WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

«ЯЗЫК И КУЛЬТУРА: ВЗГЛЯД МОЛОДЫХ Материалы I Международной научной конференции студентов и школьников «Язык и культура: взгляд молодых» в рамках Международного Кирилло-Мефодиевского фестиваля ...»

-- [ Страница 1 ] --

1

М

ЯЗЫК И КУЛЬТУРА:

ВЗГЛЯД МОЛОДЫХ

Материалы I Международной научной

конференции студентов и школьников

«Язык и культура: взгляд молодых» в рамках

Международного Кирилло-Мефодиевского

фестиваля славянских языков и культур

(23–25 мая 2018 года, Москва)

Москва

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ РУССКОГО ЯЗЫКА

им. А. С. ПУШКИНА

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

ЯЗЫК И КУЛЬТУРА:

ВЗГЛЯД МОЛОДЫХ

Материалы I Международной научной конференции студентов и школьников «Язык и культура: взгляд молодых» в рамках Международного Кирилло-Мефодиевского фестиваля славянских языков и культур (23–25 мая 2018 года, Москва) Москва УДК 8.80 ББК 80.4 Я 41 Рекомендовано к изданию Редакционно-издательским советом Государственного института русского языка им. А. С. Пушкина Протокол № 1 от 24 января 2018 г .

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:

М.Н. Русецкая (главный редактор);

М.А. Осадчий (зам. главного редактора);

И.А. Лешутина (научный редактор);

Л.А. Мовсисян (ответственный секретарь);

Т. Тапилин (заместитель ответственного секретаря);

А.А. Негушина, Е.А. Ротова, К.А. Паутова

Рецензенты:

Е. В. Никольский, д-р филол. наук

, проф.;

Т. В. Кудоярова, канд. пед. наук, доц .

Статьи печатаются в авторской редакции. Ответственность за содержание и корректность заимствований несут авторы статей .

Язык и культура: взгляд молодых // Материалы I Международной научной конференции студентов и школьников «Язык и культура: взгляд молодых» в рамках Международного Кирилло-Мефодиевского фестиваля славянских языков и культур, 23–25 мая 2018 года : сборник статей / гл. ред. М.Н. Русецкая. М.: Гос. ИРЯ им. А. С. Пушкина, 2018. 797 с .

Я 41 ISBN 978-5-98269-188-0 В сборнике представлены статьи, посвященные актуальным вопросам языкознания, методики преподавания филологических дисциплин и РКИ, языка средств массовой информации и рекламы .

Также затрагиваются актуальные проблемы лингвокультурологии и межкультурной коммуникации, истории и поэтики русской и зарубежной литературы и современного литературного процесса, отечественной и мировой истории. В книге содержатся материалы I Международной научной конференции студентов и школьников «Язык и культура: взгляд молодых» в рамках Международного Кирилло-Мефодиевского фестиваля славянских языков и культур (23 – 25 мая 2018 года) .

УДК 8.80 ББК 80.4 © Государственный институт русского ISBN 978-5-98269-188-0 языка им. А. С. Пушкина, 2018 Содержание

–  –  –

ИСТОРИЯ И ПОЭТИКА РУССКОЙ И ЗАРУБЕЖНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Алиева Надиля Ханларовна

МИФ ОБ ЭДИПЕ КАК МИФ О САМОПОЗНАНИИ ЧЕЛОВЕКА

В ДРАМЕ АНДРЕ ЖИДА «ЭДИП» 101 Содержание Бабичева Екатерина Анатольевна

К ВОПРОСУ О ЖАНРОВЫХ ТРАНСФОРМАЦИЯХ

КЛАССИЧЕСКОГО ЭПИСТОЛЯРНОГО РОМАНА

В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ НАЧАЛА XXI в. («ЮЛИЯ, ИЛИ НОВАЯ

ЭЛОИЗА» Ж.-Ж. РУССО И «ПИСЬМОВНИК» М.П. ШИШКИНА) 104 Борисова Татьяна Олеговна

СПОСОБЫ ПЕРЕВОДА НОМИНАЦИЙ ФАНТАСТИЧЕСКИХ РЕАЛИЙ





В РОМАНАХ ДЖ. К. РОУЛИНГ О ГАРРИ ПОТТЕРЕ 108 Боровикова Дарья Алексеевна

ЛЕГЕНДА О ТРИСТАНЕ И ИЗОЛЬДЕ

В ТВОРЧЕСТВЕ ФОЛК-РОК ГРУППЫ «МЕЛЬНИЦА» 111 Вершинина Татьяна Викторовна

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПОРТРЕТ В КОМПОЗИЦИОННОЙ СТРУКТУРЕ

«ПИСЕМ РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА» Н.М. КАРАМЗИНА 115 Голикова Александра Владимировна ЛИТЕРАТУРНЫЙ ИНТЕРТЕКСТ В РОМАНЕ В. ПЕЛЕВИНА «T» 118 Голубев Антон Александрович

МОТИВ ЛЮБВИ И ВЕРЫ В ПОВЕСТИ Ф. ГОРЕНШТЕЙНА

«УЛИЦА КРАСНЫХ ЗОРЬ». 121 Демина Арина Рудольфовна

АНТИЧНЫЕ РЕМИНИСЦЕНЦИИ

В ТВОРЧЕСТВЕ МАКСИМИЛИАНА ВОЛОШИНА 125

Дмитриева Елизавета Сергеевна

СЕМАНТИКА СИНЕГО ЦВЕТА

В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ВЛАДИМИРА ВЫСОЦКОГО 129

Жданович Олеся Андреевна

ПОЭТИЧЕСКИЙ МАНИФЕСТ В СИСТЕМЕ ЛИТЕРАТУРНЫХ ЖАНРОВ

(НА ПРИМЕРЕ ПОЭТИЧЕСКИХ МАНИФЕСТОВ ПЕРВОЙ ТРЕТИ XX ВЕКА) 132

Забудряева Юлия Александровна С.А. ЕСЕНИН: КРИЗИС РЕЛИГИОЗНОГО МЫШЛЕНИЯ 136 Закиров Дмитрий Андреевич

ГЛАЗОВСКИЕ СТРАНИЦЫ СУДЬБЫ Р. КАЗАКОВОЙ 140

Иванов Петр Константинович

К ВОПРОСУ О ТРАКТОВКЕ КОНЧЕТТО В ПОЭЗИИ ДЖОНА ДОННА

(НА МАТЕРИАЛЕ ПЕРЕВОДОВ СТИХОТВОРЕНИЯ «A VALEDICTION:

FORBIDDING MOURNING») 143 8 Индзинская Ольга Максимовна

НАСЛЕДИЕ ЕЛЕНЫ АНДРЕЕВНЫ ШТАКЕНШНЕЙДЕР 146

Какайкина Майя Александровна ОБРАЗЫ СВЯТЫХ В ЛИРИКЕ М.И. ЦВЕТАЕВОЙ 150 Кемпла Наталия

К ВОПРОСУ О ФУНКЦИИ ИМЕН В РОМАНЕ АЛЕКСАНДРА ДЮМА

«ГРАФ МОНТЕ-КРИСТО» (НА ПРИМЕРЕ ОБРАЗА ЭДМОНДА ДАНТЕСА) 153 Кочковая Ирина Олеговна

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ АНТИЧНОГО СЮЖЕТА ОБ АМУРЕ И ПСИХЕЕ

В ТВОРЧЕСТВЕ АПУЛЕЯ, Ж. ЛАФОНТЕНА, И. БОГДАНОВИЧА 156 Криволапова Наталья Владимировна

МАТЕРИНСКАЯ ЛЮБОВЬ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

(НА ПРИМЕРЕ «ЖИТИЯ ФЕОДОСИЯ ПЕЧЕРСКОГО» НЕСТОРА

И ПЬЕСЕ «НЕДОРОСЛЬ» Д.И. ФОНВИЗИНА) 160 Кузьмина Яна Александровна

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНЫЕ СВЯЗИ В ЛИРИКЕ КУЗЕБАЯ ГЕРДА

И СЕРГЕЯ ЕСЕНИНА НА ПРИМЕРЕ МОТИВА ВЕЧЕРА 163

Лебедев Алексей Алексеевич ПИСЬМА П. МЕРИМЕ И.С. ТУРГЕНЕВУ КАК РУССКИЕ ТЕКСТЫ 166 Лихачева Елизавета

АНТИЧНЫЕ МОТИВЫ В ТВОРЧЕСТВЕ ПИСАТЕЛЬНИЦЫ АГАТЫ КРИСТИ 169

Макарова Алина Викторовна

РЕЧЕВЫЕ ОБРАЗЫ ЖЕНЩИН В РАССКАЗАХ В.М. ШУКШИНА 173

Мирошников Алексей Геннадьевич

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ В «СОЛНЦЕ МЕРТВЫХ» СЛАВЫ КПСС 176

Плиева Медина Исаевна

РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ИНГУШЕТИЯ 179

Репина Анастасия Сергеевна

ПРИЕМЫ КОМИЧЕСКОГО И ИХ РОЛЬ

В ПОВЕСТИ А.Я. ПАНАЕВОЙ «СЕМЕЙСТВО ТАЛЬНИКОВЫХ» 183 Ротова Елена Андреевна

ОСОБЕННОСТИ ЖАНРА КРАТКОГО РАССКАЗА

В СОВРЕМЕННОЙ СЕТИРАТУРЕ (НА ПРИМЕРЕ ПРОЕКТА «JUST STORY») 186

Содержание Сафарова Кристина Викторовна

ОБРАЗ ИФИГЕНИИ В АНТИЧНОЙ, ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОЙ

И РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ XVII–XX ВЕКОВ 190 Севастьянова Анна Дмитриевна

МАСОНСКАЯ СИМВОЛИКА В УТОПИИ В.А. ЛЕВШИНА «НОВЕЙШЕЕ

ПУТЕШЕСТВИЕ, СОЧИНЕННОЕ В ГОРОДЕ БЕЛЕВЕ» 196 Синджу Пак

ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОСТРАНСТВО В ПЬЕСЕ Л.Н. АНДРЕЕВА «К ЗВЕЗДАМ» 199

Тапилин Татьяна

ДОМ БЕСКОНЕЧНОСТИ:

О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ПРОСТРАНСТВА И ВРЕМЕНИ

В ПРОИЗВЕДЕНИИ М. ПЕТРОСЯН «ДОМ, В КОТОРОМ…» 202 Телкова Дарья Владимировна

ПОЭТИКА ТРАДИЦИОННОЙ ЛЮБОВНОЙ БАЛЛАДЫ

В СТИХОТВОРЕНИИ Н. ГУМИЛЕВА «ПЕРСТЕНЬ» 205 Трегубова Мария Валерьевна

ХУДОЖЕСТВЕННОЕ СВОЕОБРАЗИЕ СОНЕТОВ ДЖОРДАНО БРУНО 208

Шамова Наталья Дмитриевна

МАРИНА ЦВЕТАЕВА И ЭМИЛИ ДИКИНСОН:

ОПЫТ СОПОСТАВИТЕЛЬНОГО АНАЛИЗА 211

Шахмаева Ксения Андреевна

ФУНКЦИИ ВЫДЕЛЕННЫХ ГЛАГОЛОВ

В РОМАНЕ Ф.М. ДОСТОЕВСКОГО «УНИЖЕННЫЕ И ОСКОРБЛЕННЫЕ» 214

–  –  –

ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ПОНЯТИЮ

ЯЗЫКОВОГО ПУРИЗМА

НА ПРИМЕРЕ РУССКОГО ЯЗЫКА

Аннотация. Данная статья посвящена проблеме языкового пуризма в России, его актуальности в настоящее время, а также вопросам нормализации русского языка .

Ключевые слова: языковой пуризм; языковая норма; языковая идеология .

Я зыковой пуризм в России является одновременно и старым, и новым понятием. Широко известными пуристами и борцами за чистоту языка были шишковисты (XIX в.), но с началом XXI века эта проблема актуализировалась вновь .

Языковой пуризм (от лат. purus – чистый) – преувеличенное стремление к чистоте литературного языка, к изгнанию из него всех посторонних элементов [5]. Одним из наиболее известных русских пуристов XIX века является адмирал А.С. Шишков. Он предлагал «очистить» русский язык от всех слов неславянского происхождения, включая не только новые иноязычия, но и старые заимствования. Однако в начале XXI века в связи с глобализацией меняются и пересматриваются сами подходы к языковому пуризму .

В зависимости от критериев классификации, можно выделить несколько видов пуризма .

В частности, крайний и умеренный пуризм. Пуризм считается крайним, если отвергаются все иноязычные (неславянские) слова, все заимствования и даже кальки. «Взамен» предлагаются исконные слова – созданные вновь или обновленные с точки зрения семантики. Умеренный пуризм использует более дифференцированный подход к отбору заимствований: он предлагает «отсеивать» те слова, которые имеют собственно русский аналог в языке [3] .

Согласно классификации, предложенной Г.О. Винокуром, выделяются эмоциональный и идеологический (характерный, например, для эпохи СССР) пуризм; базой последнего, по утверждению учёного, служат «посторонние соображения», часто политические [1] .

В настоящее время имеет место быть такое явление, как «американомания», возникшая в результате государственной политики с ориентацией на западные образ жизни, модель общества и, в первую очередь, экономику .

Кроме того, это так же связано с распадом СССР и утратой русского языка своего прежнего авторитета [3] .

Сегодня можно встретить и негативное восприятие подобной «западной ориентации», называя наше время своеобразным «транзитным периодом», когда заимствования употребляются чрезмерно. К ярым пуристам можно отнести, например, В.В. Жириновского, выступившего за отказ от любых иностранных слов и замену их русскими [1] .

Стремление воспринимать чистый и понятный, а не идеологически обусловленный язык, встречается и в повседневной жизни: так, ориентируясь, на западный образец, в настоящее время вместо приказного тона мужским голосом «Поезд дальше не пойдёт. Просьба освободить вагоны» в Москве говорят мягким женским «Конечная. Поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны». Пугающую надпись «Выхода нет» заменили доброй «Выход слева». Таким образом, происходит не только засилие иностранных слов в языке, но и своеобразное «смягчение» собственно русского языка [2, с. 16] .

При этом нельзя не отметить, что в настоящий момент большинство молодых людей стремится овладеть иностранными языками; таким образом, можно сказать, что мы находимся на пути к культурному двуязычию, какое имело место быть в XIX веке [1] .

Идеологические и крайние пуристы стремятся очистить язык от любых иностранных слов, «нормализовать» его, ввести единую, общую норму для всех .

Поиск правильного языка увязывается с понятием нормы, вообще актуальным для эпохи формирования нации, которая требует порядка и чёткой дисциплины в производстве, хозяйстве, науке, во всех сферах жизнедеятельности государства [2, с. 5] .

Стоит, однако, сказать, что и постоянное новаторство, и консерватизм в отношение родного языка мешают нормализации языка в его собственных интересах, направленных на хранение его в системном и составном единстве .

Нормализация может быть успешной только тогда, когда меняющиеся потребности, вкусы и другие социально-человеческие факторы согласуются с устройством, законами и возможностями языка [2, с. 13] .

Языку чужда нормализация, нацеленная на абсолютный прогресс (приспособление его к желаниям и потребностям общества, прихотям отдельных людей). Едва ли можно с полной уверенностью заявлять, что стремление к состоянию нормативности заложено в самой системе языке; по всей видимости, нормативность привносится в функционирование языка социальными потребностями [2, с. 18] .

Посредником между социальными структурами и формами речи выступает идеология языка, основывающаяся на определенной социальной позиции, мнении определённой социальной группы. Языковая идеология – это модель лингвистического выражения социальных и культурных различий. Она кодифицирует языковые нормы и содержит понятия о социальных функциях той или иной разновидности языка [4] .

Языковые идеологии обеспечивают связь языка с групповой и персональной идентификацией, эстетикой, моралью. Благодаря этой связи они поддерживают фундаментальные социальные институты. Изучение практик языковой социализации дает возможность исследовать функционирование языковых идеологий, их двойственность и противоречия. Представления о том, как, где и когда использовать различные формы языка или различные языки, отражаются в ежедневных социальных практиках [4] .

Итак, проблема языкового пуризма в России прежде всего связана с социальной ситуацией и социальными потребностями, как и вопросы нормализации языка. Для её непосредственного осуществления необходимо изучение языковых идеологий различных социальных групп и стабилизация общества, но никак не насильственное «очищение» языка от любых инородных слов .

Литература

1. Богуславская В.В., Китанина Э.А. Идеологический пуризм в контексте патриотизма: социокультурный аспект / В.В. Богуславская, Э.А. Китанина // Общество: социология, психология, педагогика. – Выпуск № 3.– 2016 .

2. Костомаров В.Г. Язык текущего момента. Понятие правильности – СПб.:

Литагент «Златоуст», 2015 – 60 с .

3. Маринова Е.В. Вечный вопрос о заимствованиях – Журнал «Русская речь», 2014 – 58 – 61 с .

4. Соловьёва Н.П. Языковые идеологии усыновления в США и России // Вестник НГЛУ. Язык и культура. С. 93-100 .

5. Словари и энциклопедии на Академике // URL: https://dic.academic.ru/ dic.nsf/ruwiki/1855695 (дата обращения 08.03.18)

–  –  –

СЛОВООБРАЗОВАНИЕ

КАК МЕЖУРОВНЕВАЯ СИСТЕМА

Аннотация. В статье рассматривается принцип взаимодействия словообразования с другими уровнями языка в функциональном и коммуникативном планах .

Ключевые слова: словообразование, синтаксис, лексика, морфология, стилистика .

Ш ирокое и всестороннее определение словообразование дается в лингвистическом энциклопедическом словаре: «Словообразование – раздел языкознания, изучающий все аспекты создания, функционирования, строения, классификации производных и сложных слов» [2, с. 467] .

Рассмотрим межпредметные связи, устанавливаемые между словообразованием и единицами других уровней языковой системы в функциональном и коммуникативном аспектах .

Хотя производные слова и являются частью русской лексики, языковая специфика словообразовательных единиц проявляется в особенностях их функционирования. Имеющиеся связи между словообразовательными средствами и единицами других уровней языка (словоизменительными морфемами, лексемами, синтаксическими конструкциями) позволяют интегрировать данный научный принцип в процесс обучения русскому языку .

Языковые процессы, происходящие на морфемном шве, где проходит граница между словообразовательными аффиксами и основами производящего слова (интерфиксация, чередование фонем, усечение производящей основы, интерференция дериватора на часть производящей основы), изучаются морфонологией. Поэтому проблема сочетаемости морфем в производном слове относится и к словообразованию, и к морфонологии. Собственно словообразовательная модель является морфонологической разновидностью внутри одного и того же словообразовательного типа. Использование многих суффиксов регулируется морфонологическими свойствами основы производящего слова. Так, суффикс -тель обычно образует существительные от глаголов с основой на гласный: строить – строитель, искать – искатель.

Морфы -щик и -чик существительных встречаются при разных типах основ:

-чик после 26 фонем [т] и [д], если им не предшествует другой согласный (обычно сонорный): переводчик, рассказчик, летчик, перевозчик (редкие слова с [с], [з] +

-чик: обозчик, подписчик). Во всех остальных случаях, в том числе и после [т] и [д], если предшествует согласный, выступает -щик: спорщик, обманщик .

Непосредственной и тесной представляется связь словообразования с лексикологией. Известно, что производные слова составляют в достаточно высокой степени организованную часть русской лексики. В русской морфологической системе образование производных слов закономерно обусловливается запросами лексики. Картина языкового мира человека меняется через появление новых слов, прежде всего производных, в том числе сложных .

Образная характеристика языка «живой как жизнь» в наибольшей степени относится как раз к производной лексике. Производные слова используются для закрепления новых знаний о внеязыковой действительности, они образуются, в частности, для того, чтобы дать наименование нового предмета (гипермаркет) или явления, процесса (монетизация). В то же время изменения в языке могут быть связаны и с переименованием известных объектов, отношение к которым меняется вместе с обновляющейся действительностью (террорист – душегуб) .

С одной стороны, словообразование пополняет лексику, а с другой – лексика накладывает ограничения на возможности словопроизводства (ср .

крестьянин – крестьянка) .

Словообразование тесно связано с морфологией, так как каждое производное слово создается как слово определенной части речи, характеризуемое определенными грамматическими значениями. Суффиксы тесно соединены с флексиями, которые участвуют в образовании каждого производного слова .

Словообразовательная роль системы флексий заключается прежде всего в том, что они служат для окончательного оформления слова и, тем самым, придают ему цельность значения [3, с. 169]. Г.И. Рожкова отмечает: «Например, словообразовательные типы с суффиксами -тель, -ость, -ин(а) связаны с категорией имени существительного (двигатель, учитель, скорость, величина);

словообразовательные типы с суффиксами -ыва- (-ива-), -ова-, -ва- характерны для образования глаголов (указывать, советовать, создавать). С глаголом тесно связан тип образования существительных на -ение, -ание, -тие (горение, изыскание, открытие); словообразовательные типы с суффиксами -н-,

-ат- для имени прилагательного (холодный, полосатый)» [3, с. 359]. Таким образом, словообразовательные средства, в частности суффиксы, включат в себя информацию о части речи слова, роде и типе словоизменения, наличии форм множественного числа. Так, суффиксы -от-, -ениj-, -ец предопределяют принадлежность слова к имени существительному соответственно женского рода (доброта), среднего (строение) и мужского рода (молодец) и разные системы флексий. Синтаксические дериваты от прилагательных обычно не имеют форм множественного числа: белый – белизна .

Связь словообразования и синтаксиса является «двунаправленной» .

С одной стороны, пропозиции, лежащие в основе производных наименований, могут иметь синтаксическую форму выражения (словосочетание, предложение): небольшая река – речка; тот, кто играет в футбол – футболист .

Обозначение пропозиции с помощью краткой и содержательной единицы лексики – одна из функций словообразования. С другой стороны, производное слово наделено определенной синтаксической функцией, ассоциируется с некоторым типом текста. Словообразование выступает проекцией синтаксиса на лексикон. Например, связки отличаться, выделяться, славиться обычно употребляются существительными с качественным значением, большая часть которых представляет собой производные слова, причем только в форме творительного падежа – отличаться сообразительностью / решительностью;

выделяться красотой; славиться известностью .

Таким образом, словообразование не нацелено на сплошной охват лексики, оно весьма избирательно в своем устройстве и тонко реагирует на лексическую семантику. Известно, что словообразование небезразлично к лексико-семантическим группам слов, а пополнение лексики производными словами происходит через лексико-тематические объединения, которые обслуживаются теми или иными словообразовательными типами .

Литература

1. Красильникова Л.В. Взаимосвязи словообразования с другими уровнями языковой системы в лингвометодическом аспекте. // Журнал «Stephanos», № 3, 2014. – С. 10-20 .

2. Лингвистический энциклопедический словарь / под ред. В.Н. Ярцевой. – М.: Сов. энцикл. – 1990. – 682 с .

3. Рожкова Г.И. Избранные труды. – М.: МАКС Пресс. – 2011. – 494 с .

–  –  –

ЭКСПРЕССИЯ И ЭМОЦИОНАЛЬНОСТЬ

В БИОЛОГИЧЕСКИХ НАУЧНЫХ ТЕКСТАХ

Аннотация. В статье рассматривается экспрессия и эмоциональность, а также образность биологических научных текстов на примере учебной литературы по ботанике и физиологии растений. Выявлены нетерминологические средства словесной образности и устоявшиеся термины-метафоры со стершейся образностью .

Ключевые слова: экспрессия, эмоциональность, образность, научный текст, функциональная стилистика .

О сновная цель научного текста, это наиболее точно и логично выразить мысль [1, с. 632; 2, с. 419–425; 6, 338,]. Нельзя сказать, что отвлечённость и обобщённость делает научный текст неэкспрессивным и безэмоциональным. За счёт этого, а так же образности, научный текст достигает своей цели с сохранением коммуникативных качеств [3, с. 161–167] .

Под экспрессивностью можно понимать «семантическую категорию, придающую речи выразительность за счёт взаимодействия в содержательной стороне языковой единицы, высказывания, текста, оценочного и эмоционального отношения субъекта (говорящего или пишущего) речи к тому, что происходит во внешнем или внутреннем для него мире» [5, 771]. Учитывая мнение С. Е. Никитиной и Н. В. Васильевой о том, что экспрессивность речи, есть не что иное, как «совокупность признаков языковых единиц или высказывания/текста, в которых отражается/которые указывают на не-нейтральное отношение говорящего к содержанию или адресату речи», можно сказать, что экспрессивная окраска речи или текста, которая достигается за счёт образности, эмотивности, оценочности и интенсивности, реализует цели и задачи общения и делает весь этот процесс более эффективным [3, с. 168; 8, c. 764–765] .

Эмоциональность текста достигается за счёт лексико-семантических, словообразовательных и синтаксических единиц. В научном тексте присутствуют средства словесной образности и устоявшиеся в науке терминыметафоры, у которых образность является стёртой [5, с. 770–771] .

Среди примеров словесной образности (метафорических и сравнительных оборотов) в биологических текстах можно отметить следующие контексты:

1. «Когда величина напряжения превысит предел прочности материала, произойдёт необратимое сгибание предмета, или тотальная потеря устойчивости» [9, с. 203] .

2. «Они не являются прямыми потомками известных нам каламитов»

[9, с. 203] .

3. «Образуется листовой прорыв, … соответствует веточному прорыву» [9, с. 203] .

4. «они напоминали сложноперистые листья» [9, с. 203] .

5. «Индузий образуется из основания и постепенно обрастает спорангий в виде чаши» [9, с. 203];

6. «Слепая ветвь эволюции» [4, с. 343] .

Большое внимание стоит уделить устоявшимся в науке терминам-метафорам со стёртой образностью:

1. «Устьице представляет собой пару замыкающих клеток, разделённых межклетником – устьичной щелью» [7, с. 61] .

2. «… но их [папоротники и пальмы] основания сохраняются на стебле …, создавая своеобразный механический футляр» [7, с. 259] .

3. «Клетки чехлика, …, составляя столбочек (columella)» [7, с. 270] .

4. «На конце усика находится кувшинчатый орган, представляющий собой видоизменённую листовую пластинку, верхняя лопасть которой превращена в «зонтик», или крышечку, прикрывающую входное отверстие кувшина» [7, с. 25] .

5. «Опорную роль играют и корни-прицепки …» [7, с. 25] .

6. «Растения паразиты имеют корни-присоски» [7, с. 25] .

7. «Воздушные корни, не соприкасающиеся с субстратом…» [7, с. 332] .

8. «Из мелких, «щуплых» семян с недостаточным количеством питательных веществ» [7, с. 341] .

9. «Один из вариантов серментации – размножение отводками» [7, с. 346] .

10. «У печёночника маршанции в особых выростах таллома – выводковых корзинках – образуются линзовидные структуры, называемые выводковыми телами» [7, с. 348] .

11. «Основной способ вегетативного размножения представляет собой прививка» [7, с. 350] .

12. «Такие собрания спорофиллов называют спороносными колосками, или стробилами» [7, с. 354] .

13. «Спорогоний имеет гаусторий, глубоко внедряющийся в стебель гаметофита, ножку, коробочку и колпачок – остаток стенки брюшка архегония. Коробочка дифференцирована на урночку и крышечку. … От неё начинается колонка» [7, с. 362] .

14. «Самый крупный лепесток, расположенный вертикально, называют флагом, или парусом. … находящиеся под парусом, – крыльями, или 30 вёслами, …, часто срастающиеся отгибами, лодочкой» (Лотова Л.И .

«Ботаника Морфология и анатомия высших растений») [7, с. 411] .

Естественные науки изучают весь окружающий мир и, чтобы наиболее ярко и понятно изложить весь теоретический материал о структуре природы, нужно использовать эмоциональность и экспрессивность в изложении теоретического материала, для того чтобы у читателя сформировался образ об объекте, который он изучает .

Литература

1. Болотнова Н.С. Филологический анализ текста. – М.: Флинта: Наука .

2007. – 520 с .

2. Голуб И.Б. Новый справочник по русскому языку и практической стилистике. – М.: Эксмо, 2007. – 464 с .

3. Кожина М.Н. Стилистика русского языка. М.: Просвещение, 1993. 224 с .

4. Комарницкий Н.А. и др. Ботаника (систематика растений). – М.: Просвещение. 1975. – 608 с .

5. Копнина Г.А., Щербаков А.В. Эмоциональность речи // Культура русской речи: энциклопедический справочник / под ред. Л.Ю. Иванова. А.П. Сковородникова, Е.Н. Ширяева и др. – М.: Флинта: Наука, 2003. – 771–773с .

6. Крысин Л.П. Научный стиль // Культура русской речи: энциклопедический справочник / под ред. Л.Ю. Иванова. А.П. Сковородникова, Е.Н. Ширяева и др. – М.: Флинта: Наука, 2003. – 338с .

7. Лотова Л.И. Ботаника: Морфология и анатомия высших растений. – М:

КомКнига, 2007. – 512 с .

8. Сковородников А.П., Копнина Г.А. Экспрессивность речи // Культура русской речи: энциклопедический справочник / под ред. Л.Ю. Иванова. А.П. Сковородникова, Е.Н. Ширяева и др. – М.: Флинта: Наука, 2003. – 764–765с .

9. Тимонин А.К. Ботаника. Высшие растения: в 4 т. Т. 3. – М.: Издательский центр «Академия», – 2007. 352 с .

10. Хорошая речь / под ред. М.А. Кормилицыной, О.Б. Сиротининой. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2001. – 333 с .

–  –  –

МЕТОДЫ ВЫЯВЛЕНИЯ «ОБРАЗА

АВТОРА» В КОММУНИКАТИВНОФУНКЦИОНАЛЬНОЙ ГРАММАТИКЕ

Аннотация. Статья посвящена тем составляющим понятия «образ автора», которые раскрываются благодаря обращению к субъектной перспективе высказывания и четырёхступенчатой схеме анализа текста. Данные методы работы с текстом разработаны Г.А. Золотовой в рамках коммуникативнофункциональной грамматики .

Ключевые слова: коммуникативная грамматика; образ автора; субъектная перспектива высказывания; четырёхступенчатая схема анализа .

В 1967 году было опубликовано эссе Ролана Барта «Смерть автора», ставшее знаковым в постмодернистской текстологии. В нём ставится под сомнение критический и литературоведческий подход к тексту, при котором «объяснение произведения всякий раз ищут в создавшем его человеке» [1, с. 385]. Философ настаивает на необходимости отказа от биографического фактора, призывает рассматривать художественный текст как самостоятельный творческий продукт, в котором читатель может увидеть новые, не заложенные создателем смыслы .

Приводя аргументы, Р. Барт ссылается на специалистов в языкознании, которые, как он пишет, доказали, «что высказывание как таковое пустой процесс и превосходно совершается само собой, так что нет нужды наполнять его личностным содержанием говорящих» [1, c. 387]. Однако с позиции современности ясно, что формальными моделями, к которым апеллирует Р. Барт, лингвистика не ограничивается. Учёный вполне может изучать семантику, заложенную в текст конкретной речевой личностью, основываясь только на языковых показателях .

Ярким примером служит коммуникативно-функциональная грамматика, разработанная в середине XX века Г.А. Золотовой. Базисными принципами теории являются антропоцентричность и текстоцентричность. Таким образом, ключевая фигура коммуникативной грамматики говорящий в тексте. В числе первых учёных, занимавшихся вопросом о субъекте речи и повлиявших на 32 развитие коммуникативного подхода, Г.А. Золотова называет В.В. Виноградова с его «образом автора» и М.М. Бахтина с понятием «точка зрения» .

И если в первых трудах [4], излагающих основы коммуникативной теории, для анализа берутся преимущественно отдельные предложения (высказывания), что позволяет говорить о позиции говорящего, то в последующих работах вместе с более сложными и объёмными текстами вводится проблема авторского присутствия в тексте .

Такая связь сложности субъекта с объёмом текстового материала закономерна. С одной стороны, каждая синтаксема и каждое предложение в тексте порождены авторским началом, с другой нельзя в каждом предложении видеть манифест автора или, что вернее, образа автора. Согласно В.В. Виноградову, образ автора это «концентрированное воплощение сути произведения, объединяющее всю систему речевых структур персонажей в их соотношении с повествователем, рассказчиком или рассказчиками и через них являющееся идейно-стилистическим средоточием, фокусом целого»

[3, с. 118]. «Образа автора», или «абстрактный автор» (термин в западной традиции) не что иное, как организующий принцип, он не обладает собственными репликами в произведении .

Для иллюстрации данной мысли воспользуемся бахтинским разграничением сущности произведения на два аспекта на «событие, о котором рассказывается», которое представляет собой фабулу, и «событие самого рассказывания», т.е. способ изображения и развёртывания данной фабулы, ведь любой автор преподносит любой сюжет по-своему [2, с. 403403]. Каждый отрезок текста элемент «события рассказывания», и в каждом конкретном случае оно организуется посредством говорящего или говорящих .

В прозе говорящий может быть представлен через первое лицо и быть либо автором-рассказчиком, либо героем-рассказчиком, либо героем, не являющимся рассказчиком; а может через третье, при котором повествование квалифицируется как собственно авторское, несобственно авторское или как несобственно прямая речь [6, с. 616]. И ни один из этих типов изложения не тождественен образу автора, т.к. даже при собственно авторском повествовании, когда история словно бы рассказывается объективно и отстранённо, автор-повествователь является средством, способом передачи информации .

Он описывает одни детали и игнорирует другие, диктует читателю определённый угол зрения .

В связи с концепцией образа автора интересно рассмотреть два метода исследования текста, выведенных Г.А. Золотовой: субъектную перспективу высказывания и четырёхступенчатую схему анализа .

Субъектная перспектива высказывания раскрывает взаимодействие субъектных сфер. Всего их пять: две в диктуме (S1 субъект неосложненной модели, т.е. субъект действия, состояния или качества; S2 субъект-каузатор, т.е. воздействующий субъект) и три в модусе (S3 субъект-авторизатор, т.е .

Он-говорщий ; S4 субъект-говорящий, т.е. Я-говорящий; S5 субъектслушающий, т.е. Ты-адресат высказывания) [5, с. 229235] .

В разных текстах можно наблюдать разные комбинации субъектных зон. Например, совпадение S4 и S1 Я красив; совпадение S5 и S1 Ты смотришь в окно; совпадение S3 и S2 Сын попросил маму приехать. Возможно и усложнение структуры модусной рамки. Например, Всё вокруг казалось ему отталкивающим. В этом предложении появляется не только субъектавторизатор, но и некто, фиксирующий данное состояние персонажа. Причём, невербализованный говорящий вводит негативную характеристику окружающего мира, указывая на предвзятость героя .

Другой метод коммуникативной грамматики четырёхступенчатая схема анализа текста. Её преимущество в том, что она позволяет определить характеристики разных текстовых уровней .

1. Структурно-семантическое (типовое) значение предикативной единицы

2. Принадлежность ее к речевому регистру

3. Тактика текста

4. Стратегия текста [5, с. 455] На первом уровне изучаются модели предложений зависимости от способа выражения субъекта и предиката и типовое значение предикативной единицы: акциональное, статуальное, качественное, квалификативное или квантификативное. Выбор модели предложения во многом основывается на коммуникативном регистре в авторской интенции, который понимается как «способ текстового моделирования действительности и систематизации языковых средств» [7] .

На следующем уровне открывается тактика говорящего ступень, на которой производится анализ языковых единиц и их композиции в тексте .

Именно на этом этапе исследуется последовательность регистровых блоков, поскольку благодаря ей становится доступен способ восприятия действительности, имеющийся у говорящего, а если говорить о целом тексте, то у абстрактного автора. И, наконец, четвёртый, высший уровень четырёхступенчатой схемы анализа Г.А. Золотовой, рассматривает стратегию автора, пытаясь приблизиться к раскрытию замысла произведения .

Таким образом, субъектная перспектива высказывания концентрируется на «событии рассказывания» и на том элементе, который назван В.В. Виноградовым соотношением «с повествователем, рассказчиком или рассказчиками». Этот метод интересен для определения взаимоотношений субъектов, отношения к ним говорящего и установления его «наблюдательных пунктов» .

Четырёхступенчатая схема анализа текста же помогает не только изучить «расстановку» субъектов повествования, но и пронаблюдать за тем, что В.В. Виноградовым определяется как «система речевых структур». С помощью неё раскрывается подход автора к составлению текста: преобладание тех или иных моделей, авторские предпочтения в области таксиса и условные ответы на вопросы, как и зачем создаётся данное произведение. Четырёхступенчатая схема характеризует способ вербальной организации авторского мировосприятия .

Итак, коммуникативный подход Г.А. Золотовой доказывает не только то, что грамматика способна опираться на семантику, но и то, что через языковые средства в тексте можно увидеть «образ автора», его позицию .

Однако речь, конечно, не биографическом факторе, против которого восставал Р. Барт, а о способе организации текста. С этой точки зрения, «смерть автора»

невозможна .

Литература

1. Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. М. 1989 .

С. 384–391 .

2. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. М. 1975. 504 с .

3. Виноградов В.В. О теории художественной речи. М. 1971. 244 с .

4. Золотова Г.А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. М .

1982. 368 с .

5. Золотова Г.А., Онипенко Н.К., Сидорова М.Ю. Коммуникативная грамматика русского языка. М. 2004. 544 с .

6. Орлова Е.И. Образ автора в литературном произведении. Учебное пособие. М. 2008. 44 с .

7. Роговнева Ю.В. Коммуникативная грамматика и анализ текста / Русский язык за рубежом. №6. 2017. С. 9295 .

–  –  –

ЛЕКСИКА ЭМОЦИЙ

В ТЕКСТАХ МОЛОДЕЖНЫХ

МЕДИЙНЫХ ИЗДАНИЙ

Аннотация. В статье рассматривается лексика эмоций в различных типах молодежных изданий, выявляется доминантная эмоция .

Ключевые слова: русский язык; лексика эмоций; молодежные медийные издания .

Е щё в начале девятнадцатого столетия В. фон Гумбольдт отметил, что язык как деятельность человека пронизан чувствами. С тех пор лингвисты не раз пытались осмыслить взаимосвязь языка и эмоций в различных аспектах. И сегодня проблемы эмотивной лингвистики привлекают все большее внимание исследователей. Так, одним из актуальных направлений является изучение эмоционального фона различных типов изданий. Однако, по мнению В.И. Шаховского, «приметой нашего времени становится использование современными СМИ лексики, заряженной преимущественно отрицательными эмоциями» [3, с. 275]. Целью нашей работы является проверка данного тезиса в отношении публикаций в молодежных медийных изданиях и выявление доминантной эмоции .

В психологии эмоциональность понимается одними исследователями как свойство личности, а другими – как свойство языкового знака. Однако большинство психологов придерживаются той точки зрения, что эмоции – универсальны. Несмотря на это, до сих пор нет их единой общепринятой классификации. Так, Декарт считал, что существует только шесть основных базовых лексем, обозначающих эмоции: радость, печаль, удивление, желание, любовь, ненависть [1, с. 501]. К. Изард выделяет следующие базовые лексемы для эмоций: интерес, радость, удивление, печаль, гнев, отвращение, презрение, страх, стыд, вина [2, с. 102]. В нашем исследовании мы придерживаемся этой классификации .

Для анализа лексики эмоций в текстах молодежных медийных изданий нами было выбрано шесть примеров таких СМИ: wonderzine.com, sncmedia .

ru, thevyshka.ru, 5uglov.ru, daily.afisha.ru, youngspace.ru. Данные Интернетжурналы подходят под определение «молодежные» так как: 1) в кредо издания 36 указана предполагаемая аудитория и тематика (wonderzine.com – «Интернет-сайт для девушек о стиле, красоте и развлечениях», сайт youngspace .

ru – «Сетевое издание о современной молодежной культуре»); 2) издание принадлежит школьникам или студентам, как интернет-журналы thevyshka.ru НИУ ВШЭ и 5uglov.ru «Журнал старшеклассников»; 3) в медиаките издания указана подходящая нам возрастная категория читателей (посетители сайта daily.afisha.ru моложе 30 лет) .

Выбранные шесть изданий мы распределили по трем типологическим группам:

1) Тип 1 (wonderzine.com, sncmedia.ru) – издания для девушек. В этих Интернет-журналах большинство материалов посвящено моде, красоте, психологическим вопросам .

2) Тип 2 (thevyshka.ru, 5uglov.ru) – издания о жизни студентов и школьников .

3) Тип 3 (daily.afisha.ru, yougspace.ru) – издания общего характера. Здесь нет привязанности статей к определенной социальной группе, поэтому тематика варьируется от музыки до вопросов о космосе .

Всего нами было найдено 20351 лексемы различных частей речи (существительное, глагол, прилагательное, наречие), которые обозначают какуюлибо базовую эмоцию. 80% (16384 ед.) материала содержится в первом типе изданий, 16% (3329 ед.) – во втором, 4% (638 единиц) – в третьем .

В таблице ниже приведены количественные результаты по каждой базовой эмоции:

Название эмоции Тип 1 Тип 2 Тип 3 Интерес – 7252 ед. 67% (4885) 29% (2110) 4% (257) Страх – 3235 ед. 81% (2625) 16% (518) 3% (92) Удивление – 2687 ед. 90% (2409) 8% (220) 2% (58) Вина – 2308 ед. 94% (2239) 2% (21) 4% (48) Радость – 2095 ед. 85% (1777) 13% (267) 2% (51) Стыд – 1193 ед. 92% (1096) 6% (76) 2% (21) Печаль – 804 ед. 88% (706) 8% (69) 4% (29) Гнев – 326 ед. 88% (286) 4% (15) 8% (25) Отвращение – 236 ед. 73% (172) 11% (26) 16% (38) Презрение – 215 ед. 88% (189) 3% (7) 9% (19) Наиболее часто встречающейся эмоцией во всех типах издания стала номинация «интерес». Меньше всего лексем соотносятся с эмоцией «презрение». Поскольку объем данной статьи не позволяет рассмотреть соотношение лексики эмоций по отдельным частям речи, мы привели общий количественный результат .

Суммируя лексику положительных эмоций (интерес, удивление, радость – 12034 ед.) и соотнося с общим количеством лексики эмоций (20351 ед.), мы можем говорить о тенденции журналистов затрагивать более позитивные темы в актуальной информационной повестке именно в молодежной аудитории .

Важным наблюдением считаем и тот факт, что, в целом, примеры употребления лексики эмоций в молодежных СМИ отличаются прозрачностью и простотой толкования. Примеры употреблений: Намного больше молодежь интересуют, например, биткоины, чем Навальный (ЭИСИ: Молодежной политике нужна перезагрузка, 16.07.17, youngspace.ru); Лично мне досталась военная тема, и я с радостью привела в аргументы «А зори...» и что-то ещё, сама тема мне не показалась сложной (11 класс – мой персональный ад, 13.07.2015, 5uglov.ru); Тем не менее я с детства испытывала отвращение к мясу: не брала сыр, лежащий с колбасой, не ела суп с мясным бульоном и так далее (VEGВышка, 11.09.14, thevyska.ru); Купили вы билет за 30 000 или за 3000 – обставьте это с помпой (а перед этим загляните в ресторан – поход в такой театр нужно отметить!), нарядитесь в (меру) вечернее платье или костюм, смотрите на людей в джинсах со снобским презрением, а хихикающим делайте «шшшш» и грозите пальцем (Выход в свет: в чем пойти в театр (и в какой), 11.05.17, sncmedia.ru) .

Проанализировав лексику эмоций в текстах молодежных медийных изданий, мы пришли к следующим выводам:

1) Основной процент лексики эмоций содержится в материалах, которые ориентированы на женскую аудиторию и темы красоты, шоу-бизнеса, отношений;

2) Доминантной эмоцией во всех типах изданий стал «интерес», наименее привлекательной для авторов материалов оказалась эмоция «презрение»;

3) В целом, лексика положительных эмоций превалирует в общем эмоциональном фоне, что говорит о положительно-ориентированном контенте для данной аудитории. Таким образом, гипотеза В.И. Шаховского не может быть применена в отношении СМИ для молодежи .

–  –  –

ОБРАЗОВАНИЕ НОВЫХ СЛОВ

В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Аннотация. В статье предпринята попытка определить причины возникновения некоторых тенденций в современном словообразовании, а также описать их, проиллюстрировав при этом примерами .

Ключевые слова: современный русский язык; словообразование .

Я зык чутко реагирует на малейшие изменения, происходящие в социуме .

Словообразование же, подвижное по своей природе, имеет огромный потенциал для «выполнения заказа общества на создание необходимых для коммуникации наименований» [1, С. 90] .

Изучая модели, типы, способы, средства словообразования на определенном отрезке времени, можно говорить об отдельных тенденциях, указывающих на изменения в словообразовательной системе .

Для языка последних двух-трёх десятилетий характерна тенденция к демократизации. Она проявляется не только в отказе от канцелярских способов выражения, характерном для 50–60-х годов XX века, но и в использовании единиц, выходящих за пределы литературного языка, в тех коммуникативных сферах, где ранее приемлемым считался только кодифицированный литературный язык .

Демократизация отчетливо выражается в производстве существительных путем универбации – компрессионном способе словообразования на базе словосочетаний «прилагательное + существительное», причем базовой является основа прилагательного. Наиболее продуктивным является образование универбатов с помощью суффикса -к(а): посудомойка (посудомоечная машина), фронталка (фронтальная камера), текстилка (Текстильная академия) и др. Можно заметить, что данные образования, помимо компрессивной, выполняют также экспрессивную функцию .

Зачастую негативную оценку несут существительные, образованные с помощью суффиксов -ух-/-юх-, -уг-/-юг-, -аг-/-яг-: порнуха, движуха, хапуга, ворюга, тюряга и др .

Рост личностного начала – ещё одна важная тенденция современного словообразования. В первую очередь для нее характерна «персонализация»

словообразования, т.е. использование имён собственных в качестве производящих основ. Чаще всего с этой целью используются фамилии общественных и политических деятелей .

Например, сейчас никого не удивишь тем, что в номинации сторонников определенных лиц используются производные слова с суффиксами -ец-/ -ист-:

ельцинец, ельцинист, путинец, обамовец, трампист, порошенец .

Весьма продуктивными являются производные с суффиксом -изм-: ельцинизм, трампизм, путинизм, медведизм .

Довольно активно идет процесс образования прилагательных на -ский:

ельцинский, путинский. трамповский и др .

Для роста личностного начала в языке вполне характерен и рост окказионального словообразования, ранее принадлежавшего языку художественной литературы (см. В.Хлебников, А.Крученых и др.), все более активно проникающего в СМИ и разговорную речь .

Производство нарицательных имён лиц почти всегда происходит в строго традиционных границах с целью дать название новым жизненным реалиям (наиболее продуктивны суффиксы -ник и -щик): рыночник, бюджетник, льготник, бесплатник, компьютерщик и др .

Не столь продуктивной, но всё же довольно часто используемой, является модель с суффиксом -ант, хотя и она сегодня работает с большей нагрузкой, чем раньше: подписант, деградант, амнистант и др .

В особую группу стоит выделить существительные, называющие процессы, оканчивающихся на -фикация, -изация, образование которых активировалось во второй половине прошлого века, т.к. они, обозначая процесс, производятся не от глаголов, а многие из них вообще не соотносятся с глаголами [2, С .

104]: европеизация, люмпенизация, криминализация и др .

С всё более возрастающей открытостью российского общества связана тенденция к интернационализации языка. Прежде всего, она проявляется в активизация интернациональных аффиксальных морфем, сочетающихся как с иноязычными, так и с русскими основами .

К примеру, возросла именная префиксация, ранее активная в основном для глаголов. Она происходит с помощью иноязычных приставок и выражает характерные для данного времени смыслы: анти-, де-, пост-, ре-, контр-, супер- (антикоррупционный, деидеологизация, постсоветский, реорганизация, контрмеры, супермодный) .

Заимствования стали чаще употребляться в качестве производящих основ .

Например, с помощью суффиксов -и-(ть), -а-(ть) и др. от иноязычных основ образовались глаголы юзать (использовать), чекать (проверять), пиарить (рекламировать) и др. Также активно проявляют себя глагольные образования на -ова- и -ирова-: кастинговать, брендировать, продюссировать и др .

Прилагательные от иноязычных основ образуются с помощью суффиксов

-ов-, -н-, -ск-: онлайновый, гламурный, продюсерский .

40 В конце прошлого века в связи с той же открытостью общества в русском языке возникла тенденция к усилению черт агглютинативности. Русский язык является синтетическим и фузийным. Агглютинативность же проявляет себя в увеличении числа многоморфемных структур .

Такие способы словообразования, как аббревиация, сложносокращенный способ и др. возникают в связи с потребностью в новых составных номинациях .

Аббревиация – специфический способ словообразования. Выполняя компрессионную функцию, абберевиатуры в то же время являются весьма емкими. С середины 90-х годов прошлого века образование слов путем аббревиации усиливается: ПФР (Пенсионный Фонд России), БиС (Бикбаев и Соколовский), МКБ (Международная Классификация Болезней) .

Черты агглютинативности проявляются и в образовании сложносокращенных слов. Они состоят из двух и более основ, оканчивающихся на согласный и соединяющихся друг с другом без помощи каких-либо морфем .

Эта модель словообразования довольно активно используется в настоящее время: Росатом, Газпром, Внешторгбанк и др .

Подводя итоги, можно сказать, что процессы, протекающие в современном словообразовании, объясняются, скорее, причинами внеязыковыми. Перечисленные выше тенденции связаны с серьезными изменениями, произошедшими за последние десятилетия в жизни нашего государства (постперестроечные катастрофы, отмена цензуры и т.п.) .

Современный русский язык, как и современное русское общество, живёт активной жизнью, постоянно изменяясь. Поэтому неверно думать, что особенности современного словообразования говорят об упадке русского языка .

Невостребованные новообразования уйдут в прошлое, оставив место значимым элементам. Какими будут эти элементы, покажет время .

Литература

1. Земская Е.А. Активные процессы современного словопроизводства // Русский язык конца ХХ столетия (1985–1995). – М.: Наука. – 1996. – 480 с .

2. РЯСО, 2: Русский язык и советское общество. Словообразование современного русского литературного языка. / под ред. М.В. Панова. – М.:

Наука. – 1968. – 185 с .

–  –  –

СЕМАНТИКА СРАВНЕНИЙ

В СКАЗКАХ ДЛЯ ДЕТЕЙ

Аннотация. В статье на примере сравнений рассматриваются языковые средства выразительности в русских авторских сказках XIX–XXI вв., поднимаются вопросы видовой организации сравнительных конструкций и их семантические особенности .

Ключевые слова: cравнения; детские авторские сказки; классификация сравнений; семантика сравнительных конструкций .

Н астоящее исследование посвящено проблеме определения функций сравнения в авторских сказках для детей. В качестве материала были привлечены произведения: «Чёрная курица, или Подземные жители» (1829) А. Погорельского [3], «Приключения жёлтого чемоданчика» (1928) С. Прокофьевой [4] и «Настоящая принцесса и Бродячий Мостик» (2003) А. Егорушкиной [1] .

Изучение сравнения в современной русистике хорошо представлено, известны труды М.И. Черемисиной, Т.Е. Ворониной, М.А. Шапиро, А.Ф .

Прияткиной, С.О. Карцевского и др. ученых. В работе мы будет рассматривать сравнение, как средство создания эмоционально насыщенного описания образов персонажей и мест действия, опираясь на работу С.О. Карцевского «Из лингвистического наследия. Сравнения» (2000) [2]. Вслед за автором будем учитывать три основные функции сравнения: функции сходства и противопоставления, которые служат для достижения выразительности;

семантическую функцию, отражающую авторскую позицию [2, с. 86-93] .

Основная тематика сказки А. Погорельского «Чёрная курица, или Подземные жители» заключается в осмыслении нравственного развития ребёнка, решения психологической проблемы послушания ребенка. В художественном тексте используются прилагательные в сравнительной степени аналитической структуры: «Задавал ему уроки вдвое и втрое большие, нежели другим»; полуаналитической структуры: «Чернушка была к нему ласковее других [чем другие]».

В данной сказке сравнения выполняются две функции:

создание образов героев и конкретизация миров. Одна из главных героинь, чёрная курица Чернушка, наделяется рядом мистических сравнительных характеристик: «Из глаз её выходили как будто лучи, которые освещали всё вокруг, хотя не так ярко, как маленькие свечки», благодаря чему курица 42 оказывается волшебным животным. Второй главный герой Алёша проходит внутреннюю эволюцию от нескромного ребёнка («Вообразил, что он гораздо лучше и умнее всех их [учеников]») до скромного («[стал] опять таким же добрым мальчиком, как был прежде») .

А. Погорельский разграничивает три мира в сказке: скучный человеческий мир («в пансионе гораздо веселее, нежели в родительском доме»);

симметричный мир старушек-голландок («стояла кровать... В другом углу стояла такая же точно кровать»); и яркий мир Подземных Жителей, где «всё было в самом маленьком виде, как будто для небольших кукол». Комната была действительно маленькой, потому что сделана была для людей «ростом не более как с пол-аршина», облачённых в «круглые с перьями шляпы наподобие испанских», словно для кукол. Сравнение в тексте выполняет наглядную функцию, благодаря которой маленький читатель окунается в картину сказочного мира .

Основной идеей сказки С. Прокофьевой «Приключение жёлтого чемоданчика» является попытка юмористически и доступно объяснить поведение детей. С. Прокофьева адаптирует текст для детей дошкольного и школьного возраста, создавая упрощённые, но конкретные образы героев с помощью сравнительной степени противительных структур: «Он был такой яркий, что лучше было целый час смотреть на солнце, чем одну минуту на этот огонёк»;

полуаналитических структур: «Вторая конфета ей показалась вкуснее, чем первая»; сравнительных оборотов: «Застонал таким ужасным голосом, как будто у него заболели все зубы» .

К особенностям данного текста С. Прокофьевой можно отнести введение устойчивых синонимических характеристик героев: «У [злого] мальчишки были такие большие кулаки, как будто у него было по десять пальцев на каждой руке»; «Этот [смелый] человек был похож на смелого вождя» и т.д .

С. Прокофьева, вложила в устойчивые сравнительные характеристики психологизм, адаптированный для детей в виде определенных моделей поведения:

«смелый», «злой», «грустный» и т.д .

Идея, заложенная А. Егорушкиной в сказке «Настоящая принцесса и Бродячий Мостик», касается проблемы осознания себя, своего места в мире .

В сравнениях А. Егорушкиной используются аналитические структуры:

«За Бродячим Мостиком начинается что-то интересное, гораздо более интересное, чем всё это», полуаналитические: «Вёл себя ничуть не лучше, чем троечник Костя», и противительные структуры: «Даже не голос, а тень звука, эхо тишины» .

Особенностями сравнительных конструкций А. Егорушкиной является:

использование конструкции с непродуктивной группой прилагательных с суффиксами -ейший/-айший: «Свежайшие сливки», «Прелестнейшая в мире заколка»; употребление развёрнутых сравнений: «Филин летел почти над самыми крышами, как будто проверяя, не происходит ли чего подозрительного поблизости от дома, где живёт упрямая рыжая девочка». А также введение новых понятий – «неочевидное зло» и «неочевидное добро» – при разграничении персонажей на положительных и отрицательных. Например, положительный герой: «Вот летит дракон Конрад, самый сильный из всех драконов», отрицательный герой: «Мутабор ответил таким злым взглядом, что Костю будто окатило ледяной водой и обожгло огнём одновременно», неочевидно положительный герой: «Пропищала она мелодичным голоском, совсем не похожим на отвратительное шипение прочих мышекрысов»; неочевидно отрицательный герой «Это достопочтейнейший Гарамонд Эльзевир и так далее» .

Главным символом добра в данном тексте является «солнце». Под влиянием зла символ искажается: «Мутное, как будто немытое солнце». Мир приходит в гармоничное существование, лишь когда символ вновь возвращается к своему первоначальному состоянию: «[Лиза] снова сощурилась, ослеплённая ярчайшим солнцем». Данная семантическая особенность определяется лишь благодаря сравнительным конструкциям, ведённым А. Егорушкиной в данном тексте .

Таким образом, в произведении «Чёрная курица, или Подземные жители»

А. Погорельского сравнения используются для описания героя и мира, его окружающего. В сказке «Приключение жёлтого чемоданчика» С. Прокофьевой сравнения употребляются для описания устойчивого, конкретного характера персонажей. Семантика сравнений А. Егорушкиной в сказке «Настоящая принцесса и Бродячий Мостик» заключается в противопоставлении положительного и отрицательного героев. Несмотря на различия в применении авторами приема сравнения, сравнение было и остаётся одним из важнейших средств для создания образности и выразительности в тексте, особенно написанном для детей .

Литература

1. Егорушкина А. Настоящая принцесса и Бродячий Мостик. СПб.: Wexler Publishing, 2003. – 127 с .

2. Карцевский. С. Из лингвистического наследия. Том 2. М.: Языки русской культуры, 2000. – 297 с .

3. Погорельский А. Чёрная курица, или Подземные жители. СПб.: Стрекоза, 1829. – 56 с .

4. Прокофьева С. Приключения жёлтого чемоданчика. – М.: Самоваркниги, 1928. – 93 с .

Vilkova E.A .

SEMANTIC OF COMPARISONS IN FAIRY TALES FOR CHILDREN

Abstract. Language means of expressiveness (on the example of comparisons) in Russian author’s fairy tales of XIX–XXI centuries in the article are considered. Also questions of the species organization of comparative constructions and their semantic features are raised .

Key words: comparison; children author’s fairy tales; semantics of comparative constructions .

44 Гуськова Маргарита Дмитриевна студент 4 курса Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина Москва, Россия gusckova.margarita2016@yandex.ru

ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ КЛАССИФИКАЦИИ

НАИМЕНОВАНИЙ ПРЕДПРИЯТИЙ

ОБЩЕСТВЕННОГО ПИТАНИЯ

Аннотация. В статье дается определение понятия «предприятие общественного питания», рассматриваются различные лингвистические классификации наименований предприятий общественного питания (эргонимов) .

Ключевые слова: наименование (нейм), предприятие общественного питания, эргонимы .

С огласно ГОСТ Р 50647-94 «Общественное питание. Термины и определения», утвержденному Постановлением Госстандарта России от 21 февраля 1994 ода №35 и введенному в действие с 1 июля 1994 года (далее ГОСТ Р 50647-94), «предприятие общественного питания - это предприятие, предназначенное для производства кулинарной продукции, мучных кондитерских и булочных изделий, их реализации и (или) организации потребления»

[https://studfiles.net/preview/5274821/]. В соответствии с ГОСТ Р 50762-95 «Общественное питание. Классификация предприятий», утвержденному Постановлением Госстандарта России от 5 апреля 1995 года №198 (далее ГОСТ Р 50762-95) установлена следующая классификация типов предприятий общественного питания: ресторан, бар, кафе, столовая,закусочная, буфет .

На сегодняшний день существует множество подходов к классификации наименований (неймов) предприятий общественного питания(далее - ПОП),или эргонимов (лингвистические классификации). Рассмотрим некоторые из них .

Первый подход раскрывается в работах Казаковой С.Л., Ласицы Л.А., Самсоновой Е.С., Щитовой О.Г., Юстовой П.С. [1 ; 5 ; 14 ; 19 ; 20]. В них рассматриваются классификации иноязычных эргонимов. Второй подход прослеживается в трудах Курбановой М.Г., Федотовских Т.Г. [4; 16], рассматривающих коммерческие имена с точки зрения прагматического аспекта. Третий (структурный подход) лежит в основе работ Овсянниковой К.В.и Стариковой Г.Н., Хоанг Тхи Хонг Чанг [12 ; 15]. Рассмотрением структурных и семантических особенностей эргонимов также занимались Носенко Н.В. (аббревиатурные эргонимы, явление языковой игры)[11], Щербакова Т.В.(классификация лексических единиц, выступающих в качестве словообразовательной базы собственных имен) [18], Михайлюкова Н.В. (классификация текстов городских вывесок по идентифицирующему, квалифицирующему и дифференцирующему компоненту)[7], Мальцева В.М. (названия объектов общественного питания городов Абакана и Черногорска проанализированы на предмет соответствия номинативным нормам) [6], Крыжановская В.А.(рассматривала эргонимы с элементами графической трансформации) [3], Шмелева Т.В.(синтаксический подход к классификации эргонимов) [17] .

Нами было собрано 456 названий предприятий общественного питания (ПОП) городов Москвы и Санкт-Петебурга, а также некоторые названия эргонимов областных городов (г. Липецк, г. Череповец, г.Пермь, г.Вологда и др.) .

Среди них можно выделить: 1) однокомпонентные – названия, состоящие из одного слова (кафе Березка, ресторан Бейрут, столовая Фасоль); 2)двухкомпонентные – названия, состоящие из двух элементов (ресторан Мадам Вонг, кафе-столовая Марков двор; кафе Дом-кафе); 3)многокомпонентные – названия, состоящие из трех и более компонентов (гастробар Наffига Козе баян?!, семейное кафе – кондитерская АндерСон для Пап, cтоловая Компасс Групп Рус) [5] .

С точки зрения синтаксического подхода данные названия можно классифицировать следующим образом: 1) названия, представляющие собой словосочетания: кафе Восточное солнышко, кафе Старый приятель, кафе-бар Соленый пес, кафе-пекарня Хлеб насущный, кафе Тарелочка чечевичного супа и один маленький, но очень хитрый сухарик; 2) названия, представляющие собой односоставные предложения: кафе Заверни, ресторан Не горюй, ресторан Сам Ам Бери, кафе Люди как люди; 3) названия, представляющие собой двусоставные предложения: паб-ресторан Ленин жив,ресторан I LoveCake;

4)названия, представляющих собой нечленимые предложения: ресторан Рыбы нет!, кафе Вилки нет .

Вслед за Курбановой М.Г. мы также выделяем группу названий, представляющих собой звукоподражания: ресторан Cookkareku, кафе Му-му .

Щербакова Т.В. пишет о том, что некоторые наименования содержат исключительно цифровой контент, например кафе «1-2-3».Число может выступать в качестве одного из компонентов названия: бар «33 Зуба» (у Овсянниковой К.В. данный эргоним относится к наименованиям по названию частей тела человека [12, с. 158] .

Опираясь на классификацию Крыжановской В.А. мы рассматриваем группу названий с параграфемикой, в которую добавляем названия со слогограммами(у Крыжановской – «графическая имитация иноязычности»[3, с. 77]: названия с синграфемикой: гастробарНаffига Козе баян?!, бар Самый лучший бар!,сеть быстрого питания Домино’с Пицца; названия с супраграфемикой:кафе ПирО.Г.И. на Фонтанке, сеть быстрого питания 46 ДвижОК, семейное кафе – кондитерская АндерСон для Пап, сеть быстрого питания KFC, cтоловаяКомпасс Групп Рус; названия с логограммами: ресторан Бильён&Мильён, ресторан Пряности & радости, ресторанПив&ко .

Можно также выделить названия с транслитерацией: ресторан PRoBKA на Цветном, ресторан ZACONCEPT, бар ThePodwall, ресторан BarDuck, ресторан ХЛЕБОSOUL, ресторан Натюрлих, ресторан Бон Джорно .

Среди названий ПОП, построенных на языковой игре (подобное явление описывала и Носенко Н.В.[11, с. 18]), можно выделить следующие: бар ThePodwall (подвал; иная возможная интерпретация – «под стеной» (от англ .

wall - стена), кафе Слоенышко(слоеный+солнышко – контаминация),кафе СтоLoveая (часть слова «столовая» образовано с помощью английского слова «love» (любовь)), кафе-блинная Вкуснямба(выделяется псевдоморфема(термин Морозовой А.Ю.[8, с. 186]) «ням»),ресторан СольФаСоль(варьирование шрифта, а также двоякое прочтение слов: либо два равнозначных рифмующихся слова – «соль» и «фасоль», либо комбинация названий нот);суши-бар Суши Весла(по утверждению Т.В. Шмелевой, японское слово суши омонимично императиву русского глагола сушить[17, с. 15] и др .

Исследователи Ласица Л.А.[5], Овсянникова К.В. [12], Юстова П.С. [20] выделяют особую группу эргонимов – номинации, восходящие к топонимам .

Такие наименования присутствуют и в наших примерах: ресторан Вятский край, кафе Эйяфьятлайокудль (название вулкана в Исландии) .

Овсянникова К.В. выделяет группу номинаций ПОП, восходящих к антропонимам[12, с. 158]. Среди этих названий отдельно стоят антропонимы общего характера (ресторан Сандуновъ, ресторан Старина Мюллер, ресторан Гусятникоff, ресторан Мадам Вонг),мифологические и фольклорные антропонимы(бар Китайский летчик Джао Да(мифологический персонаж, символ данного заведения),ресторан Горгасали (в переводе с грузинского «волчеголовый»)), имена известных личностей (бар MendeleevBar, ресторан Кафе Пушкинъ), литературные антропонимы (винный бар и кафе Гаврош,гранд-кафе Dr. Живаго,ресторан Hamlet + Jacks, ресторан Доктор Ватсон,паб RobertBurns Pub) .

Присутствуют также названия, отсылающие нас к иностранным реалиям (Япония, Италия, Вьетнам, Греция, Грузия, Сербия и т.д.): ресторан Tokyobay, японский паб Накатика, ресторан Японский городовой, пиццерия PizzaPapi, итальянский ресторан IL Патио, ночной клуб-кафе Pho, ресторан уличной еды LaoLee, ресторан Дионис № 1, ресторан Пита &сувлаки, ресторан Пенаты, ресторан Боэми, ресторан Генацвале, ресторан Горгасали) .

Наибольший интерес для нас представляет коммуникативно-прагматический подход к анализу наименований ПОП. По мнению Т.В.Нестеровой, «Рассмотрение языковых единиц с точки зрения данного подхода позволяет раскрыть весьма существенные особенности их семантики и прагматики, выявить у них новые коммуникативные потенции, которые остаются скрытыми в рамках системно-структурного описания» [9, с. 162].Так, Т.В.Шмелева пишет: «Обозначилась тенденция к коммуникативизации городских вывесок, включенности их в коммуникацию «город – горожанин» /.../. Название столовых и кафе в разных городах нашей страны (в Москве, Петербурге, Краснодаре, Красноярске, Челябинске и многих других) позволяют увидеть ситуацию еды в ее сценарном развертывании. Начинается этот сценарий с ощущения голода «Съем слона». Затем следует предложения: «Есть поесть», «Покушай как дома», «Перекуси», «Ешь», «Ешь-ка», «Ешь пей», «Ешь бери» .

За предложением следует согласие – «Поедим», затем сообщения о еде «Ем»

и «Ем-ем». И наконец, ответ на вопрос «Что вы там делали?» – «Сели поели», «Пили ели». Простейшие предложения этой серии оказались востребованными именно потому, что они звучат в реальных разговорах» [17].В нашем материале наименования ПОП, представляющих собой РА, достаточно много: ресторан Че? Харчо!, бар Дорогая, я перезвоню, кафе Мама, я на паре .

В последнем примере «Студенческий контекст создает словоформа на паре в значении ‘на занятии в университете’, а фраза в целом – ситуацию легкого обмана родителей ради их спокойствия – ответ на фразу «Ты где?», с которой теперь начинается едва ли не любой телефонный разговор. Так из-за фразы в очередной раз проглядывает типовая житейская ситуация»[17, с. 15] .

Как видим, классификации наименований ПОП очень разнообразны и требуют дальнейшего изучения. Перспективу данной работы представляет рассмотрение названий ПОП в структурно-семантическом и прагматическом аспектах .

Литература

1. Казакова, С.Л. Система урбанонимов и их прагматический аспект [Текст] / С.Л. Казакова // Университетские чтения. – Пятигорск: ПГЛУ, 2009. – Ч. VI. – С. 45-51 (0,4 п.л.). – То же : [Электронный ресурс]. URL: http:// docplayer.ru/31453406-S-l-kazakova-sistema-urbanonimov-i-ih-pragmaticheskiyaspekt.html (дата обращения: 15.03.2018) .

2. Классификация предприятий общественного питания [Электронный ресурс] / StudFiles. – URL : https://studfiles.net/preview/5274821/. — (дата обращения: 10.03.18) .

3. Крыжановская В.А. Эргонимы с элементами графической трансформации: структурно-семантический и прагматический аспекты : автореф .

дис. …канд. фил.наук : 10.02.01/ Крыжановская Валентина Александровна ; [место защиты: Кубанск. гос. унив.-т]. – Краснодар, 2017. – 27 с .

4. Курбанова М.С. Эргонимы современного русского языка: семантика и прагматика : автореф. дис. … канд. фил.наук : 10.02.01 / Курбанова Малика Гумаровна ; [место защиты: Волгогр. гос. соц-пед. унив-т]. – Волгоград, 2015. – 23 с .

Гуськова Маргарита Дмитриевна 48 5. Ласица Л.А. Языковые и структурные особенности иноязычных эргонимов города Оренбурга / Любовь Александровна Ласица // Вестник Оренбургского государственного университета. – 2015. - № 11 (186). — С. 95-100 .

6. Мальцева В. М. Коммерческая номинация городов Абакана и Черногорска (на материале названий предприятий общественного питания) [Текст] / В.М.Мальцева // Вестник Хакасского государственного университета им. Н.Ф. Катанова. – Абакан: Хакасский государственный университет им .

Н.Ф. Катанова. 2015. № 11. С. 60 .

7. Михайлюкова Н.В. Тексты городских вывесок как особый речевой жанр (на материале языка г. Владивостока) : автореф. дис. … канд. фил.наук :

10.02.01/ Михайлюкова Наталья Владимировна ; [место защиты: Томск.гос .

унив-т]. – Томск, 2013. – 27 с .

8. Морозова А.Ю. Проблемы морфемного анализа в английском языке/ А.Ю. Морозова// Вестник ТОГУ. — 2007. № 3 (6). С. 185–190 .

9. Нестерова Т.В. Коммуникативные потенции слов и предложений (к вопросу о создании новой версии русской грамматики) // Академическая наука - проблемы и достижения Материалы XIII Международной научнопрактической конференции «Академическая наука – проблемы и достижения». – NorthCharleston, USA, 22–23 августа 2017 г. — С. 162–165 .

10. Новожилова Т.А. Номинация современных коммерческих предприятий (на материале русского, английского и немецкого языков) : автореф. дис .

… канд. фил.наук : 10.02.19 / Новожилова Татьяна Александровна ; [место защиты: Рост.гос. пед. унив-т]. – Ростов-на-Дону, 2005. – 20 с .

11. Носенко Н.В. Названия городских объектов Новосибирска: структуно-семантический и коммуникативно-прагматический аспекты : автореф .

дис. … канд. фил.наук : 10.02.01 / Носенко Наталья Владимировна ; [место защиты: Новосиб. гос. пед. унив-т]. – Новосибирск, 2007. – 23 с .

12. Овсянникова К. В. Особенности номинации предприятий общественного питания: на примере коммерческих названий г. Воронежа и г. Москвы:

диссертация... кандидата филологических наук : 10.02.01 / Овсянникова Ксения Владимировна; [Место защиты: Воронеж.гос. ун-т]. — Воронеж, 2016. 217 с. : ил .

13. Разумов Р.В. Система урбанонимов русского провинциального города конца XVIII-XX веков : на примере Костромы, Рыбинска и Ярославля : дис .

… канд. фил.наук : 10.02.01 / Разумов Роман Викторович ; [место защиты :

Яросл. гос. пед. ун-т им. К.Д.Ушинского]. — Ярославль, 2003. 293 с .

14. Самсонова, Е.С. Информационный потенциал иноязычныхэргонимов / Е.С. Самсонова, О.Г. Щитова // Вестник Томского Государственного Педагогического Университета. – Томск, 2012. – №1 (116). – С. 175–181 .

15. Старикова Г.Н., Хоанг Тхи Хонг Чанг Трофонимы (ресторонимы) как особый тип эргонимов (на материале имен заведений общественного питания Москвы)// Вестник Томского государственного университета. Филология. — 2017. — № 47. С. 72–87 .

16. Федотовских Т.Г. Коммерческие имена предприятий ресторанного бизнеса г. Екатеринбурга: содержательно-прагматический аспект // Русская речевая культура и текст: материалы IX Междунар. науч. конф., 15–16 апреля 2016 г. / под ред. Н.С. Болотновой. — Томск, 2016. — С. 197–201 .

17. Шмелева Т.В. Коммуникативные единицы на городских вывесках // Русский язык за рубежом. — 2017 (264). — № 5. С. 14–18 .

18. Щербакова Т.В. Искусственная номинация коммерческих предпиятий (на материале тюменских наименований) : автореф. дис. … канд. фил.наук :

10.02.01 / Щербакова Татьяна Владимировна ; [место защиты: Тюменск. гос .

унив-т]. – Тюмень, 2009. – 25 с .

19. Щитова, О.Г. Неисконная лексика в русской разговорной речи Среднего Приобья XVII века: монография / О.Г. Щитова. – Томск: Изд-во ТГПУ, 2008. – 480 с .

20. Юстова П.С. Особенности чешских названий предприятий общественного питания (на примере эргоурбонимов г. Трутнова Чешской Республики) / П.С. Юстова //Язык, сознание, коммуникация: сб. научных статей, посвященный памяти заслуженного профессора МГУ Александры Григорьевны Широковой / ред. колл.: В. В. Красных, А. И. Изотов, В. Г. Кульпина. — Москва: МАКС Пресс, 2009. Вып. 38. 200 с .

–  –  –

ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ

ОСОБЕННОСТИ ЭМОЦИОНАЛЬНОЭКСПРЕССИВНЫХ ОБОРОТОВ

ЖИВОЙ РЕЧИ (ЭЭОЖР)

СО ЗНАЧЕНИЕМ УДИВЛЕНИЯ

Аннотация. В статье описывается лексико-семантическая специфика ЭЭОЖР со значением удивления в соответствии с разделением лексики на лексико-семантические поля и указанием частотности употребления различных видов лексики .

Ключевые слова: междометие, частица, знаменательные слова, изъявительное наклонение, внутренняя форма, нечленимое предложение, в «чистом виде» .

Э ЭОЖР со значением удивления, как и другие виды ЭЭОЖР, считаются особенным типом предложения. Своеобразие этих синтаксических единиц выражается на всех уровнях языка: фонетико-интонационном, лексическом и словообразовательном, морфологическом и синтаксическом .

Нетрудно заметить, что в состав ЭЭОЖР со значением удивления (особенно ЭЭОЖР типа слов-предложений) очень часто входят служебные части речи как междометия: ах, ой, а, тьфу, фи, ба и др. или частицы: как, ну, неужели, будто и др. Компонентами данных ЭЭОЖР могут быть и знаменательные слова.

Собранные нами примеры показывают, что входят в состав ЭЭОЖР со значением удивления чаще всего существительные (бог, господи, батюшки, матушки, отцы, мама, мамочка, черт и др.), глаголы (видал, выдумал, пожалуй, помилуйте, скажите, пожалуй, здравствуй и др.), а также наречия ( как, отчего и др.) В связи с наличием знаменательных слов в составе ЭЭОЖР возникает вопрос: сохраняют ли эти знаменательные слова как компоненты ЭЭОЖР свои лексические значения? Чтобы найти ответ на данный вопрос, рассмотрим следующий пример:

– Чучело! Нализался... (М. Горький. На дне) .

Вне контекста слово чучело имеет три значения: 1) фигура животного из набитой чем-н шкуры его, 2) пугало для птиц в виде куклы наподобие человека, 3) о грязном небрежно одетом и т.п. человеке. [6, c.790]. Однако в данной конкретной ситуации оно ничего подобного не обозначает, а лишь выражает эмоцию удивления. Другими словами, в качестве компонента ЭЭОЖР знаменательное слово чучело теряет своё лексическое значение, что и нашло отражение в переводе Хонг Фи: “K quc tht! Li say kht ri…” .

Лишение лексического значения наблюдается также у глаголов, составляющих ЭЭОЖР со значением удивления. Рассмотрим следующие примеры:

Когда же мы повенчаемся? – спросила я. Он так удивился... – Помилуй, говорит, - какой же я муж семьянин? (Горький. Жизнь Клима Самгина) (Пример взят у Меликяна). – Vy khi no th chng mnh kt hn? – ti hi. Anh y c v rt ngc nhin… - Ci g vy! – anh y ni, - ti m lm chng cha ci ni g?

Да, у ней ужасно голова болит – промолвила Марья Дмитриевнв, обращаясь к Варваре Павловне и закатывая глаза. – У меня самой такие бывают мигрени.../ - Скажите! – возразила Варвара Павловна. (И.Тургенев. Дворянское гнездо). – Phi y, chu n thng hay au u d di lm, b Maria Mitriepna va ni va quay v pha Vacvara Paplopna, nhy nhy mt: chnh ti cng hay c chng au u nh th…/ - Tht ? Vacvara Paplopna tr li. (Перевод Чыонг Тхи Тинь) .

Ясно, что в этих примерах помулуй не имеет ничего общего с глаголом помиловать – «щадить, прощать кому», а скажите – с глаголом сказать - «владеть устной речью, владеть каким языком». Они только выражают удивление .

Кроме глаголов в повелительном наклонении в ЭЭОЖР могут встречаться и глаголы в изъявительном наклонении. Приведем несколько примеров:

Выдумал! Этаких у нас отродясь не бывало! (А.Чехов.Ванька) – Chuyn chi l! Chng khi no m trn nh li cha chp ci ging ch ny! (Перевод Фан Хонг Занга, Као Суан Хао, Нгуен Туана) .

Вот не ожидал! Пелагея – отратился он к горничной – дайте гостям переодеться во что-нибудь. (А.Чехов. Крыжовник) – Tht l bt ng! Ny c Pelageya, ng quay sang ngi y t gi ni, c liu kim qun o cho qu ng thay i. (Перевод Фан Хонг Занга, Као Суан Хао, Нгуен Туана) .

В этих ЭЭОЖР форма прошедшего времени глаголов выдумал и ожидал вовсе не говорит о том, что обозначаемые ими действия имели место в прошедшем. Эти глаголы ничего не обозначают, ни действия, ни состояния. Составляя вместе с другими компонентами единое целое, они просто выражают эмоцию удивления говорящего. Отсюда следует вывод, что знаменательные слова в ЭЭОЖР теряют свое лексическое значение. Как компоненты одного целого, они не обозначают, а лишь выражают эмоции. По этому поводу справедливо отметил В.Ю. Меликян: «значение ЭЭОЖР связано с экспрессивноэмоциональной и волетой сферой поведения человека, непосредственным 52 выразителем которой они являются, и не вытекает из номинативных значений слов, входящих в их структуру» [4, c.11] .

Следует также заметить, что большинство ЭЭОЖР обладает внутренней формой. По законам семиотики внутренняя форма проявляется лишь в сопоставлении (или противопоставлении) с внешней формой. Значение и функция ЭЭОЖР реализуется благодаря наличию исходного значения, принадлежащего её производящей основе: значение последней мотивирует значение ЭЭОЖР [4, с.13]. Это понимается как способность воссоздания полного высказывания из нечленимого предложения – ЭЭОЖР .

Потеря лексических значений знаменательных слов в ЭЭОЖР со значением удивления ещё приводит к одной из специфик данных оборотов – существование лексических вариантов.

Рассмотрим на примерах лексические варианты Вот новость/ история/ ведь/ вздор/ оказия:

Вот новость! Обморок! С чего бы! – невольно воскликнул Базаров, опуская Павла Петровна на траву. (И.Тургенев. Отцы и дети) – Th mi l ch!

Ngt xu ri! M c g u kia ch! – Badarop bt gic ku ln, ri t ng Paven Petorovich nm xung c. (Перевод Ха Нгок) .

Вот история... – начал он, останавливаясь, чтобы перевести дух. – На поверхности земли, как видишь, мороз, а подними на палке термометр сажени на две повыше земли, там тепло...От чего это так? ( А.Чехов. Черный монах). – L cha… - ng ngng li m th ri bt u ni, - Anh thy khng, st mt t l sng mui, v nu ta cm gy a ci hn th biu ln cao hai con so th khng thy c sng mui na: v sao th? (Перевод Фан Хонг Занга, Као Суан Хао, Нгуен Туана) .

Лексические варианты Что вы? / Что ты?

Елена (поражена). Что вы говорите? Что вы? (М.Горький, На дне) – Elena (sng st) – Ch ni g vy? Ch sao th? (Перевод Хонг Фи) .

Ситин (удивленно). Что ты? Сбесилась? (М.Горький, На дне) – Xatin (ngc nhin) – Sao th? G m c phng mang trn mt ln th? (Перевод Хонг Фи) .

Исследуемые нами ЭЭОЖР редко выражают эмоцию удивления в «чистом виде». В действительности выраженное ими удивление часто сопровождается разными оттенками: удивление-страх, удивление-восхищание, удивлениерадость, удивление-недоверие, удивление-возмущение и др.

Рассмотрим, например, употребление ЭЭОЖР со значением удивления И.Тургеневым в романах «Отцы и дети» и «Дворянское гнездо»:

Для выражения сильного удивления, изумления И.Турген использовал ЭЭОЖР Неужели?: «Неужели? Бедная старуха! А Прокофьич жив?»

(И.Тургенев. Отцы и дети) – Vy ? Ti nghip b c! Th bc Prokophich vn cn sng ch ? (Перевод Ха Нгок) .

Для выражения удивления-радости геронии Арины Власиевны, когда Одинцова неожиданно приехала и спасала жизнь своему сыну Евгению, И.Тургенев употребил ЭЭОЖР Что такое, господи! «Что такое, Господи! – пролепетала, выбегая из гостиной старушка и, ничего не понимая, тут же в передней упала к ногам Анны Сергеевны и начала как безумная целовать её платье.» (И.Тургенев. Отцы и дети) – Ci g th ny h Tri! – b gi lp bp, chy ra khi phng khch v cha hiu m t g, va ra n bung ngoi b nh in nh di sp xung chn b Odinxtova m hn ln xim o ca b ta ( Перевод Ха Нгок) .

Для выражения удивления-гнева употребляются ЭЭОЖР Матушки мои!;

А, вот как?: «Матушки мои! Она его любит! – Марфа Тимофеевна сдернула с себя чепец. Женатого человека любит! А? Любит!» (И.Тургенев. Дворянское гнездо) – Tri t i, n yu thng y! C Macfa Timofeepna git chic m trn u xung. N yu thng y, mt thng c v! N yu thng y! (Перевод Ха Нгок); «А, вот как? – начал он нервным голосом. – Я понимаю ваш намек, вы меня отсылаете к ней, Елена Николаевна. Другими словами, я здесь лишний?»

(И.Тургенев. Накануне) –, th h? – chng m li, lc hn ging. – Ti hiu ch ng g, ch ui ti v vi c ta y, ch Elena. Ni cch khc, ti y l tha ch g? (Перевод Ха Нгок) .

Для выражения удивления-неудовлетворения писатель употребил ЭЭОЖР Ради самого бога! «Андрей Петрович! – воскликнул вдруг Шубин, - Ради самого бога! Уж не хочешь ли ты прочесть Елене Николаевне лекцию о Шеллинге? Пощади! (И.Тургенев, Накануне) – Andray! – Subin bng ku ln. – Tri cao t dy i! Anh li cn nh c cho ch Elena mt bi din ging v Selinh hay sao y? Xin anh tha cho! (Перевод Ха Нгок) .

ЭЭОЖР Как же это; Боже мой! употребляются для выражения удивленияразочарования: «Как же это, Боже мой! Врач – и не имеет такой необходимой вещи?» (И.Тургенев. Отцы и дети) – Tri i, sao li th c nh! Lm thy thuc m ci th cn n th cng khng c! (Перевод Ха Нгок) .

Наши наблюдения также показывают, что ЭЭОЖР со значением удивления могут быть многозначными, т.е кроме удивления в отдельных ситуациях они выражают и другие эмоции. Например: ЭЭОЖР А!/ А-а!/ А-а-а! помимо удивления (1) способен выражать и (2) удовлетворение, восторг, радость; (3) гордость, преклонение; (4) досаду, упрек, негодование, угрозу, злорадство;

5) бессилие, безнадёжность, безразличие; 6) раскаяние, испугу; 7) ужас, отчаяние, боль; 8) решимость; 9) возражение, несогласие. [4, c.45] .

Литература

1. Валимова Г.В. Функциональные типы предложений в современном русском языке. Изд. Ростовского университета, 1996

2. Галкина-Федорук Е. М. Об экспрессивности и эмоциональности в языке:

Сб. ст. по языкознанию. М., 1958. с.102-124 .

3. Максимова В.И. Русский язык и культура речи. Москва,2002 54 4. Меликян В.Ю - Словарь. Эмоционально-экспрессивные обороты живой речи. Москва, 2001

5. Меликян В.Ю. - Проблема статуса и функционирования коммуникем:

язык и речь. Русский язык в школе, 1999, №2

6. С.И. Ожегов. Словарь русского языка – М.: «Русский язык», 1982. – стр.790

7. Степанов Ю. С. Константы: Словарь русской культуры: 3-е изд. - М.:

Академический проект, 2004, с. 42-67 .

8. Шаховский В.И.Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка.М.,2008

9. Bi M Hnh. Cu to t ting Nga hin i. NXBHQGTPHCM

10. Cao Xun Ho. Ting Vit: S tho ng php chc nng. NXB Gio dc,

11. Dip Quang Ban, Ng php ting Vit, tp 1 v tp 2, NXBGD, 2005

12. V Dung, V Thy Anh, V Quang Ho. T in “Thnh ng v tc ng Vit Nam”, NXB Vn ha thng tin, 2000

–  –  –

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ

ПЛЮСКВАМПЕРФЕКТА В РУССКОМ

И ЧЕРНОГОРСКОМ ЯЗЫКАХ

Аннотация. В статье проанализировано значение плюсквамперфекта, описаны средства его выражения и употребление в современном русском и черногорском языках .

Ключевые слова: плюсквамперфект, русский язык, черногорский язык, прошедшее время .

Р усским плюсквамперфектом» историки русского языка называют глагольную форму, которая состоит из перфекта вспомогательного глагола «быти»

и действительного причастия прошедшего времени, оканчивающегося на -л- .

Однако некоторые исследователи характеризуют русский плюсквамперфект как причастие с двумя вспомогательными глаголами-связками .

Форма русского плюсквамперфекта, состоящая из вспомогательного глагола в форме перфекта и причастия прошедшего времени или из аналитических форм перфекта в сочетании с причастиями прошедшего времени вспомогательного глагола, входит в ряд аналогичных по структуре и семантике глагольных форм, использующихся в ряде европейских языков .

Среди дополнительных значений плюсквамперфекта выделяются значения аннулированного результата, прекращенной ситуации, прерванного действия, контрафактического условия или следствия [3, с. 175-194] .

Плюсквамперфект в значении аннулированного результата или прерванного действия/ситуации обозначает, что в прошлом действие имело место, но сейчас уже не имеет, например:

Я было купила себе платье, но моего размера не оказалось .

Эта деревня была заселена, сейчас вот пустует .

Я было пошла гулять, но вернулась .

Значение контрафактического условия выражает действие, которое могло бы случиться в прошлом при каком-либо условии, например, «если бы я заболел, я бы не смог выйти на работу», «если бы не отключили воду, посуда была бы уже вымыта» [2, с. 70] .

В отдельную группу можно выделить использование плюсквамперфекта в значении повторяющегося в прошлом действия. При этом особенно подчеркивается удаленность этого действия от момента речи. Таким образом, эти глаголы сочетают в себе значения не только давности, но и многократности, например: «И я там сиживал», «она бывала там неоднократно» и проч. Такое же значение передалось и сочетанию глагола несовершенного вида с частицей «бывало», например: «бывало, я приходил в этот сад» [1, с. 637] .

На данный момент в современном русском языке существует четыре формы прошедшего времени, две из которых относятся к совершенному, одна – к несовершенному виду и еще одна представляет собой остатки плюсквамперфекта. Все они между собой грамматически и стилистически неравноправны и неравноценны: например, форма прошедшего времени, являющаяся остатком русского плюсквамперфекта, является непродуктивной, вследствие чего постепенно угасает и практически вытеснена формами прошедшего времени несовершенного вида .

Несмотря на то, что единого мнения относительно времени исчезновения форм аориста, имперфекта и «книжного» плюсквамперфекта в русском языке и прихода им на смену универсальной формы прошедшего времени на -л-, не существует, сам факт, что процесс имел место, является неоспоримым .

Плюсквамперфектное значение в современном русском языке обычно проявляется в повествовании при актуализации более ранних событий или в диалоге [1, с. 310-312] .

Это значение ограничено в жанрах и текстах современного русского языка.

Оно может быть выражено как формами совершенного, так и формами несовершенного вида, например:

Она стремилась войти в круг избранных и не учла многих обстоятельств .

Певица сделала карьеру, и друзья детства уже не встречали ее как свою .

В формировании этого значения при опоре на контекст могут участвовать бытийные глаголы «быть» и «существовать»:

Эта оговорка была сформулирована Вами уже несколько лет назад .

Некоторые станции на Кубани были основаны еще при Екатерине Великой .

Плюсквамперфект (pluskvamperfekat) в черногорском языке – это глагольная форма, которая обозначает действие, которое произошло в прошлом перед каким-то другим действием в прошлом.

Эта форма состоит из имперфекта глагола «быть» и прошедшего времени глагола, например:

Ja bijah/bjeh 1 (pro)itao(la), Mibijasmo/ bjesmo (pro)itali Я был/была (про)читал(а), Мы были (про)читали .

Плюсквамперфект также может состоять из перфекта глагола «быть»

и прошедшего времени глагола:

В старом черногорском языке, который существовал до начала XX века, особенно в литературе, больше использовалась краткая форма глагола «быть» – «bjeh» .

С XX века начала распространяться форма «bijah». На сегодняшний день обе формы равноправны .

Ja sam bio/bila (pro)itao(la), Mismobili (pro)itali Я – был/была прочитала, мы – были прочитали Особенность плюсквамперфекта в черногорском языке состоит в том, что плюсквамперфект глагола «быть» – «bejahbio» (был) – может быть образован только первым способом, т.к. формы «biosambio» (дословно был-был) не существует [4, с.36] .

Что касается сербского языка, плюсквамперфект существует только в литературной форме, в отличие от черногорского языка .

Kad smo mi stigli, oni su bili otisli (Когда мы пришли, они уже ушли [к тому времени]) – плюсквамперфект здесь обозначает действие, которое предшествовало действиям, обозначаемым перфектом. Для сравнения предложение Kad smo mi stigli, oni su otisli переводится уже как «Когда мы пришли, они уходили», т.е. одно действие следует за другим .

Плюсквамперфект обозначает также прошлое действие, результат которого не существует в момент речи, т.е. речь идет о значении аннулированного результата. Например: Marko je bio nazebao (Марко был простужен) – обозначает, что Марко сейчас здоровый, но ранее болел. Для сравнения – Marko je nazebao, pa mora da lezi (Марко простудился и должен лежать) .

Таким образом, плюсквамперфект в современном русском языке не имеет форм выражения, но сохранилось его значение в формах прошедшего времени, в отличие от черногорского языка, в котором сохранились и форма, и значение плюсквамперфекта .

Литература

1. Маркова Т.Д. Функционирование форм перфекта и плюсквамперфекта в древнерусском Прологе XVI века // Вестник ЧГПУ №1. – 2010. №1. – 303–311 с .

2. Плунгян В.А. Исследования по теории грамматики: Глагольные категории. Вып.1. – М. – 2001. – 50–88 с .

3. Сичинава Д.В. Типология плюсквамперфекта. Славянский плюсквамперфект. – М. – 2013. – 384 с .

4. Sili, Josip: „Nikevieva Crnogorska gramatika“, LinguaMontenegrina, br.3. Institut za crnogorski jezik i jezikoslovlje „VojislavP. Nikevi“, Cetinje, – 2009. – 468 s .

–  –  –

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ АОРИСТА

В РУССКОМ И ЧЕРНОГОРСКОМ ЯЗЫКАХ

Аннотация. В статье проанализировано значение и употребление форм аориста в современном русском и черногорском языках .

Ключевые слова: аорист, русский язык; черногорский язык; прошедшее время .

Н аиболее часто употребляемой формой прошедшего времени в литературной речи являлась форма аориста. Под аористом в русском языке понимается временная форма глагола, обозначающая законченное неповторяющееся действие, относящееся к прошлому. Эта глагольная форма использовалась для обозначения длительного или недлительного конкретного действия или состояния, происходившего в определенный, конкретный момент в прошлом и не связанного с настоящим[1, с.48]. Именно это и объясняет широкую популярность использования этой глагольной формы как в церковных, так и в летописных тестах.

Впоследствии формы аориста стали заменяться и переводиться глаголами совершенного вида:

и приде всть (и пришла весть);

гонися в лодияхъ по нихъ (погнался в лодках за ними);

и постиже я (и настиг их) .

В современном русском языке аорист не используется, однако формы прошедшего времени сохранили аористическое значение. Глагольные формы с аористическим значением обозначают действие, представляющееся как один момент вне зависимости от его продолжительности.

Форма прошедшего времени принимает аористическое значение в случае, когда речь идет о не связанной с настоящим результативности в прошлом, например:

«Мересьев достал заветную зажигалку, чиркнул колесиком, чиркнул еще раз – и похолодел, в зажигалке кончился бензин» (Б. Полевой) .

В этом случае речь идет о конкретном факте прошлого, т.е. контекст указывает на отсутствие или наличие данного факта в прошлом .

Также аористическое значение присутствует в случаях передачи последовательности действий:

«Девочка улыбнулась, прижала куклу к себе и успокоилась»

(В. Г. Короленко) .

В данном случае аористическое значение указывает на то, что перечисляемые факты не просто следуют друг за другом, но и вытекают один из другого .

Важной особенностью аористического значения можно назвать то, что указание на определенный момент действия в прошлом может сыграть роль контекстного показателя аористического значения, например:

«Даша проговорила детским голосом:

– Разве я виновата, что не умерла тогда!

А теперь мешаю вам жить...»

(А. Толстой. Восемнадцатый год) .

Благодаря наличию наречия «тогда» в этом предложении глагольное действие воспринимается как факт, относящийся к прошлому и не имеющий связи с настоящим, т.е. не являющийся актуальным на данный момент времени. Если бы наречие «тогда» отсутствовало, эта глагольная форма не принимала бы аористическое значение .

Аорист (aorist) в черногорском языке представляет собой прошлое совершенное время и образуется соответственно из глаголов совершенного вида .

Аорист обозначает действие, которое случилось в прошлом, а также действие, которое случилось после этого действия в прошлом[2, с.156]:

On je ustao sa klupe, a oni odmah ustadoe za njim .

(Он встал со скамейки, и они сразу встали за ним) .

Аорист используется также в случае, когда речь идет о событии, которое произошло непосредственно перед моментом речи:

Gle, prestade kia, ali dunu vjetar .

(Смотри, дождь закончился, но подул ветер) .

Также аорист служит для выражения настоящего и будущего времени:

«Doi, pojedoe me psi!» («Приходи, меня покусают собаки!») «Vii, izgore je sunce!» («Смотри, она сгорела на солнце!») В современном сербском и черногорском языке аорист активно используется в литературе. Несмотря на то, что обычно в разговорной и частично в литературной речи аорист заменяется перфектом, т.е. обыкновенным прошедшим временем, все чаще встречаются примеры использования аориста в социальных сетях, потому что данная форма глагола короче, чем перфект:

«japadoh» - «jasampala» .

Существует несколько видов аориста, среди которых выделяется повествовательный, модальный и пословичный [3, с.112].

Повествовательный аорист узнается при помощи наречий, обозначающих время: tada(в тот же момент), onda (тогда), jue (вчера) и др.:

Onda Marko uze teku topuzinu, pa je baci u sinje more .

Тогда Марко взял тяжелую булаву и бросил ее в синее море .

Модальный аорист обозначает отношение говорящего к еще не произошедшему действию, например:

Bjeimo, nastradasmo .

Побежали,[иначе]пострадаем .

60 Dajte im vode, umree od ei .

Дайте им воды,[иначе]умрут от жажды .

Гномский или пословичный аорист используется в пословицах:

Bez muke se pjesma ne ispoja, bez muke se sablja ne iskova .

Без муки песня не поется, без муки сабля не куется .

Некоторые глаголы третьего лица единственного числа пишутся одинаково как в настоящем времени, так и в аористе. Различаются они произношением, т.к. имеют разные ударения.

Рассмотрим на примере глагола «ohladitise» охладиться»:

Рita nije ukusna kad se ohladi .

Пирог не вкусный, когда остынет (наст.вр.) Doite, djeco! Pita se ohladi .

Дети, идите! Пирог уже остыл (аорист) Таким образом, аорист в черногорском языке, в отличие от русского, активно употребляется как в литературной, так и в разговорной речи и имеет несколько видов, каждый из которых служит для обозначения конкретного случая. А в русском языке отголоски аориста, формы прошедшего времени, остались в современном русском языке в виде аористического значения глаголов .

Литература

1. Сумбатова Н.Р. Грамматикализация глагольного синтаксиса. Дисс. канд .

филол. наук. – М., Институт языкознания РАН, 1996. – 219 с .

2. A.Ciric, I.Pranjkovic, J.Silic. Gramatika crnogorskoga jezika. – Cetinje, 2010. – 358 s .

3. Стојићевић А., Значење аориста и имперфекта у српскохрватском језику. – Ljubljana, 1951. – 171 с .

–  –  –

ПРОБЛЕМА ИЗУЧЕНИЯ

ОНОМАСТИЧЕСКОЙ ЛЕКСИКИ

В ХУДОЖЕСТВЕННОМ ПРОИЗВЕДЕНИИ

Аннотация.

Работа посвящена проблеме функционирования поэтонимов в художественном тексте, являющихся самостоятельными единицами художественной речи. В статье рассматривается соотношение терминов «оним» и «поэтоним», «ономастическое пространство» и «ономастическое поле», характеризуются основные подходы к описанию и классификации ономастического пространства .

Ключевые слова: ономастика; поэтонимы; онимы; ономастическое пространство; ономастическое поле .

В настоящее время в лингвистической науке наблюдается возрастание интереса к проблеме изучения имён собственных в художественной литературе, что объясняется увеличением числа исследований в области лингвопоэтики, стилистики художественной речи, литературной ономастики .

Проблема изучения ономастической лексики в художественном тексте становилась предметом рассмотрения в лингвистических работах С.И. Зинина [Зинин 1980: 3], В.Н. Михайлова [Михайлов 1981: 5], А.В. Суперанской [Суперанская 1986: 8], В.И. Супруна [Супрун 2000: 9], О.И. Фоняковой [Фонякова 1990: 10], С.П. Васильевой [Васильева 2009: 1] и др. Однако в лингвистической литературе отсутствует единообразие в терминологии для обозначения ономастической лексики как объекта изучения в художественной речи, единый взгляд на принципы и подходы к ее классификации .

Цель настоящего исследования – на основе анализа лингвистической литературы рассмотреть термины, характеризующие существенные признаки онимов в художественном тексте и принципы их анализа .

Прежде всего необходимо выяснить соотношение терминов «оним»

и «поэтоним», которые приняты в ономастике. Их различия состоят в том, что онимы – это имена собственные, которые служат для выделения именуемого объекта среди других в предложении (например, город Тольятти, село Ширяево, река Волга и др.); поэтонимы – это имена собственные в поэтическом произведении. Следует отметить, что в литературоведении под термином «поэтоним» подразумеваются обозначения условных, экзотических, мифологических, то есть наделённых определённым поэтическим смыслом имён 62 собственных [Суперанская 1973: 30 ]. Например, поэтонимом могут являться такие имена собственные, как Джоконда, Фауст, Афродита и т.д. В свою очередь, к примеру, город Москва нельзя назвать поэтонимом – это оним, который принадлежит к разряду топонимов – географическим наименованиям .

Однако в литературной ономастике принята более широкая трактовка данного термина: «Поэтическое имя (поэтоним) – имя в художественной литературе, имеющее в языке произведения, кроме номинативной, характеризующую, стилистическую и идеологическую функции. Как правило, относится к категории вымышленных имён, но часто писателем используются реально существующие имена или комбинация тех и других» [Подольская 1988: 6, 108] .

Например, в стихотворении поэта-современника Игоря Иртеньева «Моя Москва» город Москва считается не просто именем собственным, а поэтонимом, так как в нём Москва предстаёт как живое существо, к которому обращается лирический герой (поэт), она является символом Дома для него и главным «героем» поэтического произведения [4]: «Я, Москва, в тебе родился, / Я, Москва, в тебе живу, / Я, Москва, в тебе женился, / Я, Москва, тебя люблю! / Ты огромная, большая, / Ты красива и сильна, / Ты могучая такая, / В моем сердце ты одна…» .

Другой проблемой теоретической литературной ономастики является разграничение терминов «ономастическое пространство» и «ономастическое поле», которые часто используются как синонимичные. Между тем, это разные понятия. Ономастическое пространство – это совокупность личных имён и фамилий, какие применяются в языке для названия настоящих, предположительных и нереальных прецендентов [Зинин 1980: 2] .

Ономастическое пространство представляет собой совокупность онимов, образующих следующие лексико-семантические группы в соответствии с разделами ономастики: топонимы, антропонимы, зоонимы и др. Функционирующие в художественных текстах поэтические антропонимы, топонимы и другие онимов могут в отдельности являться самостоятельными ономастическими полями в составе в составе общего ономастического пространства .

Изучение ономастического пространства художественного текста связано со структурным подходом в лингвистике. Разновидностью структурного подхода является полевой, т.е. структурно-семантический. На наш взгляд, самым оптимальным подходом при изучении ономастической лексики является полевой, так как он предполагает наличие не только структурных отношений, но и семантическую общность языковых единиц, учет их стилистической окрашенности, выделение микрополей, ядерной и периферийной части .

Еще одна проблема изучения ономастической лексики в художественном тексте связана с отсутствием единой классификации онимов. Разные исследователи в зависимости от идейно-эстетических задач авторов художественных произведений при рассмотрении ономастического пространства предлагают различные группировки онимов: реальные/вымышленные имена собственные, прямо/косвенно характеризующие поэтический образ, по стилистической роли (нейтральные/пародийные/ассоциативные/описательные) и др .

Таким образом, для обозначения имен собственных в художественном тексте используется специальный термин – поэтонимы. Данный термин, по мнению исследователей, позволяет более точно отобразить особенности онимов как единиц художественного текста, в котором они помимо номинативной функции выполняют характеризующую, стилистическую и идеологическую функции. Лингвистическое изучение онимов предполагает применение структурно-семантического подхода, который связан с понятием ономастического пространства художественного произведения .

Литература

1. Васильева С.П. Литературная ономастика. Красноярск: Красноярский гос. пед. ун-т им. В.П. Астафьева, 2009 – 138 с .

2. Зинин С.И. Из истории лексикографирования собственных имен в художественной литературе. Ташкент: ТашГУ, 1980. Вып. 629. С. 83-89 .

3. Зинин С.И. Введение в поэтическую ономастику. Ташкент: ТашГУ, 1980 – 396 .

4. Иртеньев И., «В одном практически шнурке…» [Электронный ресурс] // Сайт Игоря Иртеньева. URL: http://www.irteniev.ru/verse.php3

5. Михайлов В.Н. Лингвистический анализ ономастической лексики в художественной речи. Симферополь: СГУ, 1981 – 28 с .

6. Подольская Н. В. Словарь русской ономастической терминологии. М.:

Наука, 1988 – 192 с .

7. Суперанская А.В. Общая теория имени собственного. М.: Наука, 1973 – 367 с .

8. Суперанская А.В. Теория и методика ономастических исследований .

М.: Наука, 1986 – 256 с .

9. Супрун В.И. Ономастическое поле русского языка и его художественно-эстетический потенциал. Волгоград: Волгоградский пед. ун-т, Перемена, 2000 – 172 с .

10. Фонякова О.И. Имя собственное в художественном тексте. Л.: ЛГУ, 1990 – 103 с .

–  –  –

ШУТЛИВЫЕ РЕЧЕВЫЕ АКТЫ ПРОСЬБЫ,

ПРИГЛАШЕНИЯ, ПРЕДЛОЖЕНИЯ,

СОГЛАСИЯ, ОТКАЗА В ОБИХОДНОМ

ОБЩЕНИИ РУССКИХ

Аннотация. В статье раскрывается содержание понятия «шутливый речевой акт», рассмотрены шутливые речевые акты просьбы, приглашения, предложения, согласия, отказа в повседневной русскоязычной коммуникации .

Ключевые слова: непрямая коммуникация; прагмалингвистическая категория косвенности; контекстуально-ситуативные косвенные речевые акты;

шутливый речевой акт .

В настоящее время в коммуникативистике наблюдается интерес к изучению явлений, связанных с непрямой коммуникацией (далее — НК), прагмалингвистической категорией косвенности [16; 18; 22; 23; 30] .

Некоторые исследователи выделяют особый тип КСКРА — «шутливый РА», «цель которого развеселить, развлечь, рассмешить слушателя, доставить ему удовольствие, улучшить его эмоциональное состояние, развлечься самому» [15, с. 126]. Эти РА относятся к единицам НК и представляют собой вербальные реализации прагмалингвистической категории косвенности [19], являясь контекстуально-ситуативными косвенными РА (далее — КСКРА) [17 19]. Как отмечает Т.В. Нестерова, «шутливые РА — своеобразные средства самопрезентации личности (если стратегическая цель при реализации этих единиц НК достигнута, есть запланированный перлокутивный эффект в виде положительной реакции адресата, говорящий испытывает чувство удовлетворения от своего коммуникативного поведения …). Условиями успешности шутливого РА являются: наличие у говорящего и слушающего одинакового социального и психологического опыта, общих фоновых знаний, их принадлежность к одной и той же культуре и т.д.» [15, с.126] .

В данной статье шутливые КСКРА будут рассмотрены на примере инициирующих реплик в ситуациях предложения, приглашения, просьбы и реплик согласия и отказа как ответных реакций на побуждение. Здесь мы можем говорить о формировании полинтенциональных РА (в которых сочетаются две и более интенции): шутка + побуждение; шутка+ согласие; шутка +отказ [19, с.89] .

Побудительные РА играют большую роль в регулировании общественных и межличностных отношений. Н.И. Формановская определяет побудительность как «одно из ведущих целеполаганий говорящего, отражающее его волеизъявление с одной стороны, а с другой — побуждение к действию адресата» [29, c. 141] .

Интересующие нас РА просьбы, приглашения и предложения Н.И. Формановская определяет следующим образом:

Просьба — 1. Наименование побудительной ситуации общения, когда говорящий склоняет или понуждает адресата к выполнению того, что нужно, полезно просящему. 2. Сумма выражений, составляющих тематическую группу со значением просьбы 3. Каждое из выражений, с помощью которых осуществляется речевое действие (акт) просьбы [28] .

Приглашение — 1. Наименование этикетной ситуации общения, когда говорящий побуждает адресата к совершению действия, которое, с точки зрения адресанта, приятно и полезно для адресата. 2. Стереотипные выражения — РА, с помощью которых осуществляется приглашение [27] .

Предложение — 1. Наименование ситуации общения, когда говорящий побуждает адресата к совершению действия, которое, с точки зрения адресанта, полезно для адресата, либо объективно необходимо для исполнения .

2. Стандартные выражения, с помощью которых осуществляется предложение [26] .

В качестве реплик-реакций на данные побудительные РА рассмотрим согласие и отказ .

Н.И. Формановская выделяет следующие три речевые ситуации, в которых согласие является репликой-реакцией на предшествующий РА: «а) согласие что-либо сделать для другого (в ответ на просьбу); б) согласие разрешить другому что-либо сделать; в) согласие с мнением собеседника» [30, с. 134] .

Нас будут интересовать первые две ситуации (а, б) .

Отказ — это «1) речевое действие, которое содержит негативную реакцию (несогласие, отрицание) на просьбу, на требование, на приказ, на флирт, на предложение (в том числе предложение руки и сердца), на совет (непрошеный)» [18, с. 48], «на приглашение» [23, с. 14] .

Отметим, что РА отказа связан с дисгармоничной ситуацией общения и, к тому же, относится к «ликоущемляющим», поскольку его интенция противоречит интересам адресата [11]. Именно поэтому при реализации данной интенции используются КРА [18], в том числе и шутливые, которые позволяют говорящему действовать в рамках принципа кооперации .

66 Шутливый РА согласия используется с целью получения «психологических поглаживаний» [25; 29], которые позволяют «укрепить фундамент отношений» [25], перевести диалог в шутливую тональность .

Употребление шутки в директивных РА смягчает степень их категоричности, т.к. снижает «в побудительности долю принуждения» [26]. К тому же использование шутки в рассматриваемых побудительных РА может быть связано с нежеланием говорящего «потерять лицо в случае отказа» [13] .

Итак, шутливые РА просьбы, предложения, приглашения, согласия, отказа, функционируя в «зоне этикета», сохраняют вежливые, доброжелательные, дружеские отношения между коммуникантами, способствуют сохранению гармонии в общении .

В рамках данной статьи будут рассмотрены следующие ситуации:

1) предложение согласие/отказ;

2) приглашение согласие/отказ;

3) просьба согласие/отказ .

Поскольку в рамках одной статьи не представляется возможным описать все шутливые РА в данных ситуациях общения, ограничимся анализом нескольких примеров .

Рассмотрим 1-ую ситуацию: предложение согласие/отказ .

Шутливые РА этой группы мы рассматриваем в следующих коммуникативных ситуациях: 1) предложение сделать что-либо вместе; 2) предложение кому-либо сделать что-либо [2].

Приведем примеры:

1) шутливое предложение сделать что-либо вместе:

— Ну, что, соучастница моего преступления, вместе ограбим холодильник? … Она тихо засмеялась, согласившись помочь мне в моем «преступлении»[12] .

Созданию шутливого эффекта в этом РА способствует изменение стилистической сочетаемости слов. Здесь лексика юридического дискурса («соучастница преступления») включена в обиходно-бытовую сферу общения .

Происходит также нарушение лексической сочетаемости глагола «ограбить»:

«Ограбить — Отнять силой у кого-л. в разбойном нападении; обокрасть что-л., применяя угрозы, насилие. Ограбить банк» [21]. РА «ограбим холодильник»

не является побуждением к реальному преступлению, а представляет собой шутливое предложение поесть .

Данный РА имеет запланированный перлокутивный эффект: адресат понял шутку и согласился на предложение поесть .

2) шутливое предложение кому-либо сделать что-либо:

[Roberta, жен] … Заходите, присаживайтесь, участвуйте в обсуждении #:love:# [Kotlina, жен] Roberta, спасибо! (Интернет-коммуникация [14]) Коммуниканты находятся вне зоны видимости (дистантное, опосредованное интернет-общение), но реализуют этикетный РА приглашения как в коммуникации с реальными людьми в контактном непосрдественном общении .

Вот и совершите променад, — улыбнулся Женя, — за тридцать минут я уничтожу безобразие [7] .

Использование слова «променад» с пометами «шутл., устар.» [10] придает РА предложения шутливую тональность .

— Если не съедите, я вам тогда в пакет уложу остатки. Завтра сфинишируете, ребята [1] .

Здесь используется окказионализм «сфинишируете» в значении «доедите» .

Рассмотрим ответные реплики – шутливые РА согласия и отказа в ситуации предложения:

— Может, нам в гости сходить?

— Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро! К кому пойдём?

(запись устной речи) Шутливый эффект РА согласия создаётся за счёт использования прецедентного текста: цитата из мультфильма «Винни-Пух» .

— Мне надо работать, а ты же не будешь целый день торчать в четырех стенах. Поди, погуляй по городу!

— Да погода какая-то неаппетитная, я лучше поваляюсь с книжечкой на свободе, телик посмотрю… [4] .

Шутливый отказ основан на обыгрывании лексической сочетаемости:

слово «неаппетитный» не обладает устойчивым зафиксированным значением, подходящим для описания погоды (см. «аппетитный» как «возбуждающий аппетит. А. пирог. А. запах. Аппетитно (нареч.) есть с аппетитом» [21]) .

Перейдём к описанию 2-ой ситуации приглашения – согласия / отказа .

Здесь мы можем выделить: приглашение в гости, приглашение к столу, приглашение сходить куда-либо вместе .

В словаре А.Г. Балакая приводятся следующие шутливые реализации РА приглашения (с пометкой шутл.): «Будьте как дома, но не забывайте, что вы в гостях» [2, с. 68]; «Милости прошу к нашему шалашу»; «Милости просим к нам во двор со своим добром» [2, с. 245] .

Приведем примеры шутливых РА в ситуации приглашения в гости:

— Заходи, подруга, я сейчас холостякую, Олег только завтра вернется .

Так что нам никто не помешает [4] .

Шутка создаётся за счёт окказионализма «холостякую». К тому же эту реплику произносит женщина, и такое несоответствие значения слова (от «холостяк» — «холостой мужчина (обычно о немолодом мужчине)» [21] придаёт РА дополнительный комический эффект .

Капитонов направляется к себе по коридору, но из шумного номера открывается дверь: — Маэстро, это же вы? Милости просим на огонек! И какая-то непостижимо фатальная сила заворачивает туда Капитонова. [20] Говорящий намеренно использует устаревшую лексику (устар. «милости просим» [31]) в сочетании с шутливым обращением («маэстро» как «обращение к музыканту, композитору» [21], хотя адресат не является ни 68 композитором, ни музыкантом). Перлокутивный эффект достигнут: адресат принимает приглашение .

Также возможно шутливое приглашение к столу:

Слава. … (Поставил на стол цветы, сел.) Свистать всех к столу! [5] Обыгрывается прецедентный текст «Свистать всех наверх!» (он подвергается трансформации) (специальная команда, по которой экипаж судна собирается на верхней палубе), что создает шутливую тональность .

На возможность шутливого обыгрывания РА приглашения сходить кудалибо вместе указывает А.Г. Балакай, приводя в качестве примера следующую реплику: «(шутл.) Не хотитца ли пройтитца» [2, с.500]. Здесь мы видим приём рифмовки, который построен на фонетической и графической деформации словоформ .

Функционируют шутливые приглашения такого типа и в Интернет-коммуникации: — Кто со мной на зыринг, плавно перетекающий в шоппинг?))) (соблюдена орфография и пунктуация источника) [33] .

В данном примере используется неологизм, образованный с помощью суффикса -инг, «продуктивного для английских заимствований (явление гибридизации) (по аналогии с «франчайзинг», «лизинг», «копирайтинг»

и т.п.)» [15, с. 127 128] .

В ответных реакциях согласия / отказа на приглашение также возможно возникновение шутливой интенции:

(Друзья, посидев в кафе, собираются домой) — Ребят, время уже 10 часов .

— Да. Пойдёмте домой… к Роме — Не, ко мне никак. У меня пока нет дома – ремонт. (Нарочито грустно) .

Я теперь Рома без дома (запись устной речи) .

Эффект шутки основан на рифмовке имени Рома и слова «дом» в Р.п. ед.ч .

В данном примере шутка служит способом мотивировки отказа (дополнительно смягчая его категоричность) .

Шутливое согласие может быть основано на обыгрывании лексической сочетаемости слов:

— Может быть, тогда выпьем кофе?

— Где предлагаете приземлиться? [9] Ответная реплика представляет собой КСКРА согласия в форме вопроса .

Многозначное слово «приземлиться» использовано в значении «опуститься куда-н. (разг. шутл.)» [21], что и создаёт комический эффект .

— Может, пойдём прогуляемся?

— Что-то не хочется. У меня сегодня кабинетное настроение (запись устной речи) .

Шутка содержится в обосновании отказа на приглашение и создаётся за счёт использования необычной сочетаемости слов «кабинетный» и «настроение» .

Слово «кабинетный», образованное от слова «кабинет» в его 1, 2, 3 значениях не может сочетаться со словом «настроение». (Прим.: «кабинет» — «1. Комната для занятий, работы. 2. Комплект мебели для такой комнаты. 3. Помещение, оборудованное для каких-н. специальных занятий») [21] .

Перейдём к описанию 3-ей ситуации просьбы – согласия / отказа на неё .

Рассмотрим пример шутливой просьбы совершать / не совершать какоелибо действие:

(Говорящий садится в такси, он в хорошем настроении):

— Гони лошадей! [7] .

Здесь мы видим обыгрывание прецедентного текста: названия романса «Ямщик, не гони лошадей!» .

— Граждане, разрешите купить жене подарок, я её 12 суток не видел, сидел на курорте! (из к/ф «Большая перемена») Комический эффект возникает за счёт обыгрывания лексической сочетаемости слов. Говорящий использует глагол «сидеть» в значении «находиться в каком-н. месте, внутри чего-н.; быть помещенным куда-н.» [21]. В разговорной речи абсолютивное употребление глагола «сидеть» в таком значении связано с привычным представлением «сидеть в тюрьме». В данной ситуации комический эффект создаётся за счёт несоответствующего общим представлениям дополнения «на курорте» в сочетании с обстоятельством времени «12 суток», используемых здесь как в качестве эвфемизмов .

(СМС-переписка):

- Любимый, мы с подругами в бар собираемся, можно я с ними уже ушла? (анекдот) .

Обыгрывается синтаксическая структура предложения. В основе шутки – логический парадокс. Девушка спрашивает разрешения уйти, хотя сама уже ушла. Здесь мы наблюдаем несоответствие временных форм глаголов («собираемся» - настоящее время, «ушла» - прошедшее время). Возможность построения данного предложения связана с особенностью опосредованной коммуникации (СМС-переписка) .

Шутливыми ККРА согласия на просьбу являются различные трансформации английского слова «okay», которые характерны для молодёжного и Интернет-сленга.

Такие реализации частотны в устной речи и уже отражены в словаре [24]:

1) Шутл. подтверждение своего согласия с чем бы то ни было .

— Встретимся в 20:00. — Океюшки [24] .

2) — Привози его на то же место. Я заберу его через сорок минут .

— Оки-доки! [6] .

Отметим, что такие реализации могут быть использованы и как согласие на РА предложения, приглашения .

Антон. Эй, парень, постой. К родственникам ты все равно уже не попадешь, а здесь живут очень хорошие ребята, но как сказать-то, попонятнее, ужасно голодные .

Виктор. Я понял. Вообще-то у меня есть дела, но час я могу посвятить… спасению голодающих [3] .

70 В данном примере реплика согласия служит ответом на просьбу-намёк, содержащийся в реплике Антона «здесь живут очень хорошие ребята, но как сказать-то, попонятнее, ужасно голодные». Ответный РА Виктора можно охарактеризовать как согласие-уступку. Комический эффект создаётся за счёт трансформации фразы «час я могу посвятить спасению голодающих»

(по аналогии с выражением «спасение утопающих») .

К1: — У вас сигаретки не найдётся?

К2 (даёт сигарету): — Курите на здоровье!

К1: — Спасибо (смеётся) (запись устной речи) .

Здесь представлен шутливый полиинтенциональный КСКРА согласияпредложения в ответ на косвенную просьбу. Эффект шутки в реплике-реакции основан на столкновении несовместимых понятий (оксюморон) (курение и здоровье). Коммуникацию можно считать успешной, т.к. здесь есть перлокутивный эффект: адресат понял шутку (реакция — смех) .

(Разговор жены и мужа) — Помоги ребенка вытереть! — приказала Вика .

— О, уи, мон жэнераль! — шутливо козырнул Митя. Он взял мокрую, агукающую Дашку на руки, и Вика стала вытирать ее большим махровым полотенцем [8] .

Комический эффект создаётся за счёт включения в контекст обиходной ситуации французских слов. При этом обыгрываются социальные роли «вышестоящий-нижестоящий» (говорящий называет жену «мон жэнераль»

(«мой генерал»), сопровождая фразу невербальным поведением («шутливо козырнул») .

Отказ на просьбу также может содержать шутливую интенцию:

«Хочешь чаю? — Нет, спасибо, я уже отчаялся» .

Шутливый эффект достигается за счёт создания окказионального неологизма: «обыгрывание внутренней формы глагола “отчаяться” — “ложная этимология”») [15, с. 127] .

Шутливая фраза «У меня лапки» также является КРА отказа. Это выражение перешло в обиходное общение из Интернет-коммуникации, где в сочетании с изображением кота обозначало его неспособность решать человеческие проблемы (напр. «Я бы сдал за тебя французский, но у меня лапки» [34]). В повседневной коммуникации этот РА приобрел значение нежелания выполнять какое-либо действие (напр. « — Разведи костёр! — У меня лапки» [32]) .

Безусловно, в одной статье невозможно рассмотреть все шутливые реализации названных выше интенций в обиходном русскоязычном общении .

Данная работа будет продолжена в рамках магистерских исследований .

Нам представляется перспективным создание типологии шутливых РА в обиходной сфере, которая может быть полезна при написании пособий по РКИ для студентов высших этапов обучения .

Литература

1. Аксенов В. Круглые сутки нон-стоп [Электронный ресурс] // URL:

https://e-libra.ru/read/164798-kruglye-sutki-non-stop.html (дата обращения:

12.03.2018)

2. Балакай А.Г. Словарь русского речевого этикета: 2-ое изд., испр .

и доп. – М.: АСТ-ПРЕСС, 2001. – 672 с .

3. Венедиктова Е. Экзамен про любовь [Электронный ресурс] // URL:

http://lit.lib.ru/w/wazhenina_o_n/text_0070.shtml (дата обращения: 12.03.2018)

4. Вильмонт Е. Полоса везения, или Все мужики козлы [Электронный ресурс] // URL: https://e-libra.ru/read/135339-polosa-vezeniya-ili-vse-muzhikikozly.html (дата обращения: 12.03.2018)

5. Володин А. Пять вечеров [Электронный ресурс] // URL: http://libdrama.narod.ru/volodin/fiveevening.html (дата обращения: 13.03.2018) .

6. Геласимов А.В. Год обмана [Электронный ресурс] // URL: https:// www.litmir.me/br/?b=10003&p=1 (дата обращения: 12.03.2018)

7. Донцова Д. Родословная до седьмого полена [Электронный ресурс] // URL: http://lovereads.me/read/84670/1 (дата обращения: 12.03.2018)

8. Житков А. Кафедра [Электронный ресурс] // URL: http://www.rulit.me/ programRead.php?program_id=131354&page=1 (дата обращения: 12.03.2018)

9. Иванов А.В. Комьюнити [Электронный ресурс] // URL: https://www .

litmir.me/bd/?b=149616&p=1 (дата обращения: 12.03.2018)

10. Исторический словарь галлицизмов русского языка [Электронный ресурс] // URL: https://gallicismes.academic.ru/ (дата обращения: 12.03.2018)

11. Кунаева Н.В. Дискурсивный анализ высказываний в ситуации возражения: на материале английского языка Дис.... канд. филол. наук : 10.02.04 .

Воронеж, 2009.- 225 с .

12. Левалк А. Кошка по кличке «счастье» [Электронный ресурс] // URL:

https://www.litmir.me/br/?b=590281&p=1 (дата обращения: 12.03.2018)

13. Мосейко А.А. Этикетная модель просьбы в британской и русской лингвокультурах [Электронный ресурс] // URL: https://elibrary.ru/download/ elibrary_25651553_90355050.pdf (дата обращения: 12.03.2018)

14. Национальный корпус русского языка [Электронный ресурс] // URL:

http://ruscorpora.ru/ (дата обращения: 12.03.2018)

15. Нестерова Т.В. «HOMO LUDENS» в непрямой коммуникации // Филологические науки. Вопросы теории и практики. — 2017. — № 5-2(71). — С. 126-131 .

16. Нестерова Т.В. Косвенные речевые акты в обиходном общении русских // Современная коммуникативистика. 2013. № 6 (7). С. 26-34 .

17. Нестерова Т.В. Непрямая коммуникация в обиходной сфере (русскоязычное общение) // Филологические науки. Вопросы теории и практики .

2015. № 5-1 (47). С. 156-162

18. Нестерова Т.В. Непрямые (косвенные) реализации интенции отказа в речевом общении русских с позиций речевого этикета [Электронный ресурс] // URL: https://elibrary.ru/download/elibrary_24549694_71735970.pdf (дата обращения: 12.03.2018)

19. Нестерова Т.В. Шутливые речевые акты в повседневной русскоязычной коммуникации // Актуальные направления фундаментальных и прикладЛужная Мария Михайловна 72 ных исследований Материалы XIV международной научно-практической конференции. North Charleston, SC, USA, 2017. С. 88-91 .

20. Носов. С.А. Фигурные скобки [Электронный ресурс] // URL: https:// www.litmir.me/br/?b=250676&p=1 (дата обращения: 12.03.2018)

21. Ожегов С.И. и Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка:

80000 слов и фразеологических выражений [Электронный ресурс] // URL:

http://slovarozhegova.ru/ (дата обращения: 11.02.2018)

22. Серль Дж. Р. Косвенные речевые акты / Пер. с англ. Н.В. Перцова // Новое в зарубежной лингвистике. – М.: Прогресс, 1986. – Вып. 17: Теория речевых актов. – С. 195-222

23. Симонова С.О. Коммуникативно-когнитивные особенности выражения косвенных и имплицитных речевых актов отказа в диалогическом дискурсе Дис. … канд. филол. наук. — Тамбов, 2011. — 207 с .

24. Словарь современной лексики, жаргона и сленга [Электронный ресурс] // URL: https://argo.academic.ru/ (дата обращения: 12.03.2018)

25. Трофимова Н.А. Экспрессивные речевые акты в диалогическом дискурсе. Семантический, прагматический, грамматический анализ [Электронный ресурс] // URL: https://www.hse.ru/pubs/share/direct/document/79455631 (дата обращения: 12.03.2018)

26. Формановская Н.И. Предложение // Эффективное речевое общение (Базовые компетенции) Словарь-справочник [Электронный ресурс] // URL:

https://elibrary.ru/download/elibrary_24549659_58335397.pdf (дата обращения:

12.03.2018)

27. Формановская Н.И. Приглашение // Эффективное речевое общение (Базовые компетенции) Словарь-справочник [Электронный ресурс] // URL:

https://elibrary.ru/download/elibrary_24549694_71735970.pdf (дата обращения:

12.03.2018)

28. Формановская Н.И. Просьба // Эффективное речевое общение (Базовые компетенции) Словарь-справочник [Электронный ресурс] // URL: https://elibrary .

ru/download/elibrary_24549726_45967538.pdf (дата обращения: 12.03.2018)

29. Формановская Н.И. Речевое общение: коммуникативно-прагматический подход. М. – Рус. яз., 2002. – 216 с .

30. Формановская Н.И. Русский речевой этикет: нормативный социокультурный контекст. – М.: Рус. яз., 2002. – 160 с .

31. Фразеологический словарь русского литературного языка [Электронный ресурс] // URL: https://phraseology.academic.ru (дата обращения:

12.03.2018)

–  –  –

АМЕРИКАНИЗМЫ

В ОБИХОДНОЙ РЕЧИ МОЛОДЕЖИ

Аннотация. В статье дается толкование термина «американизмы», выявляются причины их употребления в обиходной речи молодежи (русскоязычное общение), приводятся примеры речевых реализаций, содержащих американизмы .

Ключевые слова: заимствования, американизмы, обиходная речь, молодежный дискурс .

З аимствования – естественный процесс пополнения словарного состава языка. Их можно разделить на два типа: заимствования из славянских языков и заимствования из неславянских языков. [3, 167]. В данной статье нас интересуют лексические единицы второй группы, а именно американизмы. Русский язык испытывает сегодня сильное влияние английского языка и его американского варианта. «Американизмы – слова и выражения, заимствованные из американского варианта английского языка, напр. в русском языке ''гангстер''» .

Как отмечает В.Г. Костомаров, американские заимствования появляются, в первую очередь, в сфере информационных технологий (апдейт, браузер, скриншот, трафик), коммерции (акцепт, депозит, овердрафт, оферта, маркетинг) политики (спикер, саммит), музыки (трек, хип-хоп, сингл постпанк), моды (боди, худи, сникерсы) [1, 53]. Данная классификация актуальна и по сей день .

Анализ практического материала позволил нам выявить причины употребления американизмов в обиходной речи молодежи:

1. Появление новых реалий, отклик на изменения в обществе, в массовой культуре (биткоин, харрасмент, бекер) .

2. Отсутствие русского эквивалента для номинации какой-либо новой реалии: офшор, мем, лайк, селфи .

3. Мода: хайпануть, лук (образ), свитшот, лонгслив .

4. Удобство, экономия времени: окей, лол, го, дедлайн .

5. Шутка, языковая игра, усиление экспрессивности речи: Вотс ап, ребята?;

У нас полный мисандестендинг; Фотки – топ .

В рамках нашего исследования мы провели социальный опрос, в котором приняло участие 74 человека. На вопрос «Почему вы употребляете американизмы при наличии русского эквивалента?» 3% респондентов ответили, 74 что это модно. 5 % опрошенных сказали, что таким образом они лучше запоминают английские слова. 11 % не употребляют американизмы вообще .

22 % не задумывались об этом. 27 % вставляют в свою речь американские заимствования для того, чтобы придать речи экспрессивность. А большинство участников опроса, 32 %, отдали свой голос за то, что употреблять американизмы – удобно и это значительно экономит время .

Большое влияние на обиходную речь молодежи оказывает язык, используемый для переписки в электронной среде (чаты, форумы, СМС-переписка). Как было отмечено выше, использование американизмов значительно экономит время участников коммуникации при создании текстового сообщения. Например, вместо того, чтобы написать фразу «Давай поедем в путешествие!», молодые люди используют короткое выражение «Го в трип!» (Go – англ .

ехать, trip – англ. Поездка, путешествие). Коммуниканты привыкают к таким выражениям, находят их удобными и, соответственно, переносят их в свою обиходную речь .

Теперь обратимся к следующему диалогу:

– А ты знала, что на завтра нужно еще сделать презентацию к выступлению?

– Нет. Я точно не успею. Хэлп ми, плиз! (Help me, please!) .

В данном контексте вместо русской фразы «Пожалуйста, помоги мне!»

используется емкий аналог с американизмами .

Русскоязычная молодежь слышит американизмы в популярных американских фильмах, использует в общении со своими иностранными друзьями, а затем переносит их в обиходную коммуникацию.

Например:

– Хай! А что задали? (Hi – англ. привет)

– Ну, все, давай, си ю. (see you – англ. увидимся)

– Камон, гайз! Сегодня пятница! Идем куда-нибудь. (Come on – англ .

междометие «Ну же!», «Давайте!». Guys – англ. ребята)

– Ты на пары го? – Го. – А я не го .

Очень часто в обиходе молодых людей можно услышать следующие выражения: я хочу писать про лайфстайл (lifestyle – стиль, образ жизни); сингл хороший, а альбом мне не нравится (single – единственный, т.е. одна песня из альбома); покажу вам секреты бэкстейджа (backstage – за кулисами, то есть то, что не вошло в съемку); сейчас проще покупать одежду в масс-маркетах (mass market – массовый рынок товаров и услуг) .

Использование в речи молодежи таких конструкций связано с влиянием западной культуры (модные тенденции, кинематография, музыка и т.п.) .

Соответственно, она становится для них более близкой и понятной .

Итак, проведенное нами исследование показало, что американизмы активно поступают в лексикон российской молодежи, проникают в ее обиходную речь. Однако, с нашей точки зрения, при наличии в языке русских синонимов приоритетнее использовать именно их .

Мы согласны с точкой зрения Т.В. Нестеровой, которая пишет: «Многочисленные заимствования, проникающие в русский язык, большая часть которых представлена англицизмами и американизмами, - явление закономерное, отражающее активизировавшиеся в последнее десятилетие экономические, политические, культурные, общественные связи и взаимоотношения России с другими странами. И мы нисколько не умаляем их роль в развитии лексической системы русского языка. Однако во всем нужно соблюдать меру .

С грустью приходится констатировать, что в погоне за всем иностранным, в стремлении копировать западные образцы мы всё больше теряем свою самобытность. Как следствие этого — потеря интереса к родному (русскому) языку, русской литературе и культуре, косноязычие, снижение грамотности, общей и языковой культуры. Здесь было бы уместно вспомнить слова великого русского писателя И.С. Тургенева: «Берегите наш язык, наш прекрасный русский язык – это клад, это достояние, переданное нам нашими предшественниками! Обращайтесь почтительно с этим могущественным орудием;

в руках умелых оно в состоянии совершать чудеса» [3, с. 73] .

Литература

1. Костомаров В.Г. Языковой вкус эпохи. 3-е изд. СПб.: Златоуст, 1999. – 330 с .

2. Крысин Л.В. Исследования по славянским языкам. – № 5. – Сеул, 2000. – С. 63–91

3. Нестерова Т.В. Новое в лексике русского языка // Русский язык за рубежом. 2015. № 1. С. 64–73 .

4. Фомина М.И. Современный русский язык : Учебник: Лексикология. е изд.,испр./ – М.: Высш.шк.2001. – 415 с .

<

–  –  –

ГЛАГОЛЫ РЕЧЕВОГО ДЕЙСТВИЯ:

«КРИЧАТЬ» – «КЛИКАТЬ» В «СЛОВАРЕ

АКАДЕМИИ РОССИЙСКОЙ»

Аннотация. В данной статье проводится описание глаголов речевого действия «кричать» и «кличать» в «Словаре Академии Российской», рассматриваются семантически сходство и разница между двумя глаголами .

Ключевые слова: глаголы речевого действия; «Словарь Академии Российской» (САР); кричать; кличать; крик; клик .

Р ечевое действие имеет огромное значение в жизни человека. Без общения, основной формой которого является речь, невозможно существование человеческого общества, поэтому глаголами речевого действия обозначается самая важная сторона деятельности человека .

Глаголов речевого действия (глаголы речи) в современном русском языке довольно много, ведь тоже существует множество способов передать речь (например, стилистически или семантически). Существуют различные определения «глаголов речевого действия» (глаголов речи), но до настоящего времени лингвисты не пришли к общему мнению о том, что следует считать глаголами речевого действия. Так, позиция – «В широком понимании под глаголами речи понимаются все глаголы, которые называют акт говорения»

– отражена в работе И.А. Езолкой. [1, с. 2-5] Глаголы речевого действия, по мнению М.И. Кролла, – это все «глаголы, выражающие процесс говорения в его различных проявлениях». [3, с. 7-9] Эти глаголы активно употреблялись в Древней Руси и достаточно распространены в наше время .

В данной статье проводится описание конкретных глаголов речевого действия «кричать» и «кличать» в «Словаре Академии Российской» (далее – САР), который является уникальным памятником российской словесности конца XVIII века. Описание этих глаголов позволяет сопоставить их понимание и толкование в XVIII веке с современным объяснением значений этих слов .

Являясь главным и наиболее важным достижением русской лексикографии ХVIII столетия, «Словарь Академии Российской» получил высокую оценку современников. Н.М. Карамзин в речи, которая была произнесена им по случаю избрания его членом Российской Академии в 1818 году, сказал: «Полный словарь, изданный Академией, принадлежит к числу тех феноменов, коими Россия удивляет внимательных иноземцев; наша, без сомнения, счастливая судьба во всех отношениях есть какая-то необыкновенная скорость: мы зреем не веками, а десятилетиями». [2, с. 169] Работа над словарем заняла 11 лет (1783–1794). Слова в Словаре располагались гнездовым способом, т.е по общему корню, образуя разветвленные смысловые гнезда, поэтому по нему можно было определить, откуда произошло слово .

Обратимся к описанию глагола «кричать» («крикнуть» – СВ) в САР, где выделены три значения данного глагола: 1) Изпускать громкий голос. Изо всей силы кричать. Кричать ура. Он так громко кринул, что... Птицы кричат .

2) Иногда берется вместо шуметь в спор; или ссориться, браниться. Они не могут пробыть без того, что бы не кричать в спор. Они долго между собою кричали, но наконец поладили. 3) На кого. Бранить или возбранять что делать кому крича. Я на него кричал, однако он не слушает меня. [4, III, с. 952] Там же указаны значения данного глагола в сочетаниях с некоторыми существительными:

Кричать с зеленью, плодами и проч. – Ходя продать зелень, плоды .

Кричать к ружью. реч. воен. – Дать голосом знать, чтобы солдаты становились в строй, принимались за ружья. [4, III, с. 952] Следует отметить, что первое и второе значения глагола «кричать» распространяются существительным «крик»: 1) Громкое изпускание; произношение голоса животных. Великой, ужастной крик. Радостной, печальной крик. Изпускать крик. Слышен в дали крик. Крик животных. Крик птицы .

Крик ослиный. 2) Брань, ссора, гнев. У них всякой день почти бывает крик .

[4, III, с. 952] Словарь ещё отсылает нас к прилагательному – «крикливный»:

1) В отношении к лицу: бранчивый; склонный ко гневу, брюзге. Крикливая старуха. 2) Говорится также о людях плакливых и о птицах часто кричащих .

Крикливой ребенок. Крикливая ворона. [4, III, с. 952] Далее рассмотрим описание глагола «кликать» («кликнуть» – СВ) в данном словаре. В САР дано два значения данного глагола: 1) Звать кого громким голосом. Я его кликал, но он не идет. Он кликал, но никто не откликается .

Клинуть кого в горницу, на двор. Петух кличет кур. Самец кличет свою самку. Наседка цыплят кличет. 2) В старинном употреблении означало: кричать громким гласом, сказывать, объявлять что всенародно. И бирючем белети кликати по многие дни. [4, III, с.

614] Что касается существительного данного глагола, то следует указать, что лексическое значение существительного «клик» имеет значение следующее:

«Крик, громкое чего произглашение» (Испускать радостные клики. // Девиц и юнош красных лики Взносите радостные клики. М. Л.). [4, III, с. 614] Очевидно, что значения существительных «крик» и «клик», данные в САР, фактически совпадают, и, второе значение «кричать громким глосом»

78 глагола «кликать» семантически тождественно первому значению глагола «кричать». Однако в значении глагола «кликать» и существительного «клик»

присутствует дополнительный оттенок значения «объявлять что всенародно, громкое чего произглашение», отсутствующее в значении глагола «кричать»

и существительного «крик» .

В современном русском молодёжном языке ещё используется англоязычный вариант глагола «кликать» и существительного «клик» – «щелкать компьютерной мышкой», но использовать глагол «кликать» и существительное «клик»

только с предлогами: «кликнуть на», «кликнуть по», и, только в сочетаниях:

«кликнуть мышкой» или «кликнуть такой-то кнопкой мышки», чтобы не перепутать исконное русское слово с его англоязычным НЕ-эквивалентом .

Таким образом, можно заключить, что глагол «кликать» в старинном употреблении является синонимом глагола «кричать». Значения глагола «кликать» определяются в САР либо как устаревшие, либо как специальные, чаше всего употреблявшиеся во время войны – их будет использовать впоследствии А.С.

Пушкин при описании Полтавской битвы:

«Швед, русский колет, рубит, режет:

Бой барабанный, клики, скрежет…»

В современном языке этот глагол менее употребителен, его чаще заменяют нейтральным, близким по семантике, глаголом «кричать». Изучение глаголов речевого действия в современном русском языке и в русском языке XVIII века представляется нам интересной задачей для дальнейшей работы .

Литература

1. Езолка И.А. Стилистические функции синонимичных глаголов речи// Очерки по стилистике иностранных языков. – Ростов-на-Дону, 1975. 22 c .

2. Карамзин Н.М. Сочинения в 2-х томах. Т. 2. Критика. Публицистика .

Главы из «Истории Государства Российского». Л.: Художественная литература, Ленингр. отд-ние, 1984. 455 с .

3. Кролль М.И. Глаголы речи в современном французском языке: Автореф .

Дис…канд.филол.наук. – М., 1969. C 7-9 .

4. Словарь Академии Российской 1789–1794. М., 2002 .

–  –  –

МОДИФИКАЦИОННАЯ СЕМАНТИКА

ПРОИЗВОДНЫХ СЛОВ В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Аннотация. В данной статье рассматриваются семантические вопросы русского словообразования. Дается определение модификационного словообразования, его разновидностей .

Ключевые слова: словообразования, производное слово, модификация .

О собенностью современной науки о языке является заметно увеличившийся интерес к изучению языка в процессе его функционирования. Изучение механизмов семантических преобразований, рождение нового слова, семантическая деривация остаются центральной проблематикой лингвистических исследований. Не случайно модификационная семантика производных слов до сих пор вызывает интерес у дериватологов .

В сфере лексической деривации были выделены мутационные и модификационные словообразовательные типы, т.е. типы с принципиально различной деривационной семантикой [1]. Итак, что такое мутационные и модификационные словообразовательные типы?

По мнению Е.А. Земской, модификационными «называются такие типы, производные которых обозначают лишь какое-то видоизменение (модификацию) значения производящего слова» [2, с. 299]. Например: дом домик, картофель картофелина, студент студенчество, жемчуг жемчужина. Производные модификационных словообразовательных типов всегда относятся к той же части речи, что и их производящие: кот – котенок;

ручка – ручечка; белый – беловатый – белесый. Cлова с модификационными словообразовательными значениями содержат в своей семантике дополнительный мотивирующий (модификационный) признак. А мутационные типы – это тип, который «включают производные, обозначающее не модификацию значения производящего», а нечто иное [2: с. 300]. Их значения очень разнообразны. Единицы мутационных словообразовательных типов могут принадлежать той же части речи, что производящие (касса – кассир, собака – собачник, собачина, корова – коровник, секрет – секретарь), а могу менять свою частеречную принадлежность (белый – бельё, читать – читальня, сухой – сухарь, сушить) .

80 Мутационное и модификационное словообразование противопоставлено на основе направленности трансформаций лексического значения исходной единицы. Если к сфере мутационного словообразования относят процесс и результат формирования нового лексического значения, то, как писал М .

Докулил, модификационное словообразование представляет особый тип семантических категорий. Для этого типа словообразовательных категорий характерно то, что к содержанию «данного понятия» (т.е. к семантике производящей основы) «прибавляется дополнительный модификационный признак» [1, с. 200] .

В функциональном аспекте З. И. Рязанова распределяет модификационные словообразовательные типы по двум сферам: к первой группе относятся «модели, обслуживающие потребности номинативной сферы языка» [7, с.39];

например, производные слова типа брат – побратим, президент – экспрезидент, лист – листва, солома – соломина и т.п. Во вторую группу входят «модели, обслуживающие прагматическую языковую функцию», она включает в себя производные такого типа: подруга – подруженька, мысль – мыслишка, положение – положеньице и т.д .

Л.В.

Красильникова подразделяет модификационные дериваты на три большие группы в зависимости от их значения [4, c.117]:

1. Производные первой группы передают разного рода модификации объективного характера. По мнению Е.А. Земской, словообразовательные типы этой группы объединяются на основе «универсальных, вненациональных» категорий [3, с.34]: «женскость», «невзрослость», «единичность», «множественность»/ «собирательность», «подобие» .

2. Во второй группе рассматривается единицы, в которых объективируется тесная связь, спаянность рациональной (объективного характера, или диктумной) и эмоционнальной (субъективной, или модусной) оценок .

Они выражают уменьшительное или увеличительное значение, но обычно в эти значения включается эмоционально-экспрессивный оттенок близости, уничижительности, ласкательности и чуждности и др .

3. Модификационные производные третьей группы стилистически маркированы как разговорные варианты .

Ядром модификационной подсистемы русского словообразования выступают производные с суффиксами субъективной оценки, которые представляют собой специфический фрагмент русской языковой картины мира. Такие дериваты показывают степень близости или отдаленности отношений между говорящими и адресатами. Путем использования экспрессивно оценочных дериватов выясняется «возможность стать «своим» или как бы «своим» [5, c.3]. Категория «свой–чужой» является одной из основных концептуальных категорий человеческого сознания, которая определяет место производных с суффиксами субъективной оценки в русской языковой картине мира. «Свой»

объясняется как «принадлежащий себе, имеющий отношение к себе», а также «находящийся в родственных, дружественных отношениях, связанный местом жительства, совместной работой, общими убеждениями» [6, c. 704], а «чужой» «принадлежащий другому или другим, не собственный, не свой»

и «неродной, посторонний, далекий по духу, внутренне чуждый для кого-л., чего-л.; такой, с которым нет подлинной близости» [6, с. 889] .

Таким образом, производные слова с помощью модификационных дериватов передают разные значения, разные оттенки: увеличительность, уменьшительность, уничижительность и т.д. Анализ функционирования модификационной семантики производных помогает учащимся-филологам в усвоении, запоминании значений слов и в их уместном употреблении .

Литература

1. Dokulil M. Словообразование в чешском языке. 1. Теория словопроизвоства (резюме)// М. Dokulil / Tvoen slov v etin. Т. 1. Praha, 1962. S. 191–219 .

2. Земская Е. А. Словообразование // Современный русский язык / Под ред. В.А. Белошапковой. М.: Высшая школа, 1989. 800 с .

3. Земская Е.А. Словообразование как деятельность. М.: КомКнига, 2005 .

224 с .

4. Красильникова Л.В. Словообразовательный компонент коммуникативной компетенции иностранных учащихся-филологов. М.: МАКС Пресс, 2011. 360 с .

5. Красильникова Л.В. Национально-культурный компонент семантики производного слова в аспекте РКИ // Вестник ЦМО МГУ. Филология. Культурология. Педагогика. Методика. 2010. Т. 3. С. 34–38 .

6. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 4-е издание. М.: ООО «А ТЕМП», 2006. 944 с .

7. Резанова З.И. Функциональное аспект словообразования. Русское производное имя. Томск: Изд-во Томского университета, 1996. 219 с .

–  –  –

ЯЗЫКОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ

СОВРЕМЕННОЙ ДЕТСКОЙ ПОЭЗИИ

Аннотация. В статье проанализированы произведения современной российской детской поэзии и выявлены языковые особенности данных произведений .

Ключевые слова: русский язык, прагмалингвистика, образование .

П оэзия играет большую роль в становлении ребенка. Не только в развитии его речи, но и мышления в целом. Поэтому перед детскими писателями стоит важная задача – перекодировать взрослый опыт для детского восприятия. Следует выбрать ту кодовую систему, которая произведёт наиболее сильное воздействие на аудиторию. Рассмотрим, какие стратегии используют современные российские детские писатели .

В данной работе произведения расположены по хронологическому принципу .

Стихотворение Веры Полозковой «Жизнь рассыпалась в труху…» входит в сборник «Ответственный ребенок. Стихи для детей», который поэтесса посвятила своему сыну .

Жизнь рассыпалась в труху .

И учеба .

Зубы выпали вверху Сразу оба .

Автор выбрал форму стихотворения, чтобы познакомить аудиторию с этапами взросления и соответствующими этим этапам физическими изменениями, а также рассказать о сложностях «взрослой» жизни. Рассмотрим лексическое наполнение произведения: нейтральная лексика (суп, зубы, лес и др.); использование наименований профессий (инженер, гидротехник); частотное употребление абстрактных существительных (труха, жизнь, учеба, любовь, карьера, пустота, привлекательность, мечта, явь); сравнения (улыбаюсь без зубов, как пантера; если страшно, как змея, шепелявлю) .

В произведении мы можем наблюдать синтаксические конструкции двух типов: простые двусоставные предложения, осложненные деепричастными оборотами и односоставные предложения, осложненные однородными членами .

Отметим, что в стихотворении употребляется сложная для детей лексика (абстрактные существительные, профессионализмы и др.). Выбор синтаксических конструкций (обилие деепричастных оборотов, односоставные предложения и др.) негативно сказывается на восприятии текста. В стихотворении автор использовал стратегию усложнения. Выбор данной стратегии не соответствует поставленной цели – воздействовать на аудиторию. Есть вероятность возникновения коммуникативной неудачи ввиду разной картины мира коммуникантов и недостаточного житейского опыта у одной из сторон .

Можем сделать вывод, что произведение скорее о детях, а не для детей .

Стихотворение А. П. Тимофеевского «Картофель, запечённый в мундире»

входит в сборник «Я играю на гармошке. Стихи для детей» .

Не надо бежать за советами к маме, С картофелем запросто справимся сами .

Его мы не чистим, не режем, не мнём, А моем и клубни на протвень кладём .

В данном случае автор выбрал форму стихотворения, чтобы познакомить аудиторию с рецептом приготовления картофеля, запечённого в мундире .

Рассмотрим лексическое наполнение стихотворения: частотное употребление нейтральной лексики (машина, картофель, заправка и др.); использование заимствованных слов (клипер, таймер); олицетворение (Машина с работой не справится,/Покуда она не заправится – отождествление детей и машины) .

Синтаксические конструкции в произведении однотипны: простые двусоставные полные предложения, неосложнённые оборотами разного типа или вставными конструкциями .

Следует отметить, что лексика подобранна в соответствии с возрастом аудитории. Сложных синтаксических конструкций не наблюдается. Автор преобразует строгий по своей структуре жанр инструкции в интересный для аудитории способ запоминания последовательности действий для приготовления блюда. Коммуникация между автором и аудиторией проходит успешно, стратегия примитивизации выполняет поставленную автором цель .

Стихотворение И.М. Шевчука «Мой самый верный друг» входит в сборник «Педаль от огурца: [стихи для чтения взрослыми детям]» .

Куда б ни шел я, каждый день, За мною по пятам Везде моя крадется тень — И тут!

И здесь!

И там!

Автор выбрал форму стихотворения, чтобы познакомить аудиторию с таким физическим явлением, как тень. Рассмотрим лексическое наполнение стихотворения: частотное употребление нейтральной лексики (тень, 84 гости, ноги и др.); повтор указательных местоименных наречий (тут, здесь, там); олицетворение (Тень отождествляется с другом ребёнка); языковая игра (Везде моя крадется тень…Хотя она всегда в тени). Стихотворение построено как монолог ребёнка с воспроизведением его диалогов с Тенью .

Синтаксические конструкции в произведении однотипны: простые двусоставные полные предложения, неосложнённые оборотами разного типа или вставными конструкциями .

Следует отметить, что лексика подобранна в соответствии с возрастом аудитории. Сложных синтаксических конструкций не наблюдается. Восприятию текста способствует деление фрагментов текста на реплики диалога .

В рассмотренном нами произведении коммуникация между автором и аудиторией проходит успешно, стратегия поиска простого, но не примитивного наполнения выполняет поставленную автором цель .

Таким образом, современные российские детские поэты используют разные методы и стратегии перекодировки взрослого опыта для детского восприятия: усложнение; примитивизация; поиск простой, но насыщенной формы. В зависимости от выбора стратегии меняется и лексическое наполнение, и синтаксические конструкции произведения. Необходимо продолжать исследование языка современных российских детских писателей для выявления наиболее действенных стратегий и методов воздействия на современную детскую аудиторию .

Литература 1. [Электронный ресурс] http://trumpumpum.ru/autors/shevchuk-igor/moysamiy-verniy-drug.html

2. Выготский Л. С. Собрание сочинений в 6 т.: Т. 4: Детская психология. —

3. Полозкова В. Ответственный ребёнок. Стихи для детей, М., Machaon,

4. Тимофеевский А. Я играю на гармошке. Стихи для детей, М., Омега, 2017

5. Чуковский К.И. Детский язык. Собрание сочинений в 15 т. Т. 2:

- От двух до пяти, М., Терра - Книжный клуб, 2001

–  –  –

СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

КОГНИТИВНЫХ МОДЕЛЕЙ ЛЕКСЕМЫ

РАДОСТЬ/JOIE В СОВРЕМЕННЫХ

РУССКОМ И ФРАНЦУЗСКОМ ЯЗЫКАХ

Аннотация. В данной статье на материале текстов произведений французской и русской литературы, толковых и фразеологических словарей предлагается описание и сопоставление когнитивных моделей лексемы «радость»/«joie» во французской и лингвокультурах .

Ключевые слова: концепт, когнитивная модель, радость, эмоция, языковая картина мира .

Я вления и предметы внешнего мира представлены в человеческом сознании в форме внутреннего образа или концепта. Концепты представляют национально-культурные смыслы, изучение которых помогает выявить особенности мировосприятия народа, представить национальную и концептуальную картины мира .

По мнению З. Ковечеса, эмоциональные концепты имеют более сложную и тонкую структуру и более богатое концептуальное содержание. Любая эмоция имеет сценарий своего развития и состоит из определённых компонентов [8]. Это позволяет представить концептуальное содержание эмоции в виде модели или структуры, в нашем случае в виде когнитивной модели .

«Под когнитивной моделью понимается некоторый стереотипный образ, с помощью которого организуется опыт, знания о мире» [6, с. 14] .

Эмоция радости признана универсальной, поскольку она схожим образом толкуются носителями разных языков. [1, с. 168]. Это свидетельствует о том, что данная эмоция обладает большим количеством различных характеристик и особенностей их выражения в том или ином языке, а в нашем случае в русском и во французском языках .

В ходе исследования нами были рассмотрены различные способы вербализации эмоции радости в современных французском и русском языках на материале словарей, а также текстов статей и произведений французской и русской литературы и проанализированы данные способы представления радость/joie посредством когнитивных моделей .

86 В ходе анализа языкового материала нами были обнаружены схожие в обоих языках когнитивные модели, представляющие радость/joie как:

«радость/joie – кинесические способы», «радость/joie – действие», «радость/ joie – предмет, объект», «радость/joie – свет», «радость/joie – жидкость, «радость – живое существо» и «joie – субъект» .

Отличительными моделями являются в русском языке те модели, которые не нашли своего отображения во французском языке: «радость – событие», «радость – обращение», «радость – духовность». Во французском языке уникальными моделями являются: «joie – шар», «joie – цветок» .

Наиболее значимое место в обоих языках занимают когнитивные модели «радость / joie – кинесические способы» и «радость / joie – действие», поскольку именно внешние проявления являются основным средством выражения эмоционального состояния радости: смех и улыбка, кинемы глаз и лица в целом. Эмоциональное состояния радости через действия субъекта такие как крики, смех, прыжки, позволяют распознать переживаемое им эмоции даже в отсутствии языковых средств её описания .

Языковой материал показывает, что, испытывая эмоцию радости, лицо и глаза наполняются светом, искрами, что дало нам основание выделить когнитивную модель в двух языках: «радость/joie – свет» .

Наибольшую вариативность представляет когнитивная модель «радость /joie – предмет, объект». Анализ показал, что эмоция радости может иметь физические характеристики, которые позволяют рассматривать её в роли дискретного объекта. К этим характеристикам относятся размер, физическая субстанция, вид, деление на части.

Также нами были выявлены специфичные когнитивные модели во французском языке, представляющие joie как объект:

joie как цветок, шар и вместилище .

В русском сознании радость предстает как живое существо, обладающая человеческими характеристиками: радость капризная, радость злая, доверчивая и гордая .

Когнитивная модель «joie – субъект» указывает на то, что эмоция радости в определённом контексте представляется как полноценный субъект: joie vive; joie folle; joie maligne; la joie venait, joie qui demeure и т.п .

Отличительной когнитивной моделью мы считаем «радость – духовность» .

Данная модель демонстрирует духовность русского народа в целом .

При анализе результатов проведенного сопоставительного исследования когнитивных моделей, объективирующих данный концепт в французском и русском языках, можно сделать заключение, что для обеих культур переживание радости представляет собой важное, значимое чувство. Сопоставительный анализ языковых средств отражения эмоции «радость» в французском и русском языках показал, что когнитивные модели «кинесические способы»

и «действие» в равной мере присутствуют в обоих языках .

Однако несмотря на схожесть, каждая лингвокультура имеет свой особый способ концептуализации действительности и обнаруживает больше различающихся, чем сходных когнитивных моделей представления концепта «радость» .

Литература

1. Болдырев, Н. Н. Когнитивная семантика: Курс лекций по английской филологии [Текст] / Н. Н. Болдырев. – Тамбов: Изд-во ТГУ имени Г. Р. Державина, 2002. – 123 с .

2. Вежбицкая, А. Сопоставление культур через посредство лексики и прагматики [Текст] / А. Вежбицкая. – М. : Языки славянской культуры, 2001. – 272 с .

3. Вежбицкая, А. Толкование эмоциональных концептов [Текст] / А. Вежбицкая // Язык. Культура. Познание; Пер. с англ. Отв. ред. М. А. Кронгауз, вступит. ст. Е. В. Падучевой. – М. : Русские словари, 1996. – 326-375 с .

4. Вежбицкая, А. Толкование эмоциональных концептов [Текст] / А. Вежбицкая // Язык. Культура. Познание; Пер. с англ. Отв. ред. М. А. Кронгауз, вступит. ст. Е. В. Падучевой. – М. : Русские словари, 1996. – 326-375 с .

5. Лакофф, Дж. Метафоры, которыми мы живем [Текст] / Дж. Лакофф, М .

Джонсон; пер. с англ.; под ред. и с предисл. А. Н. Баранова. – М. : Едиториал УРСС, 2004. – 256 с .

6. Пименова, М.В, Методология концептуальных исследований [Текст] / М.В. Пименова // Антология концептов / Под ред. В.И. Карасика, И.А. Стернина. – М. : Гнозис, 2007. – 14 с .

7. Слышкин, Г.Г. Концептологический анализ институционального дискурса [Текст] / Г.Г. Слышкин // Филология и культура. – 2001. – 34-36 с .

8. Kvecses, Z. Metaphor and emotion. Language, Culture, and Body in Human Feeling [Text] / Z. Kvecses. – Cambridge: Cambridge University Press, 2003. – 224 р .

–  –  –

ВИДО-ВРЕМЕННЫЕ ФУНКЦИИ

ГЛАГОЛОВ В ОПИСАНИИ

ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТЕЙ ИТАЛИИ

Аннотация. В статье рассматриваются формы глаголов в их видо-временных функциях. Автором данной работы были выявлены основные случаи употребления функций глаголов в текстах путеводителей по Италии и установлены закономерности их использования .

Ключевые слова: русский язык; морфология; видо-временные функции;

глагол; достопримечательности .

В ыступая в качестве самой сложной части речи русского языка, глагол занимает центральное место в его грамматической системе. Глагол обозначает признак процесса, в тексте выполняет конструктивную роль .

Он является главным строителем и организатором синтаксических единиц, и поэтому также занимает ведущее положение в синтаксической системе языка. Глаголы обладают большим разнообразием грамматических значений, это самая ёмкая часть речи .

Глагольные категории тесно взаимодействуют со своим окружением, некоторые из них, например, категории вида и времени, являются текстовыми .

От лексического значения глагола, а также его принадлежности к лексикограмматическому разряду зависит то, какими морфологическими категориями он будет обладать .

Для каждой формы глагола характерно выполнение нескольких функций, условием проявления которых служит значение определённого глагольного слова. В этом вопросе немаловажным является то, располагают ли глаголы признаками акциональности или нет .

Грамматические категории вида и времени тесно взаимосвязаны. Хотя они разнятся во многом – в их средствах выражения, системах форм, но всё же от времени зависит функционирование видов, а от вида – временная парадигма .

В единой видо-временной форме слова соединяются эти категории глагола, которые являются главным средством организации и членения текста .

Реализация тех или иных видо-временных функций глагола и значение их форм обуславливаются их контекстным окружением. Для описания этого свойства В.В. Виноградовым было введено понятие функции [2, с.110]. Такие композиционно-синтаксические функции глагольных форм названы терминами, свойственными для обозначения временной системы древнерусского языка.

У глаголов совершенного вида различаются функции аориста и перфекта; у глаголов несовершенного вида – имперфекта в двух разновидностях:

имперфективно-процессуальной и узуально-характеризующей [3, с.27] .

Формы прошедшего времени совершенного вида в нарративном режиме речи обозначают последовательность целостных, неделимых действий. Формы же несовершенного вида описывают ситуацию, выражают одновременные действия, на фоне которых развиваются события. Важно также отметить, что действия в прошлом, помимо форм прошедшего времени, могут быть выражены и формами настоящего времени (Тритоны правят морскими конями, один из которых норовистый, а другой спокойный, что символизирует морскую бурю и штиль), инфинитивом (Приглядевшись, можно заметить, что на монументе вытеснены две надписи) .

Рассмотрим видо-временные формы предикатов в текстах путеводителей по Италии .

В аористивной функции формы прошедшего времени совершенного вида выражают последовательно сменяющие друг друга действия в прошлом, которые продвигают сюжет к развязке. «Первым делом он разделил потолок на ряд секций, отведённых им для библейских сюжетов, а в центре написал ветхозаветные сцены» .

В перфективной функции также предстают глаголы в форме прошедшего времени совершенного вида. Они выражают значение соединения связанных между собой предшествующего действия или процесса и последующего состояния, вытекающего из его результата. «Благодаря счастливому стечению обстоятельств уцелел угловой фрагмент базилики. В основании колокольни сохранился балкон, постройки середины 16 века, украшенный мрамором и бронзой» .

Таким образом, глаголы в аористивной функции чаще всего встречаются в описании истории сооружения достопримечательностей или происхождении их названия. Среди глаголов совершенного вида они встречаются чаще, чем глаголы в перфективной функции, которые главным образом описывают изменения во внешнем виде памятника или постройки .

Формы несовершенного вида в имперфектной функции выражают действия в их течении, процессе, одновременные другим действиям, а также состояния и отношения в их статике. Действие или состояние в имперфективно-процессуальной функции показывают неограниченное во времени действие или состояние. «Бесконечное количество шпилей, скульптур, колонн завораживают взгляд и заставляют затаить дыхание, созерцая величие работы десятков поколений человеческого гения, сотворившего нечто невообразимо 90 красивое. Лестница (1720) соединяет площадь с возвышающейся над ней французской церковью Тринита дей Монти» .

В имперфективной узуально-характеризующей функции действие, отношение и состояние в прошлом по отношению к настоящему показаны простыми умениями, занятиями, привычками. «Еще одним достоянием парка является Пасека, когда-то здесь разводили пчел» .

В ходе анализа текстов с описанием достопримечательностей Италии было выявлено, что преобладающая группа глаголов предстаёт в имперфектной функции, а точнее в её имперфективно-процессуальной разновидности .

Эти глаголы употребляются непосредственно при описании внешнего вида достопримечательностей. Глаголы же в узуально-характеризующей функции встречаются реже других и появляются при повествовании о действиях в прошлом, связанных с тем или иным сооружением, и утративших актуальность в настоящем .

Литература

1. Виноградов В.В. Русский язык. Грамматическое учение о слове. — М.;

Л.: Учпедгиз. – 1947. — 784 с .

2. Виноградов В.В. Стиль «Пиковой дамы» // Пушкин: Временник Пушкинской комиссии / АН СССР. Ин-т литературы. — М.; Л.: Изд-во АН СССР. – 1936. — Вып .

2. — 74 — 147 с .

3. Золотова Г.А., Онипенко Н.К., Сидорова М.Ю. Коммуникативная грамматика русского языка. — М.: Изд-во МГУ. – 1998. — 541 с .

4. 3олотова Г.А. Категории времени и вида с точки зрения текста // Вопросы языкознания. М. — 2002. — № 3. — 8-29 с .

–  –  –

ЗАИМСТВОВАНИЯ

В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ

(НА ПРИМЕРЕ ЛЕКСИЧЕСКОГО

ПОЛЯ «МОДА») Аннотация. В статье исследуется процесс заимствования как один из путей пополнения лексического состава современного русского языка. На основе наблюдений, материалом для которых служит лексическое поле «Мода», делается вывод ограниченности влияния заимствований на русскую языковую картину мира .

Ключевые слова: русский язык; лексикология; заимствования .

Я зыки находятся в постоянном развитии, которое обусловлено как внутрилингвистическими, так и экстралингвистическими факторами. К числу последних принадлежат процессы межкультурной коммуникации, следствием которых являются изменения в лексике как наиболее подвижного языкового пласта. Лексикосистемы взаимодействующих языков пополняются новыми языковыми единицами. Они входят в их состав разными путями, среди которых наиболее частотным является заимствование .

Т.В. Жеребило считает заимствования объективной закономерностью развития словарного состава любого языка, «основанной на том, что тот или иной язык вбирает в себя иностранные слова, пытаясь подстроить их фонетически и морфологически к условиям функционирования системы языка». [1, с.107] В данной статье мы рассмотрим процессы заимствования иноязычной лексики в русском языке с целью выяснения степени воздействия иноязычных вкраплений на национальную картину мира .

Лингвисты по-разному оценивают возможности заимствованной лексики .

Л.П. Крысин и М.А. Кронгауз уверены в том, что данные лингвистические явления не могут негативно повлиять на самобытность языка в том смысле, что язык – саморегулируемая система, которая адаптирует новый языковой материал в соответствии с собственными законами. Есть и другая точка зрения: писатель А.И. Солженицын и лингвист П.А. Лекант считают, что носители русского языка должны использовать богатства национального словаря .

92 Отметим, что все заимствованные слова, проникая в русский язык, подвергаются фонетическим, морфологическим и семантическим изменениям, которые продиктованы нормами русского языка .

В первую очередь, заимствованное слово приспосабливается к фонетической системе языка, например: носовые гласные в словах, заимствованных из французского или других европейских языков, исчезают (слова авангард, корсет произносятся без грассированного [r]), перед гласными переднего ряда согласные смягчаются (кепка, стретч). Английские слова обычно сохраняют ударение, которое было в языке-доноре, однако в некоторых словах оно может меняться ([velvt] – вельвет, [tiner] - тинэйджер) .

Различие в графической передаче заимствований в русском языке обусловлено различием алфавитов. Графическое освоение иноязычных слов часто происходит в несколько этапов: а) передача латинского написания кириллицей;

б) изменение правописания в связи с новым лингвистическим окружением .

Вариативность графического облика слов видна в следующем примере: леггинсы – легинсы – легенсы .

Заимствованные слова приспосабливаются к словообразовательной системе русского языка: при образовании прилагательного «демисезонный» к французскому demi-saison прибавляется русский суффикс -н- .

В процессе заимствования иноязычные слова подвергаются и семантическим изменениям: заимствования утрачивают смысловую и деривационную связь с корнями языка-источника. Например, мы не считаем курорт сложным словом (kurieren – лечить, ort – место), хотя в немецком языке оно является таковым .

В таких случаях иноязычные заимствования становятся немотивированными .

Часть заимствованных слов ассимилировалась к русскому языку в морфологическом отношении (клатч, балетки, бутсы, бомбер, кардиган, свитшот) .

В данной статье мы проанализируем иноязычные слова, пополнившие лексическое поле «Мода», материалы для которого были взяты из таких журналов, как «Allure», «Instyle», «Tatler» и «Vogue». Нами найдены семьдесят пять заимствований. Разделим их на несколько тематических групп .

Тематическая группа «Одежда»: бермуды, боди, бомбер, гамаши, гетры, джеггинсы, кардиган, кейп, коверкот, комбинизон, леггинсы, лонгслив, монтикот, ольстер, парка, поло, свитшот, снуд, твинсет, тренчкот, туника, худи, чиносы. Найдено двадцать три лексемы .

В тематической группе «Обувь» мы можем встретить такие иноязычные слова, как: ботильоны, веллингтоны, гладиаторы, дезерты, криперсы, кроссовки, лоферы, мартенсы, мокасины, монки, оксфорды, плексиглас, слиперы, тимберленды, угги, хилисы, эспадрильи. Обнаружено семнадцать лексем .

В тематической группе «Косметика» можно найти следующие заимствования: глиттер, консилер, кушон, лайнер, люминайзер, праймер, спонж, тоник, хайлайтер, шиммер. Мы обнаружили десять лексем .

В тематической группе «Ткани» встречаются такие иноязычные слова, как:

альпака, вельвет, гипюр, демикотон, драп, полиэстер, синтепон, холлофайбер .

Найдено восемь лексем .

В тематической группе «бренды» выделим следующие заимствования:

Gucci, H&M studio, Mango, Marks&Spenser, Ostin, Pull&Bear, Reebok, River Island, TOP SHOP, Zara. Мы обнаружили десять лексем .

В тематической группе «сумки» обозначим такие иноязычные слова, как:

baguette, belt bags, Kelly, tote bags, кисет, клатч, мессенджер, саквояж. Найдено восемь лексем .

Лингвистический комментарий: на современном этапе развития языка ЛП «Мода» динамично пополняется заимствованной лексикой. Наиболее активно развивается его ядерная часть, представленная тематической группой «Одежда» .

Ее элементы, а также заимствования тематических групп «Обувь», «Косметика», «Ткани» полностью освоены, это обусловлено тем, что у них нет точных аналогов в русском языке. Многие из них вошли в состав русского литературного языка и адаптировались фонетически, графически и семантически. Отметим, что элементы группы «Одежда» оказались наиболее многочисленными .

В то же время заимствования тематических групп «бренды» и «сумки» по большей части не освоены, они не обнаружили тенденции к адаптации, поскольку на современном российском рынке большая часть марок – иностранная и иноязычная графика – маркер бренда, подчеркивающий его статус. Чаще всего они являются варваризмами и употребляются в специальной литературе. По этой причине они лишены возможности влиять на изменение русской языковой картины мира .

Литература

1. Жеребило Т.В. Словарь лингвистических терминов / Т.В Жеребило. Назрань: Пилигрим, 2010. — 486 с .

2. Крысин Л.П. Русское слово, свое и чужое: Исследования по современному русскому языку и социолингвистике. - М.: Языки славянской культуры, 2004. – 888 с .

3. Шанский Н.М., Боброва Т.А. Этимологический словарь русского языка / Н.М Шанский, Т.А Боброва. - М.: Прозерпина, 1994 г. – 400 с .

–  –  –

РОЛЬ А.С. ПУШКИНА

В СТАНОВЛЕНИИ СТИЛИСТИЧЕСКОЙ

СИСТЕМЫ РУССКОГО ЯЗЫКА

Аннотация. В статье описываются новаторские приемы А.С. Пушкина, определившие путь формирования литературного русского языка .

Ключевые слова: стиль, народная речь, художественные средства .

А.С. Пушкин – крупнейшая фигура в истории русской духовной культуры. Его по праву называют основоположником современного русского литературного языка: именно А.С. Пушкин первым нашел «формулу соотношения» русского литературного и церковнославянского языков в новых условиях. Это соотношение держалось вплоть до 20-х годов 20 столетия .

До великого реформатора господствовала теория трех «штилей»

М.В.Ломоносова. Согласно ее постулатам, понятия и предметы речи, относимые к правящим особам, должны были описываться высоким «штилем», в котором преобладала церковнославянская лексика; нейтральные понятия должны были передаваться средним «штилем»; низкий «штиль» служил для использования в комедиях, эпиграммах, дружеских письмах и т.д. Таким образом, все средства языка были «разделены», обособлены друг от друга .

Вплотную к решению проблем, которые были поставлены развитием русского литературного языка того времени, в своей литературной деятельности подошли И. А. Крылов и А. С. Грибоедов, однако они создали образцы нового литературного выражения только в жанрах басни и стихотворной комедии .

А эти жанры, согласно еще не полностью отжившей поэтике классицизма, относились к числу «низких». К тому же созданные Крыловым и Грибоедовым образцы языкового употребления далеко не всеми были поняты и приняты. Необходимо было преодолеть это непонимание и неприятие, необходимо было преобразовать всю систему литературного языка во всех жанрах художественной литературы и за ее пределами (критика и публицистика, научная литература, бытовая и деловая переписка и т.д.). Для этого требовалась гигантская практическая работа и глубокое теоретическое осмысление происходящих в литературном языке процессов .

К этой работе А.С. Пушкин приступил не сразу: первые стихотворные опыты поэта, очевидно, не могли быть вполне самобытными ни по жанрам, ни по тематике, ни по языку. В них нашли отражение традиции русской поэзии конца 18 – начала 19 веков, сказалось также влияние В.А. Жуковского, К.Н. Батюшкова,

Г.Р. Державина. В частности, традиции старого высокого стиля прослеживаются в знаменитом стихотворении «Воспоминания в Царском Селе» (1814):

«Утешься, мать градов России, // Воззри на гибель пришлеца. // Отяготела днесь на их надменны выи // Десница мстящая творца…» [1, с. 312] .

Вместе с тем церковнославянские слова у А.С. Пушкина приобретают новые значения: «Зима! Крестьянин, торжествуя, // На дровнях обновляет путь…»[1, с.163]; «Татьяна долго в келье модной // Как очарована стоит…»[1, с.178]; «Во градах ваших с улиц пыльных // Сметают сор – полезный труд .

// Но, позабыв свое служенье, // Алтарь и жертвоприношенье, // Жрецы ль у вас метлу берут?» [1, с.147] и т.д .

Или другой пример: в языке ранних стихотворений А.С. Пушкина слово позор употребляется в старом, церковнославянском значении зрелище. Так, в оде «Вольность» (1817): «Везде бичи, везде железы, // Законов гибельный позор» [1, с.364]. В поэме «Руслан и Людмила»: «Но между тем какой позор // Являет Киев осажденный?» [1, с.65] С начала же 20-х годов 19 века архаическое значение слова позор «отмирает» в пушкинском языке: поэт употребляет слово позор в новом, современном контексте – бесчестье, постыдное, презренное положение: «Свободы тайный страж, карающий кинжал, // Последний судия позора и обиды» [1, с.378] ;

«Она забыла стыд и честь, // Она в объятиях злодея! //Какой позор!» [1, с.100] Процесс сближения двух языковых стихий – народно-разговорной и церковно-книжной – приводит к тому, что старославянизмы перестают быть единственной категорией «высокого», они становятся приемлемы во всех жанрах литературного творчества. Происходит снятие с них «покрова книжности», разрыв с религиозной сферой и, как следствие, их нейтрализация, в результате чего они лишаются своих стилистических функций и становятся живыми структурными элементами языка .

Что касается языковой основы, то ею, согласно пушкинским указаниям, должен быть язык простого русского народа: А.С. Пушкин смело разрушил привычные представления о приуроченности определенных слов к определенным темам, стилям и жанрам. Великий художник слова вводил в поэтический обиход слова, которые допушкинская поэзия избежала, поскольку до А.С. Пушкина просторечие было средством стилизации, характерной приметой жанра, средством изображения народности, оно выступало как целенаправленное отклонение от литературной нейтральной нормы, как художественно обусловленный прием .

У А.С. Пушкина роль народной речи качественно иная: она освобождена от жанра, стилистически не маркирована, нейтрализована, она проникает в разные по характеру произведения (сонеты и элегии, оды и послания, поэмы и сказки, роман в стихах и повести, эпиграммы, трагедии и сатиру, статьи и рецензии): «Какая радость: будет бал! // Девчонки прыгают заранее» [1, с.167] ; «Мелькают профили голов // И дам и модных чудаков» [1, с.141] ; «Не мог понять, как важный Грим // Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом» [1, с.140] ; «Что нет презренной клеветы, // На чердаке вралем рожденной // И светской чернью ободренной» [1, с.159] ; «Из мелкой сволочи вербую рать…»[1, с.115] Таким образом, А.С. Пушкин завершил длительную эволюцию литературного языка, используя все достижения русских писателей в области литературного языка и стилистики, совершенствуя все то, что сделали до него М.В. Ломоносов, Н.М. Карамзин, А.С. Грибоедов и др. Кроме того, он завершил процесс демократизации литературного языка – слияния всех жизнеспособных элементов живой народной речи с литературным языком .

Впервые в истории языка народная речь – нормированная основа любого жанра .

В дальнейшем поэт широко и эффективно использует уникальные стилистические нюансы русского языка с его взаимопроникновением обиходных и церковнославянских элементов, светской и церковной традиций, народных (разговорных и фольклорных) элементов, подчиняя отбор и употребление всех языковых единиц чувству «соразмерности и сообразности». Конечно, это крайне затрудняет восприятие иностранцами произведений А.С. Пушкина (в особенности его лирики, теснейшим образом связанной с языковыми значениями) и создает много «головоломных» трудностей для переводчика, в родном языке которого отсутствует столь богатая стилистическая стратификация словаря. Вместе с тем соединение функциональных элементов из различных языковых пластов создает широкое поле деятельности для развития индивидуального творчества в будущем: так происходит преобразование стилистической системы и появляется понятие художественного стиля .

Литература

1. Пушкин А.С. Золотой том. Собрание сочинений. Издание исправленное и дополненное. – М.: ИД «Имидж», 1993. – 975 с .

–  –  –

ОЙКОНИМЫ ОЗЕРСКОГО РАЙОНА

МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ,

ОБРАЗОВАННЫЕ ОТ КАЛЕНДАРНЫХ

И НЕКАЛЕНДАРНЫХ ИМЕН

Аннотация. В статье рассматриваются ойконимы Озёрского района Московской области через призму лингвокультурного кода. Атрибутивный код в отантропонимических единицах проявляет себя в наименованиях, образованных как от календарных, так и от некалендарных имен. Ставится вопрос о важности региональных исследований, позволяющих подробнее изучить историю определённого края .

Ключевые слова: ономастика; топонимика; топонимы; ойконимы; ойконимия; Озёрский район; календарные и некалендарные имена; краеведение;

регионоведение .

В процессе исследования определённого региона учёные сталкиваются с большим количеством именных объектов: гидронимами, дримонимами, оронимами, урбанонимами и т. д. Одним из наиболее встречаемых видов топонимов на карте региона являются ойконимы (от греч. oikos – обиталище, жилище, onyma – имя) [4, с. 93], которые составляют самостоятельную группу .

Т. Ю. Васильева утверждает, что в ойконимии реализуется определенный код культуры, в основе которого лежит способ восприятия и описания человеком окружающей действительности. [2, с. 66] Исследователь выделяет ландшафтный, топоморфный, растительный, пространственный, временной и атрибутивный коды, например: с. Горы (в названии содержится указание на возвышенную форму рельефа населяемой территории); с. Сенницы (по берегам р. Сенницы находились богатые сенокосные угодья и от названия реки появилось и название села) [1, с. 7]; с. Сосновка (очевидна связь названия с деревом сосна); д. Большое Уварово (определение «Большое» указывает на изменение пространства населённого пункта с течением времени, так как ойконим включил в себя ранее существовавшую д. Малое Уварово) .

Необходимо сказать о тесной взаимосвязи пространственного и временного кодов, ведь с течением времени изменяется пространство местности, и на это 98 изменение указывают такие определения, как «малый – большой», «старый – новый». Атрибутивный же код, в свою очередь, выражает представления человека о свойствах и качествах предметов, например, определяет качество почвы с точки зрения её пригодности для хозяйственного использования: Белые Колодези (колодезь – распространённое в прошлом наименование, означавшее «ручей», а определение «белый», могло значить его расположение на свободной местности, ещё никем не занятой. [5, с. 146]) Таким образом, мы приходим к выводу, что наименование объекта всегда даётся человеком с целью зафиксировать его на поверхности земного шара [6, с. 102], придавая некую характеристику, которая позволила бы рассматривать данный топоним обособленно на фоне прочих .

В ойконимии превалирующим для большинства топонимов является антропоморфный код, который отражает осознание присутствия человека в этом мире и реализуется на базе имён, прозвищ и фамилий. Наш языковой материал основан на перечне ойконимов Озёрского района Московской области. На данной территории большое количество ойконимов связано с календарными и некалендарными именами. Календарные имена – это традиционные русские имена, пришедшие из Византии вместе с христианством [6, с. 8]: Александр, Андрей, Герасим, Роман, Яков, Анастасия, Варвара, Руфина, Юстина. Они включены в календари, приурочены к определённым дням года, потому и получили название календарных. [6, с. 8] Некалендарные имена давались новорождённым по различным отличительным признакам [3, с. 103]: Голуба, Забава, Истома, Любава, Малюта, Неулыба, Первак, Третьяк, Черняй .

Большая часть отантропонимических ойконимов показывает, что населённый пункт называли в честь жившего там человека, пользовавшегося определённым авторитетом или властью. Нами были отмечены следующие календарные и некалендарные по своим связям ойконимы в Озёрском районе. Образованные от некалендарных имён: д. Бабурино (от Бабура) [5, с. 135]; д. Бардино (от Барда) [5, с. 139]; д. Бебехово (от Бебех) [5, с. 142]; д. Болобново (от Болобан) [5, с. 158]; с. Бояркино (от Боярка) [5, с. 168]; д. Бутьково (от Бутька) [5, с .

174]; д. Дулебино (от Дулеба) [5, с. 239]; д. Каблучки (от Каблук) [5, с. 272]; д .

Кобяково (от Кобяк) [5, с. 287]; с. Комарёво (от Комар) [5, с. 293]; д. Кудрино (от Кудря) [5, с. 316]; д. Ледово (от Лед) [5, с. 328]; д. Люблино (от Любль);

д. Найдено (от Найден) [5, с. 378]; д. Облезьево (от Облез) [5, с. 398]; с. Редькино (от Редька) [5, с. 455]; д. Рудаково (от Рудак) [5, с. 461]; д. Стребково (от Стряпко) [5, с. 499]; д. Тарбушево (от Тарбыш) [5, с. 509]; д. Трегубово (от Трегуб) [5, с. 516]; д. Храброво (название связано с некалендарным именем Хороброй, но поскольку русская полногласная форма хоробрый была вытеснена церковнославянской формой храбрый, в топонимии Хороброво было заменено на Храброво) [5, с. 541]; от календарных имён: д. Большое Уварово (от Увар) [5, с. 164]; с. Клишино (от Клиша, производной формой календарного имени Климент) [5, с. 284]; д. Протасово (название связано с разговорной формой Протас от Протасий) [5, с. 440]; д. Якшино (название связано с производной формой Якша, от Яков) [5, с. 566]; особо следует выделить ойконим д. Боково-Акулово, первая основа которого связана с некалендарным именем Бок, а вторая – с древнецерковной формой Акула от календарного имени Акила [5, с. 157]. В представленном перечне ойконимов отчётливо видно, что количество имён собственных, образованных от некалендарных имён (84 %), преобладает в Озёрском районе над ойконимами, образованными от календарных имён (16 %). Скорее всего, данный перевес связан с тем, что в эпоху становления вышеупомянутых поселений основным населением являлись простые крестьяне, носившие преимущественно некалендарные имена .

Ойконимия Озёрского района, равно как и любого другого региона, представляет собой уникальное явление. Изучение ономастикона определённой области не только помогает выявить характерные особенности местности, но и обогащает наши знания об истории данного края. Неудивительно, что топонимические исследования по-прежнему перспективны, ведь многие области нашей страны остаются не до конца исследованными. Мы считаем, что подобные исследования должны проводиться более активно, так как в будущем они могут помочь при создании региональных топонимических атласов .

Литература

1. Букринская Н.К. Сенницы. Облики прошлого. Коломна: МГОСГИ, 2012. 168 с .

2. Васильева Т.Ю. Коды культуры — ойконимия: проблема взаимосвязи // Смоленск и Смоленщина в именах и названиях: история и современность (к 1150-летию со дня основания города). Смоленск: Маджента, 2012. С. 65–69 .

3. Кюршунова И.А. Некалендарные личные имена и их когнитивный потенциал в средневековом региональном ономастиконе // Вестник СПбГУ .

Вып. 3. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2012. С. 103–108 .

4. Подольская Н.В. Словарь русской ономастической терминологии .

2-е изд., перераб. и доп. М.: Наука, 1988. 192 с .

5. Поспелов Е.Д. Географические названия Московской области: топонимический словарь: более 3500 единиц. М.: АСТ: Астрель, 2008. 600 c .

6. Суперанская А.В. Имя – через века и страны / Отв. ред. Э.М. Мурзаев .

Изд. 2-е, испр. М.: Издательство ЛКИ, 2007. 192 с .

Yudakov E.A .

OYKONIMS OF OZYORSKIY DISTRICT OF MOSCOW REGION,

CREATED FROM CALENDAR AND NON-CALENDAR NAMES

Abstract. This article discusses the special group of toponym, called oykonim .

Clasification of cultural codes that affect the nomination process in oykonymy is carried out. Oykonyms, created otantroponimically from calendar and noncalendar names, wide spread in Ozyorskiy district. The question is raised about the importance of regional studies, allowing for a more in-depth study of the history of a certain region .

Key words: onomastics; toponymy; toponym; oykonyms; oykonymy; Ozyorskiy district; calendar and non-calendar names; local history; regional study .

–  –  –

МИФ ОБ ЭДИПЕ

КАК МИФ О САМОПОЗНАНИИ ЧЕЛОВЕКА

В ДРАМЕ АНДРЕ ЖИДА «ЭДИП»

Аннотация. Статья посвящена исследованию интерпретации мифа об Эдипе и образа Эдипа в драме Андре Жида «Эдип» .

Ключевые слова: загадка; самопознание; двуобразность Сфинкса; миф .

М иф об Эдипе целесообразно называть не просто мифом о самопознании человека, но мифом о неправильной интерпретации образов бессознательного, мифом о неправильной интерпретации мифа о двойственной загадке двуобразного Сфинкса. Наиболее ярко миф об Эдипе, как миф о самопознании, художественно осмысляется в драме Андре Жида «Эдип» (1931) .

Драма французского писателя 20 века состоит из монологов Эдипа, в которых он делится своими воззрениями на судьбу, на самого себя, на природу человеческого счастья, и диалогов остальных персонажей, в которых выражается их отношение к Эдипу. Перестраивая изнутри миросозерцательные установки самой личности, Андре Жид изображает Эдипа способным бестрепетно взглянуть в лицо трудной истине мира и посреди хаоса заявить о своей безграничной свободе .

В системе образов Эдип противопоставлен всем остальным как «идееобразующий» персонаж .

В отличие от античных авторов Софокла и Сенеки, в драме Андре Жида акцентируется внимание на изображении внутреннего мира человека, разрабатывается проблема самопознания как интерпретации образов бессознательного. Трагедия Софокла — это трагедия узнавания Эдипом своей судьбы через встречи с различными людьми, которые в ходе развития действия открывают смысл пророчества оракула. И если у Софокла важным мотивом к трагической развязке событий становится факт узнавания Эдипом, что он не родной сын Полиба и Меропы, Эдип Андре Жида знает, что он приёмный сын коринфского царя, и это освобождает его от ответственности и страха, что он, как было предречено, станет убийцей своего отца. Покинув Коринф, он отказывается от своего прошлого, от навязанных ему традиций и считает, что может сам вершить свою судьбу: «Чье-то пропавшее дитя, без имени, звания, без документов, — я особенно рад, что обязан всем только себе.». [3, с 175] 102 После ответа на загадку Сфинкса он становится царём Фив и с гордостью заявляет своему зятю и одновременно дяде Креонту: «Заново всё — родину, предков — открыть, найти, изобрести. Не на кого походить, кроме себя»]. [3, c 186 По сравнению с интерпретацией Софокла и Сенеки смещается акцент, покидая двор Полиба, Эдип Андре Жида стремится не избегнуть своей судьбы, но найти себя, найти отгадку на свою судьбу. Появляется важный для понимания замысла произведения мотив амбивалентного, двойственного восприятия жизни, неосознаваемого Эдипом: Полиб ему одновременно и отец, он воспитал его, и не отец, они не связаны кровными узами .

Загадка Сфинкса – это ключевой узел мифа, каким он предстаёт в драме Андре Жида, его смысловое зерно. В сборнике «Мифы» Гая Юлия Гигина, загадка выступает под латинским словом carmen, которое может переводится как «пророчество». Андре Жид в своей драме сталкивает Эдипа одновременно с загадкой о человеке вообще и одновременно с пророчеством конкретно ему, Эдипу .

Природа пророчества-загадки двойственна, для её правильного истолкования необходимо распознать её надындивидуальное, универсальное значение, касающееся человека вообще, и индивидуально-конкретное, применимое к судьбе Эдипа .

В «Мифологической библиотеке Апполодора (V в. до н. э.) загадка Сфинкса звучит так: «Какое существо, имея один и тот же голос, становится поочередно четырехногим, двуногим и трехногим?». [2,c 55] Если толкование загадки применять к судьбе Эдипа, то получается, что это он, кто перемещается на четырех ногах, из-за проколотых в младенчестве на ногах сухожилий. Повзрослев, Эдип обретает способность перемещаться на двух ногах, благодаря тому, что Меропа исцеляет его. После того, как Эдип ослепляет самого себя, он вынужден опираться на посох-это третья нога .

Сама ситуация «Эдип-Сфинкс» похожа на персонифицированное образное пророчество. Несмотря на то, что в драме чудовище называют Сфинксом, важно помнить, что речь идёт о существе женского пола. С.С. Аверинцев отмечает, «по-гречески - слово женского рода, и обозначает оно существо женского пола». [1, с 97] Это важно для понимания произведения Андре Жида, так как в нём подчёркивается двойственность чудовища, оно предстаёт нам в двух образах: Сфинкса и Иокасты .

Можно сказать, что ситуация Эдипа и Иокасты – это продолжение ситуации Эдипа и Сфинкса. Иокаста также, как и Сфинкс, имеет двойственную природу – она для него и мать, и жена, она также несёт для Эдипа загадку и также убивает себя после её разгадки, сам характер её самоубийства (Иокаста повесилась) заложен в имени Сфинкса, которое означает «душительница» .

Лишившись одной семьи (семьи Полиба) и одного прошлого, он через Иокасту обретает новую семью, из которой, как ему кажется, он уже не может быть изгнан, потому что это его собственная семья (семья Эдипа). Таким образом, он меняет одно ложное прошлое, на другое (прошлое в будущем), меняет одну ложную самоидентификацию (Эдип – сын Полиба) на другую 103 (Эдип – муж Иокасты). Остановившись на пути самопознания, отказавшись искать прошлое, Эдип отрезал себя от будущего и превратил свою жизнь в парадокс: стал одновременно мужем и сыном своей Матери, отцом и братом своих детей. После запоздалого проникновения в тайну Иокасты, природа Эдипа снова раздваивается, он изгоняется из человеческого общества и лишает себя света – при жизни становится мертвецом, его природа двоится, и он сам, его судьба в свою очередь становится загадкой, пророчеством, мифом для его сыновей, для его зятя Креонта .

Действительно, трагедия «бессознательного» преступника-Эдипа заключается в том, что, разгадав загадку Сфинкса, он обманулся в её природе, не увидел в ней пророчество, не смог применить добытое знание к своей собственной судьбе .

Однако так ли он «бессознателен» у Андре Жида? Если подобный эпитет можно было применить к его предшественникам, то к Эдипу Андре Жида он совсем не подходит. Обратимся к тексту: «Теперь мне даже кажется, что именно убийство меня толкнуло сначала к сфинксу. Чего ждать от бога?

Ответов. А я сам себя чувствовал ответом на мне еще неведомый вопрос .

Это был вопрос сфинкса. И я, прозорливец, его победил». [3, c 194] Вот как понимает случившееся с ним Эдип: ответ на загадку спасёт Фивы, ответ на загадку Сфинкса – «человек», Эдип – «человек», который спасёт Фивы .

«Отгадав» загадку Сфинкса, Эдип убеждается в том, что он нашёл свою судьбу: он будущее спасённого им города, и его будущее связанно с этим городом. Он ближе всех предшественников подошёл к разрешению тайны своего бытия, тем обиднее, фатальнее его заблуждение .

Андре Жид, как писатель-экзистенциалист XX века, через судьбу Эдипа показал, что становление личности человека, его самопознание не проходит без фатальных заблуждений и потерь. Однако отказ следовать по этому пути ведёт к обострению противоречий внутри человека, раздвоению его природы, превращает его жизнь в парадокс .

Литература

1. Аверинцев. С.С. К истолкованию символики мифа об Эдипе // Античность и современность. - М.: Наука, 1972, с. 504 .

2. Аполлодор. Мифологическая библиотека /под. ред. Я. М. Боровского — Л.: Наука, 1972, 224 с .

3. Жид Андре Собрание сочинений: В 7 т. Т. 6: Эдип: Драма /Пер. с фр. В .

Станевич — М.: ТЕРРА—Книжный клуб, 2002. — 464 с .

4. Пимонов В. Славутин Е. Загадка мифа об Эдипе. Вестник Европы 2011, 31–32 .

Alieva N.H .

THE MYTH OF OEDIPUS AS A MYTH OF SELTACTUALIZATION IN THE DRAMA OF ANDRE GIDE «OEDIPUS»

Abstract. The article is devoted to the study of the interpretation of the myth of Oedipus and the image of Oedipus in the drama of Andre Gide «Oedipus» .

Key words: mystery; self-knowledge; duality of Sphinx; myth .

104 Бабичева Екатерина Анатольевна студент 2 курса Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина Москва, Россия eababicheva@pushkin.institute

К ВОПРОСУ О ЖАНРОВЫХ

ТРАНСФОРМАЦИЯХ КЛАССИЧЕСКОГО

ЭПИСТОЛЯРНОГО РОМАНА В РУССКОЙ

ЛИТЕРАТУРЕ НАЧАЛА XXI в .

(«ЮЛИЯ, ИЛИ НОВАЯ ЭЛОИЗА» Ж.-Ж. РУССО И «ПИСЬМОВНИК» М.П. ШИШКИНА) Аннотация. В статье рассматриваются трансформации классического эпистолярного романа в русской литературе начала XXI в. На примере произведений «Юлия, или новая Элоиза» Ж.-Ж. Руссо и «Письмовник»

М.П. Шишкина выявляются причины этих трансформаций .

Ключевые слова: эпистолярный роман, письмо, жанр, переписка, сентиментализм, постмодернизм .

Р асцвет эпистолярной прозы в Европе приходится на век Просвещения – 1740–1780 гг. Самым значимым произведением этой эпохи, по мнению И. Е. Верцмана[2], является «Юлия, или новая Элоиза» – роман в письмах Ж.-Ж. Руссо. Благодаря этой книге в жанр романа вошли сердечность страстного увлечения и поэтическая экзальтация. В русской литературной традиции роман в письмах представлен в форме эпистолярного диалога, т.е .

«взаимной переписки двух главных героев» [5, с. 53] – как в произведениях классиков («Бедные люди» Достоевского и «Переписка» Тургенева), так и в современной литературе («Письмовник» Шишкина) .

В этой статье я рассмотрю сходства и различия классического европейского эпистолярного романа и современного романа в письмах на примере произведений Ж.-Ж. Руссо «Юлия, или новая Элоиза» и М. П. Шишкина «Письмовник» .

Французский писатель внес огромный вклад в формирование эпистолярного жанра. Даже в заглавии современного романа Шишкина «Письмовник»

прослеживается заданная когда-то Руссо традиция «маркировать в наименовании романа жанр, в контексте которого он создан» [2]. Сразу после названия своего романа автор добавляет подзаголовок: «Письма двух любовников, живущих в маленьком городке у подножия Альп. Собраны и изданы Ж.-Ж. 105 Руссо». Для сравнения обратимся к значению заявленного в заглавии романа Шишкина слова «Письмовник» – «сборник образцов для составления писем разного содержания» [7] .

Говоря о жанре, нельзя не обратить внимание на направления, к которым относятся исследуемые произведения. Ж.-Ж. Руссо – представитель сентиментализма. Основная тематика произведений этого направления – любовная, «культ чувства вел к более адекватному раскрытию внутреннего мира человека, к углублению психологического анализа, к индивидуализации образа»

[2]. Образ любви-бытия проходит через все произведение, ведь экспрессия чувств в романе Руссо выражена очень ярко: для героев нет разницы между отсутствием любви и смертью: «Люблю ли я тебя еще? Что за сомнения!

Разве я перестал существовать?» – говорит Сен-Пре своей возлюбленной [6]. Важно отметить, что раскрытию внутреннего мира героев с присущими им чувствами и откровениями способствовал и выбранный Руссо жанр произведения – роман в письмах .

Творчество М.П. Шишкина относят к постмодернизму. Литература этого направления опирается на всю историю человеческой культуры, по-особому ее переосмысляя. Поэтому в произведении М.П. Шишкина «Письмовник»

мы можем найти черты сентиментализма. По словам Николая Александрова [4], они проявляются в том, что влюбленные в своих письмах рассказывают о своих первых чувствах – любви друг к другу: «Есть минутка побыть с тобой. Ну почему поцелуи всегда приберегают на конец письма? Целую тебя сразу...», «Так хочется прижаться к тебе и рассказывать что-нибудь глупоеглупое, дорогое-дорогое» [9, с.44] .

Чувствительность героев, эмоциональность, присущая роману Руссо, приобретает в «Письмовнике» М.П. Шишкина новый формат. Как уже было сказано выше, постмодернизм заключает в себе черты самых разных направлений. Очевидно, что чувствительность сентиментализма в романе Шишкина находится под влиянием натурализма, поэтому «тактильные и осязательные подробности становятся у него «строительным материалом» образов» [1] .

Все повествование проходит через сенсорную призму. Например, через запахи Владимир противопоставляет войну и счастливое прошлое: «Не запах, конечно, а вонь. Смрад. Самый противный запах на земле», «Вот наша кондитерская – ваниль, корица, шоколад. Безе, марципан. Эклеры. Зефир»

[9, с.255]. Герой одновременно описывает свои чувства (а именно – запахи, которые он ощущает) и выражает отношение к тому, о чем говорит .

Образы двух главных героев раскрываются через переписку, однако в романе Шишкина ее форма несколько изменяется. Автор «Письмовника» отказывается не только от привычной нам композиции письма – рамки, состоящей из обращения и подписи [8], но и добавляет черты таких жанров, как дневник 106 и мемуары. Лишь некоторые штрихи напоминают нам о том, что мы читаем письмо, например: «…прости за эту кляксу!» [9, с. 262]. Форма переписки тоже искажена из-за особой хронологии романа, где героиня пишет погибшему возлюбленному. Переписка приобретает биографический оттенок, и лишь изредка герой, будто бы вспоминая о том, что обращается к другому, делает вставки-обращения, чтобы связать письма между собой. Например, рассказывая длинную историю из своего детства, Владимир спрашивает: «…Сашка, хорошая моя, ничего, что пишу тебе об этом?..» [9, с. 85] .

Чтобы понять, с чем связано изменение жанровой структуры в эпистолярном романе, обратимся к задачам, которые ставили перед собой писатели .

Ж.-Ж. Руссо, как уже было сказано выше, был образцовым автором эпохи Просвещения. Одной из главных целей его литературного творчества было разрушение социальных предрассудков, выведение морали общества на новый уровень. Поэтому во второй части романа «Юлия, или новая Элоиза»

присутствуют элементы трактата: Руссо рассуждает о том, каким должно быть идеальное общество и человек. Однако следует принять во внимание, что отрицательных персонажей французский писатель не создает. Верцман пишет, что для Руссо было важно создать жизненные образы. Поэтому страсть Сен-Пре к Юлии не изображается как безнравственное желание. Писатель ставит целью просвещение общества, донесение истины о том, что «любовь сама по себе не преступление»[6]. Автор пытается воздействовать на читателя с помощью изображения Кларана – классической утопии места и времени, вновь обращаясь к другому жанру .

В одном из своих интервью М.П. Шишкин сказал, что его книга о взрослении. Создавая героев, автор сделал акцент не на их личностях, внешности, а на внутреннем мире, который должен быть един с общечеловеческим. Он старался «напомнить читающему о его жизни, о его собственном опыте непонимания, счастья, детской любви, ухода близких». Именно поэтому к жанру романа в письмах добавляются мемуарные, дневниковые и биографические записи, позволяющие как можно подробнее описать жизнь человека. Очевидно, автор надеется, что, проанализировав судьбы героев, читатель приблизится к пониманию сложных вещей на своем жизненном пути – «первая любовь, смерть – своя и своих близких» [3] .

Таким образом, жанровые трансформации эпистолярного романа XVIII в .

в русской литературе напрямую связаны с различиями литературных направлений. В постмодернистском романе Шишкина традиция Руссо выражать чувства персонажей видоизменяется: автор не просто раскрывает внутренний мир героев с помощью образов, он показывает их мир через восприятие мира внешнего с помощью органов чувств. И Руссо, и Шишкин стремились создать типические образы. Однако целью французского писателя было просвещение общества, что отражается в добавочных жанрах – трактате и утопии, а Шишкин, выбирает своей целью воспитание читателя через по- 107 стулирование главной истины: ценность жизни в том, чтобы жить и любить .

Для этого автор обращается к жанрам биографии, дневника и мемуаров, позволяющих подробно описать судьбу героев .

Литература

1. Александр Леденев. Сенсорная реактивность как свойство поэтики Михаила Шишкина // URL: http://pspu.ru/upload/-pages/39430/shishkin_book_ web.pdf (дата обращения: 10.03.2018) .

2. Верцман И.Е. Руссо Жан-Жак (Литературная энциклопедия // URL:

http://lit-prosv.niv.ru/lit-prosv/articles-fra/vercman-russo-le.htm (дата обращения:

21.02.2018) .

3. Михаил Шишкин о своем новом романе «Письмовник // URL:

https://daily.afisha.ru/archive/vozduh/archive/mihail_shishkin/ (дата обращения:

21.02.2018) .

4. Николай Александров о книге «Письмовник» // URL: https://www .

youtube.com/watch?v=lsikiRvwgFk (дата обращения: 21.02.2018) .

5. Рогинская О.О. Эпистолярный роман, поэтика жанра и его трансформация в русской литературе. Москва: учебная литература - 2002. 23 с .

6. Руссо Ж.-Ж. Юлия, или новая Элоиза // URL: https://www.litlib.net/ bk/32158/read (дата обращения:21.02.2018)

7. Ушаков Ф.Ф. Толковый словарь русского языка Ушакова [Электронный ресурс] // URL: https://slovar.cc/rus/ushakov/430675.html (дата обращения:

21.02.2018) .

8. Характеристика письма как типа эпистолярного текста и его разновидностей // URL: http://koi.tspu.ru/koi_books/-kuryanovich3/15.htm (дата обращения: 21.02.2018) .

9. Шишкин М.П. Письмовник. Москва: художественная литература АСТ. – 2016. 414 с .

<

–  –  –

СПОСОБЫ ПЕРЕВОДА НОМИНАЦИЙ

ФАНТАСТИЧЕСКИХ РЕАЛИЙ В РОМАНАХ

ДЖ. К. РОУЛИНГ О ГАРРИ ПОТТЕРЕ

Аннотация. В статье сопоставляются способы перевода номинаций фантастических реалий, преобладающих в двух наиболее известных переводах поттерианы Дж.К. Роулинг «Гарри Поттер». Ставится вопрос о восприятии способов перевода различными возрастными группами читателей .

Ключевые слова: перевод; переводчик; стиль переводчика; способы перевода; фантастические реалии; детская литература .

В настоящее время детская литература продолжает быть популярным многоаспектным объектом исследования литературоведами и лингвистами .

Интерес вызывает то, как детские фэнтези-писатели создают фантастические реалии и их обозначения. Они используют уже существующие реально и известные им выдуманные картины мира и задействуют не выдуманный ими язык (как, например, эльфийский язык Дж.Р.Р. Толкина), а прибегают к способам словообразования (таким как словосложение, словослияние, аббревиация и др.), которые гипотетически должны быть приближены тем, которые применяет ребёнок в познании действительности и обозначении вымышленных реальностей. Ребёнок выстраивает новые образы на основе категоризации старых и создаёт номинации по уже знакомым ему моделям .

Подобную практику можно расценивать как ценный материал для изучения потенциала языка .

Дж.К. Роулинг – одна из таких писателей. Её серия романов о Гарри Поттере стала сенсацией в мире детской литературы не только благодаря сюжету, псевдо-реальному хронотопу, но и благодаря умелому обращению с английским словообразованием, что вызвало интерес как простых читателей, так и переводчиков, и лингвистов .

В России наиболее известны два перевода данного цикла: перевод издательства «РОСМЭН» (Игорь Оранский, М.Д. Литвинова, В.П. Голышев, В.О. Бабков, Л.Ю. Мотылев, С.Б. Ильин, М.Д. Лахути, М.М. Сокольская) [4] и перевод М.В. Спивак [5], инженером-математиком по образованию. Главный интерес составляют способы перевода, которые избрали переводчики в своей работе, и их влияние на дальнейшую судьбу произведения в среде русских читателей .

Предмет данной статьи составляют способы перевода фантастических 109 реалий, которые избрали переводчики в своей работе, и их влияние на дальнейшую судьбу произведения в среде русских читателей .

В качестве наглядного материала в представленной ниже таблице рассмотрим несколько примеров номинаций фантастических реалий и их вариантов перевода из общего числа выборки, составившей пятьдесят одно наименование .

Примеры номинаций фантастических реалий и их вариантов перевода Оригинал Значение Мария Спивак «РОСМЭН»

Bludger Мяч для игры в квиддич Нападала Бладжер Cleansweep Марка метлы Чистая победа Клинсвип Cruciatus Curse Проклятие Пыточное проклятие Круцио/Круциатус Flobberworm Магическое животное Скучечервь Флоббер-червь Grim Магический знак в виде пса Сгубит Грим Grindylow Магическое животное Заграбыст Гриндилоу Knarl Магическое животное Сварль Нарл Из приведенных примеров можно понять, что переводчики издательства «РОСМЭН» придерживаются таких способов перевода как транслитерация (передача текста, написанного при помощи одной алфавитной системы, средствами другой алфавитной системы) [1, с. 479] и транскрипция (передача звуковой формы переводимого слова буквами переводящего языка) [3, с. 28] .

Они составляют 8 % от всех выбранных наименований, что на 5 % процентов больше, чем у М.В. Спивак, у которой данные способы встречаются лишь в 3 % всей выборки, составляющей пятьдесят одно наименование. Преимущество данных способов состоит в том, что переведенные слова сохраняют в себе отзвуки чего-то иностранного, того, что непривычно для нашего мира .

Но это англоязычный магический мир с отзвуками латыни, используемыми для научной стилизации магической терминологии. Для русского читателя подобная номинация становится безликой: она не всегда имеет мотивированности и не может вызвать запоминающиеся ассоциации .

М.В. Спивак старается создать точный русский подстрочник, поэтому предпочитает использовать калькирование (образование новых слов или введение в язык новых способов синтаксического построения путем заимствования лексико-семантических и лексико-синтаксических моделей другого языка или языков н заполнения их морфемами данного языка) [1, с. 182]. При этом она прибегает к корневым и словообразовательным морфемам устаревшей, характерной для сказок, и разговорной речи. Данный способ помогает читателю-ребенку выстроить в сознании точный образ реалии на основе знакомых ему ассоциаций. К удачным моментам подобного перевода стоит отнести также то, что с помощью него становится возможно передать тот смысл номинации, который был заложен автором оригинала. Однако слова, 110 переведенные таким способом, зачастую превращаются в неудачные окказиональные словообразования, а функционально закрепленная детская лексика и русскоязычный фольклорный привкус отталкивает взрослую аудиторию .

И здесь мы подходим к интересному вопросу, который ещё ни разу не затрагивался в сообществе поклонников серии романов о Гарри Поттере:

если бы первым официально изданным переводом в России был перевод М.В. Спивак, а не «РОСМЭН», смогла бы история о мальчике-волшебнике приобрести ту же популярность среди взрослых читателей, которую она имеет в данный момент? В большинстве случаев современная взрослая аудитория относится к волшебству как к элементу сказки, предназначенной исключительно для детей, а потому не воспринимает подобную литературу как серьёзную. И если бы в «Гарри Поттере» каждая фантастическая реалия была названа по принципу «вопилок», «заграбыстов», «дубльдумов» и подобных им, то данная серия романов так и не вышла бы за пределы детской и подростковой аудитории, а волшебство бы осталось лишь атрибутом детской развлекательной литературы. Однако благодаря издательству «РОСМЭН»

«Гарри Поттер» пришёлся по душе взрослым читателям, которые, в свою очередь, значительно повлияли на дальнейший перевод: будучи недовольными качеством перевода первых книг, они убедили «РОСМЭН» нанять профессиональных переводчиков для работы над пятой, шестой и седьмой частями [2] .

Литература

1. Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. – М.: Советская Энциклопедия. – 1966. – 608 с .

2. Борисенко А.Л. Гарри Поттер и трудности перевода. [Электронный ресурс] // N+1: Интернет-издание. URL: https://nplus1.ru/material/2016/09/12/ harrypotter (дата обращения: 05.02.2018) .

3. Илюшкина М.Ю. Теория перевода: основные понятия и проблемы:

[учеб. пособие] / под науч. ред. М.О. Гузикова. – Екатеринбург: Изд-во Урал .

ун-та. – 2015. – 84 с .

4. Роулинг Дж.К. Гарри Поттер [Электронный ресурс] // Книгизм: электр .

библиотека. URL: https://knigism.com/s/8185 (дата обращения: 05.02.2018) .

5. Роулинг Дж.К. Гарри Поттер [Электронный ресурс] // ЛитРес: электр .

библиотека. URL: https://www.litres.ru/dzhoan-ketlin-rouling/ (дата обращения:

05.02.2018) .

Borisova T.O .

TRANSLATING WAYS OF FANTASY NOMINATIONS

IN HARRY POTTER NOVELS BY J.K. ROWLING

Abstract. The paper collates translating ways of fantasy nominations in Harry Potter series by J.K. Rowling. The two most famous novels translations into Russian demonstrate different preferences. The nomination translations seem demonstrate dissimilar comprehension by readers of different age .

Key words: translation; translator; translator’s style; ways of translation;

fantastic realities; children’s literature .

Боровикова Дарья Алексеевна 111 студент 2 курса Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина Москва, Россия daria-frost-107@yandex.ru

ЛЕГЕНДА О ТРИСТАНЕ И ИЗОЛЬДЕ

В ТВОРЧЕСТВЕ ФОЛК-РОК ГРУППЫ

«МЕЛЬНИЦА»

Аннотация. В статье рассматривается современная вариация средневековой легенды о Тристане и Изольде. На примере двух песен отечественной группы «Мельница» выявляются основные мотивы и образы-символы, с помощью которых раскрывается сюжет эпического произведения. Подчеркивается оригинальность и самобытность трактовок образов средневековой легенды, обусловленных стилистическими особенностями и художественными средствами выражения .

Ключевые слова: легенда; мотив; Тристан и Изольда; символы; «Мельница» .

С редневековая легенда о Тристане и Изольде, относится к числу наиболее распространенных сюжетов западноевропейской литературы. Их образы приобрели непреходящую эстетическую ценность и нашли многочисленные воплощения в литературе разных стран и эпох. Печальная история любви Тристана и Изольды получила оригинальные интерпретации в произведениях Беруля, Тома и Готфрида Стасбургского, гибко отразив этические и эстетические идеалы Средневековья. Однако легенда продолжала привлекать писателей и поэтов в Новое время. Талантливое изложение легенды создал в начале ХХ века Жозеф Бедье. В наши дни образы Тристана и Изольды нашли свое отражение в творчестве отечественной фолк-рок группы «Мельница». В двух одноименных композициях мы встречаемся с ещё одной интерпретацией эпического произведения .

Начать стоит со структуры альбомов: обе композиции относятся к диптиху «Алхимейра». В первую часть альбома вошла композиция «Тристан», а во вторую – «Изольда». Подобно мечу, разделяющего Тристана и Изольду, были расположены данные композиции в альбоме. В одном из интервью сама певица и лидер группы, Наталья О’Шей, сказала: «Распределяли песни по символическому принципу. Например, песня «Изольда» специально расположена на одной части альбома, а «Тристан» на другой. Они разделены, между ними меч». [3] 112 В песне «Тристан» лирический герой рассказывает историю о странствиях рыцаря. В первом четверостишии встречается первый символ – серебро («мой серебряный»). Образ князя серебряного часто встречается в композициях данной группы и не всегда трактуется однозначно. Но в данном случае нужно рассматривать саму символику данного металла, так как в следующей композиции «Изольда» серебро будет противопоставлено золоту. Серебро всегда ассоциировалось с Луной, чистотой и целомудрием, так же «его сравнивали со светом надежды и мудростью». [2] Вместе с тем, в роковом значении этот металл символизирует тленность человеческого бытия. Весь путь Тристана (чье имя переводится как «Печальный»), как и он сам, полон печальных событий и испытаний, он постоянно ведет борьбу за свою любовь не только с внешними врагами (королем и его свитой), но и с самим собой. Однако ничто не способно помешать ему в достижении цели – быть с Изольдой .

Во 2-3 строфах лирический герой снова обращается к Тристану: «она тебе лира или клинок?» Рыцарь уже взял в руки орудие («тугой металл в руках зазвучал»), но непонятно, что это за оружие. Лира и клинок тоже являются парой противопоставленных символов, одновременно они же являются обязательными атрибутами любого рыцаря. Лира олицетворяет «божественную гармонию» [2], это орудие мира и равновесия. Меч хоть и обладает отрицательными коннотациями (выражает агрессивно-защитную функцию), в то же время этот клинок является символом «высшего правосудия» [2] и, что стоит отметить, «духовной решимости» и «единством мужского и женского начала». [1, с.203] В следующих строфаx идет описание странствий Тристана. Кульминационный момент наступает в 4 строфе, где герой нравственно перерождается, как Феникс («был возрожден ясным дождем из пепла, в котором сожжен») .

Тристан не может отказаться от Изольды и забыть её. Он буквально «сгорает» в любви к ней, но и из неё же возрождается, осознавая, что он не может существовать без своей истинной возлюбленной. Здесь же Тристан окончательно принимает решение, по какому пути ему следовать. И он выбирает и лиру, и клинок («с клинком и лирой спорить не стал») – гармония добра и зла, мира и хаоса. Развязка – Тристан возвращается из своего духовного странствия. В обоих припевах мы слышим «верный Тристан». Верный и преданный своей возлюбленной, рыцарь на протяжении всей песни и истории не теряет своего главного качества .

Вторая песня хоть и называется «Изольда», но главным её героем является Тристан. Первая строфа является завязкой, в ней кратко пересказывается сюжет всего сказания – борьба Тристана и Изольды за право любить друг друга .

Во второй строфе – кульминационный момент. Лирический герой описывает воинственный край, где живет Изольда – опасности («небо темнеет от стрел», «беспощадными врагами в жарких боях за любовь»), холодное синее море и безразличие людей («за холодными волнами», «за холодными глазами»). 113

И постоянно лирический герой спрашивает, испытывая чувства Тристана:

«Отдашь ли ты все, что имел, за её любовь, мой серебряный?» 3 строфа – развязка, именно здесь Тристан принимает решение быть с Изольдой. И край, представленный ранее как враждебный и чужой, вдруг преображается:

«лишь флейта поет золотыми голосами», «золотыми волосами». Это уже не враждебное королевство, а край, где герой встречает свою любовь. Из-за своих свойств этот благородный металл повсеместно начали ассоциировать с Солнцем, а чуть позже золото стало символом божественного начала и бессмертия. Кроме этого оно обозначало огромный спектр иных качеств:

«от чистоты, утонченности, духовной просвещенности, правды, гармонии, мудрости до земной силы, славы, великолепия, знатности и богатства». [2] «Мельница» по-другому раскрывает смысл древнего сказания. В средневековой легенде два королевства: Корнуэл, в котором правит дядя Тристана – король Марк, и Ирландия, королем которой является отец Изольды, враждуют между собой, средневековый автор рыцарских романов может объяснить чудо индивидуальной любви только действием волшебного любовного напитка. В песнях современной фолк-группы «Мельница» подчеркивается, что Тристан и Изольда обретают подлинное чувство любви. Несмотря на множество испытаний, любовь Тристана и Изольды божественна и прекрасна. Изображение торжествующей страсти и высшей красоты чувства влюбленных обусловлено художественными средствами выражения: «князь серебряный» обретает через «золотые волосы» и «золотой голос» Изольды «золото» настоящей любви .

Таким образом, в песнях фолк-рок группы «Мельница» встречаются аллюзии на рыцарские романы, однако вариация XXI века отличается жанровой структурой, композицией, символикой и художественными средствами. Интерпретация средневековой легенды о Тристане и Изольде фолк-рок группой «Мельница» как бы случайна или далека от первоисточника она ни была, необходима как подвижный компонент открытой смысловой структуры старинного сюжета, как подтверждение способности образов все вбирать и все объяснять, ничем до конца не объясняясь .

Литература

1. Купер Дж. Энциклопедия символов. / М.: Золотой Век, 1995. — 401 с .

2. Тресиддер Дж. Словарь символов. [Электронный ресурс] / Дж. Тресиддер; пер. с англ. С. Палько. - М.: Издательство ФАИР-ПРЕСС, 1999. - 448 с .

Режим доступа: https://www.booksite.ru/localtxt/tre/sid/der/tresidder_d/slovar_sim/

3. Хелависа: В «Химере» мы зашифровали петухов Шагала и пророка БГ [Электронный ресурс] / Информационное агентство «Национальная служба Боровикова Дарья Алексеевна 114 новостей». - Режим доступа: http://nsn.fm/music/khelavisa-v-khimere-myzashifrovali-petukhov-shagala-i-proroka-bg.php

–  –  –

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПОРТРЕТ

В КОМПОЗИЦИОННОЙ СТРУКТУРЕ

«ПИСЕМ РУССКОГО ПУТЕШЕСТВЕННИКА»

Н.М. КАРАМЗИНА Аннотация. Статья посвящена особенностям литературных портретов, созданных Н.М. Карамзиным в «Письмах русского путешественника». На основе анализа сделан вывод об их месте в композиции произведения .

Ключевые слова: литературный портрет; Карамзин; композиция; метажанр; сентиментализм .

П исьма русского путешественника» — одно из крупнейших и популярнейших произведений русской литературы конца XVIII века. Автор художественно-публицистического сочинения — русский писатель, историк и публицист Николай Михайлович Карамзин (1766—1826). Впервые «Письма русского путешественника» появились на страницах «Московского журнала» (1791—1792) и быстро стали известны как в России, так и за рубежом .

Спустя более двух веков, интерес к этому произведению не угасает, о чем свидетельствуют многочисленные исследования. В частности в центре внимания литературоведов остается вопрос о жанровой природе произведения. А.А. Бешкарев [2] относит «Письма русского путешественника»

к жанру путешествия («травелога»), П.Е. Бухаркин [3] – к эпистолярному жанру. И.М. Святошенко [6] полагает, что «Письма русского путешественника» можно отнести к романному жанру, Е.А. Краснощекова [5] считает, что «это своего рода предроман». На наш взгляд, не менее значимо место в произведении занимают письма, содержащие литературные портреты современников. В связи с этим сочинение Карамзина, действительно, скорее тяготеет к метажанру в определении М.Я. Сорниковой [7]. Цель нашего исследования – выявить специфику литературных портретов Н.М. Карамзина, созданных в «Письмах русского путешественника», и определить их место в композиции произведения .

Включение Карамзиным в состав дорожных впечатлений портретов современников, несомненно, связано с принципами сентиментализма. Именно в эпоху сентиментализма живописцы и литераторы увидели индивидуальное 116 своеобразие личности. «Русский путешественник» за время своей поездки имел счастье побеседовать с немалым количеством знаменитостей, о встречах с которыми подробно записывал в своём труде. В произведении «Письма русского путешественника» присутствуют литературные портреты немецкого философа Иммануила Канта (1724-1804), преподавателя логики и изящных искусств в Берлинском кадетском корпусе Рамлера, мыслителя, педагога и писателя Карла Филиппа Морица (1756-1793), историка культуры Иоганна Готфрида Гердера (1744-1803), поэта и прозаика Христофа Мартина Виланда (1733-1813), поэта, просветителя, политический деятеля Иоганна Вольфганга Гёте (1749-1832), швейцарского писателя Иоганна Каспара Лафатера (1741натуралиста и философа Шарля Бонне (1720-1793) .

Литературные портреты в «Письмах русского путешественника» композиционно располагаются в первой половине «писем» и занимают малую часть от всего объёма, при этом они не теряют своей ценности. Если учитывать, что произведение состоит из 151 «письма», то литературные портреты просветителей даны в 16 письмах. Все они погружают читателя в атмосферу духовных и интеллектуальных исканий Европы конца XVIII века .

Стоит отметить, что в описании великих писателей и философов Николай Михайлович использует приём психологизма, позволяющий верно и живо изобразить душевные движения героев. Этому служит и описание внешности, и раскрытие манеры разговора и поведения. Карамзин описывает их внешний облик, обращая внимание на одни и те же схожие параметры: рост, цвет и состояние кожи, черты лица, даёт зрительную оценку возраста. Вот как, например, описываются Иммануил Кант: «Меня встретил маленький, худенький старичок, отменно белый и нежный» [4, с. 100] и Иоганн Готфрид Гердер: «Гердер невысокого роста, посредственной толщины и лицом очень не бел…» [4, с. 177] .

Описывая глаза кумиров, путешественник подчёркивает, что глаза каждого говорят о живости ума, молодости духа: «лоб и глаза его (Гердера) показывают необыкновенный ум» [4, с. 178], глаза Виланда «были некогда серые, но от чтения стали красные» [4, С. 175], «острые глаза» у Лафатера [4, С. 222], «старец, в глазах которого блистает огонь жизни» – таков Шарль Боннет [4, С. 301]. Особенности речи великих собеседников раскрывают индивидуальность характера и образа мыслей просветителей: уверенный в себе, глубокомыслящий Кант «говорит скоро, весьма тихо и невразумительно…»

[4, с. 100], а энергичный, полный жизни Лафатер «всякое слово говорит он с жаром. В тоне его есть нечто учительское или повелительное» [4, С. 222] .

Современники напоминают рассказчику великих деятелей времен античности. Автор «Писем русского путешественника» называет Рамлера «немецким Горацием» [4, С. 133], а Иоганна Вольфганга Гёте – человеком, имеющим «важное греческое лицо» [4, С. 181]. Разговоры путешественника с просветителями были, в основном, на одни темы: будущее немецкой и рус- 117 ской литературы, философия, образ мышления деятелей. Для Карамзина было очень важным понять, с какими мыслями живут его кумиры .

Таким образом, в литературных портретах Карамзина наблюдается определённая типология. Каждый из них содержит описание внешности, манеры разговора, особенностей поведения, оценку черт характера, субъективные впечатления рассказчика. Портреты знаменитых современников русского писателя являются историческим свидетельством и вместе с тем они занимают важное место в композиционной структуре произведения. В своей совокупности они создают образ духовного величия просветителей, который вдохновляет путешественника на путь самосовершенствования .

Литература

1. Барахов, B.C. Литературный портрет (Истоки. Поэтика. Жанр.) / B.C .

Барахов. – Л.: Наука: Ленингр. отд-е. – 1985. – 312 с .

2. Бешкарев А.А. «Письма русского путешественника» Н.М. Карамзина:

проблемы поэтики: Дисс..кандидата филологических наук. – Сыктывкар. – 2003. – 193 с .

3. Бухаркин П.Е. Письма русских писателей XVIII в. и развитие прозы (1940 1780 гг.) Автореф. дис.. канд. филолог, наук. – Л. – 1982. – 14 с .

4. Карамзин Н.М. Письма русского путешественника// Н.М. Карамзин .

Избранные сочинения в двух томах. – М.; Л.: Художественная литература .

Т. 1. – 1964. – 810 с .

5. Краснощекова Е.А. «Фрегат «Паллада» И.А. Гончарова и «Письма русского путешественника» Н.М. Карамзина// Рус. лит. №4. – 1992. – 12-31 с .

6. Святошенко И.М. Концепция личности в творчестве Н.М. Карамзина и Л. Стерна. Автореф. дисс.канд. филолог, наук. – М. – 1995. – 180 с .

7. Сорникова, М.Я. Жанровая структура «Писем русского путешественника» Н.М. Карамзина: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. филол. наук (10.01.01)/ Сорникова Мария Яковлевна. – Коломна. – 2006. – 172 с .

–  –  –

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ИНТЕРТЕКСТ

В РОМАНЕ В. ПЕЛЕВИНА «t»

Аннотация. В статье проанализированы интертекстуальные связи романа В. Пелевина «t», в частности, литературные реминисценции и аллюзии в произведении .

Ключевые слова: интертекстуальность; Пелевин; роман «t»; Л. Толстой;

Ф. Достоевский; М. Горький .

И нтертекстуальность – это текстовая категория, отражающая соотнесенность одного текста с другим, диалогическое взаимодействие текстов в процессе их функционирования, обеспечивающее приращение смысла произведения .

Интертекстуальность у Виктора Пелевина является конститутивной особенностью, то есть используется во всем его творчестве, а значит, выполняет и свои функции: изменяет однозначность художественного произведения, когда автор вводит в него инородные элементы; нарушает линейный характер текста, когда требует от читателя вспомнить тот или иной текст; меняет статус текста на разнородный и дискретный. Интертекстуальность у В .

Пелевина представлена как имплицитно, так и эксплицитно. Особую роль интертекстуальности в текстах В. Пелевина отмечает И.И. Яценко, который утверждает, что она является «основным художественным приемом, через который реализуется концептуальность текста». [3, с.73] В данной статье остановимся на литературной интертекстуальности романа В. Пелевина «t», который был опубликован в 2009 году. Отметим, что в романе также сильны другие аспекты интертекста, как то отсылки, связанные с религиозными понятиями или с фактами культурной жизни, но сейчас нас интересуют именно связи романа Пелевина с литературной традицией .

Для того, чтобы понять этот роман, читателю необходимо уметь интерпретировать присутствующие в нем отсылки, так как сам читатель является важной категорией интертекстуальности. Но иногда на это не способен даже квалифицированный читатель с высшим образованием. Поэтому возникает вопрос прочтения и понимания текста во всей полноте смыслов .

Главным героем романа В. Пелевина «t» является граф Т., который «принял 119 решение уйти в Оптину Пустынь». [1, с.10] Известно, что Оптина Пустынь занимала особое место в жизни Льва Николаевича Толстого. Там он беседовал со старцем Амвросием, в 1896 со старцем Иосифом. В 1910 году Толстой в самый тяжелый момент своей жизни хотел поехать к Оптинским старцам. Он спрашивал о них в поезде, у ямщика и по прибытии в монастырь у монахов. Но он не мог войти туда, потому что на тот момент был отлучен от церкви. И сам повествователь говорит об этом «...у вас есть прототип. Это граф Толстой, великий писатель и мыслитель, живший в Ясной Поляне и ушедший в конце жизни в Оптину Пустынь. До которой он, впрочем, не добрался». [1, с.73] Старец Варсонофий (из скита Оптиной Пустыни), который также присутствует в романе, хотя и в виде убийцы, пытающегося спасти графа T., узнав о том, что граф Лев Толстой несколько раз приезжал и хотел посетить скит, но не решался, отправился на станцию Астапово к умирающему Л. Толстому, чтобы напутствовать ему перед смертью и дать возможность примириться с церковью, но Варсонофия к Толстому не допустили .

В тексте романа упоминается, что герой ищет именно «Оптину Пустынь соловьев» [1, с.137], и это тоже неслучайно. Здесь возникает отсылка к реальным жизненным фактам Ф.М. Достоевского с его работой «Оптина Пустынь соловьев». Известно, что жена Достоевского, когда в их семье заболел сын, просила гостя семьи – Владимира Соловьева, съездить с Федором Михайловичем в Оптину Пустынь, где он встретился со старцем Амвросием, чему и посвящена его работа .

В романе упоминается граф Олсуфьев, прототипом которому является известный реставратор XX века. Он тоже был связан с Оптиной Пустынью, в частности, он выпустил в 1928 году книгу «Амвросий, троицкий резчик XV века», рассказывающую про старца, живущего в Оптиной Пустыни .

Таким образом, мы видим, что отсылка в графу Льву Толстому, упоминание Варсонофия и «Оптиной Пустыни соловьев» объединены духовными исканиями героев и их реальными прототипами .

Ф.М. Достоевский не только упоминается в связи с Оптиной Пустынью, но и является героем романа, который оказался в заброшенном Петербурге с мертвыми душами (отсылка к Н.В. Гоголю), которыми он питался: «Достоевский поставил топор на мостовую, оперся на его рукоять и сделал непроницаемое лицо». [1, с. 213]При этом имя героя не изменено, и становится понятным, кто явился его прототипом. Однако приведенная цитата показывает, что интертекстульность не только в имени героя, но и в упоминании топора, что является отсылкой к роману Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» .

Подчеркивая схожесть главного героя графа T. с его прототипом, В.

Пелевин сознательно использует отсылку и к Максиму Горькому, упоминая в диалоге его имя:

120 – Какое вино пить будете?

– Писатель Максим Горький, – с улыбкой произнес Т., – обычно отвечал на этот вопрос так: «хлебное». За это его ценили в славянофильских кругах .

[1, с.23] Чтобы понять этот диалог, читателю должно быть известно, что М. Горький был в дружественных отношениях с Л. Толстым и написал воспоминания «Лев Толстой», которые состоят из отрывочных заметок, сделанных в период болезни Л.Н. Толстого .

Но это не единственная отсылка к М. Горькому. Так, Ариэль, рассказывая о своих друзьях – создателях романа, говорит и о Грише, у которого «теперь миллионный контракт на телевидении – «Старуха Изергиль». Это про одну старую путану, которая научилась делать выводы о человеке по минету – типа как цыганка на ладони». [1, с. 156] В этом примере видна интерпретация рассказа старухи Изергиль о взаимоотношениях с юношами в молодости, что отсутствует у М. Горького .

Не только главный герой носит уже знакомое всем имя, но и его создатель Ариэль, с которым он знакомится на корабле и который периодически является к нему на протяжении романа. Но позже читатель узнает, что он и является автором всего повествования, хотя в конце романа выясняется, что это не так .

Все это является типичной чертой постмодернизма – авторской маской, где автор не раскрывает свою позицию и всячески скрывает свое присутствие в тексте. Однако повествователь раскрывает читателю происхождение имени Ариэль и указывает, что это имя взято из «Бури» В.Шекспира и означает дух воздуха. Однако в Библии имя Ариэль значит Лев Иуды, а также является символом могущества императорской власти .

Таким образом, мы видим, что В. Пелевин использует прием интертекстуальности, в частности, литературных отсылок, упоминая при этом имена классиков русской литературы: Л.Н. Толстой, Ф.М. Достоевский, М. Горький .

Литература

1. Пелевин В. Роман «t». М: Азбука, Азбука–Аттикус, 2017. – 426 с .

2. Пьеге-Гро Н. Введение в теорию интертекстуальности: Пер. с фр. / Общ. ред. и вступ. ст. Г.К. Косикова. М.: ЛКИ, 2008. – 240 с .

3. Яценко И.И. Интертекст как средство интерпретации художественного текста (на материале рассказа В.Пелевина «Ника») // Мир русского слова .

СПб., 2001. №1. С.73–83 .

Golikova A.V .

LITERARY INTERTEXT IN THE NOVEL «T» BY V.PELEVIN

Abstract. The article investigates literary intertext, specifically, allusions and reminiscences in the novel «t» by V. Pelevin .

Key words: intertextuality; Pelevin, novel “t”; L. Tolstoy; F. Dostoevsky; M. Gorky .

Голубев Антон Александрович 121 студент 2 курса бакалавриата Государственного института русского языка им. А.С. Пушкина, Москва, Россия aa.protvin@yandex.ru

МОТИВ ЛЮБВИ И ВЕРЫ

В ПОВЕСТИ Ф. ГОРЕНШТЕЙНА

«УЛИЦА КРАСНЫХ ЗОРЬ»

Аннотация. Статья посвящена анализу темы любви и веры через призму экзистенциальных мотивов в повести Ф. Горенштейна «Улица Красных Зорь» .

Ключевые слова: Горенштейн; современная русская проза; экзистенция;

символ; сиротство; выбор; вера; любовь .

Х удожественный экзистенциальный мир Горенштейна строится на пространстве одиночества, где автобиографический опыт сиротства предстаёт метафорой положения человека в мире и тесным образом связан с философско-эстетическими поисками, а также собственным взглядом автора на окружающий мир. Писатель использует сложный художественный приём мифологизированного нарратива – «вдохнуть живую боль современного человека в великие библейские схемы» [2] .

Повесть «Улица Красных Зорь» относится к позднему периоду творчества писателя и является одним из самых ярких и пронзительных произведений, где впервые появляется нравственный идеал и звучит тема веры. Главная особенность повести – стихия народного языка: народные песни, гадания, предзнаменования, пословицы и поговорки, которыми заполнено всю содержательное пространство. Горенштейн выстраивает авторскую конструкцию мифа, в котором неразрывно связаны «советский» и фольклорный пласты, где коммунистическая идеология гармонично сочетается с языческими обрядами и верой в Бога, а советские символы соседствуют с народными .

Примером может служить языческий календарный обряд «встреча весны»

в советском детском доме. По содержанию повесть отражает реальные события послевоенных лет – период «ворошиловской амнистии», а по форме является народной притчей. Автор воздействует на мифологическое сознание читателя, на его национальное воображение и память .

Трагедию, свершившуюся на единственной и главной улице посёлка, Улице Красных Зорь, читатель видит глазами главной героини, девочки Тони .

Композиционно повесть разделена на две части. Первая – история любви «красавицы певуньи» Ульяны и ссыльного еврея Менделя, жизнь в любящей 122 семье Тони Пейсехман, вторая – сиротство, жизнь Тони Зотовой в детском доме. Две части составляют одно смысловое поле – сознание ребёнка .

Жизнь Ульяны и Менделя – это не сказочная идиллия, а трудные и голодные послевоенные годы, метания Менделя между семьёй и благополучными родственниками. Отбыв ссылку, Мендель уехал, вернулся, увидел «здешнюю нищету,... двух малых детей, жену, простую таёжную бабу, взял расчёт и опять уехал. Поступил так, как ему родственники советовали»[3, с.269]. Ни нищета, ни тяжелый труд мойщицы вагонов, ни враждебность родственников, ни предложения потенциальных женихов не могут сломить в Ульяне веры в любовь. Любовь Ульяны возвышает её, наполняет жизнь смыслом, силой своего чувства, она борется за Менделя, не высказав ни единого упрёка в его адрес: «Я Менделя люблю. Вернется он ко мне» [3, с .

274]. Свою веру она передает детям. Услышав нелестную оценку в адрес отца от тёти Веры, Тоня сразу бросается защищать свою семью: «Ты нашего Менделя не тронь!» [там же] .

Ульяна выступает в повести символом русского женского начала, в ней сочетается неграмотность «таёжной бабы» и внутренняя чистота.

Автор заворожен её обликом и любуется им на протяжении всего повествования:

«Когда пела, так сладко плакалось. Понимает, скоро дети придут с прогулки, пора умыться да утереться, а все не может остановиться, плачется и поется, поется и плачется. Вдоволь наплачется, и веселей становится…» [3, с.271] .

Ульяна не верит в Бога, но её вера в любовь по своей природе божественна и сходна с любовью Христа к людям – это не плотская, страстная любовь, а любовь ко всему живому, к добру, красоте, Родине. Тоня вбирает в себя это чувство, слыша от матери: «Ой, вы, жаворонки, жавороночки. Летите в поле, несите здоровье. Первое коровье, второе – овечье, третье – человечье. – Они ведь высоко, – говорит Тоня. – Ничего... Они добрые слова сердечком слышат»

[3, с.275]. Образ Ульяны – нравственный идеал, впервые появившийся среди героев Горенштейна, которым ранее автор отказывал в торжестве духа и обретении смысла существования («Зима 53-го», «Место», «Ступени» и др.) .

Любовь Менделя и Ульяны, победив разлуку и неприятие родственников, трагически обрывается. Семейный вечер с пельменями закончился трагедией – утром пришла тётя Вера и сообщила Тоне: «Ваших отца и мать убили» [3, с.314]. В художественном экзистенциальном сознании Горенштейна человек бессилен перед хаосом бытия, и только любовь может на мгновение осветить мир жестокости, зла и насилия и продолжать жить в душе детей, в их памяти .

Вторая часть повести – поиск своего места вне дома. У Тони есть шанс остаться в семье. Смерть Ульяны и Менделя ставит родственников Тони перед выбором, но они не выдерживают испытание человечностью. Горенштейн жесток к человеческому греху, не давая собственных оценок и сохраняя эмоциональное равновесие, автор расставляет акценты на деталях: «Тётя Вера сильно плакала, но когда вышли после прощания и муж её, Никита, начал в который раз говорить: – Надо бы детей к нам взять, родные ведь .

Вера покраснела, нос её заострился, и глаза сами по себе высохли. – Куда 123 взять? Ты мне пятерых смастерил и Менделя ещё двух на меня повесить хочешь. А жить как?» [3, с. 317]. В этом диалоге происходит смена субъекта повествования: угол зрения Тони – тётя Вера [курсив мой – А.Г.], угол зрения автора – Вера. Таким образом, автор перемещает сказанное из пространства содержания в пространство осмысления действия, следуя Бахтину: «Сказовое, изобразительное и осве¬домительное слово должны выработать какое-то новое отношение к своему предмету» [1, с.12].Ответ Веры имеет две смысловые части: объяснение Веры и «приговор» автора. «А жить как?», когда отказываешь в милосердии, в одной из форм духовного самоопределения .

Для автора «суд божеский» важнее «суда человеческого» .

Коренным переломом в судьбе Тони стал осмотр врача: «Дурочка, – сказал очкастый, – тебе прививку сделать надобно, поскольку ты теперь будешь жить не в семье, а в коллективе» [3, с.315]. Для автора жизнь в любящей семье Тони Пейсехман и жизнь в коллективе «советской детдомовки» Тони Зотовой – два цикла бытия, не перетекающих один в другой, между ними пропасть .

Осознания Тоней себя в новом качестве автор воплощает через традиционный для русской литературы образ странника. Ежедневно путь её лежит от школы к камню у дороги, где она подолгу сидит и в каждом прохожем пытается «увидеть женщину, хотя бы похожую на её мать» [3, с. 318]. Тоска и страх вселились в душу девочки: «…по утрам, начало у нее болеть под ложечкой, сосать что-то, давить» [3, с.318]. Желание вновь обрести семью толкает её к ложному выбору. «Однажды пришел в детдом некто Машков. … Тоня подбежала к нему с криком: – Папочка, папочка, ты пришёл за мной!»

[3, с.312]. Попытка вернуться в атмосферу семейного счастья заканчивается неудачей, через месяц Тоню в детский дом вернули. Дети встретили ее криками: «Матерь Божья Курская вернулась» [3, с.322]. Эта параллель с иконой Курской Божьей матери не случайна. Курская икона Богоматери знаменует справедливость и напоминает каждому православному христианину о великом чуде рождения Сына Божьего. Этому образу молятся о семейном счастье .

С 1919 года древнейшая российская святыня странствовала по миру и лишь в 2009 году вернулась в город Курск. Таким образом, слова автора оказались пророческими. Во второй части автор ставит своей задачей не изображение тягот сиротства, как такового, а пытается собрать мир воедино с позиции взрослого человека, пережившего трагедию смерти близких и одиночества .

Путь к себе Тоне Зотовой подсказывает автор: «Минуют необъятные российские годы, пройдут бесконечные российские дни, и опять наступит тот дождливый вечер с пельменями, который переломил Тонину жизнь у самого корня. Но на сей раз вечер перейдет не в ночь, а сразу в рассвет … услышит

Тоня чистый, заоблачный голос, как бы единый голос Ульяны и Менделя:

«Прийди, ближняя моя, прийди, голубица моя» [3, с.322]. И ответит им Тоня словами 107-го псалма из Псалтыри: «Готово сердце мое, Боже, готово» [4] .

124 Таким образом, ранний авторский опыт атеистического экзистенциализма не привёл героев Горенштейна к преодолению страха, отчаяния и одиночества (Ким – «Зима 53-го», Гоша Цвибишев – «Место», Август – «Искупление»

и др.). Без Веры нет возможности прорваться через бездну абсурдности бытия .

Судьба героев повести «Улица Красных Зорь», их путь к себе предполагает веру в Бога (Тоня), а если не в Бога, то в божественное – любовь, добро, Родину (Ульяна). Впервые в финале произведения Горенштейна забрезжил луч надежды .

Литература

1. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. // Бахтин М.М. Собр .

соч.: В 7 т. – М.: Русские словари: Языки славянской культуры, 2002. Т. 6 .

С. 7-300 .

2. Горенштейн Ф. Мой Чехов осени и зимы 1968 года. // [электронный ресурс]. URL: https://www.svoboda.org/a/28635479.html (дата обращения:

27.02.2018)

3. Горенштейн Ф. Перевоплощения: роман, повести. – СПб.; Азбука, 2012. – 608 с .

4. Псалтырь, псалом 107// [Электронный ресурс]. URL: https://www .

molitvoslov.com/text444.htm (дата обращения: 27.02.2018)

–  –  –

АНТИЧНЫЕ РЕМИНИСЦЕНЦИИ

В ТВОРЧЕСТВЕ

МАКСИМИЛИАНА ВОЛОШИНА

Аннотация. В статье представлен анализ декларативных, проявляющиеся на вербальном уровне, и ассоциативно-подтекстовых античных реминисценций из цикла стихотворений «Киммерийские сумерки» Максимилиана Волошина .

Ключевые слова: Максимилиан Волошин, цикл стихотворений, античные реминисценции, вербальный уровень, ассоциативно-подтекстовый уровень, Киммерия, Коктебель .

И мя Максимилиана Волошина не так известно публике, как имена его современников: Марина Цветаева, Иван Бунин, Андрей Белый, Александр Блок. Но, тем не менее, так называемые «популярные» и известные на данный момент поэты отдавали дань творчеству Максимилиана, отмечая в нем и его произведениях нечто уникальное и манящее. Марина Цветаева вспоминала: «Пишу и вижу, голова Зевса на могучих плечах, а на дремучих, невероятного завива кудрях узенький полынный веночек, насущная необходимость, принимаемая дураками за стилизацию, равно как его белый парусиновый балахон...» [1, с. 200]. А. Белый писал о Волошине: «В центре этого орнамента из людей и их интересов видеться мне приветливая фигура Орфея – М. Волошина, способного одушевить и камни, его уже седеющая пышная шевелюра, стянутая цветной повязкой, с посохом в руке, в своеобразном одеянии, являющем смесь Греции со славянством» [1, с. 510]. Многими современниками Волошин так же воспринимался и как «царь Киммерии», как некий синтез античности и современности .

Волошин является автором лучшего сборника стихотворений о Крыме .

Киммерия для поэта была отражением прошлых эпох, именно поэтому он прибегает к античным мотивам в написании стихотворений. Красота Крыма стала для него своеобразной «машиной времени», способной отправить его во времена Гомера. Волошин находит в Крыме осколок сохранившегося античного мира с богатыми культурными и историческими наслоениями, оставшимися от киммерийцев. Поэт считает себя певцом и наследником 126 всего исторического прошлого этого края. Сведения Гомера о том, что северные берега Понта Эвксинского в доисторические времена принадлежали киммерийцам, подтверждались свидетельствами историка Геродота (V в. до н.э.) и географа Страбона, а также новыми археологическими раскопками, которые дали Волошину уверенность в реальности его суждений. Основываясь на фактах поэт переносит античность на пространство своей современной Киммерии, создавая свои собственные мифы, например, о том, что именно здесь находится вход в подземное царство Аида. «Скоро пришли мы к глубокотекущим водам океана, там киммериян печальная область, покрытая влажным туманом и мглой облаков» («Одиссея» перевод В. Жуковского) – эти строчки из «Одиссеи» вдохновляли поэта .

В творчестве Волошина можно проследить два вида отражения мифического: прямые (декларативные), проявляющиеся на вербальном уровне, и ассоциативно-подтекстовые.

Цикл «Киммерийские сумерки» содержит несколько основных смысловых линий:

1. Отражение темы Праматери-земли .

2. Вечный образ скитальца, стремящегося домой – Одиссея .

3. Мифологические топонимы .

4. Упоминание имен богов, героев и титанов .

Данная классификация достаточно условна, так как во многих стихотворениях происходит синтез не только разных смысловых линий, но и видов отражения мифического .

1. Отражение темы Праматери-земли Эта тема появляется в первом же стихотворении цикла «Киммерийские сумерки» – «Полынь»: В гранитах скал – надломленные крылья / Под бременем холмов – изогнутый хребет./ Земли отверженной – застывшие усилья .

/ Уста Праматери, которым слова нет!

Поэт представляет землю, как Праматерь, погруженную в безмолвие и горечь от неспособности высказаться, выразить себя. Лирический герой близок Праматери-земли: он тоже безмолвствует и в страдании припадает к «груди пустыни», называя ее «мать-невольница», он пленен её красотой и навсегда останется ее певцом .

2. Вечный образ скитальца, стремящегося домой – Одиссея .

В стихотворении «Mare internum», есть не только прямое упоминание Одиссеи, но и выражение античных мотивов на ассоциативно-подтекстовом уровне: Люби мой долгий гул, и зыбких взводней змеи,/ И в хорах волн моих напевы Одиссеи .

3. Мифологические топонимы

Поэт объединяет реальные топонимы вместе с мифологическими:

«Я – солнца древний путь от красных скал Тавриза / До тёмных врат, где стал Гераклов град – Кадикс. / Мной круг земли омыт, в меня впадает Стикс,/ И струйный столб огня на мне сверкает сизо» («Mare internum») Волошин ограничивает морское пространство двумя реальными города- 127 ми и вводит мифологему «Стикс», обозначающую в греческой мифологии олицетворение первобытного ужаса и мрака, из которых возникли первые живые существа, и персонификация одноимённой мифической реки Стикс, находящейся в царстве Аида. Поэт переносит легенду на реальную основу, связывает земной мир с потусторонним .

3. Упоминание имен богов Влачился день по выжженным лугам / Струился зной. Хребтов синели стены. / Шли облака, взметая клочья пены / На горный кряж. (Доступный чьим ногам?) / Чей голос с гор звенел сквозь знойный гам / Цикад и ос? Кто мыслил перемены? Кто, с узкой грудью, с профилем гиены, Лик обращал навстречу вечерам? (Сехмет) .

Для античности характерно олицетворение и одушевление природы и ее явлений, этот прием использует Волошин в своих стихотворениях, в том числе и в стихотворении «Сехмет» – в древнеегипетской мифологии это богиня войны и палящего солнца, грозное око бога Солнца Ра. Солнце для Волошина предстало в облике богини, ожило. В самом стихотворении можно также заметить и ассоциативно-подтекстовое отражение мифа: «Кто, с узкой грудью, с профилем гиены, Лик обращал навстречу вечерам?». Сехмет изображалась в виде женщины с головой льва .

«Столбы снегов, и гроздьями глициний / Свисают вниз… Зной глуше и тусклей. / А по степям несётся бег коней, /Как тёмный лёт разгневанных Эринний. / И сбросил Гнев тяжёлый гром с плеча,/ И, ярость вод на долы расточа, / Отходит прочь. Равнины медно-буры./ В морях зари чернеет кровь богов. И дымные встают меж облаков / Сыны огня и сумрака — Ассуры»

(«Облако») .

В данном стихотворении происходит синтез двух культур - греческой и индийской. Эринии – это богини мести, преследующие преступника, насылая на него безумие, а ассуры в древнеиндийской мифологии змееголовые духи, высшие демоны, противостоящие богам. Они отличаются злобностью и коварством. В переводе «асура» означает «облако» .

Ассоциативно-подтекстные отражения мифического в поэзии М. Волошина проявляются как аллюзии, то есть как намеки и отсылки, появляющиеся в описании, в приметах и деталях сюжета, понимание которых основано на определенном уровне знаний .

«Здесь был священный лес. Божественный гонец / Ногой крылатою касался сих прогалин./ На месте городов ни камней, ни развалин./ По склонам бронзовым ползут стада овец». «Божественный гонец» – это отсылка к богу Гермесу .



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |



Похожие работы:

«205 commissariat. Было выявлено, что при переводе реалий с русского на английский чаще всего использовался прием описания (64 % соответствий), в то время как в переводе на французский переводчик предпочитал использоват...»

«№12, том 26. 2011 D = 16 1,4 ISSN 2074-0212 1,2 0,8 0,6 0,4 0,2 t, мин C_мак C_ср C_мин ISSN 2074-0948 International Edition in English: Butlerov Communications Полная исследовательская публикация Тематический раздел: Биохимия культур растений. Регистрационный код публикации: 11-26-12-16 Подраздел: Орга...»

«ПРАВИЛА ПРОВЕДЕНИЯ ФОТОКОНКУРСА "Уральская фотоохота, первый трофейный форум"1.ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 1.1. Настоящие правила (далее по тексту Правила) определяют порядок организации и проведения фотоконкурса "Уральская фотоохота, первый трофейный форум" (далее -Фотоконкурс).1.2. Настоящие Правила определя...»

«Ахмет Байтурсынов атындаы останай мемлекеттік университеті Костанайский государственный университет имени Ахмета Байтурсынова "Иннова 2016" атты халыаралы ылыми-дістемелік конференциясыны МАТЕРИАЛДАРЫ МА...»

«АДМИНИСТРАЦИЯ ГОРОДА ПЕРМИ ПРИКАЗ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ КОМИТЕТА ПО ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЕ И СПОРТУ 24.05.2018 № СЭД-059-15-01-03-94 Ъ присвоении и подтверждении ' спортивного разряда В соответствии с Федеральным законом от 04.12.2007 № 329-ФЗ "О физической культуре и спорте в Российской Федерации", Положением о Единой всероссийской спортивной классифик...»

«МОУ Туношёнская средняя общеобразовательная школа имени Героя России Селезнева АА Начальная ступень общего образования: В 2011-2012 учебном году в 1-4 классах обучаются 137 учеников. 1 "А" класс обучается по ОС "Школа 2100". О...»

«С.А. Козловский, А.Ю. Корольков, Медейко В.В. Культурное наследие и общественное достояние Произведения литературы, науки и искусства, переходящие в Российской Федерации в режим общественного достояния с 1 января 2019 год...»

«A-33 // V.2017 АРГЕНТИНА ПЛЕНИТ И МАНИТ-Тур "ЧУДЕСА СЕВЕРА АРГЕНТИНЫ" Буэнос-Айрес-Игуасу-Сальта-10дней/9ночей ~1~ АРГЕНТИНА ПЛЕНИТ И МАНИТ АВТОРСКИЙ ТУР "ЧУДЕСА СЕВЕРА АРГЕНТИНЫ" (А-33) 10 дней / 9 ночей Буэнос-Айрес – 4 ночи / водопады Игуасу – 2 ночи / Сальта 2 ночи...»

«Влияние инициатив в сфере культуры на развитие местных сообществ: обзор зарубежных публикаций Алексей Кузьмин, Компания "Процесс Консалтинг" Елена Коновалова, Благотворительный фонд Елены и Геннадия Тимченко Введение Мировой и российский опыт свидетельствует о то...»

«1. Общая трудоемкость дисциплины 4 зачетных единицы (36 аудиторных часов, 108 часов самостоятельной работы студента).2. Место дисциплины в программе Курс "Богословская герменевтика" является базовым курсом магистратуры, в котором р...»

«ПАРЛАМЕНТСКИЕ СЛУШАНИЯ О реализации Стратегии государственной культурной политики на период до 2030 года: региональный аспект 9 декабря 2016 г. МОНИТОРИНГ СМИ ПРЕСС-СЛУЖБА СОВЕТА ФЕДЕРАЦИИ Культурное развитие регионов можно было бы выделить в особый раздел действующей федераль...»

«192 ЭСТЕТИКА И ФИЛОСОФИЯ КУЛЬТУРЫ 3. Ёмота Инухико. Теория каваий / пер. с яп., вступ. ст. А. Беляева. М., 2018.4. Исихара Соитиро, Обата Кадзуюки, Канно Каёко. Привлекательный мир "каваий" // Ниппония. 2007. № 40. С. 4–9.5. Ушакин С. "На...»

«УДК 351.85:008 ББК 71 РЕГИОНАЛЬНАЯ КУЛЬТУРНАЯ ПОЛИТИКА КАК ОБЛАСТЬ ПРОЕКТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (НА ПРИМЕРЕ ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ) Скульмовская Л.Г., доктор социологических наук, профессор, профессор кафедры социально-культурной деятельности, культурологии и социологии г. Тюмень, Россия skolimovska@mail.ru, Лазовска...»

«17 октября 2017г. Московский семинар подготовки кадров комплексного развития и организации работы по туристско-краеведческой направленности образовательных организаций межрайонных советов директоров образовательных организаций города Москвы Программа семинара Нормативно документальная база для выпуска гру...»

«ОДОБРЕНА Научно-методическим центром И. Г. для Методического кабинета по учебным заведениям искусств и культуры Комитета по культуре г. Москвы Ю. Ю . Стржелинский, преподаватель дМШ имени А. С. даргомыжского...»

«КЕБИНА Наталья Анатольевна СМЫСЛООБРАЗУЮЩИЕ ОСНОВЫ ФОРМИРОВАНИЯ И САМОРЕАЛИЗАЦИИ ЛИЧНОСТИ Специальность 09. 00.11 социальная философия АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени доктора философских наук Москва-2004 Работа выполнена на кафедре социальной и политической философии Московского...»

«Воспитание культурно-гигиенических навыков у дошкольников (по возрастам). Навык – автоматизированный компонент сознательного действия, возникающий в результате многократного повторения. Другими словами, навык не сразу становится автом...»

«Georgia Грузия Отдых в Грузии станет для Вас исключительным путешествием. Это страна древней культуры и многовековых традиций гостеприимства. Слово "гость" для грузина имеет особенное значение, поэтому поехать в Грузию просто необходимо, если вы устали от городской суеты. Радушие и многообразие видов...»

«1. Цели и задачи • популяризация спортивного плавания в Свердловской области;• пропаганда здорового образа жизни и достижений пловцов ветеранов;• совершенствование спортивного мастерства пловцов-ветеранов;• выявление сильнейших пловцо...»

«УДК 316.75:347.471 https://doi.org/10.24158/fik.2018.8.10 Бектанова Айгуль Карибаевна Bektanova Aigul Karibaevna кандидат политических наук, доцент кафедры PhD in Political Science, философии и социально-политических наук Associate Professor, Кыргызско-Российского Славянского университета Department of Philosophy, имени пер...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.