WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

«УДК 316.2 DOI 10.25688/2223-6872.2019.30.2.07 СОЦИАЛЬНЫЕ РИСКИ СОВРЕМЕННОСТИ И УГРОЗЫ ИДЕНТИЧНОСТИ: СИСТЕМНЫЙ АНАЛИЗ КОНЦЕПЦИИ КУЛЬТУРНОЙ ТРАВМЫ П. ШТОМПКИ О. А. Добрина, НГПУ, Новосибирск, ...»

СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

УДК 316.2

DOI 10.25688/2223-6872.2019.30.2.07

СОЦИАЛЬНЫЕ РИСКИ СОВРЕМЕННОСТИ И УГРОЗЫ

ИДЕНТИЧНОСТИ: СИСТЕМНЫЙ АНАЛИЗ КОНЦЕПЦИИ

КУЛЬТУРНОЙ ТРАВМЫ П. ШТОМПКИ

О. А. Добрина,

НГПУ, Новосибирск,

dobrina-o@mail.ru

Цель статьи — обобщить, систематизировать и уточнить представленные в научной литературе теоретические подходы к анализу концепции «культурная травма» в теории Петра Штомпки, провести системный анализ и поиск индикаторов для эмпирической операционализации этого понятия. Культурная травма исследуется как одна из значимых угроз идентичности в среде высокого социального риска .

Рассмотрено влияние среды социального риска на возникновение травматических событий в со­ циальной культуре. Культурная травма вызывается социальным изменением, осуществляемым в условиях высокого социального риска, поскольку оно порождается социальной активностью различных социальных групп, которые руководствуются разными интересами. Данные риски могут относиться к области межличностных взаимодействий, информационных и групповых процессов, межгрупповой координации или целеполагания. Осуществляемые социальные изменения становятся травматическими событиями, если являются внезапными, масштабными и разрушающими привычный социальный порядок и парализующими созидательную активность социального субъекта .

Культурная травма представляет собой угрозу личностной, социальной и культурной идентичности, деформируя представления человека или группы о самих себе, о непрерывности жизненного пути и смысле исторического пути сообщества .

Представлено теоретическое обоснование того факта, что разные группы отличаются по степени восприимчивости к культурной травме. Выявлены и логически обоснованы показатели социальной травматизации, объединенные в четыре группы факторов: социально­демографическую, социально­ психологическую, социально­культурную и социально­политическую .

Выявленная в теоретическом анализе социологическая интерпретация феномена культурной травмы может оказаться полезной при объяснении многих проблем в жизни различных социальных групп .

Ключевые слова: социальный риск; угроза идентичности; культурная травма; системный анализ;

эмпирическая интерпретация .

Для цитирования: Добрина О. А. Социальные риски современности и угрозы идентичности:

системный анализ концепции культурной травмы П. Штомпки // Системная психология и социология .

2019. № 2 (30). С. 77–87. DOI: 10.25688/2223­6872.2019.30.2.07 Добрина Ольга Александровна, кандидат социологических наук, доцент кафедры социальной психологии и виктимологии Новосибирского государственного педагогического университета, Новосибирск .

Е­mail: dobrina-o@mail.ru

–  –  –

This paper purposes to generalize, systematize and clarify scientific literature theoretical approaches to the analysis of the concept of «cultural trauma» in Piotr Sztompka’s theory to perform a system analysis and search for indicators for the empirical operationalization of this concept. Cultural trauma is considered as one of the main threats to identity in high social risk environment .

The article examines the influence of social risk environment on the occurrence of traumatic events in social culture .





Cultural trauma is caused by social change, carried out in conditions of high social risk, as it is generated by the social activity of different social groups, which are guided by different interests. These risks may relate to interpersonal interactions, information and group processes, inter­group coordination or goal setting. Implemented social changes become traumatic events if they are sudden, large­scale and destabilizing to the usual social order and paralyze the creative activity of the social subject .

Cultural trauma threatens to personal, social and cultural identity, distorting a person’s or group’s perceptions of themselves, the continuity of life and the meaning of the historical path of the community .

The theoretical substantiation of the fact that different groups differ in the degree of susceptibility to cultural trauma is presented in the paper. The article identified and logically justified indicators of social traumatization, united in four groups of factors: socio­demographic, socio­psychological, socio­cultural and socio­political factors .

Identified in the theoretical analysis of sociological interpretation of the cultural trauma phenomenon may be helpful in clarifying many of scientific problems in the life of various social parts of contemporary Russian society .

Keywords: social risk; threats to identity; cultural trauma; system analysis; empirical interpretation .

For citation: Dobrina O. A. Social Risks of Modernity and the Threats to Identity: Systematic Analysis of P. Sztompka’s Concept of Cultural Trauma // Systems Psychology and Sociology. 2019. № 2 (30) .

P. 77–87. DOI: 10.25688/2223­6872.2019.30.2.07 Dobrina Olga Aleksandrovna, PhD in Sociology, associate professor at the Department of Social Psychology and Victimology of the Novosibirsk State Pedagogical University, Novosibirsk, Russia .

Е­mail: dobrina-o@mail.ru .

–  –  –

индикаторов культурного травмирования. По- в более широкую систему понятий социолоставленная задача может открыть широкое поле гии повседневности и общественного доверия2 перед прикладными исследователями в аспекте в синхроническом поле и восходит к теории поиска релевантных и сопоставимых данных аномии Эмиля Дюркгейма3 в диахроническом с последующей их систематизацией, трансля- аспекте .

цией широкой общественности и использова- Стремительное проникновение термина нием в качестве научной основы для приня- «травма» из области медицины, психиатрии тия управленческих решений и построения и психоанализа в социальные науки и после­ социальных проектов и программ. дующая концептуализация связаны с ее Однако эта задача осложняется следую- чрезвычайно обширным объяснительным щими особенностями объекта исследования. потенциалом. Множество коннотаций и выВо­первых, медицинское «прошлое» понятия сокая степень эмоциональной нагруженности травмы влечет за собой не только широкий делают это понятие объясняющим намного спектр медицинской терминологии, но и пред- более широкий спектр социальных проблем полагает перенос механизма «излечения», и дисфункциональных последствий человечетогда как переживание травмы социальными ской активности, чем мыслилось изначально .

группами должно существенно отличаться На сегодняшний день понятие «культурот этого процесса у индивидов. Во­вторых, ная травма» является мультидисциплинарным «понятность» термина на уровне обыденного и интенсивно используется и анализируется сознания привносит в научный оборот тради- как российскими, так и зарубежными учеными .

цию его бытовых толкований. В­третьих, эмо- В философии и культурологии рассмациональная нагруженность коннотативного триваются мировоззренческие и методологиряда затрудняет собственно социологический ческие аспекты культурной травмы [3; 4–9;

анализ концепта культурной травмы. 11; 12]. В социальной психологии данный Однако это не снижает значимости задачи концепт используется при анализе национальразработки методологических и методико­про- ной идентичности современного российского цедурных аспектов понятия, необходимого студенчества [13], для изучения ожиданий, для проведения корректных и сопоставимых верований и убеждений жертв природных эмпирических исследований в области социо­ и социальных катастроф [14; 17; 21], при изу­ логии травмы, а также поиска социальных чении Интернета как пространства построемеханизмов ее предупреждения и снижения ния идентичности [23] .

риска негативных ее последствий. В области новейшей истории понятие В статье теоретическая интерпретация «культурная травма» применяется при изучеисследуемого понятия будет осуществляться нии ментальных и социально­психологичев следующих измерениях: социальные риски, ских последствий психотравмирующих истоприводящие к культурной травме; угрозы рических событий [1; 15; 16; 18; 22; 24; 25; 26], идентичности, возникающие вследствие куль- при объяснении истории взаимоотношений турной травмы; эмпирическая интерпретация церковной и государственной власти [7] .

понятия «культурная травма». В социологии культурная травма исследуется в теоретическом и общеметодологическом аспектах [2; 19; 20], однако подобный Социальные риски культурной травмы анализ не исчерпывает всех эмпирических возможностей этого понятия .

Теоретическая разработка в социологии В основе понятия «культурная травпонятия «культурная травма» принадлежит ма» лежит социальное изменение, которое перу современного польского социолога Петра Штомпки (р. 1944) 1. Оно введено Sztompka P. Trust: A Sociological Theory .

–  –  –

однозначно связано с выбором и сопутст­ конкуренция, моббинг, конфликты и пр., снивующим ему риском. Если в классической жающие сплоченность и эффективность деяв терминологии П. Штомпки — прогрессист­ тельности группы. Во вторую группу можно ской) теории социальных изменений послед­ включить информационно­ресурсные риски:

ние рассматривались как управляемые ограниченность доступа к достаточной и дои целенаправленно ведущие человечество стоверной информации, порождающая циркупо ступеням исторического прогресса, то пост­ ляцию слухов, сплетен, формирование негапрогрессисткая парадигма трактует общест­ тивных стереотипов, распространение паники .

венные трансформации как неопределенные, К третьей группе целесообразно отнести ринепредсказуемые следствия производной ски групповых процессов: актуальный этап от многочисленных решений, принимаемых в развитии группы (формирование, функцио­ движимыми различными мотивами акторами нирование, изменение структуры или цели, (участниками социального взаимодействия). стагнация, распад и т. п.), требующий гибкого Подобное понимание социальных изменений и адекватного ситуации управления. В четШтомпка основывает на нижеследующих вертой — это риски координации: эффективпостулатах. ные сети взаимодействия группы с внешним Активной движущей силой изменений яв- для нее социальным окружением .

ляются коллективные агентства — действую- И, наконец, особую группу составляют щие коллективы людей (нации, классы, про- риски целеполагания: трудности в выборе софессиональные группы, социальные движения циально одобряемой цели в условиях отсутст­ и т. п.). Негативный опыт предшествующих вия разделяемого всеми ценностно­нормативсоциальных изменений оказывает парали­ ного регулирования .

зующее влияние на последующую активность Эти группы рисков порождают возможагентства. Социальные изменения оказывают ности возникновения и остроту переживания неравномерное влияние на разные кластеры травматических событий, к которым могут действующей социальной группы. быть отнесены радикальные изменения в экоОсновными характеристиками социаль­ номической сфере (кризисы рынка или финых изменений являются скорость, темп нансовой системы, экономические реформы, и ритм, предполагающий чередование резких коллективизация, приватизация и т. п.); в поскачков и периодов относительного замед- литической (войны, революции, государственления. Разные сферы общественной жизни ные перевороты, геноцид или депортация отличаются по темпам социальных измене- отдельных групп, оккупация, колонизация);

ний. Особой инерционностью обладает сфера в духовной (религиозная реформация, аксикультуры, под которой понимаются ценности, ологическая переоценка прошлого и т. п.);

убеждения, нормы и выражающие их симво- природные и техногенные катастрофы. Травлы, выполняющие функции структурирования матические события отличаются внезапноопыта и нормативного регулирования пове- стью, непредсказуемостью, масштабностью дения представителей данной социальной и глубиной разрушительного проникновения общности. Источником культурной травмы в сложившийся социальный и культурный могут быть резкие и неожиданные социаль- порядок жизни общества .

ные изменения, парализующие способность Таким образом, вызывающее травматиагентов культуры к активной созидательной ческие последствия социальное изменение деятельности .

осуществляется в области высокого риска, Предпринятый в данной статье систем- поскольку оно представляет собой произный анализ концепта позволяет выделить водную взаимодействий разных социальных следующие группы рисков, способствую- групп, которые руководствуются различными, щих возникновению коллективной куль- а зачастую пересекающимися интересами, чьи турной травмы. Первую группу составляют действия могут усиливать, ослаблять или дериски деструктивных межличностных взаимо­ формировать друг друга. Риски могут лежать действий в активной социальной группе: в области межличностных взаимодействий, С о ц и ол о г и ч е с к и е и с с л е д о ва н и я информационных и групповых процессов, К перечисленным Штомпкой иллюстрамежгрупповой координации или целеполага- циям можно добавить состояние аномии как ния. Порождаемые ими социальные изменения статуса общественного сознания в условиях, становятся травматическими событиями, если когда старая и привычная всем система ценнохарактеризуются внезапностью, масштабно- стей уже отжила, а новая еще не сформировастью и деструктивностью, разрушая привыч- лась, результатом чего становится размывание ный социальный порядок и парализуя созида- границ нормативно одобряемого поведения тельную активность социального субъекта. и, как следствие, рост и изменение характера девиантных поступков. Но и на этом типологизация культурных травм не может счиКультурная травма таться завершенной, она может дополняться как угроза идентичности или реструктурироваться в ходе теоретического осмысления новых эмпирических фактов .

Культурная травма может быть интер- Штомпка выделяет три аспекта воздейст­ претирована как угроза идентичности в силу вия культурной травмы в социальном измеследующих соображений. Травматические рении: биологический, социально­струксобытия приводят к разрушению привыч- турный и уровень воздействия на культуру .

ного жизненного мира человека, искажают Биологический (демографический) уровень его мировосприятие, снижают социальную проявляется в снижении рождаемости, росте активность, деформируют систему ценно- числа физических и психических отклонений .

стей и норм. Рассматривая вопрос о переходе Уровень социальной структуры отражается травматических событий в культурную трав- в разрушении сложившейся системы социаль­ му, П. Штомпка приводит следующие иллюст­ ных и организационно­иерархических свярации, признавая, что их перечень не является зей, проявлениях анархии на разных уровнях исчерпывающим. Культурная травма репре- власти, распаде традиционных и привычных зентируется как переоценка исторического социальных институтов. Штомпка считает опыта, интерпретация значительного собы- воздействия на культуру наиболее глубоким, тия прошлого в ключе, противоположном поскольку ввиду инерционности культурной базовым ценностям культуры в настоящем: сферы она сохраняется в коллективной памяпоражение в войне, разрушение империи, ти дольше других и передается от поколения осознание неискуп ленных грехов нации к поколению. Можно добавить также уникальпримерами могут служить Холокост в Евро- ную возможность культуры транслировать пе или история рабства в Америке). Культур- травмы в художественном творчестве. Штомпная травма интерпретируется как культурный ка называет ее «культурно интерпретируемой конфликт, столкновение ценностей и норм раной на ткани культуры»4. В этом аспекте представителей определенного этноса с иной культурная травма затрагивает глубинный культурной средой, в которой они оказались пласт ценностей, смыслов и символов, раздевследствие вынужденного территориально- ляемых всеми членами сообщества .

го перемещения (миграции или депортации) Представляется, что к данным трем выдеили экспансии (колонизации). Культурная ленным Штомпкой измерениям целесообразтравма представляет собой культурное от- но добавить четвертую «мишень» культурной ставание, обусловленное несинхронностью травмы — разрушающее воздействие на иденизменений в различных ее сегментах: несоот­ тичность. В таком контексте представляется ветствие институционализированных сфер возможным интерпретировать культурную экономики и права, недостаточная культур- травму как угрозу идентичности, понимаеная интериоризация новых научных открытий мой как тождественность человека или социу­ и технологических изобретений. И, наконец, ма самим себе, непрерывности прошлого, еще одна разновидность культурной травмы — это раскрытие новых фактов или интер­ Штомпка П. Социальное изменение как претация их в ином освещении. травма. С. 7 .

СИСТЕМНАЯ ПСИХОЛОГИЯ И СОЦИОЛОГИЯ, 2019, № 2 (30) настоящего и планируемого будущего, риск Степень и глубина разрушительного утраты чувства согласованности и смысла воздействия культурной травмы, а также исторического пути сообщества и жизненного продолжительность ее переживания зависит пути человека в нем. от социально оцениваемой значимости разруУгроза личностной идентичности как шенного травмой жизненного мира, глубины согласованной системе межличностных и со- укорененности ценностей, норм и традиций, циальных ролей, интегрирующей прошлое, определяющих возможность и желательность настоящее и планы на будущее и проявляю- его сохранения или восстановления .

щейся в относительно определенном ответе на вопрос «Кто Я?», выражается в таких Эмпирическая интерпретация социальных фактах, как увеличение числа процесса культурной травматизации самоубийств и различных видов самоповреждающего поведения (девальвация ценности человеческой жизни); распространение сур- Наименее разработанной в современной рогатного материнства и отказа от детей (сни- социологии является эмпирическая интер­ жение значимости материнства и родственных претация понятия культурной травмы, что связей, личностной ответственности); хирур- затрудняет системный анализ исследуемого гическое изменение пола (разрушение гендер- социального факта и разработку социальных ной определенности) и т. п. механизмов его предупреждения. П. ШтомпУгроза социальной идентичности про- ка постулирует разную степень восприимчиявляется в снижении уровня гражданской от­ вости отдельных социальных групп к кульветственности, политической созидательности, турным травмам и предполагает наличие социальной фрустрированности, профессио- центральных групп, наиболее подверженных нальной дезориентированности, социального травматическому воздействию .

В качестве эскапизма и пр. Угроза культурной идентично- факторов, формирующих способность прости, понимаемой как осознание человеком при- тивостоять культурным травмам, он выденадлежности к определенной культуре, готов- ляет обладание ресурсами культурного и со­ ность и способность воспринимать, создавать циального капитала. Главным из них ученый и транслировать культурные образцы, задевает считает образование, которое формирует глубинное ядро идентичности — ценности, эффективные навыки активного совладания убеждения, верования и выражающие их сим- с культурными травмами. Логически это вполволы. Коллективное переживание травмы транс- не объяснимо, поскольку полученное образолируется средствами культуры как утрата сооб- вание предполагает способность и готовность ществом собственной идентичности, как разрыв к повышению квалификации, профессиональнепрерывности пространственно­временного ной переподготовке, создает благоприятные континуума, как потеря связи культурных исто- условия для успешной профессиональной, ков и ценностно окрашенного образа будущего. а знание иностранных языков и для территоТаким образом, концепт «культурная трав- риальной мобильности. Это теоретическое ма» понимается как состояние, которое пере- предположение на сегодняшний день нашло живается социальной группой или общностью эмпирическое подтверждение: в исследовании вследствие внезапно возникающих травмати- Т. П. Емельяновой5 установлено, что выраженческих событий, приводящих к деформации ность социальной фрустрированности (предили разрушению ментальных и нравственных полагаемой в качестве индикатора степени основ привычного жизненного мира лично- воздействия культурной травмы) в группах сти и социальной общности. Она интерпрети­ интеллигенции и студентов оказалась ниже, руется как угроза биологическому (демо­ гра фическому) равновесию, социальному Емельянова Т. П. Культурная травма: со­ порядку, ценностно­нормативным основаниям циально­психологические аспекты // Материалы культуры, личностной и социальной идентич- итоговой научной конференции Института психоности. логии РАН. М.: ИП РАН. 2008. С. 78–88 .

С о ц и ол о г и ч е с к и е и с с л е д о ва н и я чем у рабочих, неработающих пенсионеров единство с группой, социальные представлеи безработных. Правда, нет указаний на то, ния, сформированность идентичности .

контролировался ли в проведенном исследо- Социально­политический фактор может вании возрастной фактор, который мог внести быть сконструирован через проявления свою «нагрузку» в статистику результатов. конкретных значений показателей социальной В качестве других условий лучшего совла­ солидарности, социального равенства, доведания с травмой Штомпка называет толе­ рия к власти, социальной поддержки, интеграрантность и релятивизм; социальную укоре- ции социальных институтов .

ненность (наличие широкой сети семейных Социально­культурный фактор культури дружеских связей, способной оказать эмо- ной травматизации может быть представлен циональную поддержку); а также богатство следующими показателями: национальные и власть, выполняющих функцию своеобраз- традиции, образ культуры, толерантность, ных социальных буферов, смягчающих удары культурный релятивизм (см. табл. 1) .

травматических событий. Данная система эмпирических индикаБезусловно, этот список также нельзя торов представляется перспективной базой считать полным, однако предпринятый тео­ для проведения конкретных социологических ретический анализ концепта культурной исследований в области изучения культурной травмы Штомпки может служить основой травмы, возможностей ее прогнозирования, для построения системы понятий, их эмпи- предупреждения ее последствий в социально рической интерпретации и осуществить оче- виктимных группах и управления социальныредной методико­процедурный шаг к после­ ми изменениями .

дующей операционализации выявленных Таким образом, в теории культурной травиндикаторов. Методологической аналогией мы П. Штомпка теоретически обосновывает для интеграции эмпирических показателей разную степень чувствительности социальв единую концептуальную модель являет- ных групп к ее воздействию. Отдельные его ся подход, предложенный в монографии утверждения нашли эмпирическое подтвержБ. Н. Рыжова «Системная психология» [10]. дение. Однако эмпирический поиск на сегодВ рамках системологического подхо- няшний день представляется недостаточным, да в эмпирическом исследовании культурной фрагментарным и в некоторой степени слутравматизации должны контролироваться чайным. Предлагаемая эмпирическая интерследующие уровни социальной системы и ре- претация может способствовать преодолению презентирующие их показатели: социально­ разрыва между теоретической и прикладной демографический, социально­психологический, социологией в области изучения культурной социально­политический и социально­культур- травмы .

ный. Это позволит построить системную модель исследования воздействия культурной травмы Заключение на различные социальные группы .

Социально­демографический фактор может быть представлен такими релевантными Культурная травма вызывается социальизучаемой проблеме показателями, как воз- ными изменениями, осуществляемыми в услораст, уровень образования, семейное поло- виях высокого социального риска, поскольку жение, место жительства, профессиональная они порождаются социальной активностью востребованность, занятость или самозаня­ различных социальных групп, которые рукотость. Каждый из них вносит свой вклад водствуются различными интересами. Данные в проявление восприимчивости социальной риски могут относиться к области межличгруппой воздействия культурной травмы. ностных взаимодействий, информационных Социально­психологический фактор пред­ и групповых процессов, межгрупповой положительно включает следующие пока­ координации или целеполагания. Осуществ­ затели: социальная активность, социальная ляемые социальные изменения становятся адаптивность, ценностно­ориентационное травматическими событиями, если являются СИСТЕМНАЯ ПСИХОЛОГИЯ И СОЦИОЛОГИЯ, 2019, № 2 (30)

–  –  –

внезапными, масштабными и разрушающими социально­демографический, социально­ привычный социальный порядок и парали­ психологический, социально­культурный зующими созидательную активность социаль- и социально­политический .

ного субъекта. Разработанная концептуальная модель Культурная травма представляет собой культурной травмы и репрезентирующая угрозу личностной, социальной и культурной ее система эмпирических индикаторов может идентичности, деформируя представления стать методологической основой для проведечеловека или группы о самих себе, о непре- ния конкретных социологических исследоварывности жизненного пути и смысле истори- ний в области изучения культурной травмы, ческого пути сообщества. преодоления разрыва между теоретической Разные группы отличаются разной степе- и прикладной социологией в обозначенном нью восприимчивости к культурной травме. проблемном поле, выявления групп риска В статье выявлены и логически обоснова- культурной травматизации и предупреждения ны показатели социальной травматизации, негативных последствий социальных измеобъединенные в четыре группы факторов: нений .

Литература

1. Атанесян А. В. Культура памяти и некоторые модели памяти о геноциде армян в современном армянском обществе // Историческая и социально­образовательная мысль. 2016. Т. 8. № 4–1. С. 46–54 .

2. Белова И. С. «Ослабленное мышление» — метафизическая травма современной культуры:

по мотивам Джанни Ваттимо // Труды Санкт­Петербургского государственного института культуры .

2015. Т. 206. С. 244–253 .

3. Гукова А. В. Современный цинизм как форма критически­рефлексивного мировоззрения // Вестник Томского государственного университета. Философия. Социология. Политология. 2018. № 44 .

С. 5–10 .

4. Дудинец В. В., Артеменко Н. А. Культурная травма Германии в диспуте Карла Ясперса и Мартина Хайдеггера // Studia Culturae. 2018. № 36. С. 31–43 .

5. Кожин О. В. Культурно­ценностные основания рисков современного российского социума // Цивилизация – Общество – Человек. 2016. Т. 1. № 2–3–02–03. С. 24–26 .

6. Лапин Н. И. Пути социологии к проблеме сложности современной трансформации российского общества // Личность. Культура. Общество. 2018. Т. 20. № 1–2 (97–980). С. 55–67 .

7. Логунова Л. Ю., Рычков В. А. Противоречия исторической и социальной памяти во взаимоотношениях церкви и государства // Вестник Томского государственного университета. Философия .

Социология. Политология. 2017. № 38. С. 186–199 .

8. Пименова Н. Н. Современная философская позиция по вопросу механизмов социокультурных изменений // Сибирский антропологический журнал. 2018. Т. 2. С. 47–69 .

9. Рахаев Дж. Я. Воспроизведение травмы: осмысление депортации в профессиональной культуре репрессированных народов Северного Кавказа (на примере балкарцев и карачаевцев) // Русский травелог XVIII–XX веков. Новосибирск: НГПУ. 2015. С. 542–562 .

10. Рыжов Б. Н. Системная психология. 2­е изд. М.: Т8 Издательские Технологии, 2017. 356 с .

11. Сенкевич А. В. Страдание человека и страдание мира: светская философия о решении пробле­ мы // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2014. № 3 (88). С. 13–16 .

12. Тынянова О. Н. Кризис культуры как культура кризиса? Производство пространств и пере­ производство окрестностей // Пространство и время. 2018. № 1–2 (31–32). С. 10–15 .

13. Юшкова Л. А. Представления современной молодежи о России и Америке: сравнительный анализ результатов исследований 1995, 1996, 1998 и 2015 гг. // Сибирский педагогический журнал. 2016 .

№ 6. С. 73–78 .

14. Casper M. J., Wertheimer E. Critical Trauma Studies: Understanding Violence, Conflict and Memory in everyday Life. New York: New York University Press. 2016. 293 pp .

15. De Medeiros K., Ermoshkina P., Rubinstein R. The Role of Relevancy and Social Suffering in «Generativity» among Older Post­Soviet Women Immigrants // Gerontologist. 2015. T. 55. № 4 .

P. 526–536 .

СИСТЕМНАЯ ПСИХОЛОГИЯ И СОЦИОЛОГИЯ, 2019, № 2 (30)

16. Estevez-Saa M., Pereira-Ares N. Trauma and Transculturalism in Contemporary Fictional Memories of 9/11 // Critique. 2016. T. 57. № 3. P. 268–278 .

17. Garifiatulina N. Kh., Rachipa A. V., Vorobyev G. A., Kasyanov V. V., Chapurko T. M., Pavlenko I. I., Samygin S. I. Socio­political Changes as a Socio­cultural Trauma for the Social Health of Russian Youth // Modern Journal of Language Teaching Methods. 2018. T. 8. № 5. P. 602–609 .

18. Garagozov R. Painful Collective Memory: Measuring Collective Memory Affect in the Carabakh Conflict // Peace and Conflict. 2016. T. 22. № 1. P. 28–35 .

19. Karabulatova I., Patieva M., Seidina M., Podkopaeva A., Kushnirenko V., Nivazova G. Tolerance/ Intolerance Problems in the Repressed Caucasians Ethno­Trauma Transformation // Man in India. 2017. T. 97 .

№ 23. P. 95–103 .

20. Kravccenko S. A. The Becoming Complex Socium: Social and Cultural Trauma // Facing an Unequal World: Challenges for Russian Sociology. Papers of Russian Sociologists for the XVIII ISA World Congress of Sociology. Editor­in­Chief V. Mansurov. 2014. P. 53–55 .

21. Nalipay M., Bernardo A., B., I., Mordeno I. G. Social Complexity Beliefs Predict Posttraumatic Growth in Survivors of a Natural Disaster // Psychological Trauma: Theory, research, Practice, and Policy. 2016 .

T. 8. № 5. P. 559–567 .

22. Osipov G., Karabulatova I., Shafranov-Kutsev G., Kononova L., Akhmetova B., Loskutova E., Nivazova G. Ethnic Trauma and its Echo in Today’s Mental Picture of the World among the Peoples of the Post­Soviet States: an Interethnic Conflicting Discourse Infolding in Russia’s Ethnolinguistic Information Space // Central Asia and Caucasus. 2016. T. 17. № 2. P. 87–94 .

23. Platonova R. I., Shkurko N. S., Stepanov P. A., Lukina T. N., Antonova V. N., Ivanov A. K., Okhlopkova D. K. The Internet as Identity Construction space // Modern Journal of Language Teaching Methods. 2018. T. 8. № 6. P. 66–73 .

24. Rozhdestvenskaya E., Semenova V., Tartakovskaya I., Kosela K. Collective Memories in War .

London, 2016. 196 p. (Studies in European Sociology.)

25. Ten Dam C. How to Feud and Rebel: 2. Histories, Cultures and Grivances of Chechens and Albanians // Iran and the Caucasus. 2015. Т. 15. № 1–2. P. 234–273 .

26. Yair G. Israeli Existential Anxiety: Cultural Trauma and the Constitution of National Character // Social Identities. 2014. T. 20. № 4–5. P. 346–362 .

References

1. Atanesyan A. V. The Memory of Culture and some models of memory of the Armenian genocide in modern Armenian society // Historical and socio­educational thought. 2016. Vol. 8. № 4–1. P. 46–54 .

2. Belov I. S. «Impaired thinking» — metaphysical trauma of modern culture: inspired by Gianni Vattimo // Proceedings of Saint­Petersburg state Institute of culture. 2015. Vol. 206. P. 244–253 .

3. Gukova A. V. Modern cynicism as a form of critical­reflexive worldview // Bulletin of Tomsk state University. Philosophy. Sociology. Political science. 2018. № 44. P. 5–10 .

4. The Visegrd V. V., Artemenko N. A. Cultural trauma of Germany in the dispute of Karl Jaspers and Martin Heidegger // Studia Culturae. 2018. № 36. P. 31–43 .

5. Kozhin O. V. Cultural and value bases of risks of modern Russian society / / Civilization­Society­Man .

2016. Vol.1. № 2–3–02–03. P. 24–26 .

6. Lapin N. I. Ways of sociology to the problem of complexity of modern transformation of Russian society // Personality. Culture. Society. 2018. Vol. 20. № 1–2 (97–98). P. 55–67 .

7. Logunova L. Yu., Rychkov V. A. Contradictions of historical and social memory in the relationship of Church and state // Bulletin of Tomsk state University. Philosophy. Sociology. Political science. 2017. № 38 .

P. 186–199 .

8. Pimenov N. N. Modern philosophical position on the question of mechanisms of social and cultural change // Siberian journal of anthropology. 2018. Vol. 2. P. 47–69 .

9. Rakhaev G. I. The reproduction of trauma: understanding of deportation in the professional culture of the repressed peoples of the North Caucasus (on the example of the Balkars and Karachays) // Russian travelogue XVIII–XX centuries. Novosibirsk: NSPU, 2015. P. 542–562 .

10. Ryzhov B. N. System psychology. 2­nd ed. M.: T8 Publishing Technologies, 2017. 356 p .

11. Senkevich A.V. Human Suffering and the suffering of the world: secular philosophy on solving the problem // News of Volgograd state pedagogical University. 2014. № 3 (88). P. 13–16 .

С о ц и ол о г и ч е с к и е и с с л е д о ва н и я

12. Tynyanova O. N. The crisis of culture as a culture of crisis? Production of spaces and overproduction of neighborhoods // Space and Time. 2018. № 1–2 (31–32). P. 10–15 .

13. Yushkova L. A. The representations of modern youth about Russia and America: a comparative analy­ sis of research results 1995, 1996, 1998 and 2015 // Siberian pedagogical journal. 2016. № 6. P. 73–78 .

14. Casper M. J., Wertheimer E. Critical Trauma Studies: Understanding Violence, Conflict and Memory in everyday Life. New York: New York University Press. 2016. 293 pp .

15. De Medeiros K., Ermoshkina P., Rubinstein R. The Role of Relevancy and Social Suffering in «Generativity» among Older Post­Soviet Women Immigrants // Gerontologist. 2015. T. 55. № 4. P. 526–536 .

16. Estevez-Saa M., Pereira-Ares N. Trauma and Transculturalism in Contemporary Fictional Memories of 9/11 // Critique. 2016. T. 57. № 3. P. 268–278 .

17. Garifiatulina N. Kh., Rachipa A. V., Vorobyev G. A., Kasyanov V. V., Chapurko T. M., Pavlenko I. I., Samygin S. I. Socio­political Changes as a Socio­cultural Trauma for the Social Health of Russian Youth // Modern Journal of Language Teaching Methods. 2018. T. 8. № 5. P. 602–609 .

18. Garagozov R. Painful Collective Memory: Measuring Collective Memory Affect in the Carabakh Conflict // Peace and Conflict. 2016. T. 22. № 1. P. 28–35 .

19. Karabulatova I., Patieva M., Seidina M., Podkopaeva A., Kushnirenko V., Nivazova G. Tolerance/ Intolerance Problems in the Repressed Caucasians Ethno­Trauma Transformation // Man in India. 2017. T. 97 .

№ 23. P. 95–103 .

20. Kravccenko S. A. The Becoming Complex Socium: Social and Cultural Trauma // Facing an Unequal World: Challenges for Russian Sociology. Papers of Russian Sociologists for the XVIII ISA World Congress of Sociology. Editor­in­Chief V. Mansurov. 2014. P. 53–55 .

21. Nalipay M., Bernardo A., B., I., Mordeno I. G. Social Complexity Beliefs Predict Posttraumatic Growth in Survivors of a Natural Disaster // Psychological Trauma: Theory, research, Practice, and Policy. 2016 .

T. 8. № 5. P. 559–567 .

22. Osipov G., Karabulatova I., Shafranov-Kutsev G., Kononova L., Akhmetova B., Loskutova E., Nivazova G. Ethnic Trauma and its Echo in Today’s Mental Picture of the World among the Peoples of the Post­Soviet States: an Interethnic Conflicting Discourse Infolding in Russia’s Ethnolinguistic Information Space // Central Asia and Caucasus. 2016. T. 17. № 2. P. 87–94 .

23. Platonova R. I., Shkurko N. S., Stepanov P. A., Lukina T. N., Antonova V. N., Ivanov A. K., Okhlopkova D. K. The Internet as Identity Construction space // Modern Journal of Language Teaching Methods. 2018. T. 8. № 6. P. 66–73 .

24. Rozhdestvenskaya E., Semenova V., Tartakovskaya I., Kosela K. Collective Memories in War .

London, 2016. 196 p. (Studies in European Sociology.)

25. Ten Dam C. How to Feud and Rebel: 2. Histories, Cultures and Grivances of Chechens and Albanians // Iran and the Caucasus. 2015. Т. 15. № 1–2. P. 234–273 .

26. Yair G. Israeli Existential Anxiety: Cultural Trauma and the Constitution of National Character //




Похожие работы:

«Проект Положения о проведении V Международного фестиваля–конкурса "Новые вершины-2019" (Заочная форма участия) Настоящее Положение определяет цели и задачи, состав участни...»

«1. Цели и задачи Спартакиада проводится с целью улучшения физической реабилитации и социальной адаптации людей с инвалидностью средствами физической культуры и спорта и привлечения внимания государственных, общественных и других организаций к проблемам людей с инвал...»

«КИЇВСЬКЕ МУЗИКОЗНАВСТВО №51 СВІТОВА ТА ВІТЧИЗНЯНА МУЗИЧНА КУЛЬТУРА: СТИЛІ, ШКОЛИ, ПЕРСОНАЛІЇ Ключевые слова: элегия, элегические фортепианные сочинения, элегические смысло-образы, образы воспоминаний, автобиографические смыслы. Тимченко-Бихун Інна. Осередок елегі...»

«I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ Фестиваль Всероссийского физкультурно-спортивного комплекса "Готов к труду и обороне" (ГТО) среди трудовых коллективов (далее соответственно – Фестиваль, комплекс ГТО) проводится в рамках Всероссийской недели охраны труда и в соответствии с планом...»

«3 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ Реферируемая диссертация посвящена изучению лингвопрагматического потенциала современных немецкоязычных рок-текстов. Рок-поэзия как неотъемлемая часть рок-культуры долгое время не рассматривалась официал...»

«2017 "АРГЕНТИНА ОТ КРАЯ ДО КРАЯ ЭКСПРЕСС" -БуэносАйрес-Игуасу-Сальта-Калафате-Ушуая-14дней/13ночей ~1~ АРГЕНТИНА ПЛЕНИТ И МАНИТ АВТОРСКИЙ ТУР "АРГЕНТИНА ОТ КРАЯ ДО КРАЯ – ЭКСПРЕСС" (А-50) 14 дней / 13 ночей Буэнос-Айрес 3 ночи / водопады Игуасу – 2 ночи / Сальта 2 ночи ИНДИВИДУАЛЬНЫЙ Калафате 2 ночи...»

«1. ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ Весенний фестиваль Всероссийского физкультурно-спортивного комплекса "Готов к труду и обороне" (ГТО) среди взрослого населения города Севастополя, посвящённый 72-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне (далее – Фестиваль) проводится с целью:в...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.