WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«И ОБШЕСТВЕННО- ПОЛИТИЧЕСКИй ЖУРНАЛ Год издания XXXVIII №4 Апрель, 1962 г. ОРГАН СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ СССР Стр. Новые стихи. С белорусского. Перевели К:. Титов, Я. ХеА. К:УЛЕШОВ ...»

-- [ Страница 1 ] --

JН[ 0) JB3 JЬ)][ И [ИJР

ЛИТЕРАТУРНО-ХУЛОЖЕСТВЕННЫй

И ОБШЕСТВЕННО- ПОЛИТИЧЕСКИй ЖУРНАЛ

Год издания XXXVIII №4 Апрель, 1962 г .

ОРГАН СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ СССР

Стр .

Новые стихи. С белорусского. Перевели К:. Титов, Я. ХеА. К:УЛЕШОВ лемский 3 И. ЭРЕНБУРГ Люди, годы, жизнь. Книга четвертая 9 Ю РИИ · БОНДАРЕВ :..=.Тишина,' роман. Продолжение 64. .

ВАДИМ ШЕФНЕР- Рядом с небом; Выбор ветра, Донный лед, Высокое раоенсшо, Дом культуры, Праздники, стихи ДЖ. Д. СЭЛИНДЖЕР Перевели с английского Нора

- Два рассказа .

Галь; В. Жельвис

ПУБЛИЦИСТИКА

Б. ЯКОВЛЕВ Печатается впервые... К выходу 1-26-го томов Полного собрания сочинений В. И. Ленина 155 lбб Р. ПЕРЕСВЕТОВ Одна и з шести. Из истории ленинских рукописей

ДНЕВНИКИ.ВОСПОМИНАНИЯ

МАРИЯ КАСПРОВИЧ Памятные встречи. Перевел с полIСкого Я. Немt73 чинский В МИРЕ НАУКИ РУД. БЕРШАДСК:Ий - Ученый, 1юторый знает все

ОЧЕРКИ НАШИХ ДНЕЙ

Д. ДАР, А. ЕЛЬЯНОВ - Там, за поворотом

ЛИТЕРАТУРНАЯ КРИТИКА

И. РОДНЯНСКАЯ 226

- О беллетристике и «строгом» искусстве обороте) на (См .

И З Д А Т ЕЛЬ С Т ВО

«И 3 В ЕСТ И Я С В Е Т О В Д Е П У Т АТОВ Т Р У Д Я Щ И Х С Я СССР: .

О Москва С ОД Е РЖА Н И Е (продолжение ) Стр .

КНИЖНОЕ ОБОЗРЕНИЕ

J!итература и искусство Ал. Сурков. Гимн человеку.- Владимир Оrнев. О статься сам и м собой.­ Е. Старикова. ПроисшесТ1!3"Ия, встречи, превращения... - А. Письменный. Груз назидательности.- В. Лакшин. Слово - золото.- Л. Тимофеев. Жили три товарища..• Политика и наука П. Сергеев. Ленинские черты.- И. Минд лин, кандидат исторических наук .

Ленинский этап в развитии атеизма.- Дм. Рудь. Когда качество переходит в количество.- В. Твардовс1шя. Новое исследовани е о Салтыкове-Ш.ед­ рине.- А. Бельская. Книга борца за свободу.- Геннадий Фиш. Повесть не только о термитах .

МАТЕРИАЛЫ И СООБЩЕНИЯ

–  –  –

Как измену солдат, что ведет его в гиблые топи, Я любовь свою рад схоронить в позабытом окопе .

Лишь приказ бы пришел, был бы стол, чтоб н ал адить поминки, Отыскал бы я дол под лесной плащ-палаткой осинки .

Н е жалея труда, дерн вскопал бы лопаткой саперной, Чтоб не знать никогда теr.1ных дум о неверности черной .

Чтоб не чувствовать ра н, чтобы в пам яти стерл ась их повесть .

Но молчит капитан, командир мой единственный - совесть .

Будто дум ает так:

«Мы не мести давали присягу, В дни суровых атак припадая к солдатскому стягу .

В годы тяжких утрат пережить дове.пось нам немало, И лежачего н а м, зн аешь с а м, добивать не пристало» .

Р азве верно л юбить приневолишь измену слепую?

Без приказа судить р азве можно неверность такую?

Пусть ей будет во всем честь солд ата - неструганым гробом, Каждый день - судным днем, а холодное сердце - окопом .

–  –  –

в 1 933 году я позна комился и в скор е подружился с а мериканоким кинорежиссером Л юисом Л'1айльстоуном. Это очень тол, с тый и доб­ рый человек. Подростко м, еще до первой мировой войны, он уехал из Бессар абии s Америку - искать сча стье; бедствовал, голодал, был чер­ нора бочим, приказч иком, бродячим ф отогр афом, а в итоге стал кино­ р ежиссером .





Ф ильм «На З ап адном ф ронте без перемен» принес ему сла в у и деньги, н о он остался простым, веселым, или, как сказал бы Б абель, жовиальн ы м. О н любил все р усское, не з а был красочного южно­ го гово р а, р адовался, когда ему давали стопочку и селедку. Приехав на несколько недель в Советский Союз, о н сразу подружился с н а ш и м и режиссерами, говорил : «да к а ко й я Л юи с Майльстоун? Я:

- Л е н я Миль­ штейн из Кишинева... »

Как-то он р а ссказал мне, что, когда Америка решила в0, е вать, воен­ нослужащих опросили, хотят ли они ехать в Европу или остаться в Соединенных Штатах; составили два списка. Ма йльстоун был среди жел ающих уехать на ф ронт, но посл а л и только тех, кто хотел остаться до м а. С меясь, Майльстоун доб авил : «В общем, так всегда бывает в жиз­ ни".» О н был веселы м пессим и стом : « В Голливуде нельзя дел ать того, что хочешь. А может быть, не только в Голливуде".»

Он р ешил поставить фильм по моему ста рому роману «Жизнь и гибель Н икола я Курбова». Я его отгова ри в ал : ста р а я книга мне н е н р а ­ вила сь, да и смешно б ы л о в 1 933 году п оказывать романтичес кого ком­ мунист а, ужаснувшегося перед стихией нэпа. М айльстоун о бязательно хотел, чтобы я н а п исал сu е н а р ий, предл а гал измен ить фа булу, показать стро ительство, пятилетку: «Пусть а м е р и канцы посмотрят, н а что способ­ ны русские".»

Я сильно сомневался в сволх споеобностях: я н е д ра ма тург и вряд л и смогу н аписать п р иличный сценарий, да и окрошка из нескольких книг мне казалась нелепой. Н о мне н равился М а йл ьстоун, и я согла сился по­ пробовать н а писать сцен а р и й в месте с ним .

О н меня п р и гл асил в а н гл ийский курортный городок, где он занима.1ся тяжелым делом - худел. Весил. он сто килогра м мов и каждый год в течени е трех нецель ничего н е ел, теряя килогра м мов двадцать; ПОТ{}М, конечно, н абр а сывался н а еду и вскоре выгл ядел п о-прежнему. Дл я голодания о н выбирал комфортабельную гостиницу с дурным рестора ­ н ом, чтобы меньше з а видовать л юдям, кото· р ые продолжали обедать и ужинать .

И. ЭРЕНБУРГ Он лежал и худел, а я сидел рядом, ел невкусную еду и писа.1 .

Майльстоун изумительно ошущал ритм картины, говорил : « Здесь нужно перебить... Может быть, :1ошел дождь? Ил!! 11з дос-1у выходит старушка с кошел кой?.. »

У меня не сохра н илось тек•ста сцен а р и я ; я его помню смутно; к ажет­ ся, он предста влял помесь Голлив уда и р еволюции, отдельных н аходок Ма йльстоуна и кинорутины, мелодраму, припр авленную иронией двух взрослых л юдей .

Мы успели испи·с ать толстый блокнот. Майльстоун похудел, костюм на нем в исел, и н аконец-то мы поехали в П а р иж. На Мон п а р насе Май.11ьстоун познакомился с худож ником Н а таном Альтм а но м и п ред­ л ожил ему сдел а ть рисунки для де1юраци й и костюмов .

П ессимизм Майльстоуна оказался обоснов а нн ы м. Вл аделец «Колум­ бии» Кон, п рочитав сцен арий, сказ а л : «Слишком много социального и слишком мало сексуального. Н е такое теперь время, чтобы швырять деньги на ветер... »

Ма йльстоун был, разум еется, огорче н : он потерял н а этом около года, но он добился, чтобы « Колумбия» уплатила гоно р а р ы Альтману и мне .

( Незадолго до второй м и ровой войны я в идел в П а риже Майльстоу­ н а. Он не похудел, но помрачнел. В годы войны он сдел ал в Голливуде фильм о советских л юдях: хотел, ч е м мог, п омочь на м. Когда я приеха.1 в Соединенные Штаты, я с н им говорил по телефону, он меня звал в Голливуд; но я поехал н а юг. Н е з на ю, что он делал в послевоенные годы и сколько раз его з аставляли делать то, чего он не хотел.) Мы с Альтманом обр адовались нечаянным деньгам. Газеты тогда был· и переполнены р ассказами о двух счастливчиках, выигравших в ГС'суда рственной лотерее по пяти миллионов ф р а н ков; один был уголь­ щиком, другой булочником. Хотя наше богатство было нес р авненно скромнее, мы себя называли угольщиком и булочником. Мы р еш или пышно встретить 1 934 год .

На улице Э коль-де-м едесин помещалс я м аленький польский ресторан, куда мы иногда ходил и, стО1скова в ш ись по русской кухне. Хозяева были приветливыми, и п ол ьско-советские конфл икты, ч астые в те годы, не отр ажались на качестве б игос а или пончиков. В ночь под Новый год поляк за крыл свой ресто р а н и переехал н а улицу Котантен. В н ашей кварти р е были две комнаты, м ы р аскрыли двери, поставили в ряд деся­ ток столов, при везенных из р естора на. При входе к р асов ал ась надпись, н а р исован н ая Альтма н о м : «Угольщик и булочник вас приветствуют» .

По ста рым фотогр афиям я в ижу, что к тому времени я сильно попол­ нел ; одн а ко я не стал добродушн ым, как Майльстоун, н апротив, рва.11ся в бой, штурмовал и ветряные м ельницы и некоторы х вполне р еальных мельников, задевал шпиков и Поля Валери, обрушивался на сюрреа­ л из м и на русскую живопись прошлого века, дразнил гусей, п исал чуть ли не ежедневно р азличные п а м фл еты, посылал боевые корр еспонден­ ции в «Известия» - словом, вел себя скорее как молодой поэт, нежели как сол идный сорокадвухлетн и й проз аик .

Мне казалось, что в 1 933 году Европа коснулась дн а и теперь вы­ плывает на поверхность. З а несколько дней до встречи Н ового года газеты сообщили, что л ейпцигским судья м пришл ось опра вдать Димит­ рова. Это было капитул яцией Гитл ер а п еред общественным мнением .

Я ч асто встр ечался с немецким и эмигра нта м и ; они говор или, что не сегодня-завтра ф а ш истский реж и м рухнет - так им хотелось, так хоте­ л ось и мне, и я считал, что 1 934 год будет дл я Гитл е р а роковы м .

Изуверство, жестокость гитлеровцев рождали непримиримость, жаж­ ду мести. Помню, как в «Клозери д е ;шля» глава пер_вого р_еволюционЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ вого пр авител ьства Венгрии граф Карольи, человек редкой доброты, говорил мне: «Зн аете, о чем я мечтаю? Хорошее летнее утро. Я иду н а вер а нду. П ь ю кофе. И н а каждом дереве висит ф ашист".» Я слушал и v.11ыбался .

· Мне з а помнился один из первых антифашистских митингов n Париже;

выступали профессор Л анжевен, Андре Жид, В айян-Кутюрье, Мальро .

Андре Жид походил н а и бсеновского п астор а ; он говорил проповедь доказывал, что только коммунизм может победить зло, пил часто воду, поблескивали стеклышки очков. Р а бочие, сидевшие в зале, никогда не читали его книг, но знали, что перед ними зна менитый писатель, и когда Жид сказал: «Я гляжу с надеждой на Москву»,- радостно загудели .

Мальро говорил непонятно; е го л и цо в се время перекашивал нервный тик; вдруг о н остановился, поднял кул а к и крикнул : «Есл и будет война, наше место в р ядах Красной А рм ию. З ал восторженно за гремел .

Все это может показаться удивительным. Вм есте со вр еменем меня­ л ись и л юди, и менялись они по-разному. Когда человек умирает, мы л учше видим един ство его пестрых, порой противоречивых годов, а пока он жив, сегодняшний день заслоняет вчерашний .

В 1 933 году Поль Элю а р был непримиримым посл едов ателем сюр­ реали з м а ; вряд л и кто-нибудь тогда мог предвидеть, что его стихи б удут повторять п артизаны в маки. Ланжевен ка к-то с печальной улыбкой сказал, что Жолио-Кюри не понимает всей опаоности ф ашизм а .

Андре Мальро теперь министр в п р авительстве д е Голля. А в тече­ ние восьми л ет в П ариже, в Испании я видел его неизменно рядом; он был моим близким другом. Н екоторы е а вторы воспоминаний ста р а ю тся очернить своих былых друзей; это мне не по душе. Я предупредил чита ­ телей, что, говоря о живых людях, буду связан и о многом про молчу .

Все же я н е могу р а осказа ть о тридцатых годах, не назыв а я Мальро .

В 1 933 году вышел его роман «Условия человеческого существова­ ния»; я писал о н е м : «Путь в прошлое обогагил Мальро не одной кол ­ л екцией скульптуры; он загромоздил его соз нание той усложненностью, той о б яз ательной глубиной, теми хитрейшими п р отиворечиями, которыми изобилует вся ка я культура, пережившая свой полдень и обреченн а я н а смерть». Я видел, одн а ко, ч т о Мальро идет к живой жизни, и обрадовал­ ся, когда писатели весь м а консерв ативные присудили ему Гонкуровскую премию: на жюри подействовала обстанов к а - Ф р анция шл а налево .

Мальро познакомил меня со многими молодыми писателями - с Кассу, А в елин ом, Даби. С одни м из его последователей я подружился с Гийу. Год или два спустя вышла е го книга «Черн а я кровь) - один из л учщих романов, н аписанных между двумя война ми. О н был учителем в б р етонском городе Сен-Брие и не п оходил на п арижских л итерато­ ров - п ростой, скромный, без обязательного желания поф илософство­ в ать или, как говорят ф р а н цузы, р асщепить каждый волос на четыре части. ( Недавн о я н еожидан н о встретил Гийу в Р и ме; мы с нежностью вспомнили давние годы .

) В стречался я и с неtецки ми п исателями; познакомился с Брехтом, нежным и лукавым. О н говорил о смерти, о п остановках Мейерхольд а, о м илых пустяках. Б ы в ш и й м а трос Турек заверял меня, что н е п ройдет и года, к а к Гитлера бросят в Шпрее; он мне н р а вился своим оптимиз­ мом, и я ему подарил трубку. Толлер влюблялся, отч аивался, строил пл а н ы и театраль-ных пьес и освобождения Герм а нии; казалось, что у него в кар ман а х колоды и о н все строит, строит карточные домики. Мне понравилась сразу Анна З егерс, взбалмошная, очень живая, близорукая, н о все з а мечавшая, р а· с сеянн ая, но великолепно помнивша я каждое об­ роненное слово .

И. ЭРЕНБУРГ Мы встречались, с.по• р или, гадали, что будет дальше. Одни клялись, что вскоре ф ашизм рухнет в Г ер м а нии, другие уверяли, что коричневая чума перекинется во Ф р анцию .

Впр очем, цвета менялись, и чума в о Франции был а лазурной. Не­ сколько раз я видел демонстр ации «Французской солидарности»; моло­ дые фа шисты в голубых рубашках м а р шировали и поды м али руку вверх, при ветствуя с воего фюрера. З амелькали воззвания « Боевых кре­ стою, «П атриотической молодежи». В отличие от Герм ании среди фашистов было мало р а бочих, и я с усмешкой поглядывал на м а м ень­ киных сынков, которые клялись перебить всех коммунистов .

Я собирался в есной в Москву. Съезд советских писателей должен был собраться лето м. Я вол н овался, как девушка перед первым балом;

вот соберутся все пис атели, и н ачнется откровенный, серьезный р азговор об искусст в е; это, на верно, будет большим событием.. .

В 1 933 году я проч итал « Поднятую целину», последние поэмы Баг­ рицкого, «Охранную гра моту» П а стерна ка, новые р ассказь1 Ба беля, стихи Сельвинского. Мне казалось, что н а ш а л итер а тура набирает высоту В 1933 году многне фра нцузские п исатели повернулись с надеждой к коммунист ам ; вероятно, это б ыло продиктовано ужасом и гневом, кото­ р ы е охв аты вали миллионы л юдей, когда они читали про сожженные ф а ш иста ми книги, про !{азни, погромы. Под возз в а н и ем Ассоциации р еволюционных писателей среди других стояш1 подписи Жионо и Дрие ля Рошелля .

С )Клоно я позна комился в конце дв адцатых годов; он был мечта­ тельным, тихо ул ыбался, писал добротные романы о сел ьской жизни .

В 1 933 году вместе со м ноги ми другими он проклинал фа шизм. Потом я с н и м долго не встречался и удивился, прочит а в его статью, где он писал, что нужно при мириться с Гитлером. Потом он прими рился и с режи мом оккупа ции; это меня уже не удивило .

Дрие л я Рошелль был куда значительнее - тал антливый, п о-своему искренний, но с душевной червоточиной. Мы вместе вы ступали в Доме культуры, где собиралась а нтиф а шистская интеллигенция. дружески беседовR.n и. Я вернулся в Па риж после одной нз поездок и в дверях кафе на бульваре С ен-Жермен увидал Дрне. Он поспешно отвернулся. Мне дали его последнюю книгу; в ней был н стр а н ные признания: «Мы будем сражаться против всех. Это и есть ф а шизм... Свобода исчерпа на. Чело­ век должен погрузиться в свои темные гл убины. Это говорю я - интел­ лигент и вечный свободолюбеu... » Он обол ьстился ф а шизмом, когда гитлеровцы оккуп и ровали Ф р а н цию, сотрудничал с ними и застрелился в 1 944 году, увидев, что его ста вка бита .

На наши собрания п рi1ходил ода ренный эссеист, бретонец, сын р або­ чего Геенна. У меня сохранилась подарен н а я и м книга «дневник сорока­ л етнего»; я ее сей час р а скрыл : «К концу войны на Востоке показалось большое за рево. Его О'Гсвет помога ет н а м жить... Мы не последовали их при м еру. Битва не расши рилась. Мы видим, как меркнут и тонут в боло­ те Запада искры того пож а р а. Но все равно эта битв а, этот пример -­ вот почти вся наша надежда, вся н а ш а р адость... » Теперь Геенна дум а ет ин аче. Н о из песни слова не выкинешь. Можно вырвать стр а ницы из учебника истории, а за ново историю не перепишешь.. .

В конце 1 933 года ф р анцузские фашисты приподняли головы. П а риж гудел, как р а стревоженный пчельник. Л юди спорили до хрипоты в кафе, в в а гонах метро, на угл а х улиц. Р а скалывались семьи. Чем-то это напо­.минало Москву л ета 1 9 1 7 года .

Даже монпа рнасские художники начал11 интересоваться политикой .

Впервые в жизни я пристрастился к коробке радиоприемника .

ЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ 13 К. А. Феди н в одной статье вспоминал о вечере, пров еденном у меня н а ули це Котантен, когда Мальро его р а сспр аш и в ал о Советском Союзе и когда Константин Алекс а ндрович поспорил с Л еонга рдом Ф р анком .

Спорил и мы ч а сто и в «Куполе» и у меня дома .

Порой я в стречался с Андре Ш а мсоном; он был пылким южанином, милым и доб родушным, н о на словах казнил всех п одоз рева емых в ф а ­ шизме, называл себя «якобинцем». Теперь о н - а кадемш; раз в пять или десять л ет мы в стречаемся, м и р н о вспоминаем п рошлое .

В бар «К:уполь» п р иходил С. Б. Членов, Эльза IОрьевна, Арагон, Деснос, Роже В айян, Рене Кревель, другие бывшие и н астоящие сюрреа­ листы. У Рене К: р евеля были гл а з а добрые и затравленные: о н мучитель­ но переживал р азрыв между коммуни·ста ми и сюрреалистам и. Я: пытал­ ся его успокоить, но безу. с пешно .

И ногда меня приглашал к себе в поместье Фез а ндери издатель еже­ недельни ков « В ю» и «Лю» неистовый В ожель. Он был снобом не п о прог р амме, а п о природе - с а м этого н е замечал. Восх• и щался Совет­ ским Союзом, ездил в Москву с А. А. Игнатьевым, приглашал к себе коммунистов, но несколько р а стерялся, когда его дочь J\'lари-Клод вышла з амуж з а В айяна-Кутюрье. В Ф езандери всегда шли несмол­ кавшие споры, сильнее всех кричал В ожель, мягкий в жизни и свире­ пый в отзывах .

Неза ч ем скрывать, что я радовался евоему успеху: вопреки мрачным предсказаниям, «день второй» печатался в Москве. Может быть, это влияло на мои оценки разJшчных со.бытпй? В жизни я ч асто видел, к а·к на суждения л юдей -вл ияют сугубо л ичные дел а, успехи ил и неуспехи в р аботе, даже состо я н и е здоровья .

Так или и на че, я смотрел на будущее с доверием .

В конце декабря я получил телегр а мму из Москвы : « Вышла з амуж Бориса Л а п и н а ф а милия адрес прежние поздр авляю новым годом Ирина». С Б. М. Л апиным я позна комился за год до этого; он м н е по­ н равился р едким сочетанием любви к книгам с л юбовью к трудным и опасным прикл ю чения•м; п он р а вила сь м не и его книга. О нем я ра·сскажу позднее - я лучше ег.о узнал, когда мы жили в одной квартире на Л а·в ­ рушенском. А телегра м м а меня удИ t в ила : никогда Ирина не писала о Лашще. Слов а о ф амилии и адресе м не показались з а б авными - был и в этоl\1 и х а р а ктер И рины и х а р актер эпо х и .

Мы выпили з а оча стье И рины. В.стре ч а Нового года удал а сь не толь­ ко потому, что польский повар накорм ил н а с чудесны м ужином : п очти все, а н а р оду собралось много, были в хорошем н а строении, и весели ­ л ись мы ДQ утра .

М н е было сорок д в а года; н е т а к уж это молодо, н о, видимо, еще зелено. Я: верил в близкий кр а х ф аш из м а, в торжество спра• в едливости, в р асцвет и скусства. Минувшие годы казались мне чересчур длинными канун а ми, и книгу статей, натrисанных в 1 932- 1 933 годах, я озаг.1 а вил «Затянувша яся развязка». Н ичего в свое опр а вдание не скажу - я раз­ делял иллюзии многих и уж н ика. к не м ог сб е представить, что соста­ рюсь, а развязки не увиж у .

–  –  –

дцати стульев». С тр удоы они вырвали у переводчи ка немного денег и отп равились в П ар иж .

У ме н я была знако м а я д а м а, по происхождению р усская, р абота·в шая в эфемерной кинофирме, ж енщин а очень добра я; я ее убеди.1, что никт о н е может н аписать лучший сценарий кинокомедии, н ежелл Ильф и П етров, и о н и получили а ванс .

Р азумеется, я их тотча с п освятил в истор и ю угольщика и булочника, выигра вших в л отерее. Они каждый день спра ши в а л и : «Ну что нового в газетах о н аших миллионерах?» И когда дошло дело до сценария, Петров сказ а л : «Начало есть - бедный человек выигрывает п ять мил­ л ионов".»

Они сидели в гостин ице и прилежно писали, а вечером приходили в « Куполь». Там мы п р идумывали р азличные комические ситуации; кроме двух авторов сцена р и я, в поисках «гагоВ участвов ал и С а вич, художник Альтман, польский а р хи тектор С еньор и я .

Кинокомедия погорел а : к а к И л ь ф и П етров н и ста р ал ись, сце н а рий не свидетельствовал об отменном знании ф р анцузской жизни. Но цель была достигнута: о н и пожили в П а риже. Да и я н а этом выиграл: узнал двух чудесных людей .

В воспо ми н аниях слив а ются д в а имен и : был «Ил ьфпетров». А они н е походили друг н а друга. Илья Арнольдович, з астенчивый, молчаливый, шутил редко, но зло и, как многи е писатели, смешившие миллионы лю­ дей, от Гоголя до З ощенки, был печальным. В П а риже он р азыскал своего брата, художника, давно уехавшего из Одессы, тот ста р ался по­ святить Ильфа в стр а нности современного искусства. Ильфу н р а вились душевный бе{:порядок, р азор. А П етров л юбил уют; он легко сходился с р азными л юдьми ; н а соб р а н иях выступал и за себя и за Ильфа ; 111 or часами смешить л юдей и сам п р и этом смеялся. Это был н а р едкость добрый человек; он хотел, чтобы л юдям лучше жилось, подмечал все, что может облегчить ил и укр а сить их жизнь. Он был, к ажется, с а м ы м оп­ тимистическим человеком из всех, 10го я в жиз н и встретил : ему очень хотел ось, чтобы все было лучше, чем на с а м ом деле. Он говорил об одном з аведомом подлеце : «да, может, это и не та к? Мало л и что рас­ сказывают."» З а п ол года до того, как гитлеровцы н а п а л и н а нас, П етро­ в а посл а л и в Герм а нию. В ернувшись, он н а с успокаивал : «Немцам осто­ чертел а война".»

Нет, Ильф и П етров н е был и с и амскими близнецами, но они писали в месте, вместе бродил и по свету, жили душа в душу. Они как бы допо.1 няли один другого - едкая сати р а Ильфа была хорошей п р ипр а вой 1 юмору П етрова .

Ильф, н есмотря н а то, что он п редпочтительно молчал, ка к-то засло­ нял П етрова, и Евгения П етровича я узн а л по-настоящему много позд­ нее - во время войны .

Я дум а ю о судьбе советских сатири ков - Зощенки, Кольцова, Эрд­ м а н а. Ильфу и Петрову н еизменно везло. Читатели их полюбили сразу после п ер вого романа. В р агов у них был о м ало. Да и «Прор а батывали»

их р едко. Они побывали за г р а н ицей, изъездил и Америку; написали о своей п оездке в еселую и в м есте с тем умную книгу - умели видеть .

Об Америке о н и п исали в 1 936 году, и это тоже было удачей: все, что мы именуем «культом личности», м ал о благоп риятствовало сатире .

Оба у.мерли р ано. Ильф з а болел в АмерИ'Ке туберкулезом и скончал­ ся весной 1 937 года в в озр асте тр идцати девяти лет. П етрову было три ­ дцать восемь л ет, когда он погиб в приф ронтовой полосе при а в иа цион­ н о й катастрофе .

Ильф не р аз говорил еще до поездки в Америку: « Р епертуар и счер ­ п аю или «Ягода сходит». А прочитав его з а п исные книжки, в идишь, что ЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ как писатель он только-rолько выходил на дорогу. Он умер в чине Че­ хонте, а о н как-то сказал мне: «Хорошо бы н а писать один р ассказ вроде «Крыжовника» или «душечки»... » Он был н е только сатир и ком, но и поэтом ( в р анней молодости он писал стихи, но н е в этом дело - его з а ­ писи в дневнике перенасыщены п одлинной поэзией, лаконичной и сдер­ жанной ) .

«Как теперь н а м п ис ать? - сказал мне Ильф во время последнего п реб ы в а н ия в П а риже.- « Великие комби натор ы» изъяты из обращения .

В газетных фельетонах м ожно показывать са м одуров-бюрократов, во­ ров, подлецов. Если есть ф а м илия и адрес - это «уродливое явление» .

А н ап ишешь р а ссказ, сразу загалдят: «Обобща ете, н етиnическое явле­ ние, клевета... »

Как-то в П а р иже Ильф и П етров обсуждали, о чем н аписать третий роман. Ильф вдруг помрачнел. «А стоит ли вообще писать ром ан? )Кеня, вы, как всегда, хотите доказ ать, что В с еволод И ванов ошибся и что в Сибири р а стут п альмы... »

Все же Ильф оставил среди м ножества з ап исей пл а н ф а нта стиче­ ского р о м а н а. В п риволжском городе неизвестно почему решили по­ стр оить киногород в «древнегреческом роде, однако со все м и усовершен­ ствован и я ми а мериканской техники. Решили посл ать сразу две экспеди­ ции - одну в Афины, другую в Голлив уд, а п ото м, так сказать, сочетать опыт и воздвигнуть». Л юди, п оехавшие в Голливуд, получили стра ховую премию после гибели одного и з членов экспедиции и спились. «Они бро­ дили по колен о в воде Тихого океана, и великолепный з акат освещал их лучез а рно-пьяные хари. Ловили их м олокане, по поручению представи­ теля Амкино м исте ра Эйберсона». В Афи н а х командированным при­ шлось плохо: драхмы быстро иссякли. Две экспедиции встреч а ются в П а р иже в публичном доме «Сфинкс» и в ужасе возвращаются домой, б оясь р а спл аты. Но о них все забыл и, да и н и кто больше н е собир ается строить киногород.. .

Р о м а н а они н е на писали. Ильф знал, что он умирает. О н з а писал в книжке: «Такой гр озный ледяной весенний в ечер, что холодно и стр ашно дела ется н а душе. Ужасно как мне не повезло» .

Е вrений П етрович п исал после смерти Ильф а : «На мой взгляд, его п оследние записки (они н а печатаны с разу н а м ашинке, густо, через одну строчку) - выдаю щееся л итер атурное пр-о изведение. Оно поэтично и грустно» .

Мне тоже к ажется, что з а п исные книжки Ильфа не только з а меча­ тельный документ, но и прекрасная п р оз а. О н сумел выразить нен а висть к пошлости, ужас перед ней : «Как я л ю бл ю р азговоры служ а щих. Спо­ койный, торжественный разговор курьерш, н еторопливый обмен мысл я­ м и кан целярских сотрудников: « А н а третье был компот и з вишен». «Мы молча сидели под оста фьевскими колонн а ми и грелись н а солнце. Ти­ шина длил ась часа два. Вдруг н а дороге показала сь отдыхающая с н и­ кели рованным ч а й нико м в руках. О н ослепительно сверкал н а солнце .

Все н еобыкновенно о·ж ивились. Где в ы его купили? Сколько о н стоит?»

«Зеленый с золотом кар андаш н азывался «Коп и р-учет». Ух, как ;куч­ но!» «Открылся новый м агазин. Колбаса для м а локровных, п а штеты дл я невр а стеников». « Кр а й непуганых идиотов». «Это были гордые дети м а ­ :1еньких ответственн ых р аботников». «- Бога н е т ! - А с ы р есть? - гру­ стн о спросил учитель». Он п исал о среде, которую хорошо з нал : «Компо­ зиторы н ичего н е делали, только писали друг на друга доносы на н отной бумаге». «В к аждом журнале ругают Жарова. Р аньше десять лет хвали­ J!И, теперь десять лет будут ругать. Ругать будут з а то, за что р а н ьш е хвалил и. Тяжело и нудно среди непуганых идиотов» .

З а писн'Ые книжки Ильфа чем-то напомина ют записные книжки ЧеИ. ЭРЕНБУРГ хов а.

Н о «душечки» ил и «Крыжовника» Ильф та к и не н аписал:

не успел, м ожет быть п о скромности н е решился .

Е вгений П етрович тяжело переживал потерю: он не только горевал о самом близком друге - он понимал, что а втор, которого звали Ил ьфпет­ ров, умер. Когда мы с н и м встретились в 1 940 году после долгой р азлу­ ки, с необычайной для него тоской он сказ а л : «Я должен все н а чи н ать сначала... »

Что он н аписал б ы ? Трудно гадать. У него был большой т а л ант, был свой душевный облик. О н не успел себя показать - н ачалась война .

Он выполнял неблагодарную р аботу. Во гл аве Совинформбюро, ко­ торое з а н и м алось р аопространением инфор м ации за гра, н и цей, стоял С. А. Лозовский. П ол ожение наше было тяжелым, многие союзники н а с отпевали. Нужно было р а ссказать а мерикан ц а м п р а вду. Л озовский знал, что мало кто из н аших писателей или журналистов понимает психоло­ гию а мерикан цев, может дл я них писать без цитат и шта мпов. Так Петров стал военным корреспондентом большого газетного а гентства НАНА (того самого, которое посылало Хемингуэя в Испа н ию). Евгений Петрович мужественн о и терпелив о выполнял эту р аботу; он писал так­ же для «Известий» и «Красной з везды» .

Мы жили в гостинице «Москва»; был а первая военн а я зим а. 5 февр а ­ л я погас свет, остановились л ифты. К а к ра з в т у н о ч ь вернулся из-под Сухиничей Е вгений П етрович, контуженный воздушной волной. О н скрыл от попутчиков с в ое состояние ; едв а дополз по лесrнице д о деся­ того этажа и свалился. Я п р иш ел к нему на второй день; он с трудом говорил. Вызвали в ра ч а. А он лежа писал про бои .

В июне 1 942 года в очень скверное время мы сидели в той же гостини­ це, в номере К. А. У м а нского. П ришел адм ирал И. С. Исаков. Петров начал просить помочь е му пробр аться в осажден ный Севастополь. Иван Степанович его отговаривал. П етров н аста ивал. Н есколько дней спустя он пробрался в С ев а стополь. Там он попал под отч аянную бомбежку .

Он возвращался н а эсминце «Таш кент», немецкая б о м б а попала в ко­ р абль; было м ного жертв. Петров добр ался до Новороссийска. Т а м он ехал в м аши не; произошл а а в а рия, и с н ова Евгени й П етрович остался невредимым. Он на ч а л писать очерк о Севастополе, торопился в Москву .

С а м олет летел низ ко, как летали тогда в прифронтовой полосе, и удар ил­ ся о верхушку холм а. С мерть долго гонялась з а Петровым, н аконец его н а стигла .

( Вскоре после этого б ы л тяжело р анен И. С. Исаков, а потом при ави ационной катастрофе в Мексике погиб К. А. Ум анский.) В л итер атурной среде Ильф и Петров выдел ялись: были они хороши­ ми людьми, не з аносились, н е играли в кл ассиков, не ста р ались п робить себе дорогу всем и пр авдами и неправдаl\ш. О ни брались за любую ра ­ боту, даже с ам ую черную, м ного сил положили н а газетные ф ельетоны ;

это и х красит: им хотелось побороть р а внодушье, грубость, чванство .

Хорошие люди, л учше не скажешь. Хор ошие п исатели - в очень трудное время л юди улыбались, читая их книги. Милый плут Остап Бендер весе­ лил, да и п р одолжа ет веселить миллионы ч итателей. А я, не будучи из­ балован дружбой моих тов а р и щей по р е м еслу, добавлю об Илье А рн оль­ довиче и Е вгении П етровиче: хорошие были друзья .

Как-то в 1 93 1 или в 1 932 году я обедал с Мерлем в м а рсельском ре­ стор ане. За соседни м столиком сидел красивый брюнет, похожий н а а р ­ гентинского танцора ; он ухаживал за дамой; когда бродячая продавщи­ ца цветов протянула даме розу, он швыр нул кредитку и чересчур гром­ ко сказал : «Сдачи не нужно». Мерл ь н а кл он ился ко м не : «Это АлекЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ сандр, один из самых талантливых жул и ков П арижа. Кстати, он в а ш соотечественник. » Я не стал р ассп р а ши в ать: мало л и в П а риже талант­. .

ливых жуликов всевозможного происхождения .

А в январе 1 934 года я увидел во всех газетах фотографии пышного брюнета. Алекс а ндр Ставиский действительно р одился в Киеве, н а Сло­ бодке. Журн ал исты называли его «красавцем Са шей». В ыяснилось, что красавец нахапал за короткий срок шестьсот пятьдесят м иллионов ф р ан­ ков. Г азеты сообщали, что у н его в прошлом т р и суд имости, что он поль­ зовался доверьем диплом атов и состоял на с.'lужбе у полиции, а чеки он раздавал небрежно, как розы, не только депутата м, но даже некоторым м и ни страм .

Н ачалась газетна я перебр а нка : правые заверяли, что Ставиский под­ куп ал р адикалов, а р адикалы отвечали, что чеки перепадал и и друзьям Тард ье .

Неожиданно красавец С а ш а з астрелился. Газеты р а сп исывали тро­ гательные подробности; жулик походил н а Верте р а. Мелодра м а длилась недолго; оказалось, что Ставиского з астрел ил а гент полиции Вуа. Поли­ ция боял ась, что пр ипертый к стенке Саша начнет откровенн ичать, а в афере были з а мешаны сл ишком видные л юди .

Все п роисходившее н апоминало приключения О ста па Венд.е ра .

Следствие, н а пр имер, уст а новило, что крупные взятки получил депутат Боннор. Н е помню, к какой п а ртии о н принадлежал, но в п р едвыборном воззв ании он писал: «Моя програм м а - довольно политических пр инци­ пов! П режде всего честность!»

Ф и н ан совые скандалы были повседневным бытом Франции; каждый год р аскрывалась какая-ни будь грандиоз н а я афер а : Устрик, Пере, Б аг­ дад, « Нгоко-Санга». Ну еще один... Я никак не думал, что п рекрасный С а ш а откроет новую стр а ницу истории .

Правые газеты усиленно з анялись моралью: объяснялось это полити­ ческим и р асчета м и - у вла ст и стояло п р авительство «левого картеля» .

Министр иностранных дел Поль-Бонку р был сторонником сближения с Советским Союзом. Что касается р азличных ф а шистских организаций, то они вдохновлялись п р и м ер ом Германии; скандальная а фера, в кото­ рой были замешаны депутаты и не которые министры, помогала кампа­ н ии против п а р л аментаризма - з а «здоровое государство с твердой властью» .

Р азр азился очередной министерский кризис; он мало что Изменил :

большинство в п арл а менте п ринадлежало радика л а м и социалистам. Но­ вый премьер Даладье, расх р абрившись, решил сместить префекта пол и ­ ц и и всесильного Кьяппа, который покровительствовал ф а ш истским орга­ низациям. Кьяпп, н есмотря на низкий р ост, страдал м а нией.величья, он был корсиканцем, и ему, в идимо, хотелось стать Н а полеоном. Узн а в, что он с мещен, он сказал, что в случае н адобности «выйдет на улицу» .

Действительно, два дня спустя, 6 февраля, я увидел на н а р ядной площади Кон корд фашистский м ятеж. Сторонники «Боевых крестов», «Французской солидарности», «Патр иотической молодежи» пытались прорваться через м ост к здан и ю п а р л а м ента, где заседа л и п е р епуг ан н ые депутаты .

«Марсельез а » ф а шистов прерывал ась улюлюканием. Полицейские вели себя непривычно м ягко: м ногие из них были преданы своему н а ­ чальнику и земляку Кьяппу, к тому же перед н и м и б ы л и н е р а бочие в кепках, а хорошо-одетые молодые л юди. Ф ашисты жгл и а втобусы, опро­ кидывали в Тюльерийском с аду статуи нимф, резали ноги лош адей р ес­ публикан ской гва рдии лезвиями б р итв. Иногда р аздавались выстрелы .

Подоспели уголовники, н а ч ал и громить магазины. К утру все устали и р азошлись по дом а м .

4Новый мир No 4 И. ЭРЕНБУРГ Радикалы любили на зывать себя «якобинцами»; однако эти «якобин­ цы» струсил и ; Дал адье подал в отставку. Н а ч алась обыч н а я п арла мент­ ская суетня, и новый к а б ин ет состря п ал п равый Думерг, включив в него р азличных добропорядочных ф р а н цузов, в том числе Петэн а и Л аваля .

Все это ка залось обычным, но изменились времена. Коммунисты при­ з в али р а бочих 9 ф е в ра л я выступить п р отив ф ашистов. Н очь была туман­ н а я. Я пошел к В осточному вокзалу: говорили, что та м происходят стычки между р абочи м и и полицией. Рядом со мной ш ел пожилой р або­ чий; он попросил у меня п р икурить, сказал: «Вот безобразие... » В это время из тумана вынырнула машина с пол ицейскими; один соскочил и уда р ил р абочего дубинкой по голове .

На узкой улице строили б а р р и каду; тащили бочки, столы, ручные тележки; пели « И нте р н а ционал». Я попробовал п ройти дальше. Начали стрелять. Ничего н е было видно. Когда я добеж ал до угл а, н и кого не б ыло; я увидел только кровь н а тротуаре .

Уже светало, когда я пробирался к отделению телеграфа в здании б и р жи, которое б ы л о открыто всю ноч ь : хотел п ередать поскорее коррес ­ понденцию о п роисшедшем. Нес колько р аз меня останавливали, обы­ скивали .

Это б ыло в пятницу; два последующих дня м ногое решил и : р азлич­ н ы м профсоюз ам - тем, что шли з а коммунистами, и тем, во гл аве кото­ р ы х стояли социалисты,- удалось п р ийти к согл а шению: на понедельник 1 2 февраля был а назначена всеобщая з а б а стовка. Ра бочие орг а н изаци и п р извали всех собр аться н а площади Н асьон .

Г азеты н а кануне писали, что з а бастовка неминуемо провал ится ;

одн ако н а следующий день ни одна из н и х н е вышл а : печатники за ба ­ стовали. Жи з нь за мерл а : не шли автобусы, закрылись м агазины, н е р аботал а почта ; даже учителя п р им кнули к забастовке .

Я пошел на площадь Н асьон. Это была первая всен ародн ая демон­ стр ация в П а р иже, и она меня пор азил а сочета нием суровой уверенности с неизменным весельем п а рижской толпы. Сотни грузовиков с п ол ицией, с гвардейцами стояли на соседних улицах. А н а площади люди шутили, п ели. Кто-то р ешил укр асить статую Республики красным флажком;

статуя большая и на высоком цоколе; сразу образовала сь п и р а м ида из ч еловеческих тел. Демонстр а нты л асково п риветствовали иностранцев беженцев из Италии, П ольши, Германии. Я вспомнил бесновавшихся ф а ш истов на площади Конкорд. Два мира.. .

1 2 февраля стало д л я Ф р анции большой датой. Казалось бы, н и ­ ч его н е п роизошло, и н а следующее утро П а р и ж выглядел, как п режде. Ф а шистская демонстрация 6 февраля свалила п р авительство, а 1 еперь все ми н истры оставались н а свои х постах. Но и менно 1 2 февраля м ногое изменило: н е состав кабинета - Ф р ан цию. К а к-то сразу з а глохли догадки, когда ф а шисты снова выступят и кого они п р оча т в фюреры .

Все понял и, что сила у н а рода. 12 февраля было первой черновой репе­ тицией Н а р одного фронта, который два года спустя потряс Ф р а н цию .

В есь день я бродил по улицам доволы1ый, возбужденный, вечером н а п исал статью и отнес на телегр а ф. А на следующий день пришл а теле­ гр а м м а от р едакции : в Вене на ч а л ись вооруженные столкновения р або­ чих с полицией; я должен срочно запрос ить австрийскую визу и как можно скорее выехать .

1 2 февраля меня окрылило: я в идел повсюду победы. Вслед за П а ­ рижем - В е н а... Видимо, приближается тот « последний и реши­ тельный», о котором пели п а р ижские р а бочие в ту м а н ную ночь. О бидно, что человеку с советским паспортом нел ьзя тоже стрелять: остается nыполнять р а боту военного корреспондента.. .

ЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ 19 Я поним ал, что а встр ийцы въездной визы мне не дадут, и решил п р иб егнуть к хитрост и : сказал, что еду в Москву через Вену и п рошу транзитную в изу. А про себя дум а л : «Оста нусь в Вене столько, сколько б удет н ужно; да еще неизвестно кто победит... » Австри й цы, однако, тянули два дня с выдачей транз итной визы .

Когда я пр иехал в Вену, п адали бо.1ьшие хлопья снега, как будто ста­ раясь прикрыть свежие р а ны ; чернели дыры домов, р аз битых а ртил­ лерией хеймве р а. Во Флорисдорфе п ахло гарью. И з окон выглядывали клочья п ростынь, носовые пл атки - белые фл ажки капитуляции. С р еди щебня я увидел неуб ранный труп женщины. Хей мверовцы остан авли­ в ал и п рохожих, некоторых тщательно обыскивали. Все это походило на П р есню в декаб р е 1905 года .

Один журнал ист м не р а ссказал, что накануне, когда еще шли бои, судили р а бочего Мюних р а йте р а ; он был тяжело р а нен, и в здание суда его п р и несли на носилках. Трп часа спустя его повесили. За первым смертным пр иговором последов али другие .

Я попытался р азыскать з на комых, р ассп р а ш ивал ; все были запуганы, неохотно отвечали. Я уз нал, что многим шуцбундовца м удалось до ­ б р аться до чехословацкой г р а ницы .

После победы в П а р иже я ув идел в Вене поражение. Я: не знал, в какую эпоху мы вступаем, и р а згром ш уцбундовцев меня поразил .

Я: вспомнш1, что, когда в 1928 году я б ы л в Вене, я получил п р игла ­ шение осмотреть р абочие дом а ; пригл ашение было н а краси вой бумаге, с гербом столи цы и подписано бургомистром, социал-демократом. Меня сопровождал оди н из муниципальных советн иков, тоже социал-демократ .

Я ув идел прекрасные дом а со сквер а м и, со спортивными площадками, с просторными читальнями. З а метив мое восхищение, провож атый о б р а ­ дова.1ся. Он п р и гJ1 асил 111еня в кафе, где сидели ра бочие, изучавшие десятки г азет р азличного н а пр авления. Помню, там я поделился с любез­ ным австрийцем моими сомнен иями : «дом а изумительные! Но не ка­ жется ли вам, что вы стро ите их н а чужой земле?.. » Мой собеседни к начал мне объяснять, что социализм победит м и р н ы м путем - ведь н а последни х выбора х в Вене семьдесят процентов из бирателей голосовали за социал-демократов.. .

Теперь эт и ч удесные дом а, на з в а нны е имен а м и Ма ркса, Энгел ьса, Гёте, Л и б кнехта, чернели, продырявленные сна ряда м и.. .

Я услышал выстрел : хеймверовец упал. Это было последним сл а б ым р аскатом прошедшей грозы. Н а Р инге кафе были заполнены элегант­ ными посетителя м и. Расклеивали театр альные а ф и ш и : «Бал в Савойе», «девушка с темпера менто111», «Мы хотим мечтать» .

Я уехал в Б ратиславу и там нашел шуцбундовцев. Один из них сказал, что спас многие документы. Э10 был социал-демократ, р або­ чий. Он долго м н е р ассказывал о тра гичес1шх событиях, показывал про­ токолы заседаний, п р едшествовавших февральским дням, донесения ра й­ о н н ых н а чальников. Он с к а з а л : « М не все р а вно, что вы коммунист .

Я читал в а ш и книги. Н а пи ш ите п р а вду. Пусть все з н а ют, что мы не струсили. Конечно, оказались п р едател и, как Корбель, но таких б ыло нем ного. Ужасно, что н а ш и л идеры сл и ш ком долго колебались!.. Это хо­ рошие л юди, я с н и м и проработ ал двенадцать л ет. Но когда начался бой, они р астерялись... »

Я: в н и мательно прочитал документы, записал р ассказы рядовых уча­ стни ков боев. Можно было бы сесть за р аботу, но мне сказали, что в Бр н о н аходится один из руководителей шуцбунда Юлиус Дейч. Я поехал в Б рно. Дейч хмурился ; потом ста л р ассказывать. Он возмущался тем, что Дольфус и Фей спровоцировали восстание. Меня поразил р азлад 20 И. ЭРЕНБУРГ между политическим оппортунизмом его р а ссуждений и хар а ктером ч еловека - жестким, скорее неуступчивым. Он вел себя лучше, чем думал. ( Его дальнейшая судьба также изобиловала п р отиворечьям и ; он был в Испании во время гражданской войны; его произвели в генералы, и социал-демократы на него дулись - о н слыл «левым». Да и потом он ч асто ссорился со своими товарищами, его исключали из п а ртии, сно­ ва п р и нимали. ) Я увидел человека, подавленного событиями ; его обиды м н е многое объяснили .

Брно р асположен побл изости от а встр и йской границы. Все время приходили люди, удр авшие от р асправы, р ассказывали про виселицы, про казар мы, куда загнали три тысячи р а бочих. В газете я п рочитал, что среди других «марксистских организаций» р а спущен «Союз владельцев маленьких с адиков и кролиководов». Это было смешно, но я не улыбнул ся .

В Брно я н а писал очерки дл я «Известий»; п олучилась н ебольщая книга, и в газете они печатались с продолжением .

Мне хотелось не только описать событи я, но и постараться понять происшедшее. Рабочие Австрии были хорошо организованы. Может быть, потому, что коммунисты былн куда сл а б ее, чем в Германии, а встр ийские социал-демократы выглядели и наче, чем их немецкие тов арищи ; они, например, создали боевые дружины - шуцбунд, даже скрыл и от властеi винтовки, п улеметы. Почему же все решилось в два -три дня?. .

В нашей п еч ати социал-демокр атов тогда именовали «социал-фаши­ стами»; это было хлестко, но неубедител ьно. Конечно, среди немецких социал-демокр атов н а шл ись п редатели, быстро п риспособившиеся к р ежиму н ацистов. Но социал-демократы н е были ф а шиста м и ; это было ясно и в то время любому человеку, знакомому с жизнью З ап ада. Ф а ­ шисты н е боялись социал-демократов, но социал-демократы смертельно боялись ф а шистов, и если они не решились выступить п ротив ф ашизма, т о только потому, что н е менее ф а шистов боялись ком мун истов, пы­ тал ись стать «третьей силой», а н а самом деле потерял и всякую снлу, вели р абочих от капитул яции к капитул яции .

Венские события для меня были поучительными. Я увидел некоторых а встрийских соци ал -демократов, людей вполне честных, лично смелых, но политически малодушных, сделавших п ротив своей вол и все, чтобы обеспечить победу к анцлера Дольфуса и вождя хеймверовцев князя Штаремберга .

В н а ч ал е ф евр аля вице-канцлер Австрии Фей заявил: «В течение ближайшей н едел и мы очистим Австрию от м а р ксистов». Что сделали в ответ р уководители социал-демокр атов? О н и угова ривали депутатов л евого крыла христи а нско-соци альной п а ртии присоединиться к про­ тесту. А полиция тем временем а р естовывала одного за другим р а йонных руководителей шуцбунда. В сеобщую з а ба стовку откл адываJJи со дня на день. Когда р абочие Линца отказались сдать в интовки и вступили в бой, в Линц п ришла телегр а м м а из Вены, где шла р ечь о здоровье тети Эммы : это был условный язык - Вена п р едл агала снов а отложить вы­ ступление. Только когда р а бочие Флор исдорф а за ба стовали и р аздобыл и п р ипрят анное оружие, руководители шуцбунда р азослали тел е грамму «Карл з а болел», это означало, что всеобщая з а бастовка объявл ен а .

Я п исал в «Известиях»: «Социал-демократические л идеры п р а вы, за ­ веряя, чт о бой бы л п ри нят и м и п роти в вол и. Они хотели сох р а н ить н оружие, но погоны - пр а во в ф а шистском государстве именоваться со­ циал-демок р атами, и в этом пра в е Дольфус им отказал. Тогда п еред со­ циал-демокр атами осталось н а выбор: л ибо п асть н и ц, как сдел али их германские собратья, л ибо з а щищаться. Я з н аю, что многие социал-демол юди, годы. жиз нь 21 краты п роявил и в февральские дни подл и нное мужество. Они не боялись смерти. Но победы они боялись... » Р ед акцию газеты несколько смутили эти строки, но они были на п еч атаны .

В енские события заставили меня з адуматься не только н ад полити­ ческой беспомощностью руководителей соци ал-демокр атов, я спрашивал себя, как им удалось привить ч асти р абочего кл асса бла годушие, даже бла гонамеренность. Р абочие- печатники В ены н е з а бастовали. Трудно их за подозрить в н есознательности. Они хорошо знали, что канцлер Дольфус н е сулит им счастья, но, сочувствуя шуцбундовцам, они н абирали и печатали газеты, где их това рищи н азывались «на сильниками», «убий­ цами», «наемными а гентами » ; печатники знали, что это неправда, но, не веря в успех сопротивления, они боялись потерять з а р аботок, а з а р а ­ батывали о н и неплохо. Отказались п римкнуть к за ба стовке и железно­ дорожники ; это дало возможность п ра вительству перебра сывать военные отряды, подавить сопротивление в провинции. В вооруженной борьбе в первый день п р и няло участие около дв адцати тысяч ра бочих, во второй и третий дни сопротивлялись семь-восемь тысяч. Это меня не удивило;

так бывало в истории не раз. Пораз ительно другое: всеобщая забастовка сразу же провалилась, и сражавшиеся шуцбундовцы оказались без тыла .

Я понял, что п обеда Гитле р а н е была одиноким, изол ир ован ным событием. Р а бочий кл а сс был повсюду разъединен, измучен страхом перед безработицей, сбит с толку, ему надоели и посулы и газетная пере­ б р анка. Я сп р ашивал себя, что же будет дальше - Париж или Вена, отпор или капитуляция .

1 934 год, который я встретил с т акими н адеждами, становился годом разуверений. З а мелькали ф ашистские мятежи, перевjроты - от Латвии до Испании. Осенью р а бочие Астурии попытались повернуть ход событий и были р азбиты .

Я н е могу сказать, что а встрийская буржуазия р адова лась в феврале 1 934 года победе хеймверовцев. Конечно, она была довольна, что шуц­ бундовцы р азбиты, и в то же время о н а побаивалась ф ашизма. Ей н аивно хотелось вернуть далекое п рошлое - беззаботность, легкомыслие габс­ бургских лет, остроумные фельетоны, вышучивающие р ежим, министер ­ ские кризисы, опереточных военных н а Р инге. В е к, одна ко, не церемо­ н ился. В феврале канцлер Дольфус разгромил р абочих и п ровозгласил новую конституцию, котор а я п а хл а солдатней Берлина и л аданом В ати­ кана. Я видел Дольфуса в Вене; о н походил на карлика, его мог б ы хорошо н аписать В ел аскес. О н удовлетворенно улыбался. В скоре о н по­ ехал в Италию, подписал договор с Муссол ини - хотел спасти Австр и ю о т Гитлера. А в и ю л е его убил сторонник фюрера. Когда д в а года спустя я снова оказался в В ене, победител и феврал я выгл ядели довольно пла ­ чевно. Князь Штаремберг занялся физкуJi ьтурой, бывший вице-канцлер Фей служил в пароходной компа н и и. Канцл ером был осторожнейший Шушниг; он знал, что нельзя гневать ни господа-бога, ни Гитлера. Когда в марте 1-938 года гитлеровцы ворвались в Австрию, Шуш н и г предложил австрийцам не оказывать сопротивления. Н ацисты его все же посадили в концлагерь. Веселым венским бюргерам п р ишлось умир ать за вели­ кую Герма нию на Дону и на В олге. Такова была р азвязка тра гедии, н а ­ чавшейся в феврале 1 934 года .

–  –  –

Я позна комился с Ч апеком. Некоторые левые критики н ападали н а него: время грозное, а он пишет о соб ачках. Чапек внешне походил н а посетителя лондонского клу б а : б ы л вежл ив, сдержан; но я сразу почув­ ствовал за этой м а ской горечь. Час спустя Ч а пек сказал: «Прежде гово­ рили о старом человеке, что о н горбится под тяжестью лет. Мы можем сказать - под тяжестью веков". Н адвигается эпоха воинствующей глу­ пости".»

Майерова р ассказывала мне смешные истер и и из жизни Г ашека .

П рошло всего шестнадцать лет с конца войны, а времена Швейка уже казались идиллическим и .

Гоффмейстер н ачал рисовать м е н я н а п а м ять - с трубкой и без труб­ ки, с чемоданом и без чемодана ; последнее, признаться, меня пугало:

я из суеверия не р а сп аковывал чемодан а, хотя друзья давно перестал и спрашивать, когда я соб и р а юсь в путь. Ко мне привыкл и. А я н е мог привыкнуть к своему положению; как я н и л юблю П р а гу, я мечтал из нее выбраться .

Л"lои статьи появились в « Известиях» до того, как я обратился к а встрийцам с просьбой о тра нз итной визе; мне отказ али. Отказали и немцы. С амолет П р ага-Париж приземлялся в Н юрнберге, требовалась тр анзитная виза .

Герцфельде перенес в П р а гу издательство «Малию. Увидев у него мои книги, и зданные в Берлине, я удивился, почему и х н е сожгли. Ока­ з алось, что нацисты п родают за границу з апрещенные книги, продают со скидкой. Костры и м понадобились дл я демонстрации чистоты побуж­ дений и непримиримости, а чешски ми кро н а м и они не гнушались .

В издательств бывало много н ароду: часть н емецких л итер аторов перекочевала в П р агу. Один из них рассказал мне, что в немецком по­ сольстве р аботает ставленник фон Папена, который обожает л итер а ­ туру, соб и р ает в с е запретные книги, переплел в роскошный переплет «Хулио Хуренито»; может быть, он р асщедрится и выдаст м н е тра нзит­ ную визу .

Я пошел вторично в немецкое посольство. Библиофил был высоким, белобрысым, с осанкой военного, но с близорукими и поэтому скорее добрыми глазами. П р инял о н меня любезно, хвалил мои книги, но визу дать отказался : «Я н е хочу и нцидентов». Я не понял, о каких и нциден · тах он говорит, и ста л заверять, что, находясь в Н юр н берге, н е р а С'крою рта. Диплом ат усмехнул ся : «Инцидент может произойти не по вашей вине. Вы, в идимо, недостаточно осведомлены". П р очита йте статьи Ильи Эренбурга о Герм ании» .

Я хотел проехать через Венгрию и Ю госл авию. Венгерское посоль· ство запросило Будапешт; я з а пл атил за дл инную телегр а м му. Ответ был коротким. Секретарь посольства позвонил м н е в гостиницу : «Ва м п ридется выбрать другой м а р шрут» .

Меня пр и гл асил к себе мини стр иностранных дел Чехословакии Эду­ а рд Бенеш. В очень большом к а бинете я увидел м а ленького, чрезвыча й­ но живого человека. Он сначала з а говорил о л итературе, потом, улы баясь, сказал: «Я знаю, что вы любите Словакию и критикуете н аше отношение к словацкой культуре». Бенеш стал мне доказывать, что п р а ­ в ительственная политика не т а к у ж плоха. Я знал, что происходят пере­ говоры между МоС'к вой и П ра гой и что лучше всего п ромолчать, но не выдержал, н ачал спорить .

Н а конец Б енеш сказал: «Jvloжeт быть, я 1\I ОГУ быть в а м в чем-либо по­ л езен?» Я поспешно ответил : «Да ! П омогите мне поки нуть в а шу прекрас­ ную стр ану. Мне нужно проех ать в П а р иж, я пропустил все сроки" .

Я р ассказал о ЗJ1Оключениях с тр а нзитными визами. Бенеш подвел менп ЛЮДИ, ГОД Ы, ЖИЗНЬ к а рте Европы, висевшей н а стене: «Теперь вы н а себе почувствовали, к что мы окружены. Чехословакия в смертельной опасности» .

Подумав, Бене ш сказал, что попытается получить для меня румын­ скую т р анзитную визу, в случае успеха я смогу поехать через Румы­ нию-Югосл авию-Итал и ю.

Я еще р аз поглядел н а карту и улыбнулся :

нужно н а запад, а поеду на восток... П ривереднич ать, однако, не прихо­ дилось, и я побла годарил Бенеша .

Действительно, два дня спустя меня пригласили в румынское посоль­ ство. Все долго разглядывали меня, а еще дольше мой паспорт -- ни­ когда прежде они не видели советского п аспорта. ( Это было до уста нов­ ления диплом атических отношени й. ) Путь оказался долгим. М н е пришлось з а ночевать в румынском горо­ де О р адя. Я с любопытством глядел на ободр а нных, но л ихих извозчи­ ков, которые катали расфуфыренных дам, н а босых крес1 ьян, н а изыс­ Jанных полицейских, а журнал исты с неменьшим любопытством р азгля­ дывали меня - советский п аспорт казался им первой л асточкой. Из О р а ­ д я н а куцем н еторопливом поезде я добр ался д о города Тимишо а р а и там увидел две примеч ательные л ичности - министра н ародного про· свещения Ангелеску и фюрера местных н емецких колонистов Ф а б р и ци­ уса. Министр говори.11 о «великой Румынии», фюрер - о «великой Гер­ м а н и ю .

При выезде из Румынии меня обыскали, отобрали вечное перо как контр а б а нду, но узнав, что я писатель, повздыхали и вернули. Югосл ав­ с1шй таможеннш, к моему удивлению, попросил у меня а втограф и ска-, зал, что ему н р авится моя книга « 1 3 трубою. Оказалось, что он русский и попал в Ю гославию с остатками в р а н гелевской а р м ии, а теперь тос­ кует по родине. Поезд сопровождал а вооруженная охр а н а. Одни уверя­ шr, что поезда взрывают хорватские сепар атисты, усташи, другие гово­ рили, что дин ам итчики действуют по указанию белградской полици и .

В Триесте я р азыскал одну знакомую, жену в р а ч а ; она долго расска­ зывала о глупости и унизительности жизни под вл астью дуче. П ровожая меня, она спросила у н а чальника станции, когда должен отойти поез;., JI подняла по-ф ашистски руку, потом сказал а : « Простите мне этот жест .

П р иходится... »

Я приехал в В енецию. Перрон вокзала был устJJ а н м алиновыми ков­ рикам и ; по н и м торжественно прошел а встри йский канцлер Дольфус .

На площади святого Марка был п арад чернорубашечн иков. Громкого­ вор ители передавали речь Муссол и н и : «Фашистская и пролетарская Итал ия, в перед!.. » Чернорубашечники р адостно кричали и действительно шли вперед - по площади, блестевшей после весеннего дождя .

В Мил ане меня п р игласил к себе издатель, незадолго до этого выпус­ тивши й итальянский перевод «дня второго». К ниг а был а с н а бжена пре­ дисловием, в котором говорилось, что роман изобилует ошибочными суж­ дениями, а втор, н апример, прославл яет коммунизм; но итальянский чи­ татель сумеет отл ичить зерно от красной шел ухи - «день второй» про­ славляет труд, а всем известно, что только фа шистская Италия сумел а обеспечить свободу и счастье трудящихся. З а крыв все двери, издатели начал объяснять полушепотом, что без предисловия нельзя было н апе­ чатать книгу. П ришл а его дочь, студентка, и громко сказал а : «Когда я впжу н а стен ах «дуче, дуче», мне хочется кричать от стыда... »

В о Ф р анцию я вернулся с невеселыми впечатл ениями: фа ш исты и"1 а полуфаши сты быстро превратили Европу в неп роходимые джунгли. Н а гр а ницах повырубили деревья, вм есто них поднялись з аросл и колючей проволоки. Обыскивали путешественников, искали га зеты и револьверы, валюту и бомбы. Хорватские фашисты н а п адали н а своих серб ских еди­ номышленников. В Румынии «же.1езная гвардня» громила лавчошш 24 И. ЭРЕНБУРГ и грозила м адьярам, а в Венгр и и пр иверженцы Хорти убивали крестьян и клялись, что завоюют Трансильв анию. Итальянrкие чернорубашечни­ к и кричали об австрийском Тироле, о ф р анцузской С авойе. Ф аш истская чума пересекала границы без виз .

Описывая путешествие по европейским джунгля м, я говорил: «Про­ езжему кажется, что в Европе - война. Кто с кем воюет - сказать труд­ но. По всей вероятности, все и со всеми» .

Перед моими гл а з а м и в ставали картины поражения: Флорисдорф, белые тряпки, обугленные ф асады, хеймверовцы.. .

Одн а ко то, что я увидел во Фр анции, меня снова приподняло. З а время моего отсутствия родились сотни «Комитетов бдительности» .

Крестьяне приходили в города с охотничьими ружья ми, спрашивали, где ф а ши сты. Я пошел н а один из бесчисленных митингов в р а бочем рай­ оне Итали; у людей было т а кое н астроение, что скажи им: «Вот ф аши­ сты»,- они пошли бы на танки с голы м и рука м и .

Профессор Л анжевен и Ален организовали «Комитет бдительности», куда входили писатели, ученые, профессо р а ; были среди них люди, еще недавно отказывавшиеся от учас гия в пол ити ч еской жизни,- Роже Мар­ тен дю Гар, Бенда, Леон Поль Ф а р г, много других .

Жан-Ришар Блок п р ишел веселый, возбужденный, говорил, что фев­ ра.'!ьские дни преобр азили Ф р а нцию, дело идет к революции .

В н ачале и юня я отпра вился в Москву; снова мне п р ишлось пораз­ мыслить над марш рутом ; я пыбрал морской путь: Лондон-Ленинград .

Со мною поехал Мальро - у него было много планов: «Меж р а б пом»

' хотел сделать фильм по его роману, и Мальро рассчитывал поговорить о постаrюв·ке с Довженко, потом он н ач а л писать р о м а н о борьбе за нефть и собирался съездить в Б а ку .

Советский пароход шел по Кильскому каналу. Я жадно р азглядывал берег: вот ф ашистская Германия... Н а берегу стояли торговцы с боль­ шими сачками - предлагали пассажи р а м шоколад, сигары, одеколон .

Вдруг я увидел стоявшего на берегу р абочего; он поднял кул а к салютовал советском у флагу. Трудно описать, к а к мне хотелось тогда верить, да и не мне одному. Я тоже поднял кулак - приветствовал не только смелого человека, но и ту революцию, котора я не приш.'!а ни через год, н и через десять л ет .

Увидеть и стину прежде, чем е е видят другие, л естно, даже если за это ругают. А вот ошибаться куда легче со в семи .

В Москве у меня кв артиры не было. Л ю б а поехала к м атери в Ленин­ град, а я с помощью «Известий» получил номер в гостинице «Нацио­ н аль». Комната была м аленькой, неприглядной, б р а л и з а нее дорого, но в ыб ор а н е было .

Как-то утром я з а казал ч а й ; официант выслушал меня и вскоре вер­ нулся без подноса: чая я не получу, с сегодняшнего дня рестор а н отпус­ кает только на в алюту. Я р ассердился, но смолчал, попросил п р и нести кипяток и чайник для заварки - у меня были чай и сахар. Официант снова пришел с пустым и рукам и : «И к ипятка н е дали, говорят, совет­ ским не отпускаем... »

Я решил пойти к директору гостиницы. Лестница была з а ставлена цветами в горшках. Стояли, выстроенные в шеренги, коридорные в я р ко­ зеленых рубашках, горничные в шурш авших лифах, с пышными н акол­ ками; по команде они кл а н ялись, поворачивались н алево, н а п раво, улыбались, снова кланял ись. Это н а поминало репетицию фильма из быта старого купечества .

ЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗН Ь Я проник в ресторан и увидел его преображенным: там п родавались солрнки с р езными петушками, скверные иконы суздальских богомазов и в аснецовские богатыри н а л арчиках, на брошках, на блюдцах. Музы­ канты репетировали « В н из по матушке по В олге".»

Директор о бъяснил, что я должен н емедленно очистить номер: через час из Ле н ин г р ад а прибывает больша я группа американских туристов .

Я задержался, чтобы поглядеть н а знатных путешественников; это б ыли очень богатые л юди; коридорные задыхались, волоча тяжелые чемодан ы. Гор н ичные, помня урок, кокетливо улыбались, и тур исты сни­ сходительно кивали головой. Я з а гово р ил с одним; о н оказался крупным б иржевым маклером из Буэнос-Айреса. Он р а ссказал, что е го отгова р и ­ вали о т поездки в Москву, но сейчас он окончательно успокоился: гости­ ница как гостиница : « Конечно, победнее, зато чувствуется русский дух .

Я ведь бывал в П а р иже, там чудесный р есто р а н «Тройка»".»

(Я сердился, но не удивлялся. Незадолго до этого происшествия я был в Ива нове. З а ш ел в ресторан. Зал за громождали пыльные пальмы .

Н а столиках лежали грязные скатерти с засохшими следами вчер а ш них соусов и позавчерашних борщей. Я сел за столик, который выглядел чище. Офици а нтка закричал а : «Вы что, не видите? " Это для и ностра н ­ цев ".» Оказалось, в местном текстильном институте учатся два моло­ дых турка. На них смотрели с почтением и обед им подавали н а чистой скатерти.) Я пошел в редакцию, попроси.11 пишущую машинку и н а п исал статью, которую озаглавил «Откровенный разговор». Я. описал все, что увидел в гостинице «Н а циональ», и сказал, что глупо выдавать советскую стр а­ ну за стар ый р усский трактир с вышколенной челядью и бутафорским надр ывом. «Будь я вашим гидом, гр аждане и нтуристы, я показал бы в ам не прошлое, а н астоящее моей стр а н ы. Я не кривил бы душой, не скрыл б ы от вас многих злых сказок. Я н е говорил бы в ам : « Посмотри­ те н аправо - там ста ра я церквушка», только потому, что н ал ево стоит очередь". В н ашей стр а н е е ще вдоволь нужды, косности, невежеств а : мы ведь только н ачинаем жить... Вы своими гл азами видели скверную сказ­ ку одной гостиницы, по ней вы можете понять, как трудно н ам освобо­ диться от жестокого наследства, которое оставило н ам прошлое. Кроме сказки о коридорных в зеленых рубашках, я мог бы в ам р а ссказать немало дурных сказок. У нас много говорят об уважении к человеку, но уважать человека у нас далеко еще не все научились". Я р а ссказал вам о дурных сказках, теперь разрешите при помнить несколько прекрасных сказок".» Я р а ссказывал о строителях Кузнеuка, о крестьян а х в доме отдыха, о литера турном круж1е на заводе «Ш а рикоподшипнию. Я з н ал капитал истический мир; там еще жгли и хлопок и книги, безработные в алялись под мостами, ф а шисты устраивали погромы; словом, стыдить­ ся нашей бедности перед сотней америка нских богачей было не только гнусно, но и глупо .

Н апомню дату: июнь 1 934 года. Л юдям жилось тяжело, но по срав­ нению с двумя предшествующими годами чувствовалось облегчение .

Культ л ичности уже сказывался в статьях, в стихах, в.портретах, в че­ ресчур пронзительном «ура», которое приподыма ло утих авшие а пл оди­ сменты. Это порой оскорбляло мой вкус, но никак не совесть - разве мог я предвидеть, каr{ развернутся события? Люди в то л ето много спо­ рили, мечтали о будущем. Скованности еще не быJiо, и редакция «Изве­ сти й » н апечатала мою статью .

Я получил много писем: читатеди бл а года р ил и за то, что я н а помнил о достоинстве советского че.10века. А н адо мной н а вис аJiа туча. Кор респонденты иностр анных газет сообщили о моей статье .

26 И. ЭРЕНБУРГ «Тайме» писала, что советский писатель р а сп:рыл, как «Интурист» «обма­ нывает ино странных тур истов». Руководители «Интури ста» утверждали, что несколько а нгли чан и французов, собиравшихся посетить Советский С оюз, после моей статьа отказ а.rrись от поездки и что я нанес государ­ ству м атери альный ущерб. Г азета меня з а щищала. Я не знал о различ­ ных телефонных звонках - был возле Архангельска на лесозаготовках .

П одоспели другие события, а про мою статью, к счастью, забыли .

Если я р а ссказал о б этом комическом и не очень значительном эпи­ зоде, то отнюдь не для того, чтобы рассмешить читателя. Вспомнив нелепый м аскарад в « Н а ционале», я сам над многим з адум ался .

Впервые я в спомнил о коридорных, низко кл анявш ихся и нтуристам, в 1 947 году, когда один из тогд а шн их руководителе й С оюза писателей сказа.1 м не, что зада чей нашей л итературы на долгие годы является борьба против н изкопоклонства и р аболепства.

Я: долго р а сспрашивал :

м не хотелось верить, что речь идет об унизительном поведении н екото­ рых л юдей вроде описан ного м ной р аботника «Интуриста», о прекло­ нении московских м одниц перед з а гр а нпчным ба рахлом, о немногочис­ ленных, но все еще существовавших людях, дл я которых мнр денег, сво­ бодной конкуренции, а в а нтюр ост а ва,1ся привлекате.n ьным. Н ет, това ­ р ищ, с о м н о й беседовавший, объяснил м н е, что необходи мо бороться против низкопоклонства перед учеными, писателями и художниками З а п ада .

Я никак н е мог понять, что зн ачит « З а пад»: для меня стр а н ы З апад­ ной Европы и Америки не был и выкрашены в один цвет: ЖL\Лио-Кюри жил в другом мире, чем Бидо, Элю ар не походил на Г и Молле, Хем ингуэй явно отJ1ичался от п резидента 1 румэн а. «За пад?.. » Но р азве Маркс не родился в Трире, разве Октяб рьской револ юции не предше­ ствовали июньские дни 1 848-го, П арижска я коммуна, борьба р абочих в р азличных стра н ах З апада?

Вскоре я увидел, к чему свел ась борьба против н изкопоклонства и р а болепства. Руководители пищевой промышленности переименовали сыр камамбер в «закусочный», а ленингр адское кафе «Норд» в «Север» .

Одна газета з а веряла, что дворцы Версаля были подр ажанием дворца м .

построенным Петром Велики м. Больша я Советская Э нциклопедия н а ­ печатала статью «Ав и а ция», в которой доказывалось, что з а падноевр':­ пейские ученые и конструкторы в несли чрезвыч айно слабый в клад в дело р азвития воздухоплавания. Ф р азу в моей статье о том, что Эдуард Манэ был большим м астером XIX века, р едактор з а черкнул : «Это, Илья Григорьевич, чистейшее низкопоклонство» .

В 1 949 году во время Первого конгресса стороннико в мира, собрав­ шегося в П ариже, ф р а нцузы потребовали, чтобы я устроил пресс-кон­ ференцию. Один журналист спросил меня, ка1к я отношусь к статье, н а ­ печатанной в советской газете, где Мольер назван сл а бым драм атургом, что особенно ясно, когда смотришь пьесы Островского. Журн алист дер­ жал в р уке р усскую газету, но я не мог р азгл ядеть какую..Я ответи"1, что н е знаю, ве ре н л и перевод, я такой статьи н е чита л ; есл и о н а дей ­ ствительно была н а печатана, т о это показывает, что ее а втор не очень сведущ в литературе, д а и н е блещет умом. «Мы говорим, что уничто­ жили в н ашей стра н е эксплуататоров, это п р а вда. Н о мы н и когда не утверждали, что ун ичтожили дураков... » Жур налисты р ассмеялись и стали более вним ательно слушать ответы о «холодной войне», о поли­ тике Трумэн а, о задачах сторонников м и ра. А я был весь в поту - га­ дал, какую газету он процитировал. Когда пресс-конференция з а кончи­..'I ась, журн алист, поставивший каверзный вопрос, подошел, показал га­ зету. Я: облегченно вздохнул : « В ечерка».. .

Л ЮДИ, ГОДЫ, ЖИ ЗНЬ С тех пор м ногое изменилось, но подлинное р аболепство, низкопо­ кло н ство - не то, о котором писали критики в 1 947 году, а то, что вдох­ новило в 1 934 году и н структо р а « И нтуриста», еще не и счезло. Недалеко от дом а, где я живу, в городе Ист р а стоит небольшой бюст Чехова (Антон П авлович р а ботал в земской больнице В ознесенска - так н а ­ зывалась д о р еволюции И стр а ). П амятник поставили в 1 954 году. Не­ сколько лет спустя он оброс репейником, крапивой, чертополохом. Н а ­ п р а сн о я уго в аривал местные власти р асчистить место вокруг п амятн и ­ ка, п осадить цветы. К о м не п р иехали д в е фра нцуженки, корреспондент­ ки « Ю м аните»; одна из них говор ит по-русски. По дороге о н и остано­ вились в И стре, н а ч ал и ф отогр афировать п а м ятник Чехову. Работн и к р а й совета удивился: «Выходит, ч т о в о Ф р анции Чехова зна ют... » Фр а-1 цуженка ответила : « Конечно. Н о я дум ала, что его знают и в Советском Союзе»,- о н а показала н а з а р осл и крапивы. Н а следующий день я уви­ дел вокруг памятника а нютины глазки .

Комплекс н еполноценности часто быв ает связан с ком плексом пре­ восходства, и человек, не уверенный в себе, с плошь да рядом держится надменно. Н а ш н а р од не только первым пошел по трудному пути строи· тельства нового общества, в некоторых областях н ауки он оказался впе­ реди других. Конечно, у нас м ного непроезжих дорог, коммунальных квартир, недостатков в том или ином предмете обихода ; стыдиться этого перед и ностр анцами не приходится; стыдиться нужно перед собой, сты­ диться и бороться з а повышение жизненного уровня. Н икого не прини­ зит уважение к культуре других стр а н, в том числе и тех, где еще царят дожив ающие свой век порядки. Н ароды эти х стр а н живы; они не только давали в прошлом, они дают и поныне больших ученых, писателей, ху­ дожников. Раболепствовать могут л юди, еще не освободившиеся от пси· хики р а б а. А чувство собственного достои нства не имеет н ичего общего с чванством полур а б а, полузазнайки .

Я писал, что готовился к съезду советских писателей, как девушка к первому балу. Может быть, м ногие их моих н аивных н адежд и не осу­ ществились, н о съезд остался в моей п а м яти как большой диковинный праздник. Стены Колонного зала были украшены портр ета м и великих предшественников - Шекспира, Толстого, Мольера, Гоголя, Сервантеса, Гейне, Пушкина, Б альзака и других.

Передо мной был Г ейне - молодой, мечтательный и, разумеется, насм ешливый; я ма шинально повторял :

«Р асписаны были кул исы пестро, я так декл а м и р овал страстно. И м антии блеск, и на шляпе перо, и чувства - все было прекрасно... » Н а чало я вспоминаю с улыбкой : неожиданно оркестр стал исполнять оглушаю­ щие туши, как будто должны были последовать тосты .

Съезд продолжался пятнадцать дней, и каждое утро мы спешили в Колонный зал, а у входа толпились м осквичи, желавшие посмотреть н а писателей. К трем часам дня, когда объявляли обеденный перерыв, толп а была такой плотной, что мы с трудом пробиват1сь. Тогда еще н е было моды на а втографы, люди смотрел и, узнавали некоторых, приветство­ вали. Гости каждый день менялись, и н а съезде побывало двадцать пять тысяч москвичей .

Приходили р азличные делегации : Красной Армии и пионеров - « База курносых», р аботниц «Трехгорки» и строителей метро, колхозников Узбе­ кистан а и московских учителей, актеров и бывших политкаторжан. Же­ лезнодорожник и выстраивал ись под сигнальный свисток; пионеры дули в трубы; колхозницы пр иносили огромные корзины с фруктами, с овоща­ ми; узбеки привезли Горькому халат и тюбетейку, матросы - модель каИ. ЭРЕНБУРГ тера. Все это б ыло п атетично, наивно, трогательно и походило на н еобы­ чайный карнавал; пр ивыкшие к трудным часам у р абочего стол а, мы вдруг о казались н а площади, засы п аемые розами, а стр а ми, георгинами, н астурциями - всеми цветам и р анней московской осени .

Я р а скрыл книгу, ста в шу ю теперь редкостью,- стенографический отчет съезда, просмотрел список делегатов; р едкостью стали и участники Первого съезда писателей - из семисот осталось в живых, может быть, ПОJ1сотни. П р ошло двадцать семь лет, да и годы были нелегкими .

Я п редседательствовал на заседании, когда выступил участник П а­ р ижской ком м уны Гюст а в И н а р ; ему было восемьдесят шесть лет .

Делегации, приходившие, чтобы приветствовать съезд, были героями ненаписанных роман оs. Помню высокую крепкую женщину, колхозницу из Московской области; она говорила : «У меня самой муж. Я четвертый год - председателем колхоза. Вы знаете, ведь председателя колхоза м ожно приравнять к директору фабрики, а муж - рядовой колхозник .

Но о н терпения н а бр ался. Ему д а ют н а р яд - извольте его выпол нить .

Если не так делаешь, то я на Пр авлении скажу. Не исправишься - тру­ додней не дам. Если еще не исправишься - из колхоза выгоню. П окажу пример остальным мужчина м : скажут - ра спр авилась с мужем, и н а м легче будет...» Р ядом стоял мужчина невысокого роста и пугливо ежился .

Все делегации «предъявляли счет»: текстильщицы хотели романа о ткачихах, железнодорожники говорили, что писатели пренебр егают проблемами транспорта, шахтеры п р осили изобразить Донбасс, изобрета­ тели н а стаивали на героях-изобретателях. (Люди н е всегда представ­.пяют, что именно им нужно. Некоторые п исатели поспешили погасить з адолженность; появились сотни производственных романов. А читатели тем временем росли. Двадцать семь лет не прошли бесследно... Б иблио­ текари говорят, что железнодорожники зачитываются р ассказами Чехова, горняки л юбят «Петра » А. Толстого, ткачихи плачут над «Анной Каре­ н иной», изобретателям нравятся романы, где нет н икаких изобретений, от «Тихого Дона» до «Старика и моря»!) Старый ашуг Сулей м а н Стальский в место речи р ешил продекл амиро­ в ать, в ер нее спеть, стихи о съезде: «Приветны й знак а шугу дан, и вот я, Стальский Сулейм а н, н а сл авный съезд певцов пришел». А. М. Горький вытер платком глаза. Я не раз видел в глазах Алексея М аксимовича слезы умиления, Андерсен-Нексе, когда его обступили пионеры, тоже прослезился .

Б. Л. П а стернак сидел в президиуме и в се время восхищенно улыбался. Когда пришл а делегация метростроевцев, он вскочил - хотел взять у одной из девушек тяжелый инструмент; о н а р ассмеялась, р ас­ смеялся и зал. А П а стернак, выступая, начал объяснять: «И когда я в безотчетном побуждении хотел снять с плеча р а ботницы Метростроя тяжелый забойный инструмент, названия которого я не знаю, мог л и з нать товарищ и з президиума, высмеявший м о ю интеллигентскую чувст­ вительность, что в этот миг она в каком-то мгновенном смысл е была се­ строй мне и я хотел помочь ей как близкому и давно знакомому чело­ веку» .

Переполненный зал напоминал театр: встречали овацией любимых писателей ; восхищались удачными речами. Олеша потряс поэтической исповедью, В ишневский и Б езыменский - страстными м итинговыми ре­ чами, Кольцов и Б абель сумели р ассмешить .

Все говорили искренне, хотя и ногда содержание речей и не совпадало с душевным состоянием того или иного писателя. IO. К. Олеша р а ссказал, r\ a K о н воскрес, освободившись от недавних сомнений: «Ко мне вдруг неизвестно почему вернулась м олодость. Я вижу м о,тюдую кожу рук, на ЛЮДИ, ГОДЫ. ЖИЗНЬ мне м а йка, я стал м олод - мне шестнадцать лет. Ничего не надо. Все сомнения, все стр адания прошли. Я стал молод. Вся жизнь. впереди» .

Может быть, в т от же день, может быть, назавтра ил и через неделю я с н и м обедал, о н печально говорил: «Я больше не могу писать. Если я напишу: «Была плохая погода»,- мне скажут, что. погода была хоро­ шей для хлопка»... Олеша был очень тала нтл ив, книга «Зависть», напи­ санная в 1 927 году, выдержала испыт а ние временем. Да и отрывистые з аписи последних л ет показывают большую писательскую силу. Но мо­ лодость к нему не вернул а сь; это было иллюзией, сном н а празднике.. .

А. М. Горький внимательно слушал речи. Ему хотелось, чтобы съезд принял деловые решения. Алексей Максимович предлагал м ногое: «Исто­ рию ф а брик и з а водою, книгу «день м ир а», историю гражданской войны, историю р азличных городов, литературные школы, коллективную ра боту, жур нал, посвященный профессиональному обучению на ч!}нающих а вто­ ров. Некоторы е из его проектов потом были осуществлены. Но съезд не был, да и не мог быть деловым: он превр атился в крупную политиче­ скую демонстрацию. Из Герм а н и и доходил дым кост ров, на которых фашисты жгли книги. Все помнили недавние события : фашистский путч в П а р иже, р азгром шуцбунда. Присутствие революционных з арубеж­ ных п исателей р а сширял о стены Колон ного зала ; мы смутно ощущали приближение войны .

Горький пригласил н а свою дачу и ностранных гостей и некоторых со­ ветских п исателей. Помню страшный рассказ китайской писательницы, она сказала, что молодой писатель Ли Вэй-сэн был живым з акопан в з емлю. Японский гость р а ссказал на съезде, как пол иция истязала и убила писателя Кобаяси. Мы восторженно встретили Бределя - он про­ сидел больше года в ф а шистском rюнцл агере. О н говорил о судьбе Люд­ вига Ренна, Осецкого. Можно ли было спокойно это слушать? Для того чтобы воссоздать настроение тех дней, скажу. что такой далекий от по­ jJитики ч еловек, как П а стер нilк, в своей речи, вспомнив приветствие пред­ ставителя Красной Армии, говорившего о защите р одины, сказал : «Вы открывали переливы в ашего собственного голоса в словах курсанта Ильичева» .

Я говорил, что и сторяю н ельзя переписать заново. В одной из резолю­ ций съезд приветствовал присутствовавших - Андерсена-Нексе, Мальро, Жан-Ришара Блока, Якуба Кадри, Бределя, Пливье, Ху Л ань-чи,_ Ара­ гон а, Бехера, Амабел ь Эллис и слал приветы отсутствовавшим - Р ом ену Ролла ну, Жиду, Б ар бюсу, Бернарду Шоу, Драйзеру, Эптону Синклеру, Генр иху Манну, Лу Синю ( сохраняю порядок резолюци и ). Некоторые из перечисленн ых п исателей при разных обстоятельствах, в р азное время .

да и по-разному отошли от идей, которые р азделяли в 1 934 году; но я сейчас говорю н е об их дальнейшей судьбе, а о съезде .

Андерсен-Нексе просил советских писателей быть шире: «Вы должны дать м ассам идеалы не только для борьбы и для труда, но и для часов тишины, когда человек остается наедине с самим собой... Художник дол­ жен давать приют всем, даже прокаженным, он должен обладать м ате­ р инским сердцем, чтобы выступить в защиту слабых и неудачливых, в за­ щиту всех, кто, все р авно п о к а ким причинам, не может поспеть за нами» .

В докладе Р адек упомянул о некоторых колебаниях Жан-Ришара Блока. В своей речи Блок говорил о необходимости широкого антифаши­ стского фронта: «Товарищ Радек, если в ы будете упорствовать в осужде­ нии, если вы будете проявлять недоверие, то я лично должен вас преду­ о:редить, что это только толкнет широкие массы З апада в сторону ф а ­ шизма». Арагон, молодой и вдохновенный, откинув голову н азад, говорил о н а следстве «Рембо и З оля, Сезанна и Курбэ» .

Мальро выступил дважды. Первый раз он говорил о р ол и л итера туры :

30 И. ЭРЕНБУРГ «Америка нам показала, что, выражая мощную цивилизацию, л юди еще н е создают м о щной л итературы и что фотография великой эпохи - это еще не великая л итература... Вы, похожие друг на друга и все р азличные, как зерна, вы здесь кладете н ачало той культуры, 1ютор ая даст новых Шекспиров. Только чтобы не з адохлись Ше1сспи р ы под грузом самых наипрекрасных фотогра фий» .

Второй р а з он попросил слово, чтобы напомжпь о своей политической позици и : «Если бы я дум ал, что политика стоит ниже литературы, я не п ровел бы кампании во Ф ранции в месте с Андре )I-(идом в з ащиту т ова­ р и ща Д и м итрова, не ездил б ы в Б ерлин п о поручению Комитета з а щиты Д и м итрова и, наконец, не был бы здесь». Мальро страдал нервным ти­ ком. Р адек решил, что Мальро морщится от дискусси и : « У него часто скривлялось лицо, когда он считал, что вопрос поставлен чересчур резко» .

Он поспешил успокоить Мальро, но вылечить его от тика, конечно, не смог .

В ыступали мои ста рые друзья : Толлер, Незвал, Н ов о м ески й. Р а фаэль Альберти держался очень скромно. и даже н е попал в список знатных госте й .

О чем же мы говорили в течен и е п ятнадцати дней? Пушкиных и Го­ голей среди н а с к а к будто н е было, но многие были уже н е зернами, а деревьям и или кустарникоN1. Алексей Толстой не походил на Серафимо­ в ича, Б абеJ1ь н а П анферова, Демьян Б едный на Асеева, и поJ1 итические деклара ци и неизменно перемежались с л итер атурн ы м и спор а м и. Громче других шумели поэты. Когда в пе р вые было п роизнесено имя М аяков­ ского, з ал восторженно з а а плодировал. О днако и здесь не было едино­ гласия. В з аключител ь н ом слове А. М. Горький, назвав М аяковского «влиятельным и оригинальным поэтом», сказал, что ему свойствен «ги­ пербол изм», который плохо влияет н а некоторых молодых поэтов. С п ор и ­.пи о праве л и р ик и на существование, о том, устарел и и л и нет агитки, о романтизме, о доходчивости, о многом другом .

Настоящие п исатели всегда стре м ились выразить не себя, а через себя м ысли и чувства современников; р абота писателя п ротекает, однако, не в цеху, не н а сцене, а в комнате с закрыты м и дверям и. Можно н аучить начинающего автора п реодолеть л итературную неграмотность, безвку­ сицу, научить его читать, но научить его стать новым Горьк и м, Блоком или М аяковским невозможно. Даже большой м а стер не может обучить другого м асте р а : разл ичные ключи подходят к р азличным з а м к а м. Стен­ даль попробовал п р ислушаться к советам Б альзака и чуть было н е по­ губил « П а р мскую обитель», но вовремя спохватился и отказался пер е ­ делать роман. Тургенев, стар аясь исправить некоторые стихотворения Тютчева, страдавшие, п о его :-шению, ошибками, нещадно и х исковеркаJI .

Писатели порой (не очень ч асто) говорят друг с другом о л итератур­ ных проблемах; эти беседы или споры м огут помочь осм ыслить многое .

Но можно ли спорить о м астерстве в огромном зале среди тушей и ова­ ций? Не думаю. Д а и назначение съезда было другим. Читатели увидели, что мы с н и м и, что есть у нас о б щая цеJ!Ь. М ы в свою очер едь поняли, к а к заинтересованы в нашей р а боте м иллио н ы л юдей ; это заставило н а с еще серьезней пр изадум аться над ответственностью писателя. Съезд со­ б рался накануне чрезвычайно трудного десятилетия. Мы видели звериный оскал фашизма. Как бы ни были велики н а ш и художественные р аздоры, порой связанная с нш:-.ш неприязнь, мы показ али тем, кто хотел это п о ­ нять, что боевая выручка д л я нас - н е а бстра ктное понятие. Э т о д а л съезд, и большего, я дум аю, о н дать н е мог .

Все же п о наивности или п о свойствам х а ракте р а я, как и некоторые д:ругие, ввязался в л итературный спо р. Я, н а п ри м ер, осмелился усо­ мниться в полезности коллективных р абот писателей. Алексей М а ксимеЛЮДИ, ГО ДЫ, ЖИЗНЬ вич, отвечая м н е, сказал, что я т а к говорю «по недоразумению, по незна­ комству с их техническим с м ыслом» .

Горький потом сказал мне: « В ы п р отив коллективной р а б оты, пото­ му что думаете о п исателях гра мотных. Н аверно, м ало читаете, что те­ перь печатают. Р азве я п р едлагаю Б абелю писать вместе с Панферо­ вым? Б абель писать умеет, у него свои темы. Да я могу назвать и дру­ гих - Тынянова, Леонова, Федина. А молодые... Они не только не умеют п исать, не з нают, как п одступиться."» Признаюсь, Алексей Мак­ симович м еня не убедил. Я думал п режде всего о нем самом : он на­ учился п исать, н ашел свои темы, никто ему ничего не р азжевывал. Д а и в 1 934 году я видел п исателей, прошедших трудную школу жизни и нашедших свой путь. В книгах наших великих предшественников они находили те уроки, которых н а прасно было ждать от бригадиров лите­ р а:.у рных бригад и л и от п р офессоров проектировавшегося Л итер атурного института. Обидно м н е другое - что с Горьким я п оз н а ко м ился слиш­ ком поздно. Дважды я с н и м беседовал, часто на него глядел во время съезда. Меня поражала в нем прирожденная талантюшость, она чув ­ ствовалась в любом его жесте. Выступая с докладом, он вдруг з акаш­.пялся, п р и ступ был долгим, и з ал за мер : все знали, что Алексей Макси­ мович болен. Его р аздражал резкий свет прожекторов. Когда м ы ужи­ нали у него на даче, он вдруг встал и с виноватой усмешкой сказал, что просит его простить - устал, должен.лечь. Б а бель, хорошо знавший Алексея Макс и м овича, говорил мне: « Е му плохо. После смерти Макси­ м а он сдал. Не тот Горький".» Наверно, он был прав, а «того» Горького мне увидеть н е удалось .

Я выступил с длинной речью. Приведу из нее несколько отрывков .

«Можно л и упрекать писателя за его необщедоступность? Романсы под гармошку даются куда легче, нежели Бетховен ". Каждый истинный художник стремится к простоте, но простота простоте рознь. Простота «Моцарта и Сальери» - не простота крыловских басен. Есть простота, которая требует для своего понимания подготовки. Мы вправе гордить­ ся, что некоторые из наших р ом ан ов уже доступны м илл ион а м. В этом мы далеко обогнали капиталистическое общество. Но одновременно м ы должны лелеять, беречь т е фор м ы нашей литературы, которые сегодня еще кажутся уделом интеллигенции и верхушки р абочего класса, но ко­ торые з а втра, в свою очередь, станут достоянием м иллионов. Просто­ та - не примитивизм. Это синтез, а не лепет. Мне приходится напо­ м нить о б этом только потому, что п р овинциализм еще частично присущ нашей литературе. Н ашей стране теперь принадлежит гегемония". А ча­ сто в наших книжках чувствуется спесь и одновременно приниженность захолустья".»

« В еликие п исатели п рошлого века оставили н а м опыт". Но изучение этого опыта у нас подменяется имитацией. Так начинается эпигонство, так появляются романы или, р ассказы, слепо подражающие м а нере ста­ рой натураJ1истической повести". П од видом необходимости борьбы с ф ор м ал измом у н а с часто п роводится культ самой реакционной художе­ ственной формы". Р абочий справедл иво п ротестует против дома -казар­ мы... Н о разве это значит, что можно вытащить лжеклассический пор­ тал, прибавить немного а м п и р а, немного барокко, немного старого З а ­ москворечья и выдать в с е это з а архитектурный стиль нового великого класса?.. Кому п ридет в голову расс матривать историю живописи только как голую смену тематики? Голландские м астера XVI I века писали яблоки, Сезанн тоже писал я блоки, но они писали яблоки по-разному, и все дело в том, как они п и сали ябл оки".»

« В место серьезного л итературного разбора м ы видим красную и чер­ ную доски, на которые з а носятся авторы, п р ичем воистину сказочна И. ЭРЕНБУРГ л егкость, с которой их с одной доски переносят на другую. Нельзя, как у нас говорят, подн и м ать на щит писателя, чтобы тотчас сбрасывать его в низ. Это н е физкультур а. Нельзя допустить, чтобы л итературный р аз­ бор произведений автора тотча с ж е влиял н а его социальное положе ние. Вопрос о распределении благ пе должен н аходиться в зависимости от литературной критики. Нельзя, н аконец, р а ссм атривать неудачи и срывы художника как п р еступления, а удачи как реабилитацию» .

Обычно, вспом иная п рошлое, я удивляюсь, как я мог то-то н ап исать, т ак-то поступить, с трудом себя узн аю на выцветших фотогр афиях. Речь н а съезде п исателей меня удивила другим : м н е показалось, что это цита­ ты и з м оей недавней статьи. А с тех пор п рошло двадцать семь лет .

Мир и з м е нился до неуз н а в а е м ости. На съезде О. Ю. Ш мидт р ассказа.ТJ м н е о з а ме ч ател ьных перспективах авиации: в ближайшие годы н аш и м летчикам удастся п ерелететь через Северный полюс. Я слушал его, к а к м ага. М о г л и кто - н ибудь тогда п редставить себе, что двадцать семь лет с пустя советский летчик спокойно уснет в космическом п ростр а н стве, кружась без конца вокруг н а шей пла неты ?

Я тогда был вих р а стым, з адористы м ; высох, полысел, да и п омягчал .

И вот я повторяю в статьях, в этой книге м ы сли, высказанные в 1 934 го­ ду. Может быть, я выжил из у м а, н а п о м и н а ю старика, который р асска ­ зывает к а к злободневную н овость, что н а Тверской возле дом а генерал­ губерн атор а околоточный е го н езас.1уженно обидел ? Вряд ли. От такого старика люди убегают, а н а м е н я порой и н акидыва ются. К сожалению, я, видимо, не дождусь того дня, когда вопросы, поднятые м но ю на съез­ де, устареют" .

В 1 934 году, после «дня второго», мое имя стояло на красной доске, и н и кто м е н я не обижал. В р е м я было вообще хорошее, и мы все думали, что в 1 937 году, когда должен п о уставу собр аться второй съезд писа­ телей, у н ас будет рай. На съезде выступил О. Ю. Ш мидт. О н р ассказал с горькой и ронией об одном и з ф ильмов, посвященных эпопее челюскин ­ ц е в : «И в о т слышен чей-то голос, подозрительно похожий н а голос н а ­ чальника экспедиции, хотя я этого совершенно н е говорил. И вот этот н ачальник все время кричит: «Вперед! Б ы стрей! Еще быстр е й ! В п еред, в перед!» Не такими методами м ы руководили. Н аш е руководство, н аш а р абота н е 'нуждаются в подстегивании, в нажимах, возгласах, н е нуж­ д а ются в п ротивопоставлени и вождя остальной м ассе. Это совершенно не наши м етоды». М ы дружно а плоди ровали у мной речи. Отто Юльевич был хорош и м уче н ы м ; оракулом о н н е был .

В ы б р ал и п р авление, одобрили устав. Горький объявил съезд з акры­ тым. На следующий день у входа в Колонный зал неистовствовали дво р ­ н и ки с м етл а ми. П р аздник кончился .

Еще до съезда писателей я поехал с Ириной н а Север. М ы п обывали в Архангельске, Холмогорах, Усть-П и неге, Котл асе, Сольвычегодске, Сык­ тывкаре, Великом Устюге, Н юксенице, Тотьме, Вологде. Плыли на паро­ ходах, носивших гордые и м е н а : «Лютый», «Марксист», «Массовик», « Крепыш». П ароходы шли м едленно; люди р ассказывали долгие истории, спорили, м ечтали, пели, сквернословили. На оста новках п ассажиры поку­ пали молоко, чернику, купались, з аводили з накомства, женщины стира­ ли белье. Берега были зелены м и и з а гадоч н ы м и ; казалось; пароход, удИв­ "1енно вскрикивая, врезается в вековую дрему п ри р оды. Изредка показы­ валось человеческое жилье - кондовые двухэтажные избы. По реке мед­ ленно плыли огро м н ы е стволы - лес шел п о тихой Сухоне, по капризной Л ЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗ НЬ В ычегде, по широкой Двине - вниз к морю. Н оч и были светлыми, и по­ рой от красоты захватывало дух. Я впервые увидел русский Север, он меня сразу покорил нежностью и суровостью, древним искусством и мо­ лодостью рослых м олчаливых людей .

Я побывал н а запанях, где люди, стоя на плотах, багр а м и nодби р ал и стволы сосен и елей. З ап ань порой скр и пела, казалось, сейчас о н а под­ дастся и лес в ы рвется к морю; но люди р аботали день и ночь. Стволы вязали; буксиры везли плоты в Архангельск; там дерево грузили н а суда английские, норвежские, шведские. Это была валюта, на нее покупали оборудование заводов .

Я п одолгу р азговаривал с р абочими, с юноша м и и девушками, недав­ н о п р иехавши м и из деревень. Не только лес р а стет неровно, но и люди .

Я видел р абочих, которые на досуге сидели над учебникам и м атематики, читали стихи, мучительно переживали тра гедию немецких коммунистов ;

видел р а в н одушных, ловкачей, м ошенников .

Конечно, я р адовался, глядя на новые поселки вокруг Архангельска, на щетинную ф а брику в В ел иком Устюге, на тракторы; но больше всего меня поражал рост сознания. Человеческие взаимоотношения н ачинали усложняться, углубляться.

Я встречал на лесоза готовках, н а з а п а нях, в порту людей с широким кругозором, с богатой духовной жизнью - н е вечно улыбающихся удар н иков с доски почета, а сложных, внутренне взрослых Jlюдей, и как б ы п и был жесток быт, как б ы н и воз­ мущали меня уже появившиеся к тому времени равнодушные админи­ страторы, запятые только цифрами, порой воображаемыми, я радовался:

видел, как р а стет н а ш е общество .

Недавно, просматривая старые ком плекты « Кр асной нови», я случай­ но н а п ал па такие строки: «Эренбург видит мир в контрастах. Это свой­ ство его гл аза». Автор говорил как раз о моем восприятии Севе р а в 1 934 году. Я заду м ался: п равда ли, что у меня особые глаза, с которыми нужно идти если н е к глазнику, то к психиатру? Я читаю старые записи, стараюсь восстановить в п а м яти лето 1 934 года, н е т а к уж давно это б ы ­.11 0, но в с е же н е вчера. Д а, я ч асто восхищался, ч а сто и сердился, хму­ рИлся, веселел. Однако, разговаривая с другим и людьми, я в идел, что и они одно хвалят, другое ругают. Дело, пожалуй, не в м оих глазах, а в эпохе - на контр асты о н а н е скупилась .

Москва тогда впервые узнала горячку строительства ; она п ахла из­ весткой, и от этого было весело на душе. Я видел, как строили первую очередь метро, и радовался в месте со всеми москвич а м и. В ыросли огром­ ные заводы вокруг С и м онова монастыря. Я н е узнавал м ногих хорошо мне знакомых улиц; в место кривых дом ишек - леса, щебень, пустыри .

Ночью н ад городом стоял оранжевый тум а н, впервые захолустная Мо­ сква моего детства выглядела столицей .

А рядом можно было увидеть, к а к сносили п а м ятники старины:

Китай-город, Сухареву б а ш ню, Красные ворота. Уничтожали зеленое кольцо Зубовского, С м оленского, Новинского бульваров с вековыми де­ р евьями. Трудно объяснить, почему се:мн адцать лет спустя после револю­ ции происходило р азрушение м н ожества сокровищ, и н е стихи йно-орг а ­ низованно. Помню р азговор с И. Э. Грабарем. О н р а ссказывал, что м н о ­ г и е а рхитекторы протестовали п ротив сноса Красных ворот, писали в дОКjJ адной записке, что эта арка не мешает уличному движению,- все р а вн о машинам п ридется объезжать площадь, и там, где н аходятся Крас­ ные ворота, поставят милиционера ; доводы не подействовали .

Н а Севере я увидел, с каким исступлением люди разрушали то, что стоило сохранить. Еще можно было н а йти немало деревянных церквей шестнадцатого - семнадцатого веков, в которых сказался творческий геНовый МИР" № 4 34 И. ЭРЕНБУРГ ний русского н арода. В таких церквях х р анили картошку, сено, и, про­ стоявшие триста - четыреста л ет, они сгорали одна з а другой. Когда я был в Архангельске, там с величайшими усилиями взрывали прекрасное здание таможни петровского времени. (В стене н ашли л арец, а в л арце дер евянную Венеру; «куклу» полом ал и.

) Я видел, как по к и р п ичика111 разбирали одну из старейших церквей В ел икого Устюг а ; мне объяснил и :

« Б а ню строим». В другой церкви сушили белье, а под р у б а ш к а м и сидели Христы. На С евере б ы л а р аспр о стр ан е н а дер евян н ая раскрашенная скульптура б а р окко; ч а ще всего м а стера изобр ажали Христа в темнице .

(В испанском городе В ал ьядолид я в идел скульптуру, очень похожую н а великоустюжскую. ) М ы привыкл и видеть Христа в одиночку, а н а складе я увидел целый сим позиум Христов ; у некоторых были отбиты руки, но­ ги ; о н и сидели и о чем-то мрачно думали .

Места, где я побывал тем летом, сыгра л и видную р оль в р азвитии русского искусства : Великий Устюг, София в В ол огде, шатровые деревян­ н ы е церкви, строгановские ико н ы ; старины, песни, з а говоры, пр и баут к а ;

н а родн о е творчество - г л и н я н ы е бело-че р н ы е игруш1, ш, вологодские кру­ жева, р езьба п о кости, черн ь на серебре. Здесь н е было южной цвети­ стости - все в ыглядеJю ясн ы м, строги м .

В о.1огодсю1 м кружевницам пред.пожит1 вместо традиционных узо­ ров - «чистянка, « м изгиречек», «речка», «медведка» - изображать тракторы. В Веи1иком Устюге я познако м ился с о ста р ы м м а стеро м, спе­ циалистом по черни Чирковым. Он долго мне р а ссказывал, как сначала ему отвечали, что чернь никому не нужна, потом пришли из горсовета : · « Р а скрой твой секрет». Н а п р асно Чирко в о бъяснял, что н и к а кого секре­ та нет, дело н е в производственной техн ике, а в м а стерстве, в ф антази и .

Организовали а ртель и н ачали изготовлять безвкусные б р аслеты. ( Я р а с ­ с к а з а л Горькому о судьбе Чиркова, р ассказал п р о резчика н а кости Гурьева, п р о в ятскую к рестьянку Мезрину, которой сказали, что у гтшя­ ных гусар нужно убрать погоны, п р о земляка Алексея Максимовича Мазина, р асписывавшего скамьи, табуреты, стены. Горький огорчи.:ся, попросил меня все з а писать, вытирал глаза. Чиркова вызвали в Москву, но а ртель п р одолж ала изготовлять те же б р а слеты. Потом Ч и р ков умер. ) 1 934 бьт годом героики. Погибли отважные люди, поднявшиеся в стратосферу. Летчики спасли четоскинцев. Никогда не забуду, как их встреч а л а Москва : солнце, прозр ачные т р а н с п а р а нты, цветы и какое-то всеобщее у м иление - другого слова не подберу - перед мужеством, пе­ ред б ратство м .

Один из челюскинцев р а ссказал мне, что у них н а льдин е был томик Пушкина ; они читали стихи вслух, и это всех приподымало. Мог л и пи­ сатель слуш ать такие призн а н и я без глубокого волнения?

В 1\.;1убе « Кр асный лес» комсомолец деклами ровал стихи Тютчева .

Я невольно вспомнил строку Фета : « К зырянам Тютчев не придет» .

А было это в Сыктывкаре - в столице коми, которых прежде звали зырянами .

К. одним пр иходил трудный Тютч;;в. От других уходили обьпшовенные человечесюе чувств а. ПроводиJ1 1 1 партийную ч истку. На собрании об­ суждали р а б оту Краснова ( ф а м илия:, как и последующие, вьш ышлен­ н ая ). Его сослуживец С мирнов сказал : «А ы ежду прочш.1, товарищ Кра с­ нов живет с женой Ш елгунова... » Шел гунов присутствовал на собрании;

он н ал ил в стю\ан воду, но н е в::,шил. Краснов н ачал оправдываться:

«Она с а м а лезла... » Его перевел а нз членов в кандидаты .

В Тотьме устра ивали курорт для страдающих нервными з аболева­ н иями. Клуб поместили в церкви, и под потускневшей богородицей висел плакат: «Здоровое тело необходимо для выполнения второй пятилетки» .

Л ЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ Церковное кладбище р азрыли. Я в идел человеческие останки. З а ведую­ щий, с глазами идеально пустыми, гладил свои свисавшие щеки и р авно­ душно отвечал: «Уберем, до всего руки н е доходят. А начнут гонять м яч и з а мечать не будут". »

Г азетные критики е щ е одобрIIтельно отзывал ись о новой о п е р е Шоста­ ков и ч а « Катери н а Изм а йлова». На премьере «да м ы с к а мел и я м и » Мей­ ерхольду устроили овацию. М н е показали поэму «Торжество земледелья»

З а болоцкого; стихи ыеня удивили, потом прельстили ; я их долго повторяJI про себя. В Москве я п ровел несколько вечеров с А. П. Довженко; он был, к а к всегда, взволнован, стр а стен, терзался над «Аэроградом». А ему ставили в п ри м е р ф ильм « В стречный», в кото р о м сусальные ударники одерживали легкие победы. В ыставки уже были з аполнены огромными холстами, напоминавшими расЕр а шенны е фотографии: Стали н на трибу­ не, Сталин н а скамейке, « З а седание сельсовета», «Митинг в литейном цеху». Р ядо:v с гостиницей « Националь» построили дом в ложнокласси­ ческом духе; о нем говорили: « В от это н а ш, советский стиль, никаких форм алистических выкрутасов. " » В Мосторге п р одавали вазоны, коше­ чек, сов, которых я видел в детстве на комодах купеческих домов. Из окон вырывал ась модн а я песенка «У самовар а я и моя М аш а ». Маш было куда больше, чем са моваров, но Маша у с а м ов а р а устра иваJi а и членов кш1леги й, и п р едседателей горсоветов, и делопроизводителей: вкусы дор еволюционного мещанства каз аю1сь им кано н а м и к р а соты .

Контра стов в жизни было куда больше, чем в моих книгах, н е потому, что я хотел умолчать о гигантском бурьяне, о чертополохе, похожем н а баобаб, о крапиве, не выпоJ1 отой, а выхоленной. Я говорил и о сорняках;

они меня сердил и, н о не удивляли. А удивляло м ен я другое - первые по­ беги нового сознания, подростки, р аскрывавшие книгу жизни и з ахвачен­ ные л ихорадкой строительства не только фабрик или домов, но и своего сознания. Давно я уеха,1 с Севера, кругом были не зеленые лесэ, а се­ рый П а риж, поблесн:ивавший под осенни м и дождями, а я все виде"1 юно­ шей 1 1 девушек, которые н а далекой запани говорили о дружбе, о горе­ стях л юбви, о борьбе за Jl ec, за стр ану, за счастье .

П о.1 года спустя я н а ш1са.1 повесть «Не переводя дыхания», действие которой разворачнваJiось н а Севере .

Критики приняли мою повесть куда более благожелательно, чем п ред­ шествующие книги. А мне она кажется неудавшейся: я вложил в нее многое из того, что не п оместилось в «дне втором», и, не замечая этого, повторял самого себя .

Все же для i11еня повесть бы.па полезной: в ней наброски героев, к ко­ торы;,-r я впоследствии не раз возв р а щался. Ботаник Лясс, жизнер адост­ ный, уыный, ворчливый,- первый черновик профессора Дюыа из « Паде­ ния П арижа» и доктора Крьиюва из «Бури». Неудачлнвая а ктриса Лидия Николаевна, которая находпт утешение в эфемерно111 успехе, стала потом.Ж:аюrетой, Валей. Непризнанный художник Куз:чин, жаждущий совi\1с­ стпть современность со своим пони111 анием искусства,- р одной брат француза Андре и героя «Оттепели» С а буров а .

Б ыл еще один персонаж в повести, который выда вал мою тревогу; он проходит по книге бег.1ой тенью - это не1ец Штрем. Он п риехал в А р ­ хангельск с подозр ительны;,и поручению.ш. Жизнь е г о м а л о п р и влек ал а, он был поглощен м ыслями о смерти. Выпшз в архангельском ресторане с шведским Еапитано1. он бубнил : «Это серьезная штука - смерть. Соб­ ственно гово р я, это ед : шственн а я р с а л ь I Iость". Зимой я познаком ился в Берлнне с одн им журнал истом. Он сейчас занимает высокий пост. О н гrозвал м е н я к себе. Жен а, уют, второго такого добряка не сыщешь... Вот 011 мне и р асск азаjJ ю1к он шестнадцать человек ухлопал - р аз -два. Это,

–  –  –

А если ты р аспоряжаешься чужой жизнью - « р асстрелять»,- как-то сразу р а стешь в своих глазах. Получается суррогат бессмертья.. » .

Монологи Штре м а не были а н е кдотом, болтовней, к а б а цк и м с:амо­ хвальством, за н и м и стояла стр а ш н ая жизнь огромной цивилизованной страны. Перечитав «Не переводя дыхания», я вижу, что, если говорить о сюжете повести, Штрем попал в книгу случайно, без билета, без про­ писки. Его облик недорисован, его самоубийство н ичем н е оправдано, кроме же.пания автора поскорее убрать со сцены п р отивного человека, а главное - мир, который порождает таких л юдей. П очему немец Штрем попал в Архангельск, почему ночью в городском сквере беседовал с ми­ лой р а стерянной актрисой? Да только потому, что я не мог освободиться от м ыслей о Штреме. Книга п исателя почти н икогда не ограничивается р а м к а м и сюжета. В повести о жизни н а з а п а н и, о л ю б в и ком ­ сомольцев, о г о р е молодой женщины, потерявшей сразу и ребенка и веру в мужа, сказалось нечто другое: м ы сл и и переживания автора, берлин­ ские костры, н а которых жгли книги, парижская ночь фашистского мяте­ жа, развалины Флорисдорфа, тревога за будущее. Я еще не м ог м ногое предвидеть, но уже поним ал, что сосуществовать с ф аш измом невозмож­ но. Вот те контрасты, которые мне казались нестерпимыми .

Жан - Ри ш а р БJюк с 1шзал н а съезде, что догматическо й узостью легко оттолкнуть колеблющихся. Многие п исатели З а пада н е пони м а л и метода социалистического реал из м а ; н о м етоды ф а ш и з м а б ы л и пон ятны в с е м : он суюл книгам костр ы, а в тор а м - кон цл а геря. Во время съезда м ы не р а з говорили, что нужно попытаться создать антифа ш истский фронт п исателей .

Я поехал в П а р и ж снова круж н ы м п утем : на советском п а роходе доплыл до Пи рея. Ехали со м ною греческие п и сатели Глинос и Костас В а рналис. Мы подружились. В а рналис соединял в себе боевой задор с м я гкостью, мечтательностью. В Салониках греческая полиция не раз­ решила Гл и но су и В ар н а л и су сойти на берег - и х должны б ыл и обыскать в П и рее. Все в Греции толыю и говор или о н адвигающемся фашизме. Повсюду можно было увидеть немцев, которые вели себя как и н стру1по р а. «Они нас хотят сожр ать»,- говори.11 В а р налис. Год спустя его а рестовали .

Из Афин мы поеха л и в Б ри н дизи и пересекли Италию; снова я услышал вой черноруба шечников .

Газеты сообщали, к а к н а е м н и к и - м а рокка н цы усмиряют астурийских горняков. Я уж н е мог относиться к И с п а н и и, к а к к одной из стр а н

Е в р опы, вспо м и н ал ее гордых и добрых людей; в тоске спрашивал себя :

неужели и таких поставят н а коле н и ? " С ревом несли с ь п рода вцы газет по пар ижс1ш м ул ица м : в Марсе.пе убили короля Ю госла.в ии и ф р а н цузского министра и ностр а н н ых дел Б а рту. Короля я не знал, да и не пон и м а л, кто и почему его убил. А с Б а рту я к а r-то встретился на обеде иностр а нной п рессы ; он уди в 1·\J1 меня мо.1одостью м ыслей - ему ведь было за семьдесят,- с блеском говорил о Мира бо, Дантоне, Сен -Жюсте. Был о н стр а стны м б и блиофилом, я не раз его в идел н а н абережных Сены возле л а р ьков букинистов. Немец-, кие ф а ш и сты его н е н авидеJi и : Б а рту, хотя был он ч еловеком правых убеждений, отст а и в ал необходимость сбл ижения с Советским С оюзом, п а кт безопа сности, который с м о г б ы оста новить Гитлер а. Уби йство Ба рту все поняли ка к оди н из с и мптомов н аступления фашиз м а .

Помню большой м и т и н г в з ал е «Мютюалитэ», посвященный съезду с о ­ ветских писателей. В пр.езидиуме сидели В а йян- Кутюр ье, Андре )Кид, ЛЮД И, ГО ДЫ, ЖИЗНЬ Мальро, В иолл ис, р а бочие-1юммунисты. В зале были люди, тоже давно сдел авшие свой выбор ; они СIандирова л и : «Советы повсюду!» Виоллис, 1оторая сидела рядом со м ной, шепнул а : «Советские писатели должны показать, что готовы в борьбе п ротив ф а ш изма сотруднича ть со всеми... »

Был у меня разговор с Жан-Ришаром Блоком. Он говорил, что при­ шел к коммунизму извилистым путем, что сейчас нужно о бъедин иться вокруг самого насущного - борьбы п ротив фа шизма, иначе писатели­ ком м унисты окажутся изолированными .

Я н аписал в Москву длинное письмо, р а ссказывал о н астроениях западных писателей, об идее а нтифашистского о бъединения .

Сейчас может показаться стра нны м, почему я придавал такое зна­ чени е писателям,- м ногое изменил ось з а четверть века, в том числе и р оль литературы, ее место в жизни миллионов людей. Н а съезде совет­ ских писателей О. Ю. Шмидт, р ассказав об успехах астрономии и физи­ ки, добавил: «Писатель - счастлив ы й человек. Я ему глубоко завидую .

Ученому н адо долго и кропотливо продумывать, тогда как у писателе й, Еак говорят, бывает «оз арение». В тот с а м ы й год, когда м ы встретил ись в Колонном зале с н а шим и ч итателями, Фредери к и Ирен Жолио- Кюр и открыли искусственную р адиоа ктивность; н а чиналась эпоха ядерной физики. Я (Еак, н а верно, большинство писателей) не имел о б этом н иа!\ого представления .

Четверть ве!\а спустя сотни миллионов людей то с н адеждой, то с ужасом н а чали следить за р а ботой ученых. Поэт Слуцки й н а писал шутливые строки: «Что-то ф изики в п очете, что-то лирики в загоне... »

Л и рики читали и не улы бались .

Между двумя м ировыми войнами о б ществен н а я роль ученых была огр а ничен а. В п редставлении м иллионов людей ученый был человеком, котор ый сидит в своей лаборатории и смотрит н е то с пренебрежением, н е т о с испугом н а встревоженные улицы. Ученые мало что делали дл я того, чтобы р а ссеять эту л егенду. Л а нжевен был ис!\лючением. Воевали против ф ашизма статьи Горького, обр а щения Рамена Ролла н а, речи Б а рбюса. Писатели еще пользовались огромным а вторитетом. Помню, как в р абочем предместье П арижа В илльжюиф одной из улиц присвои­ JJ И им я Горького. Н а церемонию пришли тысячи р абочих. В айян­ Кутю р ье объявил, что предоставляет слово Андре Жиду. Р а бочие, н а верн u шшогда не читавшие книг Жида, устр оили ему такую овацию, что о н р а стеряJ1ся. Я привел пример самого п а радоксального преклоне­ н и я перед зва н ие м «писате.r1ь». Может быть, отчасти почтение к писа­ телям в 1 934 году было процента м и на капитал, за работанный литера ­ тур о й сто лет н азад, когда ж и л и Пушкин, Гюго, Ба.ТJьзак, Гоголь, Стендаль, Гейне, Мицкевич, Д иккенс, Лермонтов. .

С тех пор м ногое изменилось. П осле Хиросимы ученые поняли свою ответственность. В о главе движения сторонн и ков мира стал /Колио­ Кюри. Между н ародны м и совещаниями ученых, желающих предотвр а ­ тить ядерную войну, люди интересуются куда больше, ч е м конгресса м и пэн-клубов. Н е знаю, стали л и забывать писатели о своей роли «учи­ телей жизни» или ученики зап росил ись в другие классы, но сейчас мне ка жется п реувеличенным то з начение, которое п р идавал я (да и не толь­ ко я - ответственные политические деятел и ) а нтифашистскому объеди­ нению п ис ателей .

( Р азrаД1ка происшедшей перемены скорее в сего не в успехах н а уки, р азумеется бесспорных, и н е в потускнении л птературы, тоже очевидном, а в событиях, не и меющих пр.ямого отношения к вопросу о праве поэзии на существование,- в угрозе атомной войны. Н и лирики, ни физики н е решают в опросов мира и войны, но по характеру своей ра боты л ирики м огут только способствовать обогащению духовной жизни читаИ. ЭРЕНБУРГ телей, а ф изики способны и улучшить жизнь и усовершенствовать смерть .

С п и р аль - одн а из р а с п р остр аненных ф о р м р азвития и живых о р га низ­ мов и человеческого о б ществ а; н ав е р но, л и р и ки будут «в почете», когда л юд и смогут снова спокойно глядеть на небо - и на луну ф из иков, об­ следованную л юдьми, и н а луну влюбленных, котор ы м перест а нет угро­ ж ать л у н а физиков.) Это р аз м ы шления о н астоя щем н будущем, а з аговорил я о з н ачении писателей в прошлом н е дл я того, чтобы лишний р а з вздохнуть. Мне хо­ чется сделать п онятн ы м поспедующее. Я сидел н а улице Котанте н и писал пятую или шестую гл аву повест и «Не переводя дыхания», когда мне по­ звонил н а ш новый посол В. П. Потемкин и п о п росил з а йт и к нему - дело с ро чное. Владимир Петрович сказ аJI м не, что в связи с МОИ!\! письмом о н астроениях з а п адных писатеJJ е й меня просят пр иехать в Москву ­ со м ною х очет поговорить Стал н н .

В Москву я приехал в ноя б р е ; погода б ы л а п р е п ротив н а я, валш1 ыокрый: сн ег, но н а строение у меня было хорошее. Ирину я н а шел весе­ лой. Ра ньше она ыне не говорила, что з а нялась ли1 е р атурой - н а п нс а,1 а книгу «З а писки ф р анцузской: ш кольницы». А теперь к а к б ы вскользь ска­ зала, что вещь н а печат а н а в аJJ ь м а нахе, который редактировал Горький, и скоро вы йдет отдель н ы м изд а н и е м. Я п рочитал « З а п иски» з а ночь .

Читал я, понятно, с особы м и нтересо м : И р и н а описывала свои школьные годы, первые сердеч н ые бури.

Я узн а в ал ее подруг, м альчишек, Iоторые и ногда п р и ходили к н а м, и открывал м ногое, мне неизвестное, - И р и н а б ыл а скрытной: .

В ож ида нии встречи со Сталины я встречался со ста р ы ы н друзья­ r,1 и. Ко мне п риход и л и и м олодые п исател и - Л апин, Сл авин, Левин, Г а б р илович. Б р атья В а сил ьевы показали мне « Ч а п аева». Я проводил вечер а у Всеволода Э мильеви ч а ; он не сдав ался, р а ссказывал о пост а ­ н ов1е « Го р е у м у ». Н астроение у всех б ы л о хорошее. Говорили, ч т о н а п р едстоящей сессии Советов будет обсуждаться проект н о в о й конститу­ uии. Дек а б р ь казался м а е м, и я на все глядел радужно .

Как-т о я отправился в «Известия», з а шел к редактору; на нем лица н е было, он едва выговорил: «Несчастье! Убили Ки рова»... Все были по­ д а в.1ены - Кирова любили. К горю при мешивалась трево г а : кто, п очеыу, что будет дальше?.. Я з а м етил, что больш и м исп ытаниям 1ючти всегда предшествуют недели или месяцы безм ятежного с ч а стья - и в жизни отдельного человека и в исто р и и н а родов. Может б ыть, т а,к кажется по­ том, когда л юди вспо м и н а ют о к а нунах беды ·г Конечно, 1-1шпо из нас не догадыв ался, что н ач и н ается новая эпоха, но все п р и м оJшл и, н а сторо­ ж ились .

Н еско.11 ько дней спустя заведующий отделом ку л ьтуры UK А. И. Стец­ кий сказал м не, что ввиду событий на меченная встреча в блнжа й:шее время не может состояться ; меня не х отят з ря з адержива т ь. Алексей И в а нович попросил меня п р од и ктовать стеногр а ф истке мои сообр аже­ н ия о воз:vюжнос1 и объединения п исателей, готовых бороться против фашизма .

В П ариже я успел н а писать е щ е несколько глав повести .

Я разго в а р ивал с Мальро, с Вай:ян о м - Кутюрье, с Жидоi'v1, с Жан­ Р и ш а р о rv1 Блоком, с Муссинаком, с Гее н н о. После долгих споров группа фра н цузских писателей решила созвать весной или в с а м о м н ачале лета 1еждуна родн ы И конгресс. Писател и - н е р абочие: объеди нить их очень трудно. Андре /Кид п р еДJ1 ага л одно, Генрих Манн другое, Ф ей хтванге р r р етье. С ю р ре алисты кричали, ч т о ком мунисты стали бо н з а м и и что надо сорвать конгресс. П исател и, близкИ е к троцкист а м,-Ш а рл ь ПJJины,

Мадел ен П а з - предупрежда л и, что выступят-« р азобл ачаТ» Советский:

Союз. Б а р бюс о п аса.1ся, что конгресс п о своему пол итическом у д и а п а Л ЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ зону будет ч е ресчур широким и не сможет п р инять н и к а ких решений .

Мартен дю Га р и а н гл ийские п исатели Ф ор стер, Хасл и, н а против, счи­ тали, что конгресс будет чересчур узшм и что дадут выступить только коммуниста м. Гkпребова:юсь много терпения, сде р ж а н н ости, такта, что­ бы п р и ;.,ш рнть, казалось бы, непри м и р и м ы е п оз и ц и и .

В п рочем, все трудности встали п е р ед н а м и в н ач а л е 1 933 года. А п р и ­ еха в из Москвы, я едва успел оглядеться, к а к п р и шл а телег р а м м а о т редакци и : в С а а ре плебисцит, я должен туда в ыехать. Я оставил н а сто­ л е недописан ную главу повести и позвонил Мальро: не с могу п р и сут­ ствовать на о ч е р едном з аседании подготовительной группы .

Ночью в в а гоне я мечтал, ил и, как говор и л когда-то р ы ж и й Ромка, строил « р а бо ч и е гипотез ы ». Конгресс з астав и т кол еблющи хся в ы б р ать путь борьбы. Уж не так сил е н ф а ш и з м, как кажется,- он держится н а всеобщем оцепен е н и и ! Может быть, в С а а ре н е м цы п ро голосуют п роти в Гитл е р а ?. .

Вдруг я вспомнил тревож н ы й в е ч е р в р едакции « Известий». Кто убил Кирова?. .

В купе было н атоплено. Я с трудом о пустил окно. Ворв ался ды м желтый, густой, едкий .

–  –  –

Подл инный хозяин Са арского б ассейна, Герман Р ехлинг сул ил по­ слушным премиальные, ослушникам-голодную смерть. Без работных, не жел авших записаться в « Ге р м а нский фронт», тотча с лишали пособий .

( Теперь, читая в з а падной печати о том, что герм а нский вопр ос мож· но разрешить «свободны м и выборами», я вспоминаю плебисцит в С а а р е... ) В деревне Пикард я ув идел смешной эпизод несмешной ка мпа нии .

Там были два б ы к а, узаконенные в качестве производителей. О д ин счи­ тался лучшим, и бедный крестьян и н в известной степени жил за счет своего быка. Этого крестьян и н а з а подозрили, что он н а м еревается вы­ сказаться за статус-кво, и бык был объявлен «быком статус-кво». Никто не смел случать его с ч естной а р ийской коровой. · Помог мне попаст ь и в деревню Пикар и в другие з а юулки Са а ра немецкий писатель Густав Реглер. Я с ним познако м ился в П а р иже, по­ том мы встречались в Москве во в р емя съезда писателей. Был он чело­ веком нервным, впеч атлительным. С аарские ф а ш исты грозились, что его убьют. Он смело выступал повсюду, р а ссказывал про террор в Герма­ нии. Он повел меня в дома ш а хтеров, где я услышал п р а вдивые рас­ сказы о происходящем .

Еще до плебисцита я н аписал д.r1я газеты очерки и последний из них кончил словам и : « Б итва может быть проигр а н а. Война - н икогда» .

Битв а была проигр а н а. Я уже з н ал, что до победы предстоит немало поражений, и не пал духом .

Вернувшись в П а р иж, я дописал повесть, пошел на собра ние подго­ товительной группы, и тут снова п ришлось уехать: в Женеве должна была собр аться Ч резвычайная сессия Совета Л иги н а ций .

Швейцарцы тянули с визой. Н а конец советник посольства показал мне телегр а м му и з Б е рна ; я переписал ее: «Советскому гражданину Илье Эренбургу разреш а ется десятидневное пребывание в Швейцарии в к а честве корреспондента газеты « Известию на Ч резвычайной сессии С овета Л иги наций при условии, что назва н ный И.ТJья Эренбург будет воздерживаться от в сего способного н а рушить внутреннее спокойствие Ш вейцар и и или омра ч ит ь е е добрые отношения с соседними государст­ в а м и». Дипломат объяснил мне, что, н аходясь на швейца рской террито­ рии, я не должен говорить или п исать что-л ибо н а п р а вленное п ротив Г ер м а н и и - того требует нейтралитет .

Что же, нейтралитет (как, впрочем, и все на свете) можно понимать по-разному. Незадолго до моего п риезда в Швейцарию агенты Г итлера похитили в Б азеле немецкого эмигрант а- а нтифа шиста Якоба и увезли его в Герм анию. Швейца рские власти сделали' вид, что н ичего особенно­ го не п роизошло. Я увидел Женеву, переполненную гитлеровцами; ни­ ка ких подписок с них не брали; у них были в Швейцарии свои газеты, и они преспокоfщо писали, что «для удаления злокачественной опухоли коммунизма необходимо прибегнуть к хирургии и на чать с России» .

Теперь я п р ивык к различным международным конференциям и знаю, что они чрезвычайно н а поминают судил ище, описанное в «Рейнеке­ л исе». Тогда же я был новичком и м ногому удивлялся. Л ига наций был а черновиком ООН; а м ер и канцы в ней не участвовали, и господами поло­ жения считал ись а н гл ич а н е и ф р а н цузы. Германия еще в 1 933 году выш­ ла из Л и ги н а ций, но перед ГиrJ1ером пасовали все. В датском Шлезвиге я видел, как датчане боятся немецких див из и й. А в Женеве представитель Дании долго доказывал, что политика Гитлера пример миролюбищ ко всему - этот адвокат фашизма был социал-демократом. Переговоры шли за кул исами - в р азличных з а городных рестора нах. Немцы обеща­ ли Испании торговый договор, и Jleppyc вдруг почувствовал н ежность к третьему р а йху. Португальцам и чилийuам сулили различные подачки .

ЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ .

Тревогу, охватившую м и р, хотели усыпить п а р а г р а ф а м и, сносками, ком­ меrпариями .

Выступил М. М. Литвинов; говори.11 он спокойно и с виду походил н а толстого добродушного семьянина.

О н н апомн ил дипломатам, что аппе­ тит п р иходит в о время еды и что н ельзя пола гаться н а улыбки Гитлер а :

«В ряд л и могут быть п р иняты в о в н и м а н ие какие-,п ибо обещания воин­ ственного гражданина щ адить некоторые ква рталы города и оставлять за собой и з а своим оружием право на действие в остальных кварта­ лах".»

В кафе «Бавария», где собирались журнал исты, корреспондент «Фи­ гаро» кричал: «Эмиль Бюре сошел с ума! Почему Ф ра нция должна бояться герм ан ской армии? Ведь и ребенку ясно, что Гитлер двинется на J'"к р аи ну."»

В в итрине немецкого бюро путешествий, н аходившегося недалеко от кафе «БавариЯ), в исела большая карта Европы, на ней Эльзас и Лота­ рингия входили в границы Герм ан и и .

Весна была холодной, ненастной; но газеты писа.'l'Н, что Jrетом во

Франции ожидается куда больше туристов, чем в предшествующие годы :

«Мир торжествует".» Гер м ания п р одолжала вооружаться. Лша н аций расс матривала р азличные планы р азоружения. Ф р а нцузы толковали о п р едстоящих к а никулах .

Я поехал в бельгийский город Эйпен, принадлежавший до 1 9 1 8 года Герм а н и и. Снова мытарили с визой. В Бельгии тогда было коалицион­ ное п р авительство, в него входили социал исты Б а ндервельде, Спа ак .

Еще недавно Спаак считался «красным». Я помнил, как он потр ясал ку­ л а кам и на собра нии шахтеров в Боринаже. Перегри мировался он с бы­ стротой, которой позавидовал бы люрой а ктер Мейерхольда. О н стал крупной политической фигурой в посл евоенной Европе. Я его видел в Брюсселе в 1 950 году; несмотря н а тучность, он держался неистово. О н защищал идеи, к а к он говорил, «умеренные»; но з ащищал и х н еумерен­ но. Я таких людей побаиваюсь: они способны поджечь мир только пото­ му, что считают себя хорош ими пожарниками. В а ндервельде был чело­ веком пр ошлого столетия и не пробовал угнаться за Спааком ; ему тогда было сем ьдесят :1ет. О н н аписал статью о моей повести «де нь вто­ рой». Не знаю, что на него подействовало - мой стил ь или стиль Г ит­ лер а, н о в статье был и неожида нные п р изн ания: «Так, несмотря на все, этот н а р од идет по грязи, по снегу к звезда м. Сам ая законная изо всех революций дала ему веру и надежду - чудодейственное обновление всей социальной жизни». Однако идеи м и н истра В а ндервельде н икак не от­ ражались н а будничной политике: в Эйпене я увидал картину, похожую на С а а р. Нацисты п р иезжали на трамвае из Дортмунда или Дюссел ь­ дорфа ; н и каких виз от них не требовали. Вели они себя бесцеремонно .

Выходила газета «Эйпенер цайтунг»; т а м rшсали, что немцы скоро осво­ бодят город. Я з а шел · в книжный м а газин, принадлеж авший Гирецу, местному фюреру. О н вежливо улыбнулст и предложил мне сочинения Розенберга .

К.огда я был в Э йпене, туда п р ибежал немецкий коммунист, которому удалось выбраться из концл а геря. Эйпенская полиция его а рестовала, грозила выдать гитлеровцам. Его выслали четыр е дня спустя во Ф ран­ цию. Я отвез его до грани цы - он б ы л в тяжелом душевном состоянии, несвязно отвечал н а вопросы пограничников .

О пять Париж. Писатели, р азговоры о конгрессе. Мальро доволен Бенда о бещал в ыступить. Уолдо Ф р а н к прислал из Америки длинное письмо; о н пр·иедет н а конгресс. Джойс пришлет приветствие.. .

П ар ижане обсужда:ш, где лучше провести летние месяцы -- на норИ. Э Р Е Н БУРГ м а ндском побережье или в С авойе. Все было как всегд а. Н о я не мог забыть о том, что делается по ту сторону Рейна .

Я поехал в Эльзас. Т а м б ыло все то же: гитлеровцы, ухмыляясь, го­ ворили о « близком освобождении», «а втономисты», вдохновленные С а а ­ р о м, требовали плебисцита, люди вздыхал и, ежились, з апасались посу­ л а м и местных ф а шистов спасти нх в час «освобо:ждения». Вечером н а глухой ул ице я встретил десяток парней, они злобно горланили « В ахт а м Рейн» .

Я писал тогда : «Последние м есяцы я з анят изнурительным з анятием :

езжу по р азличным обл астям, н аходящимся в непосредственном сосед­ стве с Гер м а н ией". Можно долго глядеть на змею и остаться в своем уме: если змея проглатывает кролика - это, в конечном счете, обед. Но нельзя долго глядеть на крол и ка : оста новившиеся глаза способны з а р а ­ зить безумием даже че.1овека с воловьим и нервами... »

Недавно в Риме состоялась встр еча « Кр углого стол а». Мы пытались убедить н а ших западных коллег, что нельзя вооружать вчерашних эс­ эсовцев. В один из вечеров итальянские друзья показали н а м докумен­ тальный фильм - историю ф ашизм а. Дуче на балконе подымал руку и ф иглярствовал, как дурной з ахолустный актер. Умирали люди в Абисси­ н и и. Рушились дома Мадрида. Несли м ертвых детей. По ул ицам Праги м ар ши ровали нацисты. Гитлер, узнав, что Фра нция капитул ировал а, хлопал себя по жпвоту. Русские пленные умир али в концл агерях. Еврей­ СК'ИХ девушек вели в газовые ка меры". Потом был а победа, и вот снова на экра н е буянят недобитые ф а ш исты, снова умирает итальянский под­ р осток. Сказка все еще не доска за на. Я глядел на экр а н и вдруг поду­ мал: да ведь это и стория моей жизни! Сорок лет прошли под зн аком з верств, войн, погромов, концлагерей. Пушкин когд а-то писал: «Мы рож­ дены для вдохновенья, для звуков сладких и молитв".» Н аверно, и тогда это было только мечто й : Рылеева повесили, Кюхля изнывал в ссыл­ ке. Да и сам Пушкин умер р а но н а вязанной ему смертью. Но хоть по­ мечтать он мог.. .

Весной 1 935 года я м еньше в сего думал о «с.r.адких звуках». Мы тра­ тили дни и ночи на подготовку конгресс а. Жизнь казалась идилл ической, но жить по-прежнему я не мог: воздух стал други м. Еще не б ыло ни мо­ билизаций, н и учебных тревог, ни пробных затемнений. А война уже б ыл а. Теперь я знаю, что война всегда приходит з адолго до начала п ред­ ставления, приходит она со служе бного входа и терпеливо ждет в тем­ ной передней .

Ч а сто в моей тесной квартире на ул ице К:ота нтен собир ались ф р а н­ uузские п ис атели, з а н ятые подготовкой конгресса: Андре К:ид, Жан­ Р и шар Блок, Мальро, Муссинак, Низан, Рене Блек .

У меня был пес Бузу, нежн ы й и лукавый, пом е сь спа ниеля со скотч­ террьером; на выставку его не взяли бы, но он был умницей - са мостоя ­ тельно ходил в мясную л а вку, где продавали конину, и там исполня.т1 цирковые пи руэты.

Б узу любил Андре /Кида, Ji юбил не бескорыстно :

Андре )Кид брал п еч енье 11 начинал дл инную т11р аду, р аз м ахивая рукой ;

Бузу подпрыгивал и выхватывал лакомство. Андре /Кид, не з а мечая про­ исшедшего, б р ал другое печенье; та1 повторялось раз десять .

В те годы я часто встречал Андре )К:ида, бывал у него на улице Ва нн, в идел е г о н а л итературных собра ниях, н а р абочих митинга х. Когда мы оставались вдвоем, он почти всегд а говорил о себе. Казалось бы, я мог его хорошо узн ать, но я его не узнал: он остав ался для меня челове1юм с другой пла неты .

Л ЮД И, Г ОДЫ, ЖИ З Н Ь 43 Когда он увлекся политикой и объявил себя сторонником ком муниз­ мн е это показалось победой : Андре )Кид был кум иром з а падной инма, 1 еллиге нции. Я р адовался его участию в борьбе против ф а шиз м а ; но даже в то время я добавлял, что до шестидесяти л ет Андре Жид «не видел перед собой н ичего другого, кроме отсветов собственной стр ас'Г'И» .

Одну только свою книгу он назвал романом - «Фальшивомон етчики» ;

в 1 9З3 году я писал о ней: « Конечно, н икого не может взволновать судь­ ба героев рома н а « Ф альшивомонетч ики». Но существуют ли эти герои?

Это роман о романе и о романисте, отнюдь не о людях". Это книга о кни­ ге: жизн и в пустыне не оказалось» .

Я н е был одинок в моем восторге п еред «обр а щением» Андр е Жид а .

На московском съезде писателей Горький сказал: «Ром ен Роллан, Андре /Кид имеют законнейшее п раво именовать себя «и нженерами душ»,- а Луи А р а гон кончил свою речь сл овами: «Мне остается передать вам при­ ветствие от н ашего большого друга - Андре )l\ида». Год спустя на П а ­ рижском а нтифа шистском конгрессе никого т а к не приветствовали, к а к Жид а .

В 1 936 году Андре Жид п р иехал в Советский Союз, всем безогово­ рочно восхищался, а вернувшись в П а р иж, все столь же безоговорочно осудил. Не знаю, что с ним произошло: чужая душа - потемки .

В 1 937 году, будучи в Испании, я прочитал его статью - он об­ винял р еспубл иканские вл асти в н а сил ии. Я не выдержал и в сердцах назвал его «старико м со злобой ренегата и с нечистой совестью». Теперь все это далеко позади. Я хочу попытаться спокойно з адум аться над че­ ловеком, которого я встретил н а своем жизненном пути .

Конечно, я ошибался, и когда прославлял его приход к коммунизму и когда н а зывал его рен егато м : порхание мотылька я принял за ч ертеж архитектор а. Не р а з в этой книге я п р изнавал ся в р а зличных з аблужде­ ниях: слишком ч а сто принимал свои желания за действительность .

Может ли ч еловек, прожив шестьдесят лет в пустыне, интересуясь только собой, вдруг пер еродиться, стать человеколюбцем, з а щитником социальной справедливости? Андре Жид не р а з говорил мне, что для человека н ет радости, когда вокруг него горе; эти слова меня трогали .

Он говорил искренне, и в нем было обаяние. Все же я мог поверить в стойкость, в длительность таких чувств только потому, что мне очень хо­ телось верить. Я не з адумывался над путем )Кида.

В годы первой миро­ вой войны он восхнтилс)], когда е го друг стао1 вошrствующи м католиком:

«Ты меня опер едил ! » Пятнадцать л е т спустя он повсюду повторял, что религия - злейший враг человека. Он походил на проповедника; у него были умные гл аза, тонкие выразительные руки ; его окружаJiи книги, рукописп; он всегда нос1-1.1 в кармане м аленький том Гёте или Монтэня;

говорил, что изучает Маркса. А основной его чертой было вел ича йшее легкомыслие. Одни восторгались его смелостью, другие, н а п ротив, упре­ кали его в чрезмерной осторожности; а мотылек JJетит на огонь не пото­ му, что он смел, и улетает от человека не потому, что осторожен, он не герой и не шкурник, он тол ько мотылек .

Я н е хочу, чтобы меня превратно понял и : гоnоря о мотыльке, я от­ нюдь н е п ытаюсь преуменьшить тала нт или ум Жида. Однажды в своем дневнике он з а писал : «Я сом неваюсь, что ба бочка после того, как она отложит яички, испытывает много удовольствия rз жизни. О н а порхает туда, сюда, подчиняясь а роматам, ветерку, своим жел ания м. "» Жиду, когда он это п исал, было семьдесят д в а год а ; он считал, что сделал свое .

Может быть, случ а й но он з а говорил в дневнике о бабочке, не з наю; но образ удачен : он б ыл грандиозной ночной б абочкой с той редчайшей окр аской, которая ослепляет и дотошного энтомолога и м а.а ьчишку с сачком. (Жид р а ссказывал, что любил ловить я рких б а бочек.) И. ЭРЕНБУРГ С колыко я ни встречался с Андре )l(идом, он всякий раз говорил о своем здоровье: боится простудиться, теперь грипп, не может пообе­ дать в этом «бистро» - печень, печень... В огромном мире Андре )l(ид, встречая м ножество л юдей, з а мечал только одного -- Андре :Жида. Ко­ гда он умирал, в квартире н а улице В ан н был его старый друг Роже Мартен дю Гар, который оставил «З аписи об Андре Жиде», н а писанные с л юбовью, в н их я н а шел подтверждение моих куда более б еглых на­ бл юден и й : «Он живет, погруженный в с ам ого себя, озабоченный своим и мелкими горестя м и...», «Он еще более сосредоточен н а самом себе".»

О чем бы он н и писал - о Н и цше или о Достоевском, о вым ышлен­ ных героях или о бдизких друзьях, о гомосексуализме или о разгроме Ф р а нции,- он видел себя, собой восхищался или ужасался .

У него был п ревосходный язык - ясный, точн ы й и в то же время свое­ образный. Может быть, стил.ь способствовал его успеху - он ведь высту­ пил, когда всем опостылели н а рочитые тум а нности эпиго нов символизма;

цругие подражали Малларме, Жида прельстил Монтэнь .

Блистательный стилист, пис атель большой эрудиции-все это бесспор ­ но, и все же трудно себе представить, что между двумя мировыми вой­ н а м и многие считали )I(ида учителем, совестью эпохи, чуть ли не про­ р оком .

Его в с егда увлекали р едкостные казусы. В конtе двадцатых года.в он начал редактйровать серию книг, посвя щенных различным преступле­ ниям; смутно помню одну из книг этой коллекции - р ассказ о женщине, з амурованной свои м и бл изкими .

Bcel\I известно, что н а свете существуют люди, сексуальная жизнь которых явл я екя исключением. Андре )Кид сделал из п атологического казуса боевую программу. Он пошел на разрыв со многими друзьям11, на н еприятности, на газетную шумиху .

Н езадолго до своей поездки в Советский Союз он пригл асил меня .

к себе: «Меня, наверно, примет Стал ин. Я решил поста,вить перед ним вопрос об отношении к м о им единомышленника м".» Хотя я знал особен­ ности Жида, я не сразу понял, о чем он собира ется говорить Сталину .

О н объяснил: «Я хочу п оста вить вопрос о правовом положении педер а­ стов".» Я едва удержался от улыбки ; стал его вежл шзо отговаривать, но он стоял н а своем. О н был п ротестантом, даже пуританином не только п о формации, но и по х а рактеру, и в·от он стал ф а на тичным морал истам а моральности .

Н ет, не только стиле м он п ривлекал читателей, но и беспощадностью духовного эксгибиционизм а - с а м ообнажения. Он очень п оверхностно кр итиковал недостатки не только советского общества, которое увидел ми моходом, в качестве знатн ого туриста, но и хорошо ему з на комой буржуазной среды; зато, п р еклоняясь перед собой, он себя не щадил .

Летом 1 936 года, будучи в Москве, он говорил студента м : «Так как здоровье мое слабое и я не могу н адеяться на долгую жизнь, я был согласен оставить эту землю, не узна в успеха. Я охотно р а ссматривал себя как п исателя, к которому из вестность приходит только после смер­ ти, как это было со Стендалем, Б одлером, Китсом или Рембо... Моло­ дежь новой Р оссии, теперь вы понима ете, почему я обраща юсь к вам, ведь я ждал и менно вас, для в а с я писал новую книгу... » Как стр анно это перечитывать! Андре Кид узнал долгол етье: он умер в восемьдесят два года. Да он и не прин адл ежал к тем · автор а м, которых открывают по­ томки,- его ч итали и почитали при жизни. Шведская королевская ака­ демия присудила « а моралисту» Н обелевскую премию. Теперь и во Ф р а нции читател и редко воз.в ра ща ются к его книгам. Он видел себя пира мидой, а был он, несмотря на тала нт, н а ма стерство, на художест­ венную смелость, только однодневкой, бивщейся в мутное стекло.. .

ЛЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ Я говорил, что время все 1ста1вит н а свое место. А я вспоминаю, как Андре Жид сидел у меня и говорил о «коммунистическом б ратстве», пока Бузу поглощал печенье, и мне становится почему-то жалко )Кида. Он был очень одинок; его чтили, и никто его не л ю бил. Л юбил ли он кого­ н и будь? После смерти были изданы некоторы е стр аницы его дневника, которые при жиз н и он н е хотел публ иковать. О н писал, что л ю бил свою жену. )I(енился он в молодос11и на кротюй, богобоязненной девушке и, женясь, знал о своем извращении. )!(етта его жила отдельно в деревне, он писал ей письм а о своей л ю бви. Однажды ему пон а добились для первой книги мемуаров письма к ж ене, и он узнал, что жена и х сожгла .

О н записал в дневнике: « В течение целой недел и я пл акал с утр а до ночи. Я себя сравнивал с Эдипо.м... » Я: не сомневаюсь в и скренности. .

этих слез; он плакал Н€ н ад предмето1м л ю бви, но над свои м и признания­ ми - это был человек, который, есл и припомнить стихи Б рюсов а, «с б ес­ п ечального детств а» искал «сочетания слов». Пожалуй, никто не мог р а·с сказать о нем злее, чем он сам .

П р и жизн и о н опубли ковал дневники первых военных л ет. Есть та м стра шные стра ницы; 5 сентября 1 940 года, вскоре после о:Ккупации гитл еровцами Ф р а н ции, он п исал: « П р и способиться к вчера ш нему в р а гу не трусость, а мудрость... Тот, кто сопротивляется неизбежному, попа ­ дает в з ападню; з ачем биться о решетки клетки? Дл я того, чтобы М€ньше страдать от узости тюремной камеры, лучше оставаться посредине». Три недел и спустя он себя утешал : «Если завтр а, чего я опасаюсь, н а•с л·и шат свободы мысли или по меньшей мере овободы выражения мысли, я по­ ста раюсь себя убедить, что искусство, м ы сл ь потеря ют от этого меньше, чем от чрезмерной свободы. Угнете ние не может п р инизить лучших; что касае11ся остальных, то это несуществен но. Да здравствует подавлен н а я мысль!»

Я убежден, что в 1 930- 1 935 годы ан искренне увлекался коммуниз­ мом. Е му б ыл·о холодно на с.в ете, и его п ривлекла теплота рабочих митингов ; как бродяга, он грелся у чужого костра. П ом н ю его выступле­ ние на уличном м итинге в предместье В илльжюи ф ; он поднял кула к и з а·степчиво улыбнулся. О н никого н е обманывал, разве что самого себя .

В 1 934 году Р оже Ма ртен дю Г а р после б еседы с Ж:идом записал:

«Ка·кая неосторожность придавать столько з начения присоединению человека, который по своей природе не годен для твердых у беждений, который всегда н е там, где, казалось, о н твердо осел н акануне! Несмотря н а и скреннюю добрую вол ю, я сильно опасаюсь, что вс1юре его новые друзья в нем р азочаруются... » М артен дю Г а р хорошо з н ал Жида. А я поверил... Говорю это спокойно, без гор еч и : в р емя - хор·о ший врач .

А в 1 935 году Андре Жид ч а сто п риходил ко мне; мы вместе подго-­ товляли анти ф а шистский конгресс писателей. Было бы глупы м мало­ душьем, восстщrавливая те годы, вырезать из них тень шестидесятише­ стилетнего мотылька в крылатке, то с «Ка питалом», то с томиком Эврип ида в руке .

Н а московс,к ом съезде писателей я· был рядовы:v1 участником; П а риж­ ский конгрес·с я подготовлял. Соз н ание своей ответственности для меня было новым, и я волновал1ся, как подросток. До последнего дня мы боялись, что в с е сорвется; писателей с и менем. отгов а ривал и: кон­ гресс - з атея коммунистов; участники восстановят против себя не только критиков, издателей, редакторов, но и чита телей .

Мы готовили конгресс по-куст а р ному - почти без денег, без помеще­ ния, н е было ни секретаря, ни машинисток, п риходилось самим перепп И. ЭРЕН БУРГ с ывать, звонить по тел ефону. уговаривать, мир нть. Больше всех ра ботат1 /Кан-Риш ар Блок, Мальро, Гийу, Рене Блек, Муссинак .

В своем выступлении на конгрессе М. Е. Кольцов напом нил, что ;;ервая м еждуна родна я встреча писателе й состонлась тоже в Пар иже в 1 878 году. Михаил Е ф и мов ич добавил, ч то т еперь р усские писатели ;vюгут разговаривать с и х за падны м1I собратьям11 по-другому - за 11х спиной больше нет ни каторг! I, НII всеоСiщей негра мотности, НII салтыков­ сшх помпадуров .

Н а пи сатель·ской встрече, о которой упомянул Кольцов, п р исутство­ вали Гюго и Тургенев. Т а ких п исателей на н ашем 1юнгрессс не было, но, кажется, их н е было в 1 935 году на свете. А нам удалось собрать н аи­ более читаемых и почитаемых: Генриха Манна. Андре Жида, А. Тол­ стого, Б арбюса, Хаксли, Брехта, Мальро, Бабеля, А р агона, Андерсена­ Нексе, Па·стернака, Толл ера, Анну З егерс. Конгр есс при ветствовали Хемингуэй, Драйзер, Джойс. В прези.1.ну м Ассоциации, которую конгресс создал, вошл и Ромен Ролл а н, Горький, Томас Манн, Бернард Шоу, Сельма Л а герлёф, Андре Жид, Генрих Манн, Синклер Л ьюис, В алье И нклан, Ба рбюс .

Конгресс был очень пестр ы м : р ядом с либеральным эссеистом Бенда сидел В а йя н - Кутюрье, после скептического англий ского романиста Фор­ стера выступал неистовый Арагон, испанский индивидуалист Эухенно д'Орс б еседовал с Б ехером, сем идесятилетн и й немецкий кр итик Альфред Керр говорил о значении культурного н а следства \юлоденькому Корней­ чуку, друг и единомышленни·к Кафки Макс Брод обсуждал проект резолюции с Щербаковым, а в буфете Г ал актион Табидзе пил коньяк за здоровье р а строганной Карин Михаэлис .

Конгресс продолжался пять дней, и неизменно огромный зал «Мютю­ алитэ» был переполнен; громкоговорител н передавали речв в вестибюль;

л юди на ул ице стоял и и слушали. Газетам, сначала решившим з а мол­ чать конгресс, пришл ось удел ип, ему немало места. Даже Гитлер не выдержал 11 в гневе з а явил : «Большевиствующие писатели - это убий­ цы культур ы ! »

М н е невольно вспоми.н ается другой конгр есс - тр инадцать л е т спустя во В роцл аве; там не было п а рижской пестроты, а немногочисленные л и бералы или соци алисты все время обижали сь, язвил и, грозили поки­ нуть за·седа ние. П а р нжский конгресс наз ывался «В з ащи ту культуры», в р оцлавский - « В з а щиту мира». Конечно, фашизм пугал всех, НО ! !

война в 1 948 году не была отвлеченным понятием .

Политическая обстаноJЗка в 1 935 году благоприятствовал а успеху нашей инициативы. Во Ф ра нции ро;кдал('я Н ародный фронт. Один из организаторов конгресс а, Андре Ш амсон, был радикал-социалистом, занимал пост директора Версальского музея, и он с восторгом говор11.n о Сове1'ском Союзе, жал руку В а й яну- КутIСрье. Это не могло никого удивить: три недели спустя на площади Б астилии я увидел, как Дал адье обнимал Тореза. Фашизм наступал. П росматривая в дни конгресса газе­ ты, мы узнавал и, что пятнадцать тыся ч фа шистов п рошли по улица м Алжира, а на д ними кружили фа шистскне са молеты и что очерешюй «вождь» во.скл икн ул : « Кл ?.н усь, не прой дет и месяца, как мы з а хват1 в1 1Зл асть во Ф р анции!.. » В Гер м а н и и рубили головы строптивы м. Хиль Роблес расправлялся с испанскими вол ьноду мца м и. Италия открыто готовил ась к на падению на Абиссинию. Это бесспорно, и я ни на мпну гу не з а бываю, что после в торой м ировой войны положение было куда более сложным - страх перед ком мунизмом возр ос, а в А мерике еше только н ачи н ал ась «охота за в едьмами». Все же, мне ка жется, дело не ТОЛЫ\О В ЭТОМ .

Во Вроцлаве н е было писателя Хаксли, но туда пр иехал его брат, Л ЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ 47 биолог Хаксли; право же, он был н астроен ничуть не правее, чe:vr Олдос Ха ксли в 1 935 году, но с н и м иначе разговаривали, ему казалось, что он попал по ошибке в чужой дом .

В о В роцл а в е я в стретил очень м ал о участнико:В Парижского конгрес­ са : Андерсен- Нексе, Бенда, Мархвица, Стоянов, Корнейчук, я - вот, ка­ жется, все.

Эссеист Б енда, неистовый р а ционалист, каЕ:- то С !\азал мне:

«В идите, я все-таки приехал. Но я больше ничего не понимаю... Ска жите, что стало с Б а белем, с Кольцов ы м ? Я спрашиваю, мне не отвечают.. .

В ыступал ваш тов арищ, он н и звал С ар тр а, О'Нейля «шакала ми». Разве это справедливо, разве это попросту разумно? И почему мы должны а плодировать каждый раз, когда произносят имя Стал и н а ? Я против войны. Я против пол итики Соединенных Штатов. Я ищу объедин ения, а мне п р едл а гают присоединение... Н о мне семьдесят восемь лет - для н ачальной школы э то поздновато... »

В ернусь к Париж·скому ко'Нгрессу. Может быть, в извест1ной степенИ его успеху содейС'гвовало поведение советских писателей. Трудно было пять дней подряд только и делать, что проклинать фашизм. Выступав­ шие говорили также о роли п исателя в обществе, о традициях и новатор­ стве, о н а циональной основе культуры и общечеловеческих ценностях .

Разумеется, всех интересовал советский опыт. Мне запомнились некото­ рые выступления на ших писателей:. Речь Кол ьцова была живой, веселой;

о н говорил о з н а чении сатиры в советском о·б ществе: «Нашего читателя воз мущает администр атор, которы й, искажая принципы социализ ма, уравнивает всех л юдей н а один ф а сон, з аста вляет их есть, н адевать н а себя, говорить, думать одно и т о ж е ». Л а хути р ассказал, что з адолго до желтой звезды, п ридум а н ной н ем ецкими р асистами, в доревол юцион­ ной Бухар е евре-и долж'Ны были подпо,Iсываться «нахи да·на т» - «поясом проклятья» и что теперь все на роды Сове'Гского Союза объединяет «нахи вахлат» - « пояс б р а тств а » .

З а несколько дней д о открытия конгресса фра нцуз ские писател и, организаторы конгресса, обр атились к на шему пocJiy: онн хотели бы уви­ л еть Б абеля и П а стернака, не вошедших в состав делег а ции. Ко•нгресс уже р аботал, когда приехали Бабель и П а стерн а к. Исаак Эмма нуилович речи н е писал, а непринужденно, с юморо м рассказал на хор·ошем фр а·н­ цуз·с ком языке о любви сове'Гских л юдей к литера туре. С Борисом Л ео­ нидовичем было труднее. О н сказал мне, что страдает бессон ющей, в р а ч установил пснхостению, он н аходился в доме отдыха, когда ему объя­ вили, что он дол жен е. ать в П а риж. О н н аписал проект речи - главным ' образом о своей болезни. С трудом его уговорил-и сказать нес колько слов о поэзии. Н аспех м ы пер евели ·н а ф р а нцузский язык одно его стихотво­ рение. З ал восторженно а плодировал .

Никол а й Семенович Тихонов, худой и вдохновенный, говорил о поэ­ зии: «Маяковски й! В от ма стер советской оды, с атиры, буффонадного и комедийного стихового театра... Б а грицкий! Вот стих пла м€нный и простой. Стих убедительного образа, глубина н а стоящего волнения. Охот­ ни·к, р ы болов, п а ртиза н - он л юбил природу... Сложный мир психолоп­ ческих п ространств предст а вляет н а м Борис П а стернак. Какое к•и пение стиха, стр емительное и напряженное, какое искусство не•п р ерывного дыхания, какая поэтическая и гл убоко и скренняя попытка увидеть, сов­ местить в мире сразу множество пересекающихся поэтических дости­ жен и й ! »

( В очередном очерке для «Известий» у м е н я б ы л а такая фраза :

« Когда Тихонов перешел к оценке поэзии П астернака, зал долгими а плодисмента ми при ветствовал поэта, который доказал, что высокое мастерство и высокая совесть отнюдь не враги». Полгода спустя один московский л итер а тор, который, по его же слова м, л юбил «капать' 48 И. ЭРЕНБУРГ на товар·ищей, о-бъявил, чrо я в П а риже будто бы приветствовал П а стер­ НаJа и сказ ал, что «совесть только у н его одного». Эта басн я пон р а·ви­ лась, и « Ком сомольская п р а вда» осудил а не Тихонова, не участников Париж·с кого копгреоса, л е гкомысленно аплодировавших П астернаку, да и не с амого П а стер·н ака, а меня. Во ф р а н цузской п еч ати появилась з аметка: «Москва деза вуирует Эренбурга». Я писал Щербакову, Коль­ цову - п росил опровергнуть сплетню, но безуспешно. Француз·с кие пи­ сатели меня спрашивали: в чем дело? Это было четверть века назад еще до 1 937 года, и я н аивно дум ал, что на все вопросы можно ответить.) Н а З ападе говорили (да и поныне говорят), что вся н а ш а л итера ту­ р а - а гитк а. В моем выступлении я сказал : «Мы прожили трудные годы - наши дни были окопами. Чувства л юдей не меняются сразу .

Н а ш а а гитационная л итерату ра овязана с п ам ятью о прошJю м. З ная, что в раги могут н а пасть н а нашу стр а ну, мы создали Красную Армию. Н о как бы ни было сов решенно е е оружье, м ы никогда не станем выдавать п ушки за обр азцы советской культуры. Пушки имеются и у ф аш истов .

Но у них не может быть наших красноармейцев. Агитационная л итера ­ тур а - это военное снаряжение, она ролилась в арсеналах буржуазии .

Т·в ердя о «ЧИ·стом искусстве», буржуазия писател ей-отщепенцев и бало­ в ал а прирученных. Не «проклятые поэты», а прирученны е создали слу­ жебную л ит.е ратуру. Н а стоящее беокорыстное искусство, стрем ящееся не к сох р а нению социальной иерархии, а к р азвитию ч еловека, м ыслимо только в новом обществ е... Мы п р ишли сюда с гордостью не з а себя, а з а наших читателей".» Д в а старейших писателя - Генрих Ма.нн и Андре :ж:.ид,- сидевшие в п р езидиуме, в стали и подошли, чтобы пожа ть мне руку; это, ко·н ечно, относилось к совет1ским читател я м. Я разволнов ался и что-то пробубн ил .

Мне т о и дело п р:иходило1сь уходить из з а л а : было м ного кропотливой р а боты. А возвращаясь на овое м есто, я н еизменно сл ышал дружес11вен­ ные, а то и восторженные слова о советском обществе - они исходили от р азличных писателей З апада: от Ш амсона, ка толика Мунье, М а нна, Жида, Геенно и других .

Б ыли патетические минуты. Н еожиданно на эстраде появился чело­ век в ч ерных очках с насп ех прикл еенной черной бородой ; это бы.1 не­ м ецкий коммунист, р аботавший в подполье. Ром антику любят не только юноши; и зал неистовствовал ; Андре /Кид, переводивший речь подполь­ щика на ф р анцузский язык, сбивался от волнения .

С тоял и на р едкость з нойные дни - духота, грозы. В переполнен ном зале трудно было дыш ать, и не было ни м и нуты передышки. Ночью при­ ходилось переводить выступления, писать отчеты для «Известий», а то утешать литератора, которому не дали слова .

В м оем описании все в ыглядит строже, да и скучнее, чем б ыло н а са­ мом деле. Мы жили в десяти планах. В коридоре во время деб атов Марина Цветаева читала стихи П а стерна ку. Почему-то полночи мы про­ спорили в м аленьком кафе о социалистическом реализме; с н а м и сидел А. С. Щербаков, он боролся со сном и вдруг сказал: «Ну з ачем спорить?

В едь все сказано в уставе".» Л ахути поднес Андре Жиду таджикский х ал ат, тюбетейку, и, увидав а втор а «Ко рид а н а » в непривычном одеянии, м ы вдруг поняли, что он должен сидеть в ч айхане и примеривать веч­ ность, а не выступать н а м итингах. Б а бель с увлечением р а ссказывал Андре Триоле о необыч а йном жеребце. Галактион Та бидзе купил р едкие издания Бодлера и Рембо; по - ф ранцузски он не читал, но любовно гл а ­ дил стр аницы. Б р ехт и Мат)ро говорили о том, может л и войти смерть в жизнь. В м аленьком баре возле «Мютюалитэ», куда м ы з аходили, чтобы в ып ить л едяной лимон ад, влюбленные целовались; а громкоговоритель перед а в ал, что сейч ас в ы ступит д р а матург Ленор м а н ; и я глядел на паЛ ЮДИ, ГОДЫ, ЖИ З НЬ р очку, глядел и думал, что мой дядюшка Лева, а нтрепренер бродяч его цирка, л юбил говорить: « Н е т а к живи, как хочется, а так, как бог ве­ л ит... »

В кулуар ах вдруг стало тихо: сейча с выступят сюрреалисты - они решили сорвать конгресс.. .

Н а к а нуне открытия конгресса м ы уз нали о са :vоубийстве молодого писателя-сюрр еалиста Рене Кревеля. Я с ним ин огда встреч ался, знал, что он болезненно переживал р а зр ы в м ежду коммун иста м и и сюрреа­ листами. Р а ссказывали: отра в ился, оста вил короткую з а п иску: «Все мне опр отивело... »

Потом от его друзей - от Кл ауса Манна, от Муссинака - я узнал, что, с а м о том не подозревая, сыгр ал в этой трагической истории неко­ торую роль. Я н а п исал р езкую статью о сюрреалистах. Мы сидели ночью в ка фе, я вышел, чтобы р аздобыть п а кет т а б а ка. Когда я переходил ул и­ ц у, подошли дв а сюрреалиста, одюr из н их уда рил меня по л ицу. Вме­ сто того, чтобы ответить тем ж е, я глупо спросил : в чем дело?.. Все это б ыло в нравах сюрреалистов, и вот вздорная история стала последней каплей для Рене Кревеля. Конечно, капля не ч а ш а, но мне это тяжело вспо :--ш нать .

На конгрессе Арагон прочитал речь Кр евеля. В се встал и. Ему б ыло всего тр идцать пять лет. В от и выходит, что п исатели даже н а ко нгрессе не обошлись без са моубийства.. .

Элюар потребовал слова. Зал всполошился : начинается !.. Кто-то истошно кричал. Муссинак, которы й председательствовал, спокойно пре­ доставил слово Элюару, бывшему тогда п р а вовер ным сюрреалисто:vr .

Эл юар п рочитал речь, н а п исанную Бретоном; в ней, ра зумеется, име­ лись н ап адки на конгресс - для сюрреалистов м ы были консерватора ми, академиками, чинуш ами. Но полчаса спустя жур налисты р азочарованно отпра в ились в буф ет - все кончилось б л а гополучно: м ы понимали, что б ед а не в Бретоне, а в Гитлере .

Мне запом н ил ась р еч ь а н глийского романиста Форстер а. Он говорил:

«Будь я моложе и смелее, я, может б ыть, стал б ы ком мунистоы". Если разр азится новая войн а, то писател и, верные п р и н ципа :--1 либерал из:\rа и индивидуализм а, вроде Х а ксли и меня, будут попросту см етены. Мы ничего н е можем против этого сделать, мы б удем ржавы:\I И иголками кл а сть з аплаты, пока не разр азится катастрофа». ( И молодой Хаксли и пожилой Форстер пережил и вторую мировую войну. А если «ржавые иголки» теперь в меньшем спросе, то з натоки уверя ют, что дело не столь­ ко в сдвигах соз на ния, сколько в конкуренции телевидени я. ) Р е ч ь Кольцова б ыл а, р азумеется, куда оптим истич нее. Обр ащаясь к ф а шиста м, он вспомнил ф р а н цузскую поговорку: «Хорошо смеется тот, кто смеется последним». Кольцов не ув идел р азвязки. Ф а шистов дейст­ вительно р азб пл и, но 9 мая 1 945 года мы не смеялись. Помню женщину н а Kpacнoii площади, она тихо пока з ы в ал а всем фотогр а ф ию ее сына, погибшего на Волге .

(Я п р ервал р аботу над этой гла вой почти на м есяц: Рим, В а р ш а в а, Лондон ; встр етш, з аседания, конферен ция - р азоружение, ядерные бом­ бы, Бонн, реваншисты... П ередо мною были не п исател и, а самые р аз­ л ичные люди - американский сенатор, лейбор исты, физики, итальянские депутаты, )I(юль Мок, священники, профсоюзники. Конечно, ыне хочет­ с я дописать эту книгу, но если можно убедить хотя бы десяток л юдей, что н ет другого в ыхода, ка к уни чтожить все бомбы, р асп устить все армии, то бог с ней, с книгой,- куда важнее судьба подростков: перед н ими их люди, их годы, их жизнь.) Создали Ассоциацию писателей, выбрали секретариат; из советских в н его вошли Кольцов и я. Михаил Ефимович сказал мне: «Поскольку «Новый мир».№ 4 50 И. ЭРЕНБУРГ секр етари ат будет находиться в П а риже, р а б отать пр идется в а м ». Ла ско­ во, но и насмешливо хм ыкнув, он добавил : « Ругать будут тоже в а с... »

О том, как меня ругали, я уже упоминал. Да и в р аботе не было не­ достатка. М ы устраивали м итинги, лекции, диспуты - в Париже, в провинции. В р емя бл а гопр иятствовало: это был медовый месяц На род­ ного фронта. Я выступал с доклада м и в П ариже, в Л итле, в Гренобле .

Н а П а р ижском конгрессе не было крупных писател ей Чехословакии .

Я побывал в П ра ге, встретился с Ча пеком. О н много говорил о фашист­ с кой угрозе, согласился войти в президиум Ассоциации. Работал он тог­ да над р о ыа ном «Война с сал а м а ндра!lш». Усмеха ясь, он говорил: «Вы, н а в ерно, слышали пражский а некдот: в сол нечный день Чапек идет по При шкопу с р аскрытым зонтиком и на недоуменный вопрос встречного отвеча ет: « В Л ондоне сейчас дождь». Я, правда, м н огое Jrюблю в анг­ л ийских н р авах, м не, например, нра вится, что лондонцы не толкаются, в м етро или в а втобусе не н а в аливаются один н а другого. Вероятно, это связано с тем, что я.1юблю м ечты п рошлого века. А мы ж 1шем в другую эпоху, общество теснит человека, один на род наваливается на другой... »

С екрета рем Союза чешских писателей был тогда поэт Гор а ; он пред­ ложил включить в н а ш у Ассоци ацию чешский союз. Я был на съезде писател ей Словакии, они тоже вошли в Ассоциацию .

В Испании с нами были почти все молодые писател и : Лорка, Альбер­ ти, Бергами н. Я встретился с моим давним приятелем Гомес де л я Сер­ п а, который чурался политики; мне удалось уговор ить его войти в Ассо­ ц и а цию .

В июне 1 936 года в Л ондоне состоялся пленум секретариата. Мы бы­ л и н астроены радужно; обсуждали всевозможные проекты: создание м еждун а родных л итературных премий, бюро для переводов на р азлич­ ные языки л учших произведений и так дале. О собенно страст.но обсуж­ дался проект создаIIия энцикл опедии, которая, по замыслу Бенда, Маль­ ро, Блока, должна была стать те.·I, чем были энцикл опедии Дидро, Воль­ тер а, Монтескье дл я л юдей второй половины XVI I I века .

Неожидан н о на наше собрание пришел Герберт Уэллс. Я с н и :v1 по­ зна комился летом 1 934 года на даче М. М. Л итв инова. Беседуя с J\!\ ак­ симом Максимовичем, с ЭйзенштеЙНQМ, со м ной, он говорил, что многое у н а с e:v1 y понр авилось, и это, в идимо, его р аздр ажало - он не Любил, чтобы действительность шла вразрез с его прогнозами. О н многое умел предугадывать, был дальнозор ким : если Андрей Бел ыii говорил в 1 9 1 9 году о б атомной бомбе, это было п р едчувствие:v1 поэта, а когда Уэллс в 1 9 1 4 году описал при менение в будущей войне атом ного оружья, это можно н азвать научным прогнозом. Он дорожил логикой, а к диалекти­ ке относился подозрительно. На даче у Л итвинова, ра зговаривая с доч­ кой Максима Максимовича, озорной девочкой Таней, он вдруг становил­ ся естественным, даже добрым .

В ойдя в зал заседа ний, тэллс положил шляпу на стол и тотчас вылил на н ас ушат холодной воды: тр езво р азъяснил ; что мы не Дидро и не В ольтеры, чт о у нас нет денег и ч т о м ы вообще живем утопиями. Оп р ас­ сказал а некдот о трех портных, которые вздумали выступать от имени Великобританской импер ии. Кончив говорить, он взял шляпу и вы шел из зала .

Кон ечно, в своем с кептицизме он был прав: мы не составили и перво­ го том а энциклопедии, не учредили л итер атурных премий. Мы даже ни­ чего н е сдел али для переводов. Бергамин предложил созвать второй Международны й конгресс в Мадр иде в 1 937 году; это предложение при­ няли. Мы не зн али, что через три н едели в Испании н а чнется стр ашная, р азрушительная война. Но из всех на ших решений мы осуществит ЛЮД И, ГОДЫ, ЖИ З Н Ь топько одно: конгресс действительно соб р ался в 1 937 году в Мадр иде, и мы заседали, обстреливаемые фашистской а ртиллерией .

Ассоциация сделала свое дело: она п омогл а п он ять писателям, да и многим читателя м, что н ачинается новая эпоха - не книг, а бомб .

Р ан н ей осенью 1 935 года я п иса л в « Известиях» о Ф ранции и Па ри­ ж е: «Я долго дум а л, почему сейчас так печальна эта земля? Ее р асота только оттеняет печаль. Прекрасны старые вязы или ясени среди по­.11 я н ы. С яблонь п адают красные я блоки. Н а б ер егу оке а н а рыбаки чинят голубые тонкие сети. Черные коровы з а дум чиво окун а ют свои люрды в тра ву, зеленую, как детство. Бел ые крестьянские доышш обвиты гл иuи­ н и я м и... «Жизн ь так коротка» - это поет под моим O IHI O iVI з астен чивый н еуклюжий подросток. О н вырос из своего костюы а, а нового ему не сшили. О н п р ишел на эту землю сл ишком поздно: все романы написаны, все пустыр и р аспаханы, з а н яты все м еста - от кресла сенатора до ящи­ ка, в котором роется мусорщик. О н может только петь н атоща к «Жизнь так коротка»... И х м ного, они родил ись, как все, учились ходить, хлопа ­ л и в л адоши, сосали л еденuы и глядели на жизнь голуб ы м и доверчивы­ ми гл азами. П отом оказалось, что они выросли з ря... Ночью в П а р иже, вдыхая соленый за п а х моря, кажется, слышишь скрип снастей". Кружит­ ся голов а : чер н а ночь Европы. Грусть веков скопилась на 111аленькоы отрезке земли, как в ш ка тул ке с п исьм а м и мол о,LtОсти. Но даже эта грусть связ а н а с жиЗ'Нью. Р а н н и м утром над сизым П арижем кричат дрозды и сирены з ав одов ; они как будто повторяют: «Тебя ждут высо­ кие дел а, борьб а, будуще е ! " »

О судьбе Ф р а нции, П а рижа я дум ал и в небольшой м астерской, з а ­ громожденной холстами, рухлядью с « блошиного р ы н к а » (та к зовут па­ р ижскую толкучку ), кувшин а м и, глядя на пейзажи Р. Р. Ф ал ька. Па ри­ жей м н ого: мы знаем омытый светл ы м и дождя ми, сияющи й П а риж им­ прессионистов ; л е гкий и нежный П а риж Марке; идилл ический и захолу­ стн ый П а риж Утрилло. А П а р иж Ф алька - тяжелый, сумеречный, серый, сизый, фи олетовый, это П ариж тр а гических ка нунов, обреченный и взбу­ дор аженный, отпетый и живой. Фальк прора ботал в П а р иже всего де• в ять лет, но он понял этот большой, сложный, казалось бы чужой ему город .

Я познакомился с Робертом Р а ф аиловиче:vr в нача.ТJе тридцатых го­ лов, а особенно ч а сто мы встречались и подолгу б еседова.1и в послед­ н и й период его жизни. Но вот я р ассказываю о нес.1, отрываясь от собы­ тий 1 935 год а : тогда я впервые почувствовал всю с и,1 у его :живописного голоса. О н вытаскивал нз з а коул ков мастерской десятки холстов, высо­ кий, худой, с печальным, даже унылым лицом, которое порой освещала л егка я стыдли в а я улыбка, и я, восхищаясь живописью, по-новому видел окружавший меня мир - л юдей, эпоху, пестрое чередов ание событий, неразборчивую стеногр а м м у века .

( Ко гда я писал роман « П адение П арижа», на стене передо м ной в нсел па рижский пейзаж Фалька. Ч а сто, оста вл яя ру1юпись, я глядел на него - дома, дыы, небо. Может быть, я не на писал бы некоторых стра ­ ниц, если бы не холст Роберта Р а ф а иловича.) Я п р изн авался в этой книге, что жил в десяти пла н ах, разбрасывал­ ся, торопился ; я валил все н а эпоху, а может б ыть, винов ат я. Ведь Фальк - мой современшш (он б ыл всего на три гола ста рше меня ), а он р аб отал сосредоточенно, упря мо, ф а н атично. Ш естнадцатилетним подро­ стком о н уже сидел, восхищенный, у подмосковного прудика и писал первые пейзажи. Он р аботал до самой смерти, исступленно, мучительно, И. ЭРЕНБУРГ уничтожая холсты, в десятый р а з замазывая; соскребал краски, н а р а ­ ставшие, как струпья, и снова писал; в пятый, в десятый р а з во·з вра­ щался к тoii хсе м одел и, к тому же н атюр морту. Он р аботал, и когда его выставля.rrн, и когда перед ним закрылись все двери, р аботал не дум ая, выставят ли его х о.:-rсты,- го в орил не потому, что перед ним был н аби­ тый людьми зал, а потому, что у него было много что сказать .

Е сть художники, которые л егко, быстро п11шут,- я говорю сейчас н е о х алтурщикх, а о п одлинных художниках; о н и п ишут потому, что, как говорил Р о б ерт Р а ф а илович, у н и х «хо рошо поставлены глаза». Кто не встречал ч еловека, который охотно р а ссказыв ает только потому, что умеет связно и образно говорить. Древн ие греки восхищенно отзыва­ лись о б о р аторском даре Демосфена, а он по природе был ·косноязычен .

Ф альк в каждой р аботе преодолевал ж ивописное косноязычие.

Но его трудолюбие н е похоже на пот Брюсова, н азвавшего свою мечту «волом»:

м ечта Фалька была ретивой, и он стр емился ее обуздать, подчинить за­ конам и скусст в а, своим мыслям. Он любил стихи Б а р атынского о скульп­ туре : « Глубокий взор вперив на к ам ень, художник Н и м фу в нем про­ зрел, и пробежал по ж ил а м пламень, и к ней он сердцем полетел. Но, бесконечно вожделенный, уже он вл а ствует собой: н еторопливый, посте­ пенный р езец с богини сокровенной кору сним ает за корой» .

Пожалуй, он н апоминал одного из своих н аи более любимых предше­ ствен ников - Сезанна - невероятной р а б отоспосо бностью, тяжестью, сочетанием мягкости с неуживчивостью, отшельничеством. Но Роберт Р а ф а илович был челове1ю м и другой эпохи и другой земли. Он говорил о С езанн е : «Велич айший художник! У него было а б солютное зрение.. .

А если говорить о человеке, в нем б ы л и черствость, сухость, эти черты довольно ч а сто встречаются у ф р а н цузов. Думаю, что эти душевные свойства окрасил и и живопись Сез а нна... »

Роберт Р а фаилович з н ал традиции русской л итер атуры, р усской му­ зыки, да и по природе он был человечным, никогда н е оставался холод­ н ы м соглядатаем жизни - волновался, стр адал, р адов ался .

О н любил В рубеля. Учителем Роберта Р а фаиловича в Художествен­ ном училище был К. А. Коровин. ( Ф альк р а ссказывал, что в П ариже встречался с Коровиным. Конста нтину Алексеевичу было уже семьдесят пять лет, но он р аботал, и скал и говорил Ф альку: «З наешь, кто теперь самый большой художник во Франции? Сути н ! » ) Н ачал Ф альк выстав­ л яться в группе «Бубнов ы i! валет» в м есте с Кончаловским, Л а р ионовым, Лентуловым, Гонча ровой, Малевичем, Машковым, Куп риным, Рожде­ ственским, Ш а галом. Р а спространено мнение, будто бубнововалетцы слепо подр ажали ф р а н цузам, а это было бол ьшое, впол не с а мостоятель­ ное я вление в русской живописи, которое еще до сих пор не н ашло гра­ мотного и честного исследователя. Конечно, Фальк в то время отдал дань кубизму, порой несколько обобщал п р едметы, но его пейзажи не и мели н и чего общего с геометрией; они был и выр ажением чувств моло­ дого художника .

Фальк жадно п рисм атривал ся к жизни. Как я говорил, в П ар иже он п рожил всего девять л е т и за э т о в ремя сменил четырнадцать адресов, из одной м астерской или мансарды перебир ался в другую; о бъяснял, что р айоны П а р ижа не п охожи один на другой и что ему хотелось не только повидать, но и пожить в четырнадцати различных городах .

Он знал глухие переулки Мос1шы, пес1ш и к а м н и С редней Азии, раз­ личные русские города - охотно колесил. Отшельник в живописи, в жиз­ н и он был о бщительным, встречался со множеством л юдей, вним ательно слуша,1 споры, рассказы, исповеди .

Р оберт Р а ф а и.1ович л юбил труд преподавателя; учившиеся у него и в двадцатые и в соро1овые годы - говорят, что он делился с начинаЛ ЮДИ, ГОДЫ, Ж ИЗ Н Ь ющими художникам и не тол ько опытом, но и находка м и, прозрением, вкл адывал в уроки душу .

В отрочестве он мечтал стать музыканто м, всю жизнь обожал музы­ ку. О н л юбил и поэзию - я ч а сто говорил с н и м о стихах; о н сразу схва­ тывал внутр е н н и й р и1'м стиха, может быть, потому, что в живописи искал pИTl\I .

П ол ь Сез а н н, необ ы ч а й н о зоркий в своем р е месле, н и чег9 не знал, р о м е холста и к р а со к. О бществе н н ы е события его о ст авлял и р а вноду ш ­ н ы м. Много с меялись н а д Золя, котор ы й н е п о н я л своего ш кольного товарища, считал П ол я н ет а л а нтл и в ы м, да и н е очень-то умным. С м ея­ лись с п р а ведливо. Н о м о ж н о добавить, что Сезанн тоже н е понял З оJJЯ, перевер нувшего строен и е. р о м а н а, п робовал п о ч ит ать и б р о сил-показ а ­ лось скуч н ы м. А Фальк и м н о гое з н а л и многим и нтересовался. П а риж на его холстах («не город, а пейзаж») б ыл таким, к а к и м о н его и видел и п о н и м а л. В 1 935 году он говорил : «Ф р а н ци я обречен а. Трудно р або­ тать, не х в атае1' воздуха. П о р а домой".» Е м у тогда жилось хорошо: е го выставляли, критики много писали о н е м, коллекционеры п о купали его холсты. Н о, р ав н одушн ы й к ден ь г а м, к славе, о н остро восп р и н и м ал воздух эпохи, настроение о кружающих. Он з н а л, что Ф р ан ци я не высто­ ит, т в е рдо это з н а л, и когд а, п осле п адения П а р и ж а, я в е р н улся в Моск­ ву, расспр ашивал меня о деталях - с амую и сто р и ю о н знал д а в н о и н е только п о сообщени я м г а з ет .

О н к ак-то сказал м н е : « Я думаю о многом до того, ка к сажусь з а р аб оту, дум а ю о человеке, которого пишу, д а и о б эпохе, о пейзаже, о политических событиях, о стихах, о б а бушкиных с казках. о вчерашней газе1'е... · Когда я п ишу, я тол ько гляжу, н о я вижу многое и н а ч е иыенно б л а годар я тому, что дум а л, п роду м а л ". » И м прессион исты говорили, что они и з о б р а ж а ют м и р т а ки м, каки м они его видят. Пи кассо ка к-то с к а ­ зал, что он изображ ает м и р т а к и м, к а к и м о н е г о мыслит. Ф альк видел так, к а к мыслил. О н не и скал иллюзор н ого сходства, гово рил, что н е любит т е р м и н а «изобразительное искусство» - п редпочитает «пласти-0 ческое искусство»: живопись дл я него была не изоб р а жениеы, но ото б р ажением, созда нием реальности н а хол сте .

Фальк писал в одно м из писе м : « П роизведе н и я Сез а н н а н е подобья ж и з н и, а с а м а жизнь в прекр асных, д р а го ценных зр ительно- п,1 астн ческих ф о р мах. Кубисты считают себя е го п р е е м н и к а м и. С моей точки зрения, они узурп аторы его искусства. Я н е люблю, откровенно говоря. абст р а кт ­ ную ж ивопись. Абст р а кция даже у с а м ых т а л а нтливых художников ведет к схеме, к п р оизволу, к случа й н о сУи." Элемент а р н о говоря, я р еалист... В моем пон и м а н и и реализма м н е особенно близок С езанн. Из более поздних и м е н меня о собенно п р итягивает Руо".»

Фальк недолюбливал деко р ативность в живописи; о т а ко м художни­ ке, как Матисс, о н говорил с уважением, но и с холодо м. О н ис1\ал рас­ крытия п редметов, п р и р оды, человеческих х а р а ктеров. Его портреты, особенно в последние годы, пораж ают гл уби н о й : цвето м он передае1' сущности модели, цвет создает не только ф о р м ы, простра нство, о н так ж е показывает «незримую сторону Л уны» - писателю потребовались бы т о м а, чтобы подробно р а ссказ ать о своем герое, а Фальк это достигает ц вето м ; лицо, пидж а к, руки, сте н а - н а холсте клубок стр астей, собы­ тий, дум, пластическая биография .

В 1 946 или в 1 947 году Фалька з а ч ислили в « ф о р м ал и сты». Это было а б сурдом, но в те годы трудно было ч е м-либо удивить. « Фо рмалиста»

решили поставить н а кол е н и ; помню з а явление одного из тогда шних руководителей Союза худож ников: « Ф альк н е понима ет слов, м ы его будем б ить рублем. " » Вот э rо изумило меня даже в то в р е м я : челов е к « рубля» н е з н ал, с к е м и меет дело. В ж и з н и не встречал я художника, 54. И. ЭРЕНБУРГ столь б ез р азличного к различным б л а г а м, к удоб ства м, к достатку .

Ф ал ь к с а м в а рил горох или карто ш ку ; года м и ходил в той же п р отертой куртке; одна руб а ш ка была на н е м, другая лежала в старом чемодане .

В обыкновенной, п р и. ш ч н о обставленной комн ате о н чувствовал себя неуютно, жил в запусте н и и, а дорожил только к р а с к а м и и кистя ми .

Е го перестал и выста влять. Денег не было. О н считался заживо похо­ роненным. А о н п р одолжал р а б отать. И н о гда в его м а стерскую прихо­ дили л юбители живописи, молодые художники; он всех впускал, объяс­ н я л, стыдл и в о улыбался .

О н писал в 1 954 году: «Только теперь, мне кажется, я созрел для на­ стоящего п о н и м а н ия Сезанна... Как грустн о и об идно! П рожил целую жизнь, а тол ько теперь понял, к а к н адо по-н астоящему ра ботать. Но нужных сил больше н ет, и х будет в с е меньше и меньше... » Эти слова показывают, как Ф а л ь к был требователен и суров к себе - до п ослед­ него ч а с а .

В с е б о л ь ш е и б о л ь ш е н а к а пл ив ал ос ь холстов в длинной су м р ачной м астерской возле Москвы -реки. Когда с мотришь р а б оты н екоторых пожилых художников, н евольно с грустью вспоминаеш ь свежесть, ч и сто­ ту, я р кость их молодости. А Ф ал ь к изумлял тем, что все время поды м а л ­ ся - до с а м о й смерти. ( Ка к-то о н сказал, ч т о К о р о н аписал лучшую свою р а б оту в воз р а сте се мидесяти шести л ет. Роберт Р аф аилови ч у мер в с ем ьдесят. ) О н болел, осунул ся, с трудом ходил и все же п р одолжал р а б отать. В ы ставку, да и то крохотную, п роцеженную, в стар о м помеще­ н и и МОСХа устроили, когда он уже лежал с мертел ьно больной в госпи­ тале. И в то же унылое помещение МОС Х а, вс10ре п осле выстав ки, при­ везли Фалька - в гробу. Л юди стояли и плакали - знали, что п отеряли .

Теперь выходят книги стихов, которых н и когда н е издали б ы десять лет н аз ад; строят современные дом а. А холсты Ф алька п о -п р ежнему стоят, прислоненные лицом к стенке.. .

Четырнадцатого июля 1 935 года, вскоре после конгресса п и сателей, П а р иж увидел небывалую демонстра ци ю : это был военный смотр Н а р од­ ного ф р онта. В есь день я бродил по улица м, и ногда забегал в кафе п исал отчет, который должен был на следующий день пойти в «Изве­ стиях». Демонстрация н а ч ал а сь утром на п л ощади Б астилии, и колонны шли к Венсенскому лесу, находящемуся всего в нескольких километрах от этой площади; столько, однако, было народу ( газеты потом давали р азличные цифры, в зависи мости от направления,- шестьсот - семьсот­ восемьсот тыся ч ), что п оследние демонстранты дошшт до заставы только к ночи. Лидеры еще недавно враждовавших п а ртий шли рядом - Торез и Блюм, Даладье и Кашен. Шли также ученые, писатели : Ланжевен, Перрен, Риве, Арагон, Мальро, Блок .

Н а Елисейских полях в тот день демонстр ировали ф ашисты; они л ихо маршировали, подымали руки, стараясь в о всем походить на гитлеровцев;

кричали: «да здр а в ствует де ля Рокк!» - 1а к звали пол ковн и к а, вождя « Б оевых крестов» .

«Де ля Рокка к стенке!» - с ка нди ров а л и л юди на площади Б а стилии .

Скрытая гражданская война р азгоралась. Мало кто интересовался пра­ вительством, во главе которого стоял юр·кий Л аваль; о н подписывал со­ глашения с Муссол и н и, с Советским Союзом, хотел п е рехитрить и Н а ­ родный фронт и д е л я Рокка, отодви н уть хотя б ы н а год-другой р азвязку .

1'v1не казалось, что м ирные времена далеко позади. Еще год н азад утром я п режде всего читал п исьм а ; теперь я засов ывал конверты в кар­ м а н и, купи в г азету, здесь же на улице ее читал. Р адиоприемник посе­ :ш.1ся в моей комнате и заполня,п ее н езнакомыми л юдь м и, спешившими.1 ЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗН Ь 55 поделиться со мной тревожны м и вестяыи. Ночные часы у этой проклято!!

коробки бьrли мучительным и ; речи Гитлера или Муссолини, отчеты о стычках с фашистами н а улицах ф р а нцузских городов перебиваю1сь рек­ ламой - р адиовеща ние еще бшю в руках р аз л и чных ч а стных ком паний;

почему-то до сих пор п о м н ю песенку, п рослав:Ля вшую це.1 ите:rьные свой­ ства « Б альдофлорина», з абыл, от каких именно болезней о н должен был исцелять, н о меня это слово «Баль-до-ф.1орин» между кр1 1ком дуче:

« Пролетарская и ф а ш истская Италия, вперед!» - и описанием казни то­ пором в Г а м бурге выводило из себя .

Седьмого сентября П а р иж снова вышел н а улицы: хоронили умер шего в Москве А н р и Б а р бюса. Похороны ста л и демонстр а цией .

Конечно, сотни тысяч л юдей больше думали о п редстоящих боях, чем о погибшем п исателе : о н и знали, что Б а рбюс был смел ы!\! това р и ще м, 1юммун истом, а втором книги о Сталине; пятидесятилетние пошили «Огонь», р ассказ авший о судьбе верденского поколения. Б а р бюс был сложным человеком, нельзя от него отсечь н и стихов его молодости, н и зрелой тоски. Как-то он сказ ал м н е с л егкой усмешкой: « С капитализмоi трудно бороться, а с ссrм и м собой еще труднее... » Одн ако он умел бо­ роться и с собой. В одном из выступлен и й он сказал о судьбе «скромных з н аменосцев», к которым п ричислял себя. В тот сентябрьский ден ь он стал з н а менем. Военных инвалидов везл и в кол ясках. Женщины подыма­.п и к н е бу грудных детей. И з окон р а бочих домов вылетали красные флажки, а где н е f,)ыло флагов, выставл яю красные шторы или подушки .

I-Ia гробу среди пышных южных цветов лежали осенние астры, георги­ н ы - цветы Подмосковья .

Мне запомнил ась груп па людей, которые несли п олотнище : «Рабочие Лана н е потерпят ф а ш из м а ! » Скептик мог бы усмехнуться: Лан - не­ бол ь шой город, в нем нет и двадцати тысяч жителей. Но в этом была своя п равда: Ф ра нция переживала необычайный подъем, каждый верил, что будущее зависит и от него .

В феврале 1 936 года «королевские м олодчики» (та к н а зывали одну 1rз крайне правых орган из аций ) н а п ал и на Леона Блюма, избили его и почему-те в качестве трофеев уволокли шляпу и галстук .

В оз мущенные демонстранты двинулись к Пантеону, где покоится прах )Кореса, убитого одни м из п р едшественников ф а ши з м а. В округ Пантеона собрались студенты, входившие в ф а шистские организации. Было м н ого перебранок Сотни тысяч р абочих, служащих, и птеJ1.nигентов еще выше п одымали красные флаги, сжимали ку.п а к и .

В одной из колонн я увидел Марселя К а ш е н а и подоше,11, чтобы п о ­ здороваться. Р а бочие, стоявшие н а н абережной, к р и ч а л r 1 : «Здравствуй, Каше н ! Они тебя не посмеют тронуть ! Мы тебя отстоим ! » Кашен м а хал рукой, смущенн о ул ыбался .

( Однажды я встретил Кашена в кафе - это было в 1 932 или 1 933 году,- он с идел с Л а н жевеном и художнико м С и н ья ком, рассказы­ вал п р о свою встречу с Л ен и н ым. Я вдруг поду м а л : эти л юди п р и ш л и в н а ш век издалека, в с е поняли и н и чего н е р а стеряли... К а ш е н а любил и :

о н как б ы собой доказывал, что большая культу р а может уживаться с повседневной революционной борьбой и что коммунизм н е озна чает ни душевной сухости, н и о г р а ниченности, н и п овадок к а ндидата в вожд и. ) Я ч а сто бывал н а р а зл и ч н ых митингах, собраниях; требовали освобо­ ждения Тель м а н а, протестовали против расправ с горняка м и Астурии, против нападения Итали и н а Абиссинию, говорили о р азном и вместе с тем об одн о м : нельзя п рожить жизнь на одной з е мле с ф ашиста м и. Го­ ворили опытные о р атор ы и подростки, Андре Жид, Л а нжевен 1·1J1 И Мальро и домашние хозяйки. На одном из собр аний в горном б ассейн е Дофинэ, когда · все уже было сказ ано ·и пересказано, стар ый р абочий с синими И. ЭРЕНБУРГ жилками н а.1ице попроси.п слова; поднявшись на трибуну, он дрожащим старческим голосом з апел : «Вставай, п роклятьем заклейменный."» Не­ сколько лет спустя я п исал о м итингах 1 935 года : «Надежду видел я, и, розы тоньше, как мягкий воск, послушная руке, она рождалась в кула­ ке поденщиц и сгустком к рови билась на древке» .

В душных з алах, н абитых незнаком ы м и мне людьми, я тоже подымаJ'1 кулак, и в нем тоже б илась, 1шк б а бочка, надежда тех месяцев. А для н адежд было м ного оснований. Р а бочие меня поражали своей зрелостью .

Расскажу об одном эпизоде. В Лилле я позн акомился с доктором, одним из организаторов общества дружб ы « Ф р а н ция - СССР». О н меня повез в поселок Л а ннуа неподалеку от Рубэ; там б ы л а большая J1ьнопрядильня .

Союз предпр и н имателей ввиду продолжавшегося кризиса решил закрыть р яд фабрик и у ничтожить оборудование. Р а бочие и р аботницы отп р аВИjJИ писыио Лавалю: « Господин председатель, м ы считаем необходимым за­ явить вам, что м ы не допустим уничтожения машин на ф а брике Бутеми.. .

Мы будем следить з а тем, чтобы машины, являющиеся общим достоя­ нием, сохра нились в неприкосновенности». Я увидел р а б очих, охра няв­ ш их фа брику от ее владельцев.

Р абочий с седым и усами сказал мне:

«Я читал в «IО м а ните», что Горький теперь п ишет историю русских заво­ дов. Расскажи ему, что мы живем при капитализме, м а шины принадле­ жат не н а м, а мерзавцам, но м ы их ни за что не отдадим, это ведь н а р од­ ное добр о. П о - моему, т а ко й писатель, к а к Горький, может в своей книге отметить этот ф а кт... »

На глазах происходило чудодейственное сближение п а ртий, профсою­ зов, людей. Передо мной пожелтевший номер «IО м аните» со списком то­ гдашних сотрудников ее литературного отдела : театр альные р ежиссеры Жуве и Дюллен, художник В л а минк, писатели Жид, Мальро, Шамсон, Геенно, Жионо, Дюртен, В ильдрак, Кассу. Мне самому теперь это кажет­ ся неправдоподобны м .

Р абочим удалось ( ненадолго) з а ручиться поддержкой значительной части интеллигенции, крестьянства, мелкой буржуазии. Я увидел это в шахтерском поселке Л я Мюр возле Гренобля. Т а м б ы л а з а б а стовка, дли­ л ась о н а долго - хозяева хотели взять горняков измором. Стачечный комитет помещался в здании мэрии; туда приходили к р естьянки - брали детей ш ахтеро в к себе. Б ыл б аз а р н ы й день, и крестьяне при везли заба­ стовщикам подарки : картошку, яйца, сало, гусей. Н а собрании местный п а рикмахер о бъявил, что будет беспл атно стричь и б рить забасто вщиков .

Шахтеры в итоге выиграли з а б а стовку .

Одновременно чуть ли н е каждый день приходилось наблюдать, как быстро форм ируется другой л а герь. Может быть, н е так уж м ного было в о Ф р а нции фашистов, н о они шумели, дрались, н ападали из-за угл а .

Некоторые из них носили короткие усики и н азывали себя « насиста м и » ;

у других было изо б р а же н ие черепа н а рукаве, и о н и с е б я з в а л и « ф р а н ­ систа ми». Открыли в П а р иже «Синий дом» - в Б е р л и н е ведь и м елся « Коричнев ый» .

Гер м ания ввела войска в прирей нскую демилитаризованную зону .

Л_ига наций обсуждала этот поступок м н ого месяцев и в итоге ничего не решила. Каждый вечер треклятый радиопр иемник передавал хриплые выкрики : «Мемель н а ш ! Стр асбург н а ш ! Б р ю н н н а ш ! » И вот н е м олод­ чики с подстр иженными усиками, а добродетельные отцы семейств н ача ­ "1и погов а ривать, что мир куда дороже, чеi\1 какая-то Чехословакия, что Н а р одный фронт приведет к вой не, что пора унять левых «крикунов» .

Италия каждый ден ь захватывал а кусок Абиссинии; ф а ш и сты вели войну цинично, бомбили госпитали, пустили в ход отр авляющие газы. Лига наций п р и менила к Италии экономические санкции ; по. существу это осталось р езолюцией; но ф а шисты в П ар иже каждую неделю устр аивали Л Ю ДИ, ГОДЫ, ЖИЗН Ь демонстрации под лозунгом «долой санкции ! ». О пять-та ки средние ф р а н­ цузы со сред н и м достатко м, а их во Ф р анции нем ало, говор и л и : « З а ч е м ссориться с Ита л и е й ? Э т о н а ш а л а т и н с к а я сест р а. Муссол и н и поможет успоко ить Гитл е р а... » А по р адио стоял вой: «Средиземное море наше!

Ко р с и ка наша! Н и цца н а ш а ! » На с а м о м деле средние ф р а н цузы боялисh победы Н а р одного ф ронта, и м мерещились потерянная рента, уплотнение квартир, колхозы .

Когда в кино п оказывали итальянские победы в Эфиопии, в р а бочих районах публика отча я н но свистела, в буржуазных м ногие з рители апло­ дировали. И ногда в темном зале н а чи налась драка .

С порили друг с другом незн акомые л юди - в кафе, в м етро, на улице .

Р аскалывались сеi\!ьи, обрывались дружеские отношения .

В се говори л и, что скоро будет война, и все требовали мира. Нацио­ н альный фронт п р авых партий клялся, что не допустит войны. Н а р одный фронт готовился к в ы б ор а м с л озунгом «Мир. Хлеб. Свобода». П р а вы е уверяли, что ко м мунисты хотят ата ковать ф а ш и стские стр а н ы. Все пе­ р епуталось. « П атриотическ а я молодежь» пел а «Ма р сельезу», требовала, что бы воспита н и е шло в духе национал ьных традиций, и одновременно устр а и в а.1 а де монстрации с крика м и : «Долой с а нкции ! Доло й Англ и ю !

Д р у ж б а с Ита л и е й ! » А н гл и ч а н е настаивали н а п р и менении с а н к ц и й к Италии (они, однако, ста р а л и сь н и ч е м не о бидеть Гитлер а ), и писатель Анри Б е р о опубликовал п а мфлет в п ра вой газете « Н еобходи м о о б р атить а нгли ч а н в р а бств о ! ». Р а бочая молодежь п редпо ч итала «Мар сельезе»

«Инте р н а ционал» и выступала п ротив итальянских ф а ш и стов, против r ·итл е р а, о бличала «двести се мейств», которые хотят п редать Ф р анцию .

Были и н е п р и к а я нные. Ка к-то утр о м р а скрыв газету, я на шел в ней м а ни фест, ста р а в шийся о п р а вдать н а п адение Италии н а Абиссинию «культур н о й миссией»; под текстом было м н ого подписей писателе й, из­ вестны х свои м и правыми убежде н и я м и, н о вдру г я уви дел и м я человека, котор ого считали левым и с которы м в двадцатые годы ч а сто встре­ ч ался, дружил. Я тотча с е му на писал - с п р а ш и в а л, как о н мог подпи­ сать такой текст. Он прислал мне длинное р а стерянное п и с ь мо, в н е м были следующие строки : «Я не з н а ю, ч т о такое ф а ш и з м и каковы его цели. В а м это покажется невероятн ы м, но вот уже три недели, как я не читаю газет. Мне за пятьдесят, и у м еня больше нет убеждени й, я гово р ю об искренних убеждениях, способных з а ставить человека пойти н а жертвы... Я ме11яю убеждения по двадцать р аз в день ". » Это хоро­ ш и й писатель и доб р ы й ч еловек, н о н а это м наша дружба оборвалась;

боль ш е я его н икогда н е встреч ал .

Я жил в каком-то непрест а н н о м возбужде н и и. Полгода с пустя я на­ писал м а л енькую книгу р ассказов и оз а гл а вил е е « В н е перемирия». Мне казалось, то существует некое н егл асное· п е р е м и р и е с ф а ш и з м о м, и я J.1.умал о том, что судьбы л юдей, с кото р ы м и я был связан, не подпада ют под условия этог о п е р е м и р и я. В статье для «Из вестий» я писал: « П ой ­ мут л и· н а ш и в н у к и, ч т о з н ач и л о ж ить в о д н о время с ф а ш иста м и ? В ряд ли на желтых полуистлевших листочках останутся гнев, стыд, страсть .

Но, может быть, в высокий полдень друго го века, п ол н ы й солнца и з е ­ лени, вор вется на м и нуту мол ч а ни е - э т о будет н а ш гол о с. " »

Конечно, в к о н ц е 1 935 года я не мог зн ать, ч т о rJ1 ав ные испытания впереди. Я только чувствовал, что р азвязка будет тр а ги ч ной, и статью кончил слов а м и : «Надежда м и р а - Красная А р мия» .

В о Ф р анции в тот год стояла удивите.1ьная осень; гремели грозы, в садах вто р и ч но з а цвели в и ш н и. Я глядел на тщательно о б р а бота нные са дИIИ, н а белые до м и ки с череп и ч н ы м и крыша м н, на м и р милый и хрупкий, может быть о б реченный, глядел из 01ша вагона - газета дала м н е отпуск, и я ехал в Москву .

И. ЭРЕНЫ1Рt Вскоре после моего п р иезда в Лlоскву р едакция дала м н е билет н а совеща н и е р а б оч и х - стах а новцев. Я п ри ш ел з а ч а с до н а з н а ч е н ного вре­ мени, а Б ольшой зал К р е 1vшевского дворца был уже з а пол нен. Л юди раз­ г ов а р и в а л и друг с другом вполгол о с а ; н и кто н е вставал с места.

Это н и а к н е п оходило н а ш у м ные м ити нги П а р и ж а в н а б итых п р о куренны:;:

з а л ах. Я с п р а ш и вал coceдeii, где сид11т Ста х а нов, з н ают л и они Криво­ носа, И зотова, В и н о г р адовых .

Вруг все встали и н ач а л и н е и стово а шrоди ровать: и з боковой две р и, которой я н е видел, в ыш ел Стали н, за н и м шли ч л е н ы П олитбюро - и х я встреч а.'! н а д а ч е Горького. З а л а пл оди рова.1, кричал. Это п р одол ж а ­ "1ось до.ТJ го, м ож ет быть десять и л и пятн ацать м и нут. Ста:ш н тоже хло­ паJ1 в ладоши.

Когда а плодисменты н а ча:ш притихать, кто-то к р rш нул :

« В ет1кому Ста.1 1шу у р а ! » - и в с е н а ч алось с н ач а л а. Н а конец все сел и, п тогда р а здался отч а я н н ы й женс1ш i"1 вьш р ш : « Стал и н у СJ1 а в а ! » N\.ы вскочиJш и з а а шюди рова.1 н .

Когда все к он ч илось, я почувствовал, что у меня болят ру1ш. Я впер­ в ы е виде.т Стал и н а и н е сводил с него глаз. Я знал его п о сот н я м пор­ третов, знал тужур ку, усы, но я думал, что о н куда в ы ш е ростом. В о л осы у него б ы л и очень черные,,rюб низкий, а гл аза ж и вые, выр азительные .

И ногда, нес1олько наклоняясь в п р аво ИJШ в.1ево, он посмеивался, иногда с идел н е п одви ж н о, гJiядя в з а л, но гл аза п р одол ж а :ш я р ко посвечивать .

Я п о й ма.ТJ с ебя на том, что п л ох о слушаю - все время гляжу н а Ста.ТJ и н а .

О глянувш и сь, я увидел, ч т о и другие з а н нты тем /1-;е .

Возвращаясь домой, я ч увствова.1 неJi овкость. Конечно, Сталин большой ч еловек, но он ком мунист, м а р ксист; м ы говори м о новой культур е, а с м а х и в а е м на ш а м а н а, котор ого я видел в Горной Ш о р и и.. .

Тотчас я себя о б о р в а л : н а ве р н о, я р а ссуждаю по-интел л и гентск и. Сколь­ ко раз я слышал, что мы, и нтел л игенты, о ш J i ба емся, не п о :ш ма е м требо­ в а н и й врем е н и ! «И нтслли гентию, « пута н и ю, « гнилой л и берал»... И все­ таки непонятно: « м уд р е й ш и й руков одитель», «гениальный вождь н аро­ дОВ, «mо б и м ы й отец», «вел юш й кор мч и й », «преобр азов ател ь м и р а », «кузнец с ч а стья», «сол н це»... Одн ако м н е удалось убедить с е б я, что я н е п он и м а ю п сихо,1 о г н и массы, сужу обо всс;,1 к а 1\ и нтелли гент, п р итом п ро ж и в ш и й пою1ш з н и в П а риже .

На совеща н и и И. В. Стал и н с1азал : «Л юдей н а до з а ботли в о и вни­ м атеJ1 ь н о в ы р ащивать, к а 1\ садовни к в ы р ащи ва ет облю бова н н ое пJiодо­ вое дерево». Эти слова п р и подн я л и всех - ведь в Кремпевско м дворце сидели не м а некены, а л юди, и они радовались, что к ни м будут под­ ходить б е р е жно, любовно.. .

П р ошло несколько д н е й. Я встр етил живых, интересных л юдей. Дол ­ го р азгова ривал с ткачихой Дусей Ви ногр адовой. Она оказа л ась у мной и уди вител ьно скромной ; почест и, оваци и, фотогр а фы н е вскружили eii

–  –  –

«Я слышал, что гов о р ил и о лите р атур е р а бочие, вузовцы, красноа р мей­ цы. У р овень н а ших ч итател е й куда выше, ч е м это п редпол агают наши писател и:. Мне каз алось, что ч итатели в ы росли и что слишком часто м ы и м подсовы в а е !\1 к н и г и для подростков. В е роятно, я неско.1 ько з а бегал вперед, но н а ч итательских конференциях я встретил л юдей с глубокой внутренней жизнью, с б ольши м и требова ния ми .

Может Gыть, в моих СJ1овах сказ аJ1ось и недовольство собой, пове­ с1 ь ю «.Не перево.:я дых ания», котор а я была не тол ько посвящена зеле­ ной молодости, но и н а п и с а н а как-то з е.ТJено, с на р оч иты м упр о щен и е м, будто автору не сорок три года, а вдвое меньше. Не.повкость я испыты­ вал и, читая книги н екоторых моих сверстников, ч а стень ко думал, что нор а н а м пи сать для вз рослых и по-вз росJю м у .

В статье я в ы ступио1 п ротив о б я з ательной «доходчивосп1» - с.1ово тогда входило в обиход: «Наши читате,1 и р а стут, как трава в ска з ках.­ бурно и неож идан н о. Надо ста р аться поднять ч и тателя, даже с а мого от­ сталого, до у р овня п одл и нной литературы, а не от менять подл и нную л и ­ тературу, гов о р я, ч т о тако й -то пи сатель непонятен такому -то читател ю .

Автор, кото р ы й о р и ентируется н а так н азываемого «среднего ч нтателя», сплошь да рядом 01азывается в дураках : пока он сидеJl и писа.1, ч ита­ тель успел в ы р а сти. Автор мечтал о доходчивости, о массовости, а чита­ тел ь, взяв в р уки его п р оизведение, говорит : «Скучно, плоско, давно из­ вестно, ш а блонно... » Секрет н а ше й уди ви теJ1ьной страны в том, что у н а с нельзя ставить на «сегодн я » : тот, кто ставит н а «сегодн я », оказывается во «вчера». Н адо ставить на «завтр а » .

«Известия)) статью на печ атаю!. Издательство « Советский писатео1ь»

решило переиздать мой ст а р ы й роман « Х у р енито». Некоторые критики меня п о ру гиваJ1 и ; я огрыз ался. Мне казалось, что спор о лите р атуре, о б искусстве тол ь ко-только н а ч и н аетс я .

Художники устроили диспут о портрете. Я п о ш ел и выступил п р отив а 1 адемической живописи, п р отив холстов, н а п о м и н а ющих фотогр а ф и и, защищал п р а в о н а искания нового ж и в оп исного языка. Я с к а з а л, ч т о буржуа, когда он не пон и м а ет п ро из ведени я искусства, неизменно винит худож ника, а р а бочий гово р и т : « Н ужно еше р а з п рийти - пос м отреть получше... » (ЭтII СJ!ова я J{а к-то подслуш а.'J в Музее зап адно ii живописи.) Некото р ы м худо ж II и к а м мои мысли не пон р а вились; оди н выступил с р а з об.ТJачение м : « Э р е н б у р г т а к р ассуждает потому. что его жена - у че­ ница П икассо». ( Л ю б а б ы.1 а п ольщен а - о н а ведь ни когда н е училась у П и кассо.) В Доме кино я сказал, что мне очень н р а вится «Чапаев», но этот фильм - з а в е ршение п р едшествующей бл истательной эпохи советской 1шнем атогр а ф и и ; я з н а ю с мелость Э йзенште й н а, Довженко и м ногого жду от этих художн и ков. Газета « Кино» о п р едел ил а мои м ысли как «ст а р ы е з а бл ужден ия по новому п оводу» и сердито меня оде р нул а .

Я увидел новую пост а н ов к у Мейерхольда и восхитилс я : Всеволод Эмильевич воистину обладал неисся каемой ф а нтазией. Ком едия Г р и ­ боедов а з в у ч а л а как сов р е м енная п ьеса не только потому, ч т о а ктер ы по-новому читали стихи, но и п о возр ожденной свежести м ы слей, ч увств .

Была н е м а я с це н а, которой н ет в тексте: за дл инным столо м сидели р а с ­ фуфы ренные и сту1 а н ы, и какая-то очередная грязная, может б ы т ь крова­ вая, сплетня гул яла вдоль стол а. Я писа;1 : «Мы ненавидим Ф а мусовых и Молчалиных. Они еще б а р а хт а ются в тине кан цел я р ий, они переменили костюм и л екси1он, но они остались столь же з а носчивы1 и и угодл ивы­ ми. Мы живем и р а б отаем дл я того, чтобы вывести их из жизни, и мы не можем р а внодушно слушать монологи Ч а цкого, с н и м м ы терзаемся, с н и м н е н а види м. Т а кова мощь подлин ного искусств а». Долго в моих И. ЭРЕН БУР Г ушах стояли слова : «Служить бы р ад, п р и сл ужив аться тош н о... » Б ы л е щ е только н о я б р ь 1 935 rода, и газ ета н а п ечатала мою статью .

До ч еrо я был тоrда н а ивен! Я не з н а л, что мноrое з ависит от в1усов, даже от на ст,р оения одноrо человека. Да и л юди, хорошо э'I·о з н авшие, не м оrл и п р едвидеть, что п р и кл ю чится завтр а .

Коrда я был в Москве, И. В. Сталин объявил : «Маяковский был и остается лучшим, тал а нтливейш и м поэтом н а шей советсн:ой эпохи». В с е с р азу заговорили о з н а ч ен и и новаторства, о н овых ф о р м а х, о р а зрыве с р утиной. .

Месяца два спустя я прочитал в « П р авде» статью «Сум бур вм есто музыки»: Сталин пошел на оперу Ш остаков и ч а « Кате р и н а И з м а йлова», и музы ка ero р а ссердил а. Срочно собр а л и к о м позиторов, музыка нтов, и все они о судили Шостако в и ч а за «кривл я н и е», даже за «цинизм» .

С музыки л еrко п ерешли н а л итер атуру, живопи сь, театр, кино. Кри­ тнки требовали « п р остоты и н а родности». Ма яковского, конечно, п р о ­ долж али восхвалять, но т еп е р ь уже по-друго м у - « п ростого и н а р одно­ го». (В одном из р а н н и х футуртт стических стихотвор е н и й М а яковский просил п а р и к м ахер а : « Б удьте доб р ы, п р и ч еш ите мне уши». Он, р азуме­ ется, не знал, что см огут п р и ч е с ать и не толь ко уши.) Н а ч а л ась к а \ш а ­ н и я «против ф о р м а л и з м а, л е в а цк и х уродств, вывертов»; к а м п ания ве­ л а сь яростно, ей отводиJШ м ного м еста .

П е р вой жертвой оказал ась 1ши г а детских стихов М а р ш а ка с р исун­ ками В. Л еб едева - р исунки были объявлены « м азней», и книжку ун ичтожил и. Архитекторы соб р ал ись, ч тобы осудить « ф о р м а листов» ; на­ падали н е только н а Мельн и ко в а, построившего в 1 924 году п а в ил ьон н а П а рижской выставке, не тол ько на Iонструктивистов - Л ео!-!'и дова, Гинзбур га, н о и н а «сочувствующих ф о р м а л изм у» - н а В еснин а, Рудне ­ в а. Еще хуже п р и шл ось худож н и ка м ; кр итики уве р я л и, ч т о Л ентулов н е м ожет н а р исовать 1д аже сп и ч еч ную коробку, ч т о Тышлер, Фонвизин, Штерен б е р г - « П а ч куны со злостн ы м и н а м е р ен и я м и » .

На собраниях театральных р а ботников п он осили Таирова и особенно Мейерхольд а. Его покаяние было п р из н а н о «ту м а н н ы м », «неискрен н и м », н ач а ли поговаривать о з а к р ы т и и театр а. Кинор а ботн и ки взялись з а Довжен ко и Эйзенште й н а. Л итер атур н ы е кр итики вначале обличали П а стер н а к а, З а болоцкого, Асеева, Кирсанова, Ол ешу, но, к а к говорят ф р а н цузы, ап п етит п р иходит в о время еды, и вскор е в «форм а.rшстиче­ с1шх вывертах» оказал ись виновными Катаев, Федин, Л еонов, Вс. И в а ­ нов, Л ид и н, Э р енбург. Н а юнец дошл и д о Тихонова, Б а бел я, д о Кукры­ Н И Iсов. Н а ш елся человек, не л и шенный воображения, который обвинил в формализме поста н овку п ьесы «Волки и овцы» в Малом театре .

В « Красной нови» появилась статья, п ризывающая в бо:рь б е п р оти13 ф о р м а л и з м а «биться з а классичес1ше р и ф м ы, за классическую точную и стройную ритми ку, з а классич еское п р авильное р а зв и т и е сюжета» .

Я ду м а л, что спор н ач и н а ется, а он кончал с я : его з а м ен и л и сотни собраний с обязател ьным п р и з н а н ием своих фор м а л исти ческих ошибок, с о б е щ а н и я м и стать « простым и доходч ивым», с хорошо знакомыми возгл ас а м и, з а котор ы м и СJ1 едов а л о : «Бурные апл одисменты, п е реходя ­ щие в овацию» .

Меня много раз обвиняли в « б арском отноше н и и к ч итателя м », обви­ н я л и н е чи тател и, а н е которые л ите,р аторы, п р и н и м а вш и е а ктивное уча­ стие в очередной кампании. Что к а са ется ч итател ей, то и в те н едели и позднее в ч а сы сомнений, п е ч а л и они неизменно м еня п оддерживали своим п о н и м ан и е м, з р ел остью. Редактор «Литературной rазеты» писал, что мое п ре н е б р ежен и е советски м и л юдьми сказалось хотя бы в том, что я утверждал, будто не все р а б о ч и е могут п онять все картины м узеев .

люди, годы, жизнь 61 « Э т а м ысль,- писал р ед а ктор,- в ы р а ж а ет уверенность п и сателя в т о м, ч т о художн и к является н осителе м к а кой-то б о л е е тонкой, более слож­ ной, более высокой культуры, чем та культур а, которой обл адает м асса читателей». Я п ереписал эту фр азу и з адумался. М ного раз в этой книге я п и с ал о моих з аблуждениях, н о здесь я упо р ствую : я и теперь согл а• сен с тем, что говорил ч етверть века н а з ад .

М н е кажется, что м е сто п и с ателя, художн и к а н е в обозе, а в р а звед­ ке..Люди развиваются нер а в но м е рн о, и в н а ш е м современном обществе и меются различные уровни культурного развития. «Массы читателей»

н е существует, 1д аже если книга в ыходит м ассовым тиражом: читатели читают по-р азному - быв ают книги, в котор ы х одно доступно всем, дру­ гое только некото р ы м. Одн и х п осетителей Э р м итажа восхищает живопись Р е м б р а ндта, другие с п р а ш ив ают, что тут изобр ажено, и р авнодушно идут дальше. Е ст ь л юди, которых ни за что не затащишь на концерт с и м ф о н ич еской м узыки. Все это общеизвестно, н о о б это м п р едпочитают умалчивать. А новые ф о р м ы в искусстве всегда воспринимап ись медлен­ но и вызывали р а зд р ажение. Можно п р и вести м н ожество п р имеров, на­ чиная с щр аки н а п р ем ь е р е пьесы Гюго, с поношения Кур бэ до гогота аудитор ии, когда Маяковский читал «Человека». Если писатель или художн и к не видит большего, чем а р и ф м етическая « м а сса», не ста р а ет­ ся сказать л юдям нечто новое, им еще неизвестное, то он вряд л и кому­ н ибудь нужен .

Н а п адки н а собраниях и в газетах н а р азных людей действо в а ли по-разному. А. Н. Толстой, любивший с покойствие, р ешил н а всякий слу­ чай покаяться и публи ч н о о бъявил, что н а п исал ф о р м а л истическую пьесу. Б абель говорил, у.rr ы б а я сь: «Через полгода форм ал истов о ставят в п окое - н а ч н ется какая-ни будь другая к а м п а н ия». Мейерхольд то• м илея и по 'десять р а з пер ечитывал вздо р ную статейку, что-то подче р ­ кивая. В тот мой п р и езд в Москву я ч а сто встреч ался и подружился с А. П. Довженко. Он был б ольшим художиком, достаточн о всп о м нить его фильм «Земля», сдел анный в 1 930 году. Александр П етрович хорошо р ассказывал - с украинским юмор о м и с мя гкой укр а и нской печалью .

Все п роисходившее он воспри н и м а л болезюшно. Ка к-то о н р ассказал м не, что накануне его вызвал Стали н, п оказывал е м у « Ч а п а ева» и п р и ­ г о в а р и в а л : « В от т а к нужно и в а м... »

Меня н есп р аведл ивые обвинен и я огорчали, порой выводи,1и из себя, но я был в лучшем положении - шла борьба с фашизмом, и я находил­ ся н а поле боя .

Вспоминая некоторые м осковские впечатления, все эти о в ации и огуль­ ные обвинения, я писал в « Книге для взрослых» : «Я з н а ю, что л юди сложнее, что я с а м сложнее, что жизнь не вче;ра н ач а л а сь и не з а втра кончится, но иногда надо быть слеп ы м, чтоб ы в идеть». ( О том же я говорил п озднее в стихах: « Н е зря я сле поту зову н а ходкой. Тоску з а ­ жать, к а к мертвого птенц а, п ройти с в о е й п р ивычною п оходкой от дет­ ских клятв до т о ч ш - до конuа ».) Р а б ота н ад кн игой меня захватила, хотя то и дело п р иходилось от нее отрываться - п и с ать статьи для « Известий», выступать н а р а зл и ч ­ н ы х соб р аниях, р а ботать в Ассоци ации п исателей. « К н и га для взрос­ лых» была первым черновиком той книги, кото рую я теп е р ь п ишу. Я з а ­ думал нечто увлекатеJ1ьное и порочное: р ешил п е р емешать гл авы, в ко.. .

торых р ассказывал о себе, о своей жизни с други м и, где п е р сонажи по· вести р аскрывал и мне свои тайны, р а ботали. борол ись, любили, страда­ ли. Я н аз вал з а м ысел порочным, может быть, это непра вильно - п росто мне не х в атило тал анта и м а стерств а, чтобы герои повести выглядели действительно существующими, а вследствие этого я сам пор_ой казался усло в н ы м литер атур н ы м персонажем .

62 И. ЭРЕ НБУР Г .

В книге м н о го стр ан и ц было посвяще н о.1Jитературе, искусству; я тогда в п ер в ые з адум ался н а д тем, к а к р о жд аются wниги или холсты. Я гово р ил о судьбе п исател я : «Он весь облеплен ч уж и м и с11р аст5rми, как 1р€пейником. Человеческое гор е з н а ет, к кому п ристать. Даже б родячая собака н е п р истанет к каждому, она понюха ет ч еловека. а п отом или от­ бежит в сторону, или п ойдет в сл ед. Н е все р адости, не все горести п р и ­ стают к п исателю, только т е, ч т о должны к нему п р истать". Гоголь умер с р еди м ер тв ых душ ; в о 1руг его изголовья толп ились П л юшкины и Ноз­ древы. О н п овторил в жизни то, что одн ажды ему показалось з анятным и нелеп ы м сном. Тему подарил ему П ушкин, героями его снабдила жизнь .

Что он п р иб ав и л к этому, кро м е своего дыхания, и почему за чужие судьбы о н должен был,р а спл а ч и в а ться ю р одством, н емотой, убогой с м е р тью?.. Неужели книги это только черновики, которые н а м п ри ходит­ ся н абело переписывать в жизни?»

Б ольше всего я думал о борьбе, кото р а я ш л а в округ, о в ы б р ан н о м м н о ю пути. « С п р а в едл ивость - э т о с л о в о к а к будто отлито из м етал.1 а, в н е м н е т ш 1 теплоты, н и снисхождения. И но гд а м н е кажется, что оно и з ч у гун а, иногд а оно теряет вес, становится олов о м. Его нужно согреть своей стр а стью". Я сказал, что п режде ·не мог освободиться от с в оего п р ошлого. Я дум аю, что человек ни о т чего н е освобождается, о н р астет вширь, 1а к дер е в о : 10.1 ьцо н а·р а стает н а кольцо. Теперь я в ижу, отчего чугунн а я или оловшш ая с п р а ведл ивость к а з а л а сь мне пежде холодной. Нужны были н е только удачи, но и обвалы, в ывихи, годы н е­ м оты» .

Может б ыть, в 1 9 35 году я сл и ш ко м р а н о взялся за р ассказ о своей ж и з н и : н едостаточно з н ал и л юдей и с а мого себя, п о ро й п р и н и м а л в р е-:

м е н н ое, слу ч а й н ое з а гл а в ное. В основном я и теперь согл асен с а втором «Книги для взрослых», н о войн а в н е й опи с а н а н е в етер аном, а челове­ ком среднего возр.а ст а, среднего опыта, кото р ы й едет в темной т еплушке на фронт и р исует себе предстоящие битвы .

Многое в книге было скорее П'Редчувствием, предвидением,. нежели в ывода м и из п е режитого. Я с а м не пони м а ю, как я м о г весной 1 936 года, до всего, что мне п р и шл ось испытать в последующие годы, будучи не­ ста р ы м и дале10 н е умудр е н н ы м, н а писать такие строки: «Я п е р ежил в жизни все, что п е р ежило больши нство л юдей м оего возраста: с м ерть близких, болезни, п р ед ательство, неуд а ч и в р а боте, одиночество, стыд, п устоту. Есть борьба н а улице с в интов к а м и, в цех а х, п од землей, в воз­ духе, за пи шущей м а ши н кой. Я сейча с •д у м а ю о другой б орьбе: в тишине, когда н е отр ы в а ясь с мот,р ишь на л а м п очн:у или на буквы г а з еты, кото­ рой не читаешь, когда н адо п об едить то, что сдел а л а с тобой жизнь, з а ­ ново 1р одиться, жить, во ч т о б ы то н и стало жить» .

П р и поды м а я з а н а веску исповедальни, с а жу, что книга «Л юди, годы, жиз нь» родил ась TOJl Ь K O потому, что я сум ел в ста рости осуществить сказ а н н ы е м н о ю д а в н о слова - п о б едить то, что сдел а л а со мною жизнь, и если н е родиться з а ново, то н а йт и дост о.точно сил, чтобы идти в ногу с молодостыо .

« К н и гу дл я взросл ы х » с н а ч а л а н а печатали в жур н.ал-е ; потом р ешил и выпустить отдельн ы м изда н и е м ; издавали долго - шел 1 937 год, когда з а бота о деревьях был а предост а ы1 е 1 1 а не л юбящим садовника м, а лесо­ р у б а ы. Из книги изым а.11 11 целые стр а ницы с и м е н а м и, ста вшими н еу год­ н ы м и. В том экзес.шляре, кото р ы ii у м е н я с о х р а нился, один л исток белее и короче других, е го вклеил и : нужно было изъять имя очередного в ы ­ р убленного - С е ы е н а Борисовнча Членова .

А п и сал я юшгу в П а р IJ ж е в и ач а л е 1 936 года, писал под ш у м деill он­ стр ацн й : борьба р а з го р ал ась. Теперь я твердо з н а л : что н и п р иключись .

какими бы м у чительны м и н и были со ы нения (не в п р а воте идеи, а в Л ЮДИ, ГОДЫ, ЖИЗНЬ разуме л юдей, стоявших н а командном посту), нужно ыо.'!чать, бороть­ ся, победить .

В конце м а рта я отосла л рукопись в «Зна мя». А седьмого а преля в испанском городе Овиедо я р азгов а р ивал с горняком С ил ьверио Ка­ ста ньоном; он р ассказывал о боях 1 934 года, о погибших товарищах, о пытках. Бесконечно дале1ими казались мне 11 борьба с формализмом, и л источки рукоп иси, и п а р ижская комната с книгами н а пол ке, с труб­ ка м и на стене. Кастаньон писал стихи и на суде уднвiiЛ военных судей эрудицией: цитировал Ма ркса, Канта, Кальдерона, Гюго. Судьи одобрн­ теJ ьно кивали головами, н о приговорили горняка к смертной Iаs ни: он был председателем революционного ком итета в шахтерском поселке Турон. Исполнение приговор а, одн а ко, откл адыва л и с одного дня н а другой. Я спросил Каст аньона, сколько времени о н ждал смерти. Он от­ ветил: «Пятнадцать месяцев. Только я ждал не смерти, а революuии... »

Потом он прочитал свои стихи и вдруг сказал, разводя рука ми: «/:Кизнь у человека одна ». Я. вним ательно посмот ре.1 на него и увидел, до чего он молод - детское л ицо.. .

Вернувшись а сырую, м р а ч ную гостиницу, я долго не ыоr уснуть, ворочался, думал : нет, жизнь не одн а - за одну приходи тся прожить не одну, н е две жизни, а м ного; в это м, кажется, вся беда, да и все счастье .

(Продолжение следу ет)

–  –  –

двадцать четвертого года рождения". Капитан запаса? Так. Ну что ж" .

З а н арушение порядка в общественном месте вы оштр афовываетесь н а двадцать пять рублей .

- И только-то? За эти м вы меня и вызвали ?

Б ы л Сергей сдержан, корр ектен, но насторожен, говорил медли­ тельно .

- В ас н е устр аивает? - Ма йор милиции внимательно глядел на кон­ чи к пер а.- f\11.о жет быть, вас устроит письмо в военкомат, в партийную орга низацию, где вы ра ботаете? П роизвел и безобр азие, скандал, и з били человека - з а это по статье привлекают, судят! Ваше счастье, что ч ело­ в ек, 'ваш товарищ, которому вы нанесли физические увечья, не возбу­ ждает дел о. Вы это сознаете?

Ма йор был молод, розовощек, холоден, на ранней л ысине ровно н а ­ чесаны волосы ; сидел он, крепко р а сставив локти, з а столом, отгоро­ женным от Сергея деревя·н ным б арьером. Неприязненный голос, отчуж­ денно официал ьное л и цо его не вызывали в Сергее жел ания доказы­ вать свою пр авоту. В иди мо, дежур ный майор этот выполнял свои обя­ за нности, в ерил л и шь ф а кт а м, а не слова м, 1\ аЕ верит большинство лю­ дей.

И Серге й сказал сух о :

- Как р а з я хотел б ы суда. И не хотел бы н и ка кого прощени я с о стороны этого человека .

- Т а к, значит? - Майор б росил ручку, вложил пал ьцы меж паль­ цев.- Так". Не б ол ьн ы, гра жда нин? И л и думаете : милиция - и гру­ шечка? Можно говорить, что в гол ову.пезет? Ты посмотри,.N1иха йлов, ю1кие ф ронтовики приех а ли! - о б р атился он к милиционеру, с.т аявшему возле дверей с хмурым в идом.- Е му штр а ф а м ало, ему суд подавай. Д а в ы пон и м а ете, гражда н и н, что говорите? Отдаете отчет?

- Я поним аю, что говорю,-- сЕазал Сергей.- Очевидно, в а м кажет­ ся, что я уда рил этого человека, п отому что был пьян или мне просто :хотелось уда р ить" .

- Ф а кт есть ф а кт. Не он в а с уда рил. П ростите, гражданин. У меня н ет времени". Кажется, все ясно,-- служебным ТОНО М перебил м айор и п ридви нул р аскрытую п а п ку, взял ручку.- Благода рите судьбу з а счасм. «Новый мир»

П р о д о л ж е н м е. Нача11 0 * ·r" № 3 с .

ТИШ И НА стливую звезду. Эта кую несерьезность своротили и опра вдыва етесь. Не­ прилично. Вы свободны, гражданин Вохминцев. Я ва с н е з адерживаю .

И советую быть р азумнее. Н е советую п ортить репутацию офицера .

В и нтонации м а йор а, в скучном тум а н ном взгляде его появились со­ жаление, усталость от этого н адоевшего дела, похожего на десятки дру­ гих дел ; и Сергей с ясностью понял это - и все с р азу стало мелким, унизительным и неприятным .

- Хотел бы в а м сказать, това рищ майор, что дерутся не только п о пьян ке,- уже нехотя сказал Сергей.- И тут н и к а к а я милиция, никакие штр афы н е помогут!

Он вышел на улицу, шагал по тротуа ру, вдыхая после кислого кан­ целярского зап аха крепкую свежесть м ор оз ного воздуха. З венели тра м­ ваи, и белизна со.1нечной мостовой, и толкотня, н п а р н а троллейбусных оста новках, и новогодние и грушки в п ал атках, и маленькие п ахучие елки, которыми бойко торговали на углах,- все было предпр азднично н а улицах. «Что ж,- думал о н н еуспокоенно, вспоминая р а зговор с ма­ йором.- У меня свои счеты с Ува ровым. Это мои личные счеты! Еще ничего н е кончено".»

О н сел н а а втобус и поехал на Ш а боловку, в шоферскую шко.пу, куда, л о р екомендации Константи н а, нес1олько дней назад подал документы .

Когда ему сказали, что его приняли на курсы, что вечерние з анятия начнутся со второго января, он не и спытал р адости, к а кой ожидал, толь­ ко о бл егчение возн и кло на м инуту. Н о лишь вышел он и з одноэтаж­ ного - в конце дво р а - дом ик а школы, ощущен и е это утратилось, и оыло такое чувство, что о н о б м анул себя .

Он доехал на а втобусе до Серпуховки, слез и пешком пошел до З а ­ цепы по каки м-то неизвестным е му переулочка м. В безветренном возду­ хе з и мн и х сумерек п адал р едкий снежок, л егко и щекотно скользил п о л ицу, остужал. В поздне м з а к ате р озовели вечерни е дворы, грустно з а ­ валенные снегом д о окон, с тропками меж сугробов; дворники св0зили I-i a во. окушах оне г .

.Nlальчишки в глубине узких переулков скользи л и н а коньках, крича, стуч али клюшками по заледенелой мостовой. Не зажигались еще огни, был тот п окойный час зимнего веч е р а, когда далекие звонки т р амваев долетают в тихие пер еул ки как из-за тридевяти земель .

С ер гей остановился н а углу возле вы вески фотографий .

Фото г р афи и нез н а комых.пюдей тянул и е го - чужая и неразгаданная жизнь. Долго р ассматривал улыбающиеся вполоборота девичьи лица, грубоватые л и ца солдат, к а менное р укопожатие вечной дружбы - стоят,_ ок ав друг другу руки .

З адумчивое лицо молодого капит а н а р ядом с з авитой, в мелких ко­ лечках головой девушки с застывшим взглядом. Сергей стоял. угадыва я х а р а ктеры этих л юдей, их судьбы, их покой. К:то о н и ? Где они? Кого они.1юбили I1Л'И л юбят?

«Что же я, несчастлив? - думал он.- Не то слово - «несчастлив».. .

Р а ботать шофером, жить покойно, тихо, жениться - счастье ли это?

Вот этот капитан счастлив?»

–  –  –

- Кто же у тебя? - обняв и не отпуская ее, спросил Сергей.- Кто у тебя?

- Идем,- повторил а Нина,- в комнату. Ты меня з а морозишь .

Шинель повесишь т а м.. .

Она р аскр ы.аа дверь, и он ш а гнул ч е р ез порог в теплый после холода з апах чистоты, уюта и покоя, внезапно остановился : тотч ас увидел в углу комн аты зеленоватое от света н астольной л а мпы женское л ицо с опущенными н а щеку волосами. Она сидела на тахте.

Сергей быстро о бернулся к Нине, проговорил р а ст ерянно :

- Кто это?

- Сереж а !.. - испуганно сниженным голосом воскликнула Н и н а.Это Таня, познакомься, пожалуйста,- уже в полный голос сказала она и стремительно подошла к женщине, выпрямившейся н а тахте.- Это Сергей !

- Мы знакомы, кажется,- сказал Сергей .

Он сразу узнал ее: белокурые волосы, выпуклый лоб, пол ные руки ;

отчет.ТJиво вспомнил ее метнувшееся в толпе, жалко плачущее ли цо, скомк анный платочек, котор ы м о н а тогда в р естора не тихонько вы­ тирала щеки Уварова, полул еж ащего на полу, вспомнил то ощуще­ ние виноватости перед ней, какое появилось у него тогда при виде ее заплака нного лица .

- Здравствуйте,- официальным тоном произнес Сергей.- Я не хо­ тел бы.. .

О н а вскинула подбородок, губы внез а пно перекосил ись .

- Н е надо! Не надо! Не говорите, пожалуйста... Я не могу! Не могу слышать.. .

- Я извиняюсь не пер ед н им, а перед в а ми,- сказал Сергей, х мурясь .

- Вы... в ы молчите лучше!. .

Она встала, пол н а я в талии и почему-то жалкая в этой полноте, бро­ сила ненавидящий, прижмуренный взгл яд на Сергея, на Нину и, кусая губы, вдруг кинулась к вешалке, срывая пальто, пуховый платок. Она торопливо протолкнула руки в рукава, наюшул а платок, оглянулась затр авJ1енно .

- Уди вляюсь тебе, Н и н а !

И вы б ежала, стукнув дверью в коридоре, в передней .

- О господи! - со вздохом п р оговорила Нина а опустил ась на тахту, сжав л адони коленями.- Как стр а нн о все, господи !

Сергей стоял возле, не снимая шинел и .

- Ч т о это? - спросил он после молчания .

Нина взгля нула н а него у моляюще, по л бу пошли морщинки, потом встала и щелкнула ключом в двери, СJ\азала винов ато :

- Не дуйся, слышишь?

И не пр и ближ аясь к нему, подошла к зеркалу и, передр азнивая его, нахмурила брови, потом, наклонясь и надув щеки, сдел а л а смешное л ицо, показала язык, затем, отойдя осторожно, глядя на него в зеркало, ска­ зала тихо:

- Н у посмотри...- И улы бнул ась.- Ну иди и пооютри на себя.. .

Како е у тебя холодное л ицо ! Ну подожди. Я тебе объясню. Таня - моя п одруга, еще с и нститута. Это тебе ясно?

Она подошл а и с уверенностью CH ЯJl a с него ша пку, б росила ее на полочку, после этого стя нул а шин ел ь, пос адил а Сергея' на тахту возле себя .

- Ну что тут особенного? Вообще я не л ю блю о бъясняться, до1\азыТИШИНА

–  –  –

платья и туфли,- это тебе понятно? Мне не так л егко жилось... И жи­ вется.. .

Она снова села н а т ахту рядом с ним .

- К а к ты м огла подумать, ч т о я осужда ю тебя? З а что? - Он обнял ее, увидел на е е плече, н а сером свитере темное пятно грубой штопки, проговорил шепотом, з адохнувшись от н ежной ж ал ости к ней:- Я не осуждаю тебя. Ты так подумал а ?. .

О н а потерлась щекой о его подбородок и молчала .

Потом он усл ы ш ал ровные и отстукив ающие звуки, они казались все отчетливее, все громче, и Сергей не ср азу понял - тикал на тум­ б очке будильник. Будильник шел, спокойн о и ровно отсчитывая.

И, на секунду ясно ощутив тишину в ком нате, Сергей подумал, что что-то при­ дви нул ось и происходит в его жизни, чего он хотел и ждаJ1,- и, поду м а в т а к, он почувствовал дыхание Н ины н а своей ш ее, н еожиданно услышал ее голос:

- Н о ведь тебя м огли убить на войне, и ты бы никогд а.."

–  –  –

советовать .

- Я сейчас не хочу об этом дуы ать... Я просто н е могу .

Он встал и притянул ее к себе, чувствуя горячую колючесть ее сви­ тера и почему-то видя все время то пятнышко грубой штопки на плече, осторожно поцелова л ее в теплые волосы .

- Н е знаю, что же это... - п роговорил о н неров н ы м 1·олосом.- Кто ты така я ? З ач е м я к тебе пришел? Ты это знаешь? Понятия не и мею, кто такая. И вообще - что происходит?

- О б ыкновен н а я и некрасивая женщина, Сережа.- О н а улыбну­ л ась.- И бол ьше н ичего .

- Ты этого, конечно, не пон и м а ешь, и я сам не пони м а ю,- сказал С ер гей н а м еренно шутливым тоном.- Н о я бы все понял, если б ы ты по­ шла за меня замуж. П ойдешь?

- Нет.- Она, с м еясь, тряхнула головой.- А кто ты такой?

- Кто я? Бы вший командир батар,еи, а сейч ас человек б ез определенных з анятий. Беден. Холост. Но без п амяти тянет меня к одной жен­ щине. И с а м н е з на ю почему. В от и все. Кр атч а йш а я биография. Не нужно а н кеты .

ТИШИНА

О на, н е смеясь уже, п р ог оворила после молчания:

Это я знаю. А дальше?

- Что ж... З н ач ит, ты с а м а не зн аешь, что это такое.. .

- А если это нельзя?

«Что я говорю? З ачем стал гово р ить об этом?»- поду м ал он с мгно· венно возникшей тр евогой, одн ако п р еувеличенно спокойно про говорил:

- Значит, ты меня не очень лю бишь, а?

- Сережа · а,- ш епотом сказала Н и н а, снизу взглядыв а я ему в лино.- Я тебя вот так... - И наклонилась, чуть прикоснул ась губ а м и к сво­ ей руке.- Не понял ?

- Не т .

- Хорошо. Ты хочешь, я тебе скажу?.. - проговорила она, тронув пальцами борт его пиджака .

я этого хочу .

У меня есть муж, С ертей. Геолог. Он в Казахстане. В Б ет-Па к­ Дале. Н о я ушла.. .

Почеl\1у ушла?- сп·росил Сергей тихо, следя з а ее п ал ьцами, тере­ бящи ми борт ero 1шджака .

- Н е будем п ортить друг другу н астроение.- Е е пальцы у местились на его р укаве, погладили его с л а сковостью.- Ты ж е не изменишь с в ое отношение ко мне?

- Я просто этого не знал,- сказал Сергей впол голоса .

Два часа спустя он возвр а щ ался доыой; он шел один п о улице, ночной,

-безмол вной, с темными окн а м и ; сверкал иней на карнизах, н а ручках п а р адных; лунный свет, чудилось, н акалял воздух холодом .

«Мне все р а вно, б ы л у н е е муж или н е б ь!JI и есть л и он сейчас,­ ду мал он.- Я л ю бл ю ее. Да, я люблю ее. И больше ничего не н адо.. .

Я хочу, ч11обы мне в езло. В о всем в езло. Ка к везло на войн-е... »

–  –  –

Конста нтин, у в идев Серге я на трамва й ной остановке, затормозил гру­ зовик, торопясь, опустил стекло, махнул рукой из шбины .

- Куда тебя несет? Тысячу л ет тебя не видел! С адись!

- А ты куда? П р ивет шофера м ! - С ергей залез в каби ну, п ахнущую тепл ым маслом, с б оку вопросительно взглянул на Константина.- Кажет­ ся, не виделись неделю? Как жизнь?

Константин, в короткой кожанке, л и цо непривычно сосредоточено, сказал с усмешкой:

- Кой т ам неделю ! Куда исчез? З аходил р а з десять! Ася в р.асстроенных чувствах: дом а нет. В чем дело? Женщина?

Ч увствуется служба в р азведке .

Кто она ?

Помнишь ту, с которой я танцевал в «А стории»?

Ох ты!.. Вздернутый носик? Н еужто она? Когда представишь?

Когда захочешь .

Пр инято. Тут в Новый год я собираю в одном интеллигентном ме­ сте ком панию. Ды м коромыслом, милые л юди. Приходи с ней. Но ты все же меня з а был, б р одяга ! Забыл вдрызг! Неужели м ужская дружба вдре­ безги, когда появляется женщин а ?

О н с о скрежетом пер едвинул рычаг, н а супленно покусал усики. Ма­ ш и н.а, набирая скор ость, неслась по снежной улице, вдоль трамв айных рел ьсов ; подскакивая, трясся, гремел кузов .

В воздухе сыпал ась изморозь. З адумчиво откинувшись на сиденье, Сергей смотрел н а торопл и во щелк ающий по стеклу «дворнию. КонстанЮ.

БОНДАРЕВ т и н бешено засигналил на перекрестке, не повор ачивая головы, крикнул высоки м голосом :

- А, Сережка? Вдребезги?.. Все вниз м акушкой? Стойка на лысине?

- Есл11 есть время, давай на Большую Москово;ую. Мне туда,сказал Сергей.- Если нет, слезу .

- В от ты уже отколол ся ! - крикнул Конста нтин, вгляnываясь через стекл о.- Ты уже... А все же старых друзей не забыв а й. Друзей не так много. Их почти нет! Сейчас к ней?

Сергей хорошо знал: то, что он должен был ответить, будет о бидным для Кон ста нтина; он также знал, что особенно обидн ы ы могл о быть то, что о н б росил шоферские курсы, и этот новый толчок в его жизни исходил от Н ины. Однако он еще сам не предста влял ясно, что та кое подготови ­ тельное отделение, Горный институт, о котором все время говор ИJlа она. Это неизвестное и новое вызывало лишь любопытство у него.

Сергей проговори" нетвердо :

- Сейчас на Б ол ьшой Московской ты сойдешь со мной, и мы по­ смотр и м. С тобой, понял. Костька ? Ты куда едешь, на базу?

- Что посмотрим? Ч то ты из меня лепишь? - Константин с силой н ажал н а з а в изжавшие тор моза, полуобер нулся.- Я з а ч с :v1 ?

Останови возле бул ьвара .

- Н е понял. Я зачем?

- Остан а вл ивай,- спокойно приказал Сергей.- З а йдем в одно заведение. Посмотрим .

На худощавых щеках Константина набухли желваки, но тотч ас с не­ зависимым выражением он остановил м а шину возле бульвара. Потом сдернул рукав ицу, бросил папиросу в рот и первый спрыгнул на мо­ стовvю .

__::_ Ну? Без пол-литра не разберешься ?- произнес он выжидающе.­ А дальше?

- Пошл и .

Это была тихая улица Москвы, с дом а м и, обшарпанными войной .

Огромное серое зда н ие воз вышаJюсь за бульваром .

- Где здесь." подготовительное отделение Гор ного и нститута?

Они п однялись н а второй эта ж. Коридор ы института были пустынны, солнечны, синеватый п а пиросный дымок плав а" в плоских лучах света, справа тянулись двери с незнакоl\ю академичны ми надпися ми : «Аудито­ р ия No 1 », «Аудитория No 2». Одна из дверей приоткрыта. В щелку тек красиво бархатистый профессорский голос, виднелся глян цевитый кр а й доски, испещренной формул а м и. И сразу повеяло н а Сергея чем-то приятно знакомым, к а к четы ре года н а з ад в полуза бытой школе перед экза мена м и .

- Понял?- с казал о н .

Константин с папиросой в зубах загл янул в аудиторию, приложил ухо 1 щели, пожал плечами .

- Синусы. косинусы, тангенсы. Боже мой, уби йство дне м ! А что, из н их можно сшить костю м ? Ты мене не пуж-жай, а скажи - я уваж­ жаю о бразова нность!

- Прекрати к черту! Где здесь... подготовительное?

Н австречу по коридору шел пры га ющей походкой очень высокий, ху­ JОЙ, в длинном пиджа ке, с дл инной шеей человек, сутулясь, как все вы­ сокие л юди. Лицо молодое, нервное, в м ален ьких зор ю1х гл азах - стро­ гость .

- Н а право. За угол. Вторая дверь,- сказал он, уставив подбородок на Константина.- Это что, папироса? В ы кто такой? Студент? Р а н о изоТI1ШИН А · 71 бражаете из себя горняка ! Бросьте п апи росу ! Не курить! З а рубите на носу: здесь н е ф ронт, не атаки, не «ура, а Гор-ный инсти-тут". Шагом марш!

И, н а клоняя ш е ю, двинулся дальше, в солнечные полосы Iоридор а .

В детстве, н адо пол а г ать, его м ы шеловкой на пугат1,- за метил Константин и не бросил, а упрятал папиросу в л адонь.- Куда попали, бож-же мой! В ф иJiиал зоопарка?

В небольшой комнате дека ната - сдерж анный говор и теснота. Здесь сидели на диванах, тол пились грубоватые с в иду парни в шинелях, в ста рых, с чужого плеча п альто, в а рмейских кирзовых сапогах, стояли возле стол и к а. За стол иком - свежее личико белокурой девушки-секре­ таря; л ичико это взволнованно, взгляд мечется по сапога м, по шинелям с выр ажением неуверенности .

- Товарищи, това рищи, всех декан не примет! В ы поним аете? Не примет! Я в а м сказа л а : подготовител ьное отдел ение переполнено! Ну что rз ы, товар ищи, все в Горный институт бросились? Мало институтов? П ри­ ходите з а втра с документ а м и : аттестат или справка об образовании, био­ графия... Ну, и все остальное .

Сергей не знал точно, что это за понятие «декан» (слово з вуча"10 ака­ дем ически ), одна ко сейчас же понял, что делом приема заним а ется имен­ но декан, и спросил громко, с излишней уверенностью:

- Кто последний к дека ну?

Н а него огл янулись.

Толстов атый, как б ы весь круглый па ренек в сол­ датской шинели с нелепо пришитым заячьим воротником, сндя на диване, расплылся широким, каким-то белесым р адостныы л и цом, выкрикнул приветл иво:

- Я крайний. За мной, кажись, н икого .

- Дерёвн я ! - впол гол оса сказал Конста нтин. - А ну, подви нься, «кр айний»! Еще в институт, как п аровоз, прешь! Сэло, сэл о !

- А я тебе что?- з а бормотал круглолицый, подвигаясь.- А ты за­ чем ругаешься ?

Т отчас секрета рша с р а стерян ным личшом поднялась от стола, глядя на Конста нти на, сказа л а :

- Я предупредила, тов арищи. В сех декан не при мет. Сда йте доку­ менты и приходите завтра с утра. Вот вы, новенькие... Вы слы ш али?

- Милая девушка, мы подождем,- игриво ответил Конста нтин.­ Как видите, н а с - рота .

- Вперед! Пополнение прибыло! Д а в а й вливайся в н ашу роту, б р атцы!

Вокруг засмеялись охотно .

В ысокий парень в танкистской куртке, распираемой н алитыми пле­ ч а ми, повернулся от стол а ; смелые золотистые гл аза глядели прямо, дру­ жески, нос с горбинкой, в зубах пустая трубка с железной крышечкой;

посасыв а я трубку, сп росил Сергея с любопытством :

И з Iаких родов?

- С емидесятишести миллим етровая. Дивизионка .

- Тю, земляк!

Н а трубке в ырезана голова Мефистофеля - змеистые волосы, зло­ в ещие брови, узкая бородка ; трубка был а трофейная; такие не раз попа­ дались Серге ю на ф ронте .

- С Пер вого Украинского,- сказал Сергей и также с любопытст­ вом спросил, указыв а я взглядом на труб ку :

- Дейтше, дейтше юбер ал­ лее?

- Я воль.- Танкист в ы нул трубку из зубов.- Где з а кончил? В каком звании?



Pages:   || 2 | 3 | 4 |



Похожие работы:

«РЬЬшчшттр^пй к ЛштЪЬш^питф^пЛ 103 Н. К. ТАГМИЗЯН. Теория музыки в древней Армении, Ереван, изд-во АН Арм. ССР, 1977, 320 стр. Музыкальное искусство древней и средневековой Армении является одной из богатых и малоизученных областе...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Е. А. Путилова РУССКИЙ ЯЗЫК И КУЛЬТУРА РЕЧИ Учебное электронное текстовое издание Рекомендовано Учебно-методическим советом Нижнетагильского технологического института (филиал) УрФУ имени перво...»

«13 The International Encyclopedia of Sociology. N. Y., 1984. P. 114. 14 Bell D. Ethnicity and Social Change//Ethnicity. Theory and Experience. Cambridge (M ass.), 1975. P. 141— 142. 15 Bell D. Op. cit. P. 171. 16 Ibidem. P. 169. 17 Ibidem. P. 1...»

«САМОХОДНЫЙ ОПРЫСКИВАТЕЛЬ С ПЕРЕДНИМ РАСПОЛОЖЕНИЕМ ШТАНГИ GUARDIAN™ SP380F 02 Общее Описание Никогда не оглядывайся поднимитесь в самоходный опрыскиватель Guardian™ с передним расположением штанги от New Holland и больше можете никогда не оглядываться наза...»

«Ю.Е. Березкин КИРтИмуКха, СИСИутЛь И ДРугИЕ СИммЕтРИчнО-РазВЕРнутыЕ ИзОБРажЕнИя ИнДО-тИхООКЕанСКОгО РЕгИОна "Современные этнологи проявляют явное отвращение к сравнительным исследованиям первобытного искусства. Нетрудно понять приводимые ими доводы: до сих пор исследования подобного рода стреми...»

«любой выпуск произведения на бумаге является серьезным толчком к работе со словом [Светлова, 2009]. Создатели альманаха, авторы, редакторы, верстальщики были объединены общей идеей, обладали схожей систем...»

«22.04.2018 1. Мета та завдання 3-й Відкритий Кубок України з Сокарате WSO проводиться з метою:1.1 Подальшого розвитку та популяризації Сокарате WSO: Фул-Контакт Куміте, Лайт-Контакт Куміте, Нокдаун Кумiте, Семі-Контакт Пойнт Куміте в Українi та по за їi межами, та зді...»

«СОДЕРЖАНИЕ №п/п Наименование раздела стр. Типы, виды, традиционные формы контроля, критерии оценивания 1. 4 Паспорт фонда оценочных средств 2. 4 Описание показателей и критериев оценивания, описание шкал оценивания 3. 4 Программа контрольно-оценочных мероприятий, за период изучения по 4. 9 дисциплине Фонды оценочных средств для текущего к...»

«Глава 1 СВЕТЛЫЙ ПАТРУЛЬ — Огнева, але! Влада оторвалась от окна автобуса, за которым в темноте торопливо бежали подмосковные перелески и деревеньки. Ночь с тридцать первого августа на первое сентября выдалась ненастная: ветер бузил, раздавая оплеухи деревьям, будто мстил за ласковые летние деньки. — Огнева, ты меня слышишь? — донес...»

«Современные технологии физического воспитания Многие выпускники ФФК ГрГУ им. Я. Купалы связали свою дальнейшую  профессиональную  деятельность  с  данным  направлением  оздоровительной  физической  культуры,  уровень  знаний которых позволяет быть востребованными специалистами не только в н...»

«    Российский турпродукт: любимый отдых россиян и открытие для зарубежных гостей Сочи — главный курорт России во все времена, современная мекка внутреннего российского туризма — по праву получил статус города, в котором обсуждают внутренний и въездной туризм Р...»

«КОНЦЕПЦИЯ СОЦИАЛЬНО ЗНАЧИМОГО ПРОЕКТА "XIX МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЛИХАЧЁВСКИЕ НАУЧНЫЕ ЧТЕНИЯ" Тема Чтений: "МИРОВОЕ РАЗВИТИЕ: ПРОБЛЕМЫ ПРЕДСКАЗУЕМОСТИ И УПРАВЛЯЕМОСТИ" Место проведения: Россия, г. Санкт-Петербург, Санкт-Петербургский Гуманитарный университет профсоюзов Время проведения: 23-24 мая 2019 г. Международные Лихачёвские...»

«МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ КУЛЬТУРЫ "МЕЖПОСЕЛЕНЧЕСКАЯ БИБЛИОТЕКА" ПАРАБЕЛЬСКОЕО РАЙОНА 2il6 год A /i ki h o В РОССИИ а н а л и т и ч еск и й обзор МБУК "Межпоселенческая библиотека" Парабельского района за 2016 год Парабель 2017 МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ КУЛЬТУРЫ "МЕЖПОСЕЛЕНЧЕСКАЯ БИБЛИОТЕКА" Парабельского р...»

«Автономная некоммерческая организация высшего образования СМОЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ ОБРАЗОВАНИЯ АНО ВО "СУРАО" Б. Спецификация процессов, документированные процедуры рабочие инструкции РП 2.5. Реализация основных образовательных программ СК-Б-2.5-4.2.3-59-ДП-12/54.03.02-17 РК 4.2.3-59...»

«В. В. Г о р б а ч е в а ТРАДИЦИОННЫЕ ЛИЧНЫЕ И СЕМЕЙНЫЕ "ОХРАНИТЕЛИ" АЧАЙВАЯМСКИХ ОЛЕНЕВОДОВ В пос. Ачайваям, расположенном на севере Олюторского района Корякского автономного округа Камчатской области, проживает малоизученная группа оленеводов численностью около 400 человек. В похозяйственных книгах они за...»

«Чхве Тонхо Море в бутылке Издательство АСТ Москва УДК 821.531-1 ББК 84(5Кор)-5 Ч-97 his book is published with the support of the Literature Translation Institute of Korea (LTI Korea). Чхве Тонхо. Ч-97 Море в бутылке / Чхве Тонхо; [пер. с кор. И. Л. Касаткиной и Чун Ин Сун]. — Москва : Издательство АСТ, 2...»

«I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ Чемпионат Российского студенческого спортивного союза по спортивному туризму (дистанции — лыжные) (далее — Соревнования) проводится с целью дальнейшего развития спортивн...»

«edinyj_gosudarstvennyj_ekzamen_2009_matematika_denischeva_l.o.zip Разжёвано таблиці відмінкових закінчень іменників самая особових закінчень дієслів. – бишь вступай свою спесивость а живи мечтой. бесчувственное то be or not to be. Никто дряхлее из винниц пострадает некоторы...»

«Конспект спортивно познавательного развлечения "Если только захотим, на луну мы полетим". Подготовительная к школе группа. Автор: воспитатель Путенко Надежда Корнеевна. Муниципальное бюджетное дош...»

«ПРОГРАММА РАЗВИТИЯ ХОККЕЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА 2018 – 2022 ГОДЫ Москва, 2018 г. СОДЕРЖАНИЕ Паспорт программы.. 3 1 . Анализ состояния и перспектив развития хоккея в Российской Федерации.. 7 Массовый спорт.. 7 Детско-юношеский спорт.. 9 Школьный спорт.. 12 Студенческий спорт.. 12 Спорт высших достижений.. 13 Подготовка спортивного резерва.. 1...»

«ПОЛОЖЕНИЕ о проведении чемпионата Амурской области по самбо среди мужчин, женщин, мужчин боевое самбо. Первенство среди юниоров, юниорок 1999 2000 (2001) г. Первенство среди юношей, девушек 2001 2002(2003) г.р (Номер-код вида...»

«Приложение 1 к приказу Росспорта № 547 от "21 " августа 2006 г. Порядок формирования Единого календарного плана всероссийских и международных спортивных мероприятий на 2007 год 1. Общие положения. 1.1. Настоящий Порядок регламентирует требования и услов...»

«Комплект рабочих программ для 1 дополнительного и 1 классов по отдельным учебным предметам и коррекционным курсам для слабослышащих и позднооглохших обучающихся ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА ВАРИАН...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.