследовании Е.Э. Дерягина затронула важные, острые темы, касающиеся вопросов модернизации РОСК и адаптации его к российскому обществу. При этом ответы на них, данные автором, видятся нам спорными .

Вопрос о традиционности МОСК не так прост. Генетическая связь Движения сознания Кришны, принесенного Свами Прабхупадой на Запад, с древним неарийским культом Кришны (Вишну) очевидна. Также известно, что этот культ за много веков претерпел значительные изменения, оброс внушительной догматикой и разделился на множество ветвей. И это закономерный процесс для религии (в частности, индуизма), напоминающий рост дерева, когда и форма, и содержание меняются от прорастающего семени и до созревания плодов. Кришнаизм, трансформировавшийся в течение сотен лет, испытавший влияние христианства, перенесенный в инокульурную среду и адаптированный к ней, уже не аутентичен по форме и отчасти по содержанию древнему культу. В этой связи нам видится обоснованным относить МОСК к нетрадиционным (новым) религиям, памятуя о том, что это условный термин, отражающий скорее факт существования его в новых формах и в чужеродной среде .

В социологическом исследовании религиоведа и психолога Д.Г. Курачева «Самосознание молодых приверженцев культа кришнаитов» [Д.Г. Курачев, 2010] представлены результаты сравнительного социолого-психологического исследования, проведенного в среде молодых русских приверженцев МОСК и обычных студентов на основе проективного метода депривации структурных звеньев самосознания .

В качестве теоретической основы взята концепция самосознания личности психолога В.С. Мухиной. Анализ проведен по всем звеньям самосознания: идентификации с именем, притязанию на признание, половой идентификации, психологическому времени, социальному пространству. Автором сделан следующий вывод: самосознание кришнаитов полностью пронизано культово-религиозными представлениями вайшнавизма и целиком направлено на реализацию так называемых духовных потенциалов и достижение духовных целей, что «усугубляет социально-психологическую дезадаптацию» [Д.Г. Курачев, 2010, с. 107] .

Конкретизируя негативные факторы, влияющие на самосознание кришнаитов, Д.Г. Курачев указывает на отсутствие неформальных личностных отношений, на контроль социального пространства многочисленными табу, обособление от иных, чем принятых в МОСК, образов жизни; он констатирует слабую выраженность, по сравнению со студентами, социально-нормативной агрессии .

По мнению Д.Г. Курачева, подобные установки, сформированные в МОСК, приводят к «депривации всех структурных звеньев самосознания», что выражается в «слабой рефлексии на свое “Я”», в «уничижительно-негативных самохарактеристиках», в «личной незрелости», «зависимости от групповых нормативов» и «неумении постоять за себя» [там же, с. 106–107]. Таким образом, по мнению автора, атмосфера и социальное пространство МОСК деформируют сознание его адептов, поощряя состояние инфантильности и замкнутости .

Исследование Д.Г. Курачева видится нам ценным с точки зрения изучения религиозного сознания адептов Общества сознания Кришны. Наблюдаемая автором деформация звеньев цепи самосознания отражает те подводные камни на духовном пути, с которыми неизбежно сталкиваются многие последователи НРД. Однако данное исследование обусловлено исходной концептуальной и мировоззренческой позицией. Так, автор исходит из необоснованного положения о деструктивном характере МОСК. Кроме того, объектом исследования выступила вайшнавская молодежь в сравнении со студенческой молодежью. Однако данный слой вайшнавского общества не репрезентирует самосознание кришнаитов в целом .

Это связано, во-первых, с тем, что молодые кришнаиты — это неофиты, недавно примкнувшие к обществу. А «синдром неофита» — фанатичное следование вновь принятой системе мировоззрения — позже сменяется умиротворением и обретением баланса между религиозной жизнью и мирской (что соответствует вайшнавской концепции дхармы). Кроме того, некоторые установки, обозначенные Д.Г. Курачевым как деструктивные (например, «винаидентичность»), не являются специфичными именно для данного религиозного движения, а характерны и для традиционных религий, к примеру, для христианства .

Однако данное исследование, с нашей точки зрения, заставляет обратить внимание исследователей и самих адептов на существующие проблемы торможения самоактуализации молодых кришнаитов в мирской деятельности и на их тенденцию к «социально-психологической дезадаптации» .

К противоположному выводу пришла в своем исследовании «Вайшнавские общины в России: социологический анализ» социолог А.Н. Борисова: «В вайшнавской среде сформировался тип высокообразованной личности, нашедшей свою экономическую и социальную нишу в обществе, серьезно относящейся к религиозной практике и своему духовному развитию» [А.Н. Борисова, 2011, с. 252] .

Данное исследование было проведено среди вайшнавов, участвовавших в ежегодном Международном фестивале ведической культуры и образования «Садху-санга (Святое общение) — 2006», и охватывало, соответственно, наиболее активных членов РОСК и их семьи .

Безусловно, два описанных исследования основываются на различных социологических концепциях, методиках сбора и анализа данных; в них участвовали различные респонденты. Однако даже поверхностное их сравнение показывает, что определяющую роль играют здесь не вышеперечисленные факторы, а мировоззренческие позиции ученых, их целевые установки .

Итак, нами были выделены основные пункты разно- и единогласия в позициях исследователей относительно российского МОСК. Большинство ученых сходятся во мнении, что особенности культурно-исторического контекста возникновения Движения сознания Кришны в России обусловили ряд отличий российского вайшнавизма от западного. Эти отличия не являются кардинальными, однако создают его уникальный портрет. К ним можно отнести внесение элементов национальной культуры в культовую практику, относительную автономность российских общин на фоне авторитарного характера МОСК и др .

Практически все авторы сходятся в формулировке причин возникновения МОСК в России — это «духовный вакуум» советского и постсоветского пространства, тяжелая социально-культурная обстановка в стране в тот период, желание противопоставить себя жесткому идеологическому режиму, увлечение культурой и мистикой Востока. Безусловно, МОСК уже давно оставило позади этап диссидентства и интенсивно адаптируется к социально-политической обстановке современной России: меняются формы социальной активности последователей МОСК, климат внутри общин, мировоззренческие установки адепта, вынужденного совмещать символы различных культур, которые тоже претерпевают изменения. Учеными отмечены нравственно-воспитательная и адаптивная функции, которые приняло на себя МОСК .

С другой стороны, мы видим, что существуют значительные разногласия между исследователями в интерпретации различных сторон жизни и деятельности РОСК. Как выяснилось, зачастую они обусловлены мировоззренческими позициями авторов. В одну группу можно объединить так называемых «защитников» кришнаизма (С.И. Иваненко, А.Н. Борисова, М.А. Савинова). Причем это вовсе не адепты РОСК, а ученые, обнаружившие за «экзотическим сектантством» развитую систему духовного и нравственного совершенствования, способную принести пользу российскому обществу. Ко второй группе можно отнести «критиков» РОСК (Е.Г. Балагушкин, Д.Г. Курачев, Е.Э. Дерягина, А.В. Гурко). Некоторые из них (Е.Г. Балагушкин) стоят на позициях атеизма, другие (Д.Г. Курачев) — на позициях антикультизма .

Некоторые исследователи доказывают традиционность РОСК (С.И. Иваненко, М.А. Савинова), другие настаивают на его нетрадиционном характере (Е.Э. Дерягина). Существуют разногласия и по поводу того, можно ли РОСК считать авторитарной религией .

Так, С.И. Иваненко указывает на характерный для России плюрализм внутри общин, а А.В. Гурко отмечает, что за видимой демократичностью скрыта жесткая система управления. Наличие подобных разногласий требует более детального анализа проблематики .

Здесь можно провести аналогию с маятником: крайним правым положением стало видение только недостатков, а крайним левым — только положительных черт данного религиозного движения. Мы полагаем, что взвешенная оценка характера и деятельности РОСК находится посередине и возможна при независимом экспертном исследовании, опирающемся на серьезные социологические и полевые исследования, которые на данный момент отсутствуют. По прошествии более длительного времени может появиться возможность осуществить масштабную историческую ретроспективу .

Подводя итог вышесказанному, еще раз отметим, что среди ученых существуют противоречивые мнения относительно критериев отнесения МОСК к традиции индуизма, принципов оценок характера структуры Общества, его социальной деятельности и культурной значимости в условиях современной России. Кроме того, многие аспекты организации и деятельности вайшнавов остаются неизученными. Требуются систематическое сопоставление новой и старой мифологии в организациях РОСК, различных моделей управления его общинами, анализ динамики социальных и межконфессиональных связей членов этого общества, исследование эволюции его миссионерской и образовательной деятельности и др. Обозначенные темы представляются перспективными как в научном, так и в практическом плане для развития государственно-конфессиональных отношений в России .

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Андропов Ю.В. Памятные послания: Из записки председателя КГБ Ю.В. Андропова в ЦК КПСС // Коммерсантъ-Власть. 2009. 10 августа. № 31 .

А.Ч. Бхактиведанта Свами Прабхупада. Наука Самоосознания. Бхактиведанта. Бук Траст (BBT). 2013 .

Балагушкин Е.Г. Живительный эликсир или опиум прокаженного? Нетрадиционные религии, секты и культы в современной России. М., 2014 .

Борисова А.Н. Вайшнавские общины в России: социологический анализ // Религии России: проблемы социального служения: Сб. мат-лов конференции. М.; Н. Новгород, 2011 .

Гурко А.В. Новые религии в Республике Беларусь: генезис, эволюция, последователи. Мн., 2006 .

Дерягина Е.Э. Вайшнавизм: процессы трансформации и модернизации в России на рубеже XX–XXI вв.: Дис. … канд. филос. наук. Красноярск, 2009 .

Иваненко С.И. Кришнаиты в России: правда и вымысел. М., 1998 .

Иваненко С.И. Вайшнавская традиция в России: история и современное состояние. Учение и практика. Социальное служение, благотворительность, культурно-просветительская деятельность. М., 2008 .

Иваненко С.И. Дерево познается по плодам: К 25-летию регистрации Общества сознания Кришны в России. М.. 2014 .

Карабашева Н. АиФ Северный Кавказ. Вып. 11 (703). 2007.14 марта // URL: http://gazeta.aif.ru/_/online/stavropol/703/12_01 Курачев Д.Г. Самосознание молодых приверженцев культа кришнаитов // Социологические исследования. Казань. 2010. № 9 .

Савинова М.А. Кришнаизм и Вера бахай в полиэтническом регионе:

сравнительно-исторический анализ: Автореф. дис. … канд. ист. наук .

Улан-Удэ, 1998.




Похожие работы:

«ФОЛЬКЛОРИСТИКА УДК 398.8(=161.1)(470.51) С. В. Толкачева ГИДРОМОРФНАЯ СИМВОЛИКА В РУССКОМ СВАДЕБНОМ ФОЛЬКЛОРЕ УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ: МЕЖЭТНИЧЕСКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ С УДМУРТСКОЙ ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРОЙ Статья посвящена одному из важнейших символов в мифологической картине мира русского населения Удмуртской Республик...»

«ISSN 2222-551Х. ВІСНИК ДНІПРОПЕТРОВСЬКОГО УНІВЕРСИТЕТУ ІМЕНІ АЛЬФРЕДА НОБЕЛЯ. Серія "ФІЛОЛОГІЧНІ НАУКИ". 2014. № 2 (8) УДК 82.0 + 821.161.3.09 Е.А. ГОРОДНИЦКИЙ, кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник Центра исследований белорусской культуры, языка и литературы Национальной академии наук Беларуси (г. Минск) ЭКФРАСИ...»

«УТВЕРЖДАЮ УТВЕРЖДАЮ Президент ККОСО Заместитель министра физическо ктуры и "Федерация акробатического №0 края `;. ' ’ В‚Е.'.Т1ер$;`дяко1з @! ;019г ' ;. %. “иппиичзё ПОЛОЖЕНИЕ краевых соревнований о проведении по акробатическому рок-н-роллу на 2019 год номер-код вида снорта:1500001411Я г. Крас...»

«650 ВаВилоВский журнал генетики и селекции, 2014, том 18, № 4/1 УДК 631 527.41:631.11: 633.14 СПОСОБНОСТЬ К АНДРОГЕНЕЗУ ЭУПЛАЗМАТИЧЕСКИХ ЛИНИЙ МЯГКОЙ ПШЕНИЦЫ И АЛЛОПЛАЗМАТИЧЕСКИХ РЕКОМБИНАНТНЫХ ЛИНИЙ (H. vulgare)-T. aesTivu...»

«3 См.: Берс Е. М. Раскопки аятских древних поселений и могильни­ ка I I АКА УрГУ. Ф. 2. Д. 15— 16. 4 См.: Берс Е. М. Раскопки М акушинского с ел и щ а//А К А УрГУ. Ф. 2. Д. 12. 5 См.: Косарев М. Ф. Бронзовый век Западной Сибири. М., 1981. С. 27—32. 6 Эту особенность зау...»

«Структура КИМ ЕГЭ Каждый вариант экзаменационной работы состоит из двух частей и включает в себя 27 заданий, различающихся формой и уровнем сложности. Часть 1 содержит 26 заданий с кратким ответом. В экзаменационной работе предложены следующие разновидности заданий с кратким ответом:– задания отк...»

«1. Пояснительная записка 1.1 Перечень нормативных документов, на основе которых составлена программа:1.Федеральный государственный образовательный стандарт основного общего образования.2. Примерная образовательная программа основного об...»

«УДК 141.3 https://doi.org/10.24158/fik.2017.1.3 Сергодеева Елена Александровна Sergodeeva Elena Aleksandrovna доктор философских наук, D.Phil. in Philosophy, профессор кафедры философии Professor, Philosophy Department, Северо-Кавказского федерального университета North Caucasus Federal University Хутуев Рамазан Григорьевич...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.