WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

««РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. А. Н. КОСЫГИНА (ТЕХНОЛОГИИ. ДИЗАЙН. ИСКУССТВО)» ИНСТИТУТ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ 16+ Вестник славянских культур Научный журнал Издается с 2000 г. Том 50 ...»

-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«РОССИЙСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМ. А. Н. КОСЫГИНА

(ТЕХНОЛОГИИ. ДИЗАЙН. ИСКУССТВО)»

ИНСТИТУТ СЛАВЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ

16+

Вестник славянских культур

Научный журнал

Издается с 2000 г .

Том 50

Декабрь 2018

Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору

в сфере связи и массовых коммуникаций Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-68467 от 27 января 2017 г .

ISSN 2073–9567 Подписной индекс по каталогу «Роспечать» 83274 Журнал входит в перечень утвержденных ВАК РФ изданий для публикации трудов соискателей ученых степеней E-mail: vsk_gask@mail.ru Сайт: www.vestnik-sk.ru Москва

THE MINISTRY OF EDUCATION AND SCIENCE

OF THE RUSSIAN FEDERATION

A. N. KOSYGIN RUSSIAN STATE UNIVERSITY

(TECHNOLOGY. DESIGN. ART)

THE INSTITUTE OF SLAVIC CULTURES

16+

VESTNIK SLAVIANSKIKH KUL’TUR

[BULLETIN OF SLAVIC CULTURES]

Scientific journal Published since 2000 Volume 50 December 2018 The journal is registered in Federal service on legislation observance in sphere of communication, information technologies and mass communications The registration certificate ПИ № ФС77-68467 of January, 27, 2017 Subscription index in the catalogue of «Rospechat'»: 83274 ISSN 2073–9567 The Bulletin is included in the list of the periodicals, the publications in which are accepted for the consideration by the Higher Attestation Commission of the Russian Federation when defending the thesis for PhD and DSc degrees E-mail: vsk_gask@mail .
ru Сайт: www.vestnik-sk.ru Moscow Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 Вестник славянских культур: науч. журн. — 2018. — Т. 50, декабрь. — М.: РГУ им. А. Н. Косыгина, Ин-т славянской культуры, 2018. — 361 с.; ил. — ISSN 2073-9567 Главный редактор О. А. Запека (РГУ им. А. Н. Косыгина, Институт славянской культуры, Москва, Россия) Заместитель главного редактора О. А. Туфанова (ИМЛИ РАН, Москва, Россия) Ответственный секретарь К. К. Маслова (Институт славяноведения РАН, Москва, Россия) Редактор М. В. Рудаков (РГУ им. А. Н. Косыгина, Институт славянской культуры, Москва, Россия)

МЕЖДУНАРОДНЫЙ РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ

В. М. Воробьев (РГУ им. А. Н. Косыгина, Москва, Россия), М. Н. Громов (Институт философии, РАН, Москва, Россия), С. Елушич (Черногорский университет, Подгорица, Черногория), Е. М. Калашникова (ФГБОУ ВО «ПГГПУ», Пермь, Россия), И. И. Калиганов (Институт славяноведения РАН Москва, Россия), В. Ф. Козлов (Историко-архивный институт РГГУ, Москва, Россия), М. Костова-Панайотова (Юго-западный университет им. Неофита Рыльского, Благоевград, Болгария), Н. Мотоки (Университет Хоккайдо, Хоккайдо, Япония), К. В. Никифоров (Институт славяноведения РАН, Москва, Россия), В. Н. Расторгуев (МГУ им. М. В. Ломоносова, Москва, Россия), Г. Спак (Университет INALKO — Институт восточных языков и восточных культур, Париж, Франция)

РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ

С. И. Бажов (Институт философии, РАН, Москва, Россия), В. Вилимек (Философский факультет Остравского университета, Острава, Чешская Республика), Х. Ковальска-Стус (Ягеллонский университет, Краков, Польша), Л .





В. Ковтун (РГУ им. А. Н. Косыгина, Институт международного образования, Москва, Россия), А. К. Коненкова (РГУ им. А. Н. Косыгина, Институт славянской культуры, Москва, Россия), Н. Б. Корина (Университет им. Константина Философа, Нитра, Словакия), М. Ю. Люстров (ИМЛИ РАН, Москва, Россия), В. Н. Матонин (Северный (Арктический) фелеральный университет им. М. В. Ломоносова, Архангельск, Россия), Г. П. Мельников (Институт славяноведения РАН, Москва, Россия), Г. А. Пожидаева (ВТУ им. М. С. Щепкина при ГАМТ России, Москва, Россия), М. А. Пузина (Институт русского языка им. В. В. Виноградова РАН), Т. И. Радомская (РГУ им. А. Н. Косыгина, Институт славянской культуры, Москва, Россия), Е. В. Сальникова (Государственный институт искусствознания), И. Е. Светлов (МГАХИ им. В. И. Сурикова, Москва, Россия), С. С. Степанова (Государственная Третьяковская галерея, Москва, Россия), Н. В. Трофимова (ФГБОУ ВО «МПГУ», Москва, Россия), Е. С. Узенева (Институт славяноведения РАН, Москва, Россия) Адрес редакции: 129337 г. Москва, Хибинский проезд, д. 6 Телефон: +7 (499) 188-72-01 E-mail: vsk_gask@mail.ru Сайт: www.vestnik-sk.ru

–  –  –

Vestnik slavianskikh kul’tur: nauch. zhurn. [Bulletin of Slavic Cultures: scientific journal]. — 2018. — Volume 50, December. — Мoscow, A. N. Kosygin Russian State University, The Institute of Slavic Culture Publ., 2018. — 361 p.; il. — ISSN 2073–9567 Editor-in-Chief Oksana A. Zapeka (A. N. Kosygin Russian State University, The Institute of Slavic Culture, Moscow, Russia) Deputy Editor-in-Chief Olga A. Tufanova (A. M. Gorky Institute of World Literature of the Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia) Managing Editor Ksenia K. Maslova (The Institute of Slavic Studies, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia) Editor Mikhail V. Rudakov (A. N. Kosygin Russian State University, The Institute of Slavic Culture, Moscow, Russia)

INTERNATIONAL EDITORIAL COUNCIL

Vyacheslav M. Vorob’ev (A. N. Kosygin Russian State University, Tver, Russia), Mikhail N. Gromov (The Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia), Sinisa Jelusic (University of Montenegro, Podgorica, Montenegro), Elena M. Kalashnikova (Perm State Humanitarian-Pedagogical University, Perm, Russia), Igor I. Kaliganov (The Institute of Slavic Studies, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia), Vladimir F. Kozlov (History and Archives at Russian State University for the Humanities, Moscow, Russia), Magdalena Kostova-Panayotova (Neofit Rilski South-West University, Blagoevgrad, Bulgaria), Nomachi Motoki (Slavic Research Center of Hokkaido University, Hokkaido, Japan), Konstantin V. Nikiforov (The Institute of Slavic Studies, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia), Valeriy N. Rastorguev (M. V. Lomonosov Moscow State University, Moscow, Russia), Gaiane Spach (University INALKO — The Institute of Eastern Languages and Cultures, Paris, France)

EDITORIAL BOARD

Sergey I. Bazhov (The Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia), Vitezslav Vilimek (Philosophical department, Ostrava University, Ostrava, esk republika), Hannah Kowalska-Stus (Jagiellonian university, Krakow, Poland), Liliya V. Kovtun (A. N. Kosygin Russian State University, The Institute of International Education, Moscow, Russia), Alla K. Konenkova (A. N. Kosygin Russian State University, The Institute of Slavic Culture, Moscow, Russia), Nataliya B. Korina (Constantine the Philosopher University (Univerzita Kontantna Filozofa v Nitre), Nitra, Slovakia), Mikhail Iu. Lyustrov (A. M. Gorky Institute of World Literature of the Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia), Vasiliy N. Matonin (Northern Arctic Federal University, Arkhangelsk, Russia), Georgiy P. Melnikov (The Institute of Slavic Studies, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia), Galina A. Pozhidaeva (Schepkin Higher Theatre School (Institute) associated with the State Academic Maly Theatre, Moscow, Russia), Maria A. Puzina (V. V. Vinogradov Russian Language Institute of the Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia), Tat'iana I. Radomskaia (A. N. Kosygin Russian State University, The Institute of Slavic Culture, Moscow, Russia), Ekaterina V. Salnikova (The State Institute for Art Studies, Moscow Russia), Igor E. Svetlov (V. I. Surikov Moscow State Academic Art Institute, Moscow, Russia), Svetlana S. Stepanova (The State Tretyakov gallery, Moscow, Russia), Nina V. Trofimova (Moscow State University of Education (MSPU), Moscow, Russia), Elena S. Uzeneva (The Institute of Slavic Studies, Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia)

–  –  –

СОДЕРЖАНИЕ Теория и история культуры

МУЗЫКАНТ В. Л., МФАРЕДЖ Ф. Effective readability of news:

comparative analyses of Russian and foreign online newspapers……………………………8 ГУБАНОВ Н. И., ГУБАНОВ Н. Н .

Вызов Аполлона как движущая сила образования………………………………………22 НИКОЛЬСКИЙ С. А. Несогласие. О деколлективизации девяностых годов и отражении ее духа в философской прозе Валентина Распутина и Романа Сенчина…………………………………………………35 ПЛЕХАНОВА А. С. Фабричное образование во второй половине XIX – начале XX вв .

(на примере Владимирской, Костромской, Ярославской губерний)……………………48 ЮДИН М. В. Пролетарская культура глазами советских вождей……………………56 ПОПОВКИНА Г. С. Мир здоровья и болезни в молитвах и заговорах восточных славян в сравнительном освещении……………………………66

ШИЖЕНСКИЙ Р. В. Русское язычество XXI в.:

идеологи, организации, направления……………………………………………………79

МОСКВИЧЕВА Ю. В. Иеротопия Св. Земли:

центральная Галилея (культурологический аспект)……………………………………93 Филологические науки СОЛОВЬЕВА Т. Н. Традиции преподобнического жития в жанровой разновидности святительского жития (переводные тексты византийской агиографии)………………………………………103 СЕВАСТЬЯНОВА С. К. Тема «человек и болезнь» в сборнике «Великое зерцало»…119 ЗАВЬЯЛОВА А. И. Иван Грозный в творчестве русских писателей второй половины XVIII – начала XIX вв.………………………………………………136 ЗАХАРОВА О. А. Трансформация жанра былины в русской литературе XVIII–XIX вв.……………………………………………………146 СУЛЕМИНА О. В. Судьба как «агент» страшного в поэмах А. С. Пушкина………158 ПАДЕРИНА Е. Г. К истории сохранения и первых публикаций черновых рукописей Гоголя: вопросы, проблемы, новые материалы………………165

СТРОГАНОВА Е. Н. Народная/псевдонародная «Ванька-Танька»:

метаморфозы бытования…………………………………………………………………178 ГЛУХОВА Е. В. Евангельский сюжет о рождении младенца и его трансформация в автобиографической мифологии Андрея Белого……………197 ЖУЧКОВА А. В. Богатырская проза И. Богатыревой. Эклектика жанра……………216 ПЫХТИНА Ю. Г., ЯКИМОВ П. А., КОНОВА М. А .

Model for typological study of artistic representation…………………………………229 Искусствоведение БЫЧКОВ В. В., МАНЬКОВСКАЯ Н. Б .

Современный взгляд на эстетику символизма…………………………………………246 Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 УВАРОВ В. Д. Творчество польских художников-таписсьеров как часть славянской культуры…………………………………………………………266

ЕГОРОВА И. Л. Е. В. Гиппиус, Ф. А. Рубцов, Л. Л. Христиансен, З. В. Эвальд:

у истоков современного этномузыкознания……………………………………………274 БОРЗУНОВ Г. И., ФИРСОВ А. В., НОВИКОВ А. Н. Индексация цветовых сочетаний узоров русского декоративно-прикладного искусства……………………284 БЕСКОВ А. А. Образ славянского язычества в российском кинематографе и на телевидении………………………………………301 БЕЛЬКО Т. В., БЕСЧАСТНОВ Н. П., ОВСЯННИКОВ В. П., ЯКУНИН В. Н .

Реновация православного архитектурного наследия в контексте религиозного туризма Среднего Поволжья………………………………314 ГЕНЧЕНКОВА М. В. Смысловые грани поэзии иеромонаха Романа (Матюшина-Правдина) в контексте современного композиторского творчества…328 Научная жизнь УЗЕНЕВА Е. С .

Тема старообрядчества на IV Всероссийском конгрессе фольклористов……………338 КОРОЛЬКОВА А. В. Авраамиевская седмица (Презентация сборника научных статей «Авраамиевская седмица». Смоленск: Свиток, 2018)………………343

КИСЕЛЕВА М. С., ПИЛЮГИНА М. А. Диалог славянских культур:

коммуникация, рациональность, стратегии толерантности…………………………351 От редакции……………………………………...……………………………………....358

–  –  –

Theory and history of culture

MUZYKANT V. L., MFARREJ F. Effective readability of news:

comparative analyses of Russian and foreign online newspapers…………………………8 GUBANOV N. I., GUBANOV N. N .

Apollo’s call as the driving force behind the development of education…………………22 NIKOLSKY S. A. Disargeement. On the de-collectivization of the nineties and its reflection in the philosophical prose of Valentin Rasputin and Roman Senchin……35 PLEKHANOVA A. S. Factory education in the mid-19th – early 20th centuries (Using the example of the Vladimir, Kostroma and Yaroslavl provinces)…………………48 YUDIN M. V. Proletarian culture through the eyes of the Soviet leaders…………………56 POPOVKINA G. S. The world of health and disease in prayers and healing spells of East Slavs in comparative study………………………………………66

SHIZHENSKIY R. V. Russian paganism in the 21th century:

ideology, organization, and direction………………………………………………………79 MOSKVICHEVA Yu. V. Hierotopy of the Holy Land: Galilee. Cultural aspect…………93

Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50

Philological sciences SOLOVYEVA T. N. Traditions of reverend`s life within the genre type of hierarch`s life (translated texts of Byzantine hagiography)……………………………103 SEVASTYANOVA S. K. “Man and disease” topic in “Great mirror” collection…………119 ZAVIALOVA A. I. Ivan the Terrible in the works of Russian writers of the second half of the 18th century and the beginning of the 19th century………………136 ZAKHAROVA O. V. Transformations of bylina`s genre (epic poem) in the Russian literature of the 18th–19th centuries……………………………146 SULEMINA O. V. Fate as the agent of fear in Pushkin`s poems…………………………158 PADERINA E. G. To the history of preservation and publication of Gogol’s first drafts: questions, challenges, new materials………………………………165 STROGANOVA E. N .

Folk/pseudofolk of “Van`ka-Tan`ka”: the metamorphoses of existence…………………178 GLUKHOVA E. V. Gospel story about the birth of a baby and its transformation in the autobiographical mythology of Andrei Bely………………197 ZHUCHKOVA A. V. Bogatyr`s prose of I. Bogatyreva. Genre eclecticism……………216 PYKHTINA YU. G., YAKIMOV P. A., KONOVA M. A .

Model for typological study of artistic representation……………………………………229 History of Arts BYCHKOV V. V., MANKOVSKAYA N. B .

Modern view on the aesthetics of symbolism……………………………………………246 UVAROV V. D. Works of Polish artists as а part of Slavic culture………………………266

EGOROVA I. L. E. V. Gippius, F. A. Rubtsov, L. L. Christiansen, Z. V. Evald:

at the origins of modern ethnomusicology………………………………………………274 BORZUNOV G. I., FIRSOV A. V., NOVIKOV A. N .

Indexing of color combinations patterns of Russian decorative and applied art…………284 BESKOV A. A. The image of Slavic paganism in Russian cinema and television………301 BELKO T. V., BESCHASTNOV N. P., OVSYANNIKOV V. P., YAKUNIN V. N .

Renovation of Orthodox architectural heritage in the context of religious tourism of the Middle Volga region……………………………314 GENCHENKOVA M. V. Conceptual facets of hieromonk Roman`s (Matyushin-Pravdin) poetry in the context of modern music composing………………328 Reviews UZENEVA E. S. The issue of the Old belief at The IV all-Russian congress of folklorists………………………………………………338 KOROLKOVA A. V. “St. Abraham`s week” (presentation of the collection of articles “St. Abraham`s week”. Smolensk, Svitok Publ., 2018)………………………343 KISELEVA M. S., PILYUGINA M. A .

Dialogue of Slavic cultures: communication, rationality, strategies of tolerance………..351 Editorial note …………………………………………………………………………….358

–  –  –

Acknowledgement: The publication has been prepared with support of the “RUDN University Program 5–100” .

Abstract: Data on the audience proves to be the main value on the Internet statistics market, while the issue of informational messages is gradually coming to the forefront both in Russia and abroad. There are materials intended for the middle class, some of them — for professional athletes only. The more precise the targeting, the more effective the texts are. The same happens with the manufacturers of goods, which have to know their buyer by sight. Basic minimum parameters are gender, age, financial condition and income. At the same time, the modern promotion of mediatexts is impossible without an effectively executed layout, if it concerns print mass media. Composition is the art of orderly arrangement of individual elements into a unit, and is applicable to everything that includes more than one element. If the symmetry balances the elements of the composition, then even static arrangement of elements in space is capable of stimulating the imagination in the presence of parallel lines or compositionally arranged points in it. Moreover, the organization and composition have common nature: the first generates the second .

Keywords: readability, print mass media, composition, mediatexts, layout of geometric form, editorial, text direction, sentence structure, subscribers of the paper version, spelling errors .

Information about the authors:

Valerii L. Muzykant — DSc in Sociology, Professor, Peoples’ Friendship University of Russia, Mikluho-Maklaya St., 10/2, 119198 Moscow, Russia. E-mail: vmouzyka @ mail.ru Fadi Mfarrej — Graduate Student, Peoples’ Friendship University of Russia, MikluhoMaklaya St., 10/2, 119198 Moscow, Russia. E-mail: Fadi.mfarej@hotmail.com Received: February 27, 2018 Date of publication: December 28, 2018

–  –  –

For citation: Muzykant V. L., Mfarrej F. Effective readability of news: comparative analyses of Russian and foreign online newspapers. Vestnik slavianskikh kul’tur, 2018, vol. 50, pp. 8–21. (In Russian)

–  –  –

ЭФФЕКТИВНОСТЬ ЧИТАЕМОСТИ НОВОСТЕЙ:

СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ОНЛАЙН ИЗДАНИЙ

В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ

Аннотация: На рынке интернет-статистики данные об аудитории являются главной ценностью, а проблема донесения информационных сообщений постепенно выходит на первое место как в России, так и за рубежом. Существуют материалы, предназначенные среднему классу, некоторые — только для профессионалов-спортсменов. Чем точнее таргетирование, тем эффективнее тексты. Подобное происходит и с изготовителями товаров, которые должны знать портрет своего покупателя .
Как минимум, необходимы знания о демографических параметрах — пол, возраст, статус, доход. В то же время современное продвижение медиатекстов, невозможно без эффективной навигации, если речь идет о печатных СМИ, то здесь главное — макет. Композиция — это искусство упорядоченного расположения отдельных элементов в целом, и оно применимо ко всему, что имеет более одного элемента. Если симметрия уравновешивает элементы композиции, то даже статическое расположение элементов в пространстве способно стимулировать воображение в присутствии параллельных линий или композиционно расположенных точек в нем. Более того, макет и контент имеют общий характер: первый создает второй .

Ключевые слова: читаемость новостей, печатные СМИ, композиция, медиатексты, геометрическая форма верстки, передовая статья, направление верстки текста, состав предложения, подписчики бумажной версии газеты, морфологические ошибки .

Информация об авторах:

Валерий Леонидович Музыкант — доктор социологических наук, профессор, Российский университет дружбы народов, ул. Миклухо-Маклая, 10/2, 119198 г. Москва, Россия. E-mail: Vmouzyka @mail.ru Фади Мфаредж — аспирант, Российский университет дружбы народов, ул. Миклухо-Маклая, 10/2, 119198 г. Москва, Россия. E-mail: Fadi.mfarej@hotmail .

com Дата поступления статьи: 27.02.2018 Дата публикации: 28.12.2018 Для цитирования: Музыкант В. Л., Мфаредж Ф. Эффективность читаемости новостей: сравнительный анализ онлайн изданий в России и за рубежом // Вестник славянских культур. 2018. Т. 50. С. 8–21 .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50

Study's problem and objective:

It seems that a new reality is coming. There are more than 3.885 billion Internet users worldwide. It means that 50% of this amount is connected to the Internet [4]. Internet gradually and surely occupies a niche where newspapers are traditionally located, but can it completely replace the function of print mass media? This new media phenomenon has shown the importance of understanding the written texts. Readers increasingly rely on Internet and web-based information despite evidence that it is potentially inaccurate and biased [2]. Therefore, this study sought to assess people's perceptions of the credibility of various categories of Internet information compared to similar information provided by other media. Media studies have tended to study the method that affects the readability, usability, legibility and visibility of the media language. The main idea is to read and understand, in terms of the factors that distinguish its difficulty or ease, the difference in the method and the speed of reading of the readers, groups of words, and the extent to which he/she memorizes the temporary meanings until finishing the media material. Color functions in mediatexts are quite diverse: attracting and keeping attention, promoting the interpretation of goods, creating liveliness and attractiveness, the allocation of the trademark and slogan .

There are four types of compositions: Dramatic — with the inclusion of contrasts and oppositions, transitions and cliffs that require control; Lyrical — maximally saturated with alternative elements and soft play of light and shadows; Static — fairly balanced due to the availability parallel lines and symmetry; Passive — with repetitions and continuation, aimed at comfort and relaxation, characteristic of design and decoration .

In comparison with other cultures, the title of the newspaper in Russia, in contrast to, for example, Asian or Arab periodical, permanent and located in the upper left corner of the front page or at the top of the first strip line. Calendar data and number of the issue is placed under the name of the newspaper or in the box on the right. Editorial is usually placed at the opening of band to further highlight the title of the editorial gaining bright large clear print .

Official materials in Russian media are known to follow the editorial:

1 Selection — the material is homogeneous in the topic; it is placed in multiple columns and united by one common title — cap. The collection of mostly small combine informational articles (notes, interviews, reports). A selection at the top or bottom of the strip and is clearly separated from other material. Some collections comprise the frame .

2 Window — the article (figure) in the top right corner of the stripes. Window bounces from text bold rulers .

3 Lantern — art (drawing) in the center or at the bottom of the strip into two or three columns. The height of this column must be greater than its width paper is separated from other fatty material or curly rulers .

–  –  –

4 Basement — an article placed in several or all of the columns at the bottom of the strip. Basement is separated from the previous text line; the basement has a header on the first two or three columns. Basement height should be less than 1/3 or less than 1/4 the height of the strip .

5 Riser — article into two or three columns across the strip height .

6 Area — article or illustration, placed in one of the corners of the strip, with the exception of the upper right. Corner is separated from the other rulers of the material .

7 Attic in appearance mostly like the basement, but placed at the top of the strip and placed in the entire width or multiple columns. It beat off by the following text in bold rulers or enclosed in a frame .

In Asia, according to the Institute of Culture of TV and Radio Broadcasting NHK, over the past 5 years the proportion of Internet users in Japan by size has also bypassed the reader segment [9, p. 131]. For example in Japan, the text direction is from top to bottom, right to left. Therefore, the article starts in the upper right corner, and the end, respectively, in the lower left. The language of the online media material must be more restricted in its ability to convey and express the meaning to the reader, as a more functional language that completely dispenses with the self-beauty of vocabulary and linguistic structures. People born between 1988 and 2004 called “generation yutori” [19], literally translated as “safety, easing” .

Especially for them the Government since 2002 has introduced a new program of education “yutorikёiku”. For those people presented the so-called “facilitated education” which came under pressure from the idea of self-actualization, market situation is terra incognita .

According to a survey of human resources of the Centre for the year 2012, conducted among HR managers of large enterprises, generation Yutori was y described as “passive” — 60% and “psychologically weak” — 40% [10]. During their childhood, actively developed information technology. For them the main objective is to describe events and convey reality as accurately and clearly as possible so that the information material is readable .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 At the same time, there are significant differences between the online submission of materials on Russian and Japanese websites of “Izvestia.ru” and “Asahi Shimbun Digital” editions. The site of Russian Izvestia newspaper is much simpler in appearance than the website of the Asahi newspaper: usually there are too many materials on Japanese sites. The website of the newspaper Asahi also has many special materials with different banners and links. The site of Izvestia looks less saturated, although it attracts attention the abundance of “special projects” .

The main meaning of color in the text is the promotion of a more effective demonstration of the consumer qualities of the product. It is effective, for example, while promoting goods with the aim of psychological and symbolic impact on the object of advertising, i.e. the consumer. It is useful to attract and retain attention, to convey the natural range of colors and to emphasize the form and style (as in the case of reception of the «turnout»).In addition to color, the geometric form of the advertising medium can have a significant impact on the perception of content [4, pp. 26–27, 305] .

In addition to color, the geometric form of the advertising medium can also have a significant impact on the perception of content: remote the elements used in outdoor advertising make it easy distinguish the company text from competitors' ads. Clearly and distinctly look white letters on a dark background — this technique is called “twist” — they dominate the band regardless of the size of the message The research problem was identified in terms of the declarative and the nature of the relationship between the reader and the online newspaper. It could be explained by the theory of information representation and its multiple models. The focus of this theory is to reach the reader who fully interacts with the content that he reads and derives its meaning based on his own abilities and knowledge of representation and interpretation .

In the framework of this task, one must take into consideration — the least welloff strata of the population (for Moscow this income is up to 60 thousand rubles a month) read Kp.ru, Gazeta.ru and M24.ru. The most affluent people (in Moscow it is more than 130 thousand rubles) — Kommersant.ru, Meduza.io, Inosmi.ru, Slon.ru, RBC.ru. Furthermore, among the bachelors the most popular are E1.ru, LifeNews.ru, Rg.ru, Kp.ru, and Izvestia.ru .

At family readers, the leaders are M24.ru, Newkaliningrad.ru, Russia.rt.com, Gazeta.ru, and Kommersant.ru [7] .

In the narrowest sense, readability means the sum of the parts of the text that need readers and this success is the extent to which the reader read at a moderate speed with understanding and fun. This definition focuses on understanding; speed, fluency and the tendency to make online newspaper effectively use the building elements of the Internet in an easy and readable way to benefit the readers of these online newspapers .

Hence, the study problem can be developed to identify the ease and difficulty of the online newspaper and the factors affecting the public follow-up. Within the overall objective, the following sub-objectives are underlined: describe analytical the news format published on the online Russian, Asian and Arab newspaper as a modern means of journalism .

Identify the factors affecting the readability of the text (vocabulary, sentence structure, length, expansion, consistency, unity, and text structure) in the study online newspapers .

Find out the ease and difficulty of news readability in the study of online newspapers. Identify the flexibility degree of readability on the websites of the study online newspapers .

12 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50

Study's questions:

This study seeks to answer the main question of: How readable is the brand communication on the Arab, Asian, European online newspapers, and what are the factors influencing the public's follow-up .

1 How often is the use of unfamiliar, personal words and specialized terms that affect the ease or difficulty of news readability of the headlines published on the websites?

2 To which extent are linguistic and spelling errors found in news headlines published on the websites of the online newspapers, and what are their impacts on the ease or difficulty of readability?

3 To which extent are the news heading published in the online newspapers committing to the factors contributing to ease or hard-pace readability?

4 To what extent does the published news on the study online newspapers comply with the appropriate length standards for increasing punctuality, whether the number of title's words, introduction or subject?

5 To what extent are the websites of the online newspapers available for expansion to increase the news readability?

6 How much do online newspaper use photos and videos within their published news?

7 What are the types, sizes, and colors of fonts used in the news published on the websites of online newspaper?

8 Do these online newspapers offer accessibility to the number of readings received by the published news?

Study's theoretical framework:

The follower of information theories and methods of influence will find overlapping and revolving correlation between them. Therefore, this study is based on one theoretical approach of the theory of information representation (information processing) .

–  –  –

Study's tools, community and sample

Content analysis in this study is based on the factors affecting the reading of the text:

vocabulary, sentence structure, length, expansion, consistency, unity, text structure. The editor-in-chief of the electronic newspaper “Vietnam plus” Le Kuok Min rightly added one more fundamental feature to the research, having mentioned that the revenues from paid information provision gradually changing the habits of readers. If readers want to read quality analytical articles, they will have to pay [15]. These factors reflect the ease or difficulty that readers encounter as well in understanding the text .

In Japanese, the text direction is from top to bottom, right to left. Therefore, the article starts in the upper right corner, and the end, respectively, in the lower left. The name of the Japanese newspaper is located in the upper right corner of the front page. In terms of the layout of the newspaper, readers look also pay the legal upper part of the left lower part. In other words, the diagonal part — the upper left and lower right corners of the pages are “dead corners”. Therefore, the basic layout of the Japanese newspapers located photos in the “dead corners”, images or quadrangular column, called “box” .

Significant materials are located on top of the legal angle on the bottom left corner .

This layout is called the X-model. In addition, there are T-model and boxed model. T-model is the location at which the uppermost column header is horizontal and is located in the center of the vertical subtitle. Location header looks like the letter T. This model is applicable to the materials in which it is important, or compare two positions or opinions. According to the box model, line of the page is separated into several rectangular pieces .

By the “box” are editorial, “Tatami” and “what”. Inside the “box” is usually the location of the text is different from other materials to create a contrast. “Tatami” — a method that is carried out line and pushes the materials at the edge of the page, or put a material between the rulers with a view to forming quadrangular materials. In addition, “Tatami” is a Japanese traditional straw mat in the shape of a rectangle. Usually “tatami” used for review and comments. In addition “what” — a column in the newspaper, surrounded by rulers as a whole. “What” is more noticeable than the individual and the “Tatami”. Usually, “which” are used publications in installments [17, pp. 223–236] .

Figure 3 – Layout of “Kakomi” and “Tatami” in the newspaper Asahi December [3]

Further, the basic ways of a set are divided into the following three types: the district set — text located around the frame photos and images; through the set — the text crosses the 2–3 column; carry-over set — text surrounds the header, in the center. Readers transcend the title, when they read the text; let them set — text does not cross over the line or title, unlike the 14 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 rolling set. As the location of the characteristics of the text, Japanese text can be positioned both horizontally and vertically. This is because the Japanese font adapt to its shape becomes square. It is considered important that the preservation of smooth pitch letters location unlike European and American layout, which requires an even density of the text [20] .

In Arab countries, the community of this study is the sites of the following online newspapers: “Youm 7” — Egyptian online newspaper; “Elaph” — Saudi online newspaper;

“Al-Akhbar” — Lebanese online newspaper; “SANA” — Syrian online newspaper. The sample of the news published on the home page of these online newspapers was selected in a comprehensive inventory method .

Figure 4 – On line version of Lebanese newspapers “Al-Akhbar” [1]

The researchers monitored more than 25 items for ease of news in the online newspapers, while monitoring (9) elements of the difficulty of news in the study newspaper .

The percentage of ease of news of the four study sites was (86.8%) as follows: “Al-QuYoum 7” was the extinct (90.2%), followed by “Elaph” (89.9%), and followed by “Al-Akhbar” (86.2%) and “SANA” by (80.7%) .

–  –  –

The titles of the published news in the study newspaper avoided the unfamiliar words with a percentage of (94.9%) with only one word in the titles (4.5%), with two or more words in the headlines with a very small percentage (0.6%).The percentages of news headlines published in the newspapers were close. “Elaph” online newspaper did not have unusual words with the percentage of (96.3%), while “SANA” had (95.3%), “Al- Akhbar” (94.6%) and finally “Al-Youm 7” (94%) .

The titles of the news published in the study sites were excluded from specialized terms by a percentage of (94.9%), while only one term existed in the headings (2.8%), while two terms and more existed in the titles came at a percentage of (2.3%). The percentages converged among the newspaper of the study, where the titles of news published in “AlAkhbar” were (98.2%), followed by “SANA” (96.2%), “Al-Youm 7” (94.8%), “Elaph” (91.9%) [12; 13] .

The titles of the news published in the study newspaper did not have personal words with the percentage of (80.4%), while only one personal word in the headlines (15.1%), with two or more personal words in the titles with a lower percentage (4.5%). The percentages varied between the study newspapers: the titles of news published by “Al-Akhbar” did not have personal words with a percentage of (90.2%), while the personal words were missing in “Al-Youm 7” with a percentage of (79.7%), followed by “Elaph” (78.1%), and “SANA” by (75.5%) .

The titles of the news published in the study newspaper did not have grammatical or spelling errors with the percentage of (88.6%), while there was only one error in the headlines with the percentage of (9.5%), and two or more errors with the percentage of (1.9%). The percentages varied between the study newspapers in the presence of errors, where news headlines published in “Al-Akhbar” ranked first in error absence (96.4%). The second place was the news headlines in the “Elaph” (90%), followed by the news headlines of “SANA” (89.6%), then “Youm 7” with a percentage of (84.2%) [12; 13] .

The length of the first sentence in the introduction to the news published in the study newspaper with more than 15 words came first with a percentage of (88.5%), while the length 16 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 of sentences with 15 words was (6.1%), and sentences with less than 15 word (5.4%) 4 which contributed to the difficulty of these news readability. In comparison, in analyzed online Russian media in a period of 2015–2016, only 1 headline consisted of two words, 11 — of three, 3 — of four, 12 — of five, 17 — of six, 17 — of seven, 10 — of 8, 15 — of nine, 11 — of ten, six headlines consist of eleven, three -consist of twelve, one headline consist of thirteen, one headline consist of sixteen words. Typical were the headlines of 8–11 words (38%) [8] .

2.The percentages varied between the newspapers of the study, where the sentences consisting of more than 15 words in the news introductions published in the newspaper “Al-Akhbar” were very high with a high percentage reached (94.6%), followed by “Youm 7” (89.5%), then “SANA” (86.8%), then “Elaph” (83.8%). In Russia the tendency to headline materials, using 12 or more words is quite indicative, if the task is to convey to the addressee an idea without distortions and errors [8] .

The results of the analysis of Arabic online editions confirm that the four study newspapers did not absolutely use the three types of hypertext (HTTP within page, HTTP within site, HTTP outside the site) in its published news. The analyzed newspapers used photos in their news, with a total percentage of (93.6%), while did not use them with a percentage of (6.4%) in their stories. Besides it, the newspapers differ in their use of photos. “Elaph” in the first place using it as a single photo with a percentage of (97.4%), followed by “Youm” 72 with (94%). In third place was “Al-Akhbar” with (89.3%), and in the last position “SANA” with (74.5%). “Youm 7” used more than one photo in its news (6%) [12; 13] .

1 The study online newspapers varied in the use of the video, which was used mostly by “SANA” with the percentage of (15.1%), followed by “Youm 7” (2.3%), then “Elaph” (1.9%), while “Al- Akhbar” didn’t use any videos .

2 All the online newspapers, except “SANA” offered a space for comments within the published news with a percentage of (100%). The researcher added a number of comments during the study period but the newspaper sites did not publish them, and therefore this service is not considered effective .

3 Type of font used in news published on the websites of “Al-Akhbar” and “SANA” was the “The new Helvetica neue Bold” with a size of 21Px and 23PX respectively .

While the type of the font used in the news published in “Youm 7” was “Tahoma” with a size of 16PX, while 16PX while the type of font used in “Elaph” was “Arial” with a size of 20PX .

4 “Al-Akhbar” and “Youm 7” allowed accessibility to the number of readings received by the published news with a percentage of (100%), while “Elaph” and “SANA” did not allow such accessibility for the number of readings [6] .

Locality is a strong side not only of Japanese, but also of American newspapers, especially during the period of election campaigns. So, in 2010, the third survey of “information behavior of the Japanese”, conducted by the laboratory of Y. Hashimoto from the University of Tokyo, showed: for 10 years, Internet access reached 9%, while a similar figure for newspapers fell by 8.6% — to 30, 5% [18, p. 169]. In terms of layout in the online version, Japanese and Russian newspapers are as different as Internet sites, which are known;

in the upper left corner is the name of the newspaper with the date and logo, signifying read prohibition for children. In the right place is the search frame, links to social networks and link to subscribers. Under the title has a menu strip, which shows the main sections of the site .

The main part of the page is divided into the following: top stories, breaking news, top stories one by one on each sphere, and the choice of materials for the editor, opinions of different specialists. Apart from these, the direct link to your account “in contact” and “Twitter” there .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 Certain advertising space located on the top of the page on the right of the name and major news .

Residents of distant regions of Russia also prefer to read about local news. In Russia, the audience from 18–24 years requires more criminal information, news materials on everyday issues, entertainment. Readers of 25–44 years are interested in news on everyday topics, sports and problems of social and political life. Those who are older than 45 are interested in socio-political topics, they do not read much sports information and advertising .

In Japan, young people aged 15–29 years, read criminal information and news on life. They like regional news, but after 30 years, they begin to be interested in the economy. This trend continues up to 60 years. Older people at the age of 60 prefer political and economic news .

94% of them read news on the topic of society, including criminal information [17] .

The Russian Post and the Alliance of Russian Regional Media Leaders (ARS-PRESS) launched a joint project for the retail sale of regional newspapers and magazines in all 42,000 post offices, which are visited on average by more than 2.5 million people a day. At the same time, the process of further specialization of newspaper publications is intensifying, new publications appear that represent the interests of various political movements. The number of online publications, designed to satisfy the needs and interests of small readership groups, small communities of interest, etc., has grown .

No wonder, younger generation is characterized by a large involvement in the world of digital. Solving this task, Asahi offers great discount on the rate of the electronic version, which is called “off to look for work”. Students can become a paid subscriber to 2 thousand Yen per month as against 3.8 thousand Yen per month for regular subscribers. I believe that this approach to Japanese students is correct, because the opening day in Japanese companies, students always ask what news they had been interested in lately. Usually students do not read newspapers, but if all the friends around them begin to read it willingly or unwillingly have to keep up with the others .

In addition, web logs on the site are also products for the young and middle generations .

In addition, it should be mentioned that the subscribers of the paper version of the newspaper could become paid subscribers of the site for thousands of rubles. PR-Texts are usually placed in the middle seat. On the website of the newspaper Asahi, also in the upper left corner is the name of the newspaper, but no date. Date written below the menu ribbon. When you click on the main division offers pull-down menus with subcategories. To the right of the name of the search frame are located, links to social networks and link to subscribers .

The main part is divided into the following: the main latest news, materials selection editor, a special publication of parts and materials from Asahi online journals rating read news, top stories one by one on every sphere, including the news yesterday. Certain advertising space located below the menu tape on the left and right side of a major news in the right middle and at the bottom of the page. Many PR-materials are located in the right place of the page in bold. In addition, the lower right-hand side contains links to different conditions that the Asahi newspaper publisher manages: a database, information of an educational institution, exhibition information, crowdfunding .

–  –  –

Figure 6 – PR-materials very often are located in Asahi in the right part of the page with bold letters [15] In addition, at the bottom to the right you can see the links on different conditions, controlled by the newspaper publisher Asahi: database, information on educational institution, information shows, crowdfunding. The structure is similar on news pages belonging toAsahi .

Links to social networks are located under the headings. The adverts are on the right side of the page. A news story usually follows ads and PR-materials. Photos` size varies according to given material .

Recommendations:

1 The need to enhance the elements of news readability ease on the websites of online newspapers .

2 Commitment when editing news headlines to avoid using unusual and specialized words, linguistic and spelling errors, and increasing the use of personal words that contribute to the increase of readability ease .

3 Take into account the length of the appropriate sentence when editing news to online newspapers and reduce the missing sentences and intercept. In addition to strengthening the use of hypertext in the news especially the HTTP within site, to ensures that the reader will not exit the same website .

4 Increase the use of video, audio clips and graphic images in online newspaper because it is an additional advantage for newsreaders .

5 The necessity of activating the service of adding comments inside the news because it contributes to increased readability through the participation and interaction of the reader with the news .

6 The researchers recommend the need to keep updated with the current events and the commitment to clarity of the news published in the online newspapers .

7 Work hard to link the websites of online newspapers to the social networking sites so they enjoy high popularity, and wide spreading across them to increase the news readability .

8 Pay more attention to the editing of interesting headlines for news stories posted on online newspapers because it is the first reason in reading the news of the study newspapers, in addition to interest in the method of writing news and selection comfortable colors for eye and convenient fonts when designing newspaper websites .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 9 The need to consolidate the news published on the study newspapers with more photo album, video and balance in the multimedia usage .

10 Focus more on the content and the language of the published news and on the use of easy suitable terminology to readers. In addition to developing the form and location of newspaper websites, and to avoid linguistic and spelling errors in the published news .

REFERENCES Al-akhbar.com. Available at: http://www.al-akhbar.com (accessed 12 February 2018) .

(In Arabian) 2 Andrew J, Flanagan and Mirian J, Metzger. Perceptions of internet information credibility. Journalism & Mass communication quarterly, 2000, vol. 77, no 3, pp. 13–33. (In English) Asahi.com. Available at: https://www.asahi.com (accessed 18 January 2016) (In Japanese) Cheskin L. Living with art. Chicago, A. Kroch and Son Publ., 1940. pp. 5–47 .

(In English) 5 Direktor detsada, gde pogibla 3-letniaia devochka, oprovergaet, chto na tele rebenka byli siniaki [Director of the kindergarten, where 3-year-old girl died, denies that the child`s body had bruises]. Komsomol'skaia pravda. Available at: https://www.msk .

kp.ru/daily/26796.7/3830730/ (accessed 25 February 2018). (In Russian) Hosni Mohamed Nasr. Internet and Media: Electronic Journalism. Jordan, Al Falah Library for Publishing and Distribution Publ., 2003, pp. 15–27. (In English) Izvestiia. Available at: https://iz.ru/news/58969 (accessed 25 February 2018) .

(In Russian) Muzykant P. V. Otrazhenie bankovskikh krizisnykh iavlenii v tematike SMI .

(soderzhatel'nye, stilisticheskie i zhanrovye osobennosti) [Reflection of Banking Crisis phenomena in the media agenda (content, stylistics and genre features)].

Abstract

of dissertation candidate of Philology. Moscow, 2016, p. 190. (In Russian) 9 NHK. 20158// 2015. № 8, 2015. 31 p. [NHK Broadcasting Culture Research Institute. Broadcast Research and Survey 2015 August issue. Current analysis of TV viewing and media use. From Japanese and TV 2015 (survey), no 8. 2015. 31 p.]. (In Japanese) 10 Nyneshniaia molodezh' slishkom mnogo o sebe dumaet [Today's youth thinks too highly of itself]. Inosmi.ru. Available at: http://inosmi.ru/world/20130527/209378149 .

html (accessed 27 May 2013). (In Russian) 11 ng “trm” Phan So Nam khai v s tin siu “khng” hng li [The Phan Sao

Nam “bosses” declaration about super “crisis” benefit`s amount]. Dantri. Available at:

https://dantri.com.vn (accessed 25 February 2018). (In Vietnamese) Reda Abdel Wahid Amin. Electronic Press. Cairo, Al Fajr Publishing and Distribution Publ., 2007, pp. 11–43. (In English) Sana Abdel Rahman. Journalism in the Information Age. The Press News, United Arab Emirates, University Press House Publ., 2003, pp. 4–8 .

Top 20 countries with the highest number of Internet users. Internet world stats .

Available at: https://www.internetworldstats.com/top20.htm (accessed 22 February 2018). (In English) 20 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 VnEconomy. Available at: http://vneconomy.vn/thu-phi-doc-bao-online-tai-vietnam-vietnamplus-tien-phong-171201134832838.htm (accessed 21 August 2018) .

(In Vietnamese) Youm7.com. Available at: http://www.youm7.com (accessed 01 February 2018) .

(In Arabian) 17 Zheltukhina M. R., Mouzykant V. L., Barabash V. V., Ponomarenko E. B., Morozova E. V., Mori S. Russian and Japanese younger generation in search for a new Media product. Man in Indi, 2017, vol. 97, no 3. Available at: http://serialsjournals.com/ serialjournalmanager/pdf/1499492844.pdf (accessed 19 December 2015). (In English) 18 [Successful Typesetting. Better Composition General Rule Summary — Know the rules and break when!] Next To Normal. Available at: http://n-t-n.jp/ category-01/009.html http://n-t-n.jp/category-01/009.html (accessed 19 December 2015) .

19.,,,..., 31.07.2013 [My navi news. Featuring baby boomers, bubble, clear, satori.. .

etc. 31.07.2013]. Excite.co.jp. Available at: http://www.excite.co.jp/News/ column_g/20130731/Cobs_il_201307_post-7859 (accessed 19 December 2015) .

(In Japanese) 20 — : : 2011. [Yoshiaki Hashimoto — Daily life changing: Iwanami Shoten: 2011] (In Japanese)

–  –  –

ВЫЗОВ АПОЛЛОНА КАК ДВИЖУЩАЯ СИЛА

РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

Аннотация: Несмотря на то что роль системы образования в функционировании и развитии общества неуклонно возрастает, вопрос о движущих силах этих процессов исследован недостаточно. В ходе анализа исторического развития сферы образования обнаружен один из главных драйверов роста в этой сфере. Для его описания введено новое социально-философское понятие — вызов Аполлона, исследование которого составляет цель статьи. Свое наименование он получил по аналогии с «вызовом Посейдона» А. Д. Тойнби. Сущность вызова Аполлона заключается в том, что общество должно разрешать периодически обостряющееся противоречие между возрастающим знанием рационального типа и социальнокультурными условиями существования и развития этого знания. Совокупность социальных условий, которые определяют форму существования и динамику знания, в статье обозначена как «социальное обеспечение знания». Выявлена структура социального обеспечения знания и описаны формы детерминации им процесса развития знания. Показано, что в случае, когда общество создает социальное обеспечение нового рационального знания, адекватное потребностям развития этого знания, последнее может прогрессивно развиваться дальше. Приращенное рациональное знание, находя воплощение своего содержания в человеческой практике, реализуясь в разных сферах общества, обусловливает его прогрессивное развитие. Сделан вывод о том, что вызов Аполлона служит одним из главных факторов, детерминирующих социокультурную динамику. В статье данная концепция применена для анализа динамики образовательной сферы общества, в частности, в ее рамках описан процесс становления университетской традиции в период XI–XV вв .

Ключевые слова: вызов Аполлона, менталитет административно-образовательной элиты, университетская традиция, образовательные инновации, образовательный потенциал общества, социальное обеспечение знания .

Информация об авторах:

Николай Иванович Губанов — доктор философских наук, профессор, Тюменский государственный медицинский университет, Одесская ул., д. 54, 625023 г. Тюмень, Россия. E-mail: gubanov48@mail.ru Николай Николаевич Губанов — доктор философских наук, доцент, Московский государственный технический университет им. Н. Э. Баумана, 2-я Бауманская ул., д. 5/1, 105005 г. Москва, Россия. E-mail: gubanovnn@mail.ru

–  –  –

Дата поступления статьи: 14.05.2017 Дата публикации: 28.12.2018 Для цитирования: Губанов Н. И., Губанов Н. Н. Вызов Аполлона как движущая сила развития образования // Вестник славянских культур. 2018. Т. 50. С. 22–34 .

Система образования существенным образом влияет на научный, технический, военный, экономический потенциал общества. Поэтому выявление факторов, стимулирующих образование, и изучение способов этого стимулирования — важная задача социально-гуманитарных наук. После выхода в свет в 1961 г. 12 тома «Постижения истории» А. Д. Тойнби, его модель «Вызов-и-Ответ» приобрела большую популярность среди обществоведов. Мы используем эвристичность этой модели при рассмотрении процесса развития образования .

Тойнби писал: «Вызов побуждает к росту. Ответом на вызов общество решает вставшую перед ним задачу, чем переводит себя в более высокое и более совершенное с точки зрения усложнения структуры состояние. Отсутствие вызовов означает отсутствие стимулов к росту и развитию» [13, с. 99]. Ответ на вызов — это узловая точка истории данного общества. Дав неадекватный, слабый ответ, оно стагнирует, деградирует или даже погибает. Тойнби выделил два основных вида вызовов: вызовы природной и вызовы человеческой среды. Примеры первых: иссушение почвы, изменение климата, наступление песков, вызов Посейдона (необходимость овладения техникой мореплавания). Примеры вторых: стимул ударов (внешняя агрессия), стимул ущемления (лишение прав какой-либо части общества) и др. [13, с. 114–140]. В данное время с существующими вызовами природной среды человечество в основном научилось успешно справляться благодаря высокоразвитым науке и технике .

Больший интерес для анализа представляют периодически возникающие антропогенные кризисы, создающие новые вызовы истории. Существует следующая закономерность: когда вызванные кризисом изменения в массовой ментальности соответствуют вызову, то кризис преодолевается, а общество поднимается на более высокий уровень развития. Когда же нужных изменений в ментальности не возникает, то данное общество покидает историческую арену [2]. Под менталитетом, или ментальностью, мы понимаем множество социально-психологических особенностей индивидуального или группового субъекта. Эти особенности обусловливают стиль его мышления, специфику восприятия им мира и направленность его деятельности [3] .

Данная статья посвящена экспликации важного вызова социальной среды, обнаруженного одним из авторов ранее и названного им «вызов Аполлона» [7; 8]. Сущность этого вызова состоит в том, что перед обществом периодически встает настоятельная необходимость разрешать противоречие между накапливающимся знанием рационального типа с его внутренней логикой и имеющимися в данное время социально-культурными условиями его существования и дальнейшего развития. Свое наименование концепт получил по аналогии с введенным Тойнби вызовом Посейдона (вызов трудностей мореплавания). Аполлон у нас символизирует рациональное знание. Знание рациональное как противоположность знания иррационального представлено логически обоснованным, систематизированным, универсальным знанием, полученным с помощью наблюдений и логических рассуждений в соответствии с законом достаточного основания, но не на базе манипулирования, шантажа, внушения, авторитета, веры. Оно характеризуется «радикальным исключением мифологических, магических и тому подобных представлений, основанных на вере в сверхъестественное» [9, с. 10]. РациоTheory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 нальное знание основывается на фактах — адекватных знаниях, которые статистически устойчиво повторяются в массовом наблюдении или эксперименте [14, с. 190]. Количество адекватных моментов в рациональном знании превалирует над количеством неадекватных, и это превалирование со временем возрастает. Наибольшая часть рационального знания — это знание научное, наиболее достоверное, которое обладает своими жесткими критериями и методами получения, обоснования и верификации. Второе место по степени своей рациональности, по-видимому, принадлежит философии. А еще элементы рационального знания присутствуют в обыденном знании (здравом смысле), морали, искусстве, политике, в небольшой степени в теологии при использовании ею логического метода, например, у схоластов .

Ответ на вызов Аполлона можно считать успешным (адекватным, сильным), когда общество создает социальное обеспечение растущему рациональному знанию, соответствующее внутренним потребностям развития этого знания. Тогда знание станет прирастать, усложняться, углубляться до той степени, при которой его содержание вновь не потребует себе более богатого обеспечения из-за возникающего противоречия между ним и социальными условиями. И это станет переходом уже к новому витку аполлоновского вызова. Новые компоненты рационального знания, воплощая свое содержание в человеческой практике, опредмечиваясь в тех или иных сферах жизни социума, обеспечивают его прогресс. В случае невозможности обществом генерировать такой ответ, знание рационального типа не получает позитивного прироста и не способно развить свой когнитивный и порождаемый им праксеологический потенциал .

Данный социум, испытывая дефицит рациональных идей в какой-либо сфере, откатывается по показателям эффективности в этой сфере назад. Через какой-то промежуток времени аполлоновский вызов может возобновиться, и общество приобретет новую возможность к ответу. Но бесценное время в конкуренции цивилизаций уже потеряно .

Требуется весьма сильный ответ, если этот социум стремится стать в один ряд с передовыми цивилизациями .

Мы выделяем следующие компоненты социального обеспечения знания:

• состав, количество, функции субъектов знания: кто в социуме новаторы, генерирующие идеи, кто — трансляторы и ретрансляторы информации; кто — лица, регулирующие производство и воспроизводство знания, проводящие разделение между знанием, которое получит социальный ресурс и которое не получит; кто станет определять пользу от создаваемого знания;

• общественный статус субъектов знания: их престиж, размеры и источники их дохода, правительственные поощрения [10];

• организационно-инстуциональный базис знания: какие общественные (государственные и частные) институты занимаются производством и воспроизводством знания, какова степень их автономии и независимости от других институтов общества, кто их финансирует и контролирует;

• материально-техническая база научного и образовательного процессов .

Совместное развитие социальных отношений и культуры, т. е. социокультурную динамику социума, которая инициирована аполлоновским вызовом, можно описать, трактуя ответы общества на исторические вызовы как изменения менталитета, которые предшествуют последующим социальным преобразованиям [5, с. 42–43; 6, с. 139]. Используем этот подход для моделирования динамики сферы образования. Менталитет новаторов продуцирует новые компоненты рационального знания. Это могут быть новые знания, новые трактовки уже имеющегося знания, новые подходы к изучению приТеория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 родной и социальной реальности, новые формы организации образовательного процесса, новые педагогические методы, новые программы рационализации каких-либо сторон социума. Инновационные культурные формы входят в противоречие с существующими в обществе условиями и требуют с целью широкой реализации в социуме нужные для этого социальные ресурсы. В этом и заключается аполлоновский вызов .

Сильный ответ в данной ситуации должен заключаться в таком творческом решении социума, которое бы обеспечило новаторское знание адекватным социальным обеспечением. Автором ответа обычно выступает духовная или правящая элита. Речь идет не о сознании новаторов, а об их ментальности, ибо ментальность как часть духовного мира новатора обусловливает новизну, оригинальность и направленность любой активности субъекта [8]. Когда адекватный ответ обществом сделан, то это значит, что программа преобразования общества, возникшая до этого как ментальная особенность новаторов, реализована в социуме. При этом создаются более благоприятные условия для развития рационального знания. В качестве адекватного ответа может быть введение не существовавшего до этого социального института, увеличение числа субъектов знания, повышении их престижа в социуме, более сильная финансовая поддержка и т. п .

При аполлоновском вызове-и-ответе существуют два вида ментальных новаций. Первые представляют собой новые компоненты растущего рационального знания, претендующие на включение их в трансляционный фонд культуры социума, а вторые — это программы преобразования существующих социальных условий, делающих возможным реализацию новых компонентов. Творцом первых является обычно интеллектуальная элита, в менталитете ее представителей зарождаются новые компоненты рационального знания. Творец вторых — политико-административная элита. Ее представители осмысливают имеющиеся социальные условия, сравнивают их с запросами растущего рационального знания и создают планы социальных изменений в соответствии с требованиями этого знания .

Немаловажным аспектом модели «Вызов Аполлона» служит противоречие между уровнем образования правителей страны и усложняющейся социальной реальностью, порождающей новые вызовы в управленческой деятельности. Проблема повышения уровня всестороннего образования правителей еще не решена. В. А. Нехамкин видит такое решение в организации специального Института Универсального Образования, который даст будущим кандидатам в политическую элиту, в том числе и в президенты, всесторонние, фундаментальные знания [11] .

Рассмотрим далее некоторые, имевшие место в истории ответы на аполлоновский вызов. Очень сильный ответ в истории на аполлоновский вызов был дан греками и получил весьма созвучное нашей концепции наименование — «переход от мифа к логосу». Его результатом стало выделение развивающегося рационального знания из мифологии, рамки которой стесняли развитие рациональной мысли. Важными достижениями греческого ответа стали следующие компоненты социального обеспечения развивающегося рационального знания: 1) возникновение специальных носителей и преумножителей этого знания — первых философов, которые отличались принципиальным отношением к истине и воспринимали ее не как результат догматической веры, поддерживаемой авторитетом, а как результат рационального доказательства, основанного на обосновании логическими аргументами и фактами; 2) формирование института философских школ, который запустил непрерывную традицию, заключающуюся в изучении одними мыслителями идей других, проведении публичных диспутов, взаимном комментировании трудов философами; 3) наделение высоким социальным престижем Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 тех, кто занимается созерцательной и теоретической деятельностью, и, как следствие, широкое вовлечение в нее свободных граждан, что благотворно сказывалось на эффективности их деятельности. Заметим, что элементы зарождающегося научного знания в то время входили еще в состав философии .

Элементы рационального знания имелись и на Древнем Востоке, причем в ряде случаев успехи древневосточной мысли были значительными. Математики Вавилона и Египта решали задачи на «уравнение первой и второй степени, на равенство и подобие треугольников, на арифметическую и геометрическую прогрессию, на определение площадей треугольников и четырехугольников, объема параллелепипедов» [9, с. 13]. Однако древневосточное сознание в полном смысле этого слова не было рациональным и не стало творцом исторически первой формы науки — математики. Древневосточный менталитет не выработал таких методов познания, которые опирались бы на дискурсивные рассуждения, а не на догмы, рецепты и прорицания, предполагали бы демократизм в обсуждении вопросов и осуществляли бы дискуссии с позиции силы рациональных оснований, а не с позиций силы социальных или теологических предрассудков. Поэтому, несмотря на локальные успехи восточной мысли, в целом ответ на вызов Аполлона был дан слабый, не снабдивший зарождающееся рациональное знание должным социальным обеспечением. Менталитет же греков сгенерировал в качестве ответа на вызов Аполлона такие инновационные проекты, которые легли в основу новых гносеологических и социальных структур, детерминировавших оформление науки как таковой. Среди компонентов нового гносеологического стандарта, разработанного греческим мышлением, особо отметим следующие: рассмотрение предмета в общем («чистом») виде, выделение универсальных доказательств, универсальный принцип критикуемости и поиска лучшего обоснования, идеология созерцательности и абстрактно-умозрительно-художественного отношения к действительности, свободная игра ума с интеллектуальным предметом, распространившая и закрепившая использование идеализаций. Греки проводили четкую границу между знанием рациональным и нерациональным, которое исключалось из философии и зарождающихся наук. Например, Аристотель убрал из своей физики мифологические учения мироустройства Эпименида, Ферекида, орфиков, Гесиода. В то же время он уделял большое внимание «фисиологическим» концепциям мироздания, разработанным досократиками. Сформированный философами аппарат логического обоснования повлиял на политику и стимулировал развитие демократии [9, с. 18] .

Рассмотрим далее эпоху Средневековья. Точка отсчета нашего анализа начинается с закрытия императором Юстинианом I в 528 г. платоновской Академии и других философских школ, которые он считал «последними оплотами язычества». Афинские философы были изгнаны, имущество их школ конфисковано. С этого времени Афины перестали быть культурным центром и стали глухим провинциальным городом. Но после того, как школы были закрыты, большинство философов — основных носителей рационального знания — переселились на Восток. В Иране, Ираке, Сирии, Египте, сбросивших римское владычество, отвергнутое на Западе рациональное знание обнаружило благоприятную основу для дальнейшего развития. Имели место два разных ответа на аполлоновский вызов. В западных странах вызов Аполона проявился в непримиримом противостоянии философского и религиозного знания. Юстиниан I со своими приближенными, искореняя язычество, дал ответ неадекватный. В итоге значительная часть греческого научного и философского знания в Европе была потеряна .

26 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 Но греческая рациональность в Средние века была перенесена в другую культуру. Правящая восточная элита смогла дать адекватный ответ на аполлоновский вызов, который был связан необходимостью усвоения и творческого развития эллинистического наследия. Благодаря ему возникла арабоязычная интеллектуальная традиция, доминировавшая в мире почти до начала первой научной революции [4] .

Шахиншах Персии Хосров I (501–579) любезно принял греческих философов и основал научную школу, где изучались преимущественно философия и медицина .

Труды Аристотеля, Галена, Гиппократа были переведены на персидский язык. Но скачок в ассимиляции греческой культуры произошел при династии Аббасидов. Харунар-Рашидом (763–809) был основан университет в Багдаде и библиотека. Он отправлял людей на Запад для поисков греческих письменных трудов. Аль-Мамун (786–833) включил в свой управленческий аппарат ученых, основал обсерваторию и «Дом мудрости» в Багдаде, который объединил самых крупных ученых халифата. Главным предназначением учреждения был перевод астрономических, медицинских, алхимических, философских трудов с греческого и индийского языков на арабский язык [7] .

Арабы ассимилировали не только греческую культуру, но и индийскую и китайскую. Математик Аль-Хорезми применил индийские цифры, которые теперь называют арабскими. С X в. пергамент был заменен бумагой, в Европе это сделали испанские арабы в XII в. В исламском мире возникли сотни библиотек. В багдадской библиотеке в XI в. было примерно 100 000 манускриптов. Сорбонна и ватиканская библиотека в XIV в. имели по 2 000 манускриптов [12, с. 251]. Философ и врач ар-Рази впервые стал лечить ветряную оспу и корь. Авиценна синтезировал греческую и арабскую медицину, его труд «Канон врачебной науки» использовали в Европе до XVI в. в качестве основного учебника. Ибн-Юлас стал основателем тригонометрии, Ибн-аль-Хайсам впервые начал изготовлять увеличивающие хрустальные линзы [14, с. 84] .

Арабам долгое время принадлежало ведущее положение в астрономии, оптике, медицине, математике. Причиной этого, как было показано выше, был адекватный ответ на аполлоновский вызов. Основные составляющие этого ответа: поощрение и финансирование ученых правящей элитой, открытие библиотек и учебных заведений, установление связей с представителями других культур, придание значительного престижа интеллектуальной деятельности. Важным был еще один компонент аполлоновского ответа. Он касался отношения между рациональным знанием (философией и наукой) и религией. Этот компонент был инициирован представителем фундаментального ислама теологом аль-Газали (1058–1111). Он отверг философию Авиценны и утверждал, что если философское знание не соответствует содержанию Корана, то такое знание должно быть признано неверным. Аналогичный конфликт был и в Европе. Достаточный по силе ответ на религиозный выпад был дан Ибн Рушдом (1126–1198). Он обосновал идею интерпретации соответствующих фрагментов в Коране. Идея ИбнРушда, важная и для западной философии, состояла в следующем: не каждое положение Корана следует истолковывать в прямом смысле. Когда прямое понимание положений в Коране представляется противоречащим положениям философии и науки (разума), то соответствующие суры следует истолковывать аллегорически или метафорически. Поэтому противоречие между Кораном и философией отсутствует. Таким образом, мыслитель обезопасил философию и науку от религиозной критики и возможного торможения рационального познания религией. В результате адекватных ответов на аполлоновский вызов арабский Восток более чем шесть веков опережал Запад в научном и техническом отношении. Но по какой же причине арабская культура не поTheory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 родила современную науку, а последняя возникла в Европе в XVI–XVII вв.? Почему произошел упадок науки и философии в арабском мире к XV в.? Мы полагаем, что это произошло в результате изменений в содержании аполлоновского вызова-и-ответа .

Если до этого религиозному компоненту аполлоновского вызова арабы давали сильный ответ, то с течением времени ответ ослабел. Возможно, это было обусловлено тем, что не было философов с интеллектуальным уровнем Ибн Рушда, которые могли бы согласовать возрастающее рациональное знание с религиозными догмами. Религиозные круги усиливали критику арабских ученых. Значительная часть научных областей истолковывалась с позиций религии в качестве бесполезных, которые подрывают картину мира, представленную в Коране. XII–XIII вв. характеризовались возрастающим давлением на рациональное знание со стороны «теологических» («исламских наук»), противопоставлявшихся «наукам иностранным». Польза последних признавалась в тех ситуациях, в которых они выступали компонентом религиозных культов. Например, польза арифметики, геометрии и астрономии признавалась постольку, поскольку эти науки позволяли мусульманам определять направление во время хаджа к Мекке и точное время. Иные области научных исследований не признавались актуальными .

Еще один компонент ответа, не соответствовавший потребностям растущему знанию, состоял в том, что арабская культура не создала и не содержала институциональные основания для знания рационального типа. Как правило, библиотеки помещались в медресе и мечетях. В качестве главного центра образования арабов служили медресе. Их главной задачей было изучение «исламских наук», Корана, жизни Пророка и исламского учения о праве. А «иностранные науки» в обязательном порядке не преподавались, хотя в библиотеках хранились их тексты. Хотя в медресе работали философы, но лекции по «иностранным наукам» ими в плановом порядке не читались, это относилось к их личному делу. Основная часть арабских ученых обеспечивала себя и семьи, работая государственными служащими, правоведами и врачами. Не произошло образования и признания гильдий и корпораций. Не было юридического оформления профессиональных групп преподавателей и студентов. Их самостоятельное развитие было затруднено. Автономных академических институтов, обладающих формами внутреннего самоуправления, подобно европейским университетам, так и не возникло. Неспособность арабской элиты включить знание рационального типа в структуру институтов своего социума оказалось слабым ответом на аполлоновский вызов: «Наиболее важной причиной стагнации арабской науки в XIV в. является то, что арабский мир так и не смог создать независимые университеты, к которым относились бы с терпимостью и которые могли бы рассчитывать на поддержку как светской, так и религиозной властей» [12, с. 255] .

Рассмотрим далее эволюцию ответа на аполлоновский вызов в Европе в период от изгнания афинских философов Юстинианом I до значительного достижения европейской ментальности — создания университетов. Когда философские школы были закрыты, то некоторая часть учености античных мыслителей была сохранена в монастырях .

Несколько веков после этого монастыри — единственные центры, в которых осуществлялось организованное обучение. В монастырях преподавание велось на латинском языке. В результате того, что греческий язык стал забытым, был потерян доступ к основам античной культуры и ее рационализму. Арабы до этого перевели главные труды античных авторов. С этими переведенными трудами европейцы познакомятся только в X в. в ходе взаимодействия с арабской культурой. Особенно известным в Европе стал Ибн Рушд, он сделал комментарии к работам Платона и Аристотеля, его влияние было 28 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 испытано Фомой Аквинским. Западная схоластика до XVII в. именовалась «аверроизмом». Возможно, положения учения о гармонии между верой и разумом в определенной степени бы позаимствованы Аквинатом из работ Ибн Рушда, который, как отмечалось выше, предложил принцип аллегорического истолкования определенных сур Корана. Итак, ментальная особенность, которая возникла у арабов в качестве ответа на аполлоновский вызов, позднее возродилась в Европе в учении Аквината. Она сыграла положительную роль в подготовке сильного ответа европейцев на аполлоновский вызов .

Зарождению учености в Европе положила начало деятельность Карла Великого (768–824). В его империи аполлоновский вызов проявился как необходимость восполнить интеллектуальный вакуум, который возник в период Раннего Средневековья .

Империя не имела административную структуру, которая могла бы удерживать в одном государстве сильные королевства. Актуальной задачей стало формирование эффективной системы образования. Правящей элитой Карла был дан ответ на аполлоновский вызов, который в истории стали именовать «Каролингским Возрождением». Император стремился вернуть утерянную античную ученость. В столице Аахене им была основана Палатинская школа, которая стала в Европе важным центром культуры. Были также открыты монастыри и кафедральные школы, на базе которых потом будут созданы первые университеты. Долгое время Палатинскую школу возглавлял Алкуин, он же выступал и как советник императора по вопросам культуры. Алкуин стремился возродить греческую идею о семи свободных искусствах (artes liberales), которые должны изучаться свободными людьми. Имелись две группы искусств: 1) тривиум (trivium), включавший в себя диалектику (логику), риторику, грамматику; 2) квадривиум (quadrivium), в который входили музыка, астрономия, арифметика, геометрия. Университеты, которые будут созданы в Европе в XII в., тоже используют идею о семи свободных искусствах .

В каролингский период возникает термин «scolasticus» (схоластик) от лат. schola — школа. Так вначале именовали преподавателей квадривиума и тривиума. В последующем схоластами стали называть любых преподавателей, а дисциплины, которые изучали в школах Средневековья, — схоластическими [4; 7] .

Сравнивая ответы на аполлоновский вызов, которые дала арабская элита и европейская, можно заключить, что ответ со стороны арабов был сильнее европейского в трех отношениях: 1) арабский ответ начался раньше европейского; 2) в Европе востребованными стали главным образом дисциплины, входящие в тривиум; миссионерам, священникам и монахам преподавались грамматика, диалектика и риторика, а дисциплины из квадривиума считались ненужными, тогда как в арабском мире дисциплины, относящиеся к квадривиуму, интенсивно развивались; 3) широта ответа арабов была больше в сравнении с Европой. Все это привело к многовековому научно-техническому превосходству Востока. Можно выявить аналогию в распространении учреждений образования: на Востоке ими были медресе, в Европе они были представлены монастырями и кафедральными школами. Организация образования и знания на Востоке вначале была более эффективной, чем на Западе. Когда же имманентная логика развития знания рационального типа востребовала себе новое воплощение в структуре социума (другой виток аполлоновского вызова), то европейские школы сумели модифицироваться в университеты, обладающие автономией, а восточным медресе была уготована участь «могил» восточной науки .

Возникшие в XII в. университеты являлись интеллектуальным и социальным новшеством. В Средние века сам термин universitas использовался юристами для того, Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 чтобы обозначать любой организованный союз людей [1, c. 35]. Организация, созданная для реализации познавательных интересов, вначале именовалась universitas studium (studium — учебный). Это позволяло отличать ее от иных организаций. В последующем ее стали именовать studium generale — генеральной школой. В слове generale выражалось отличие от локальных и местных школ. Звания и степени, присвоенные в studium generale, признавались всеми другими генеральными школами христианской Европы, а обладатели соответствующих званий и степеней могли быть в этих школах преподавателями. Отмеченное обстоятельство было важной частью ответа на аполлоновский вызов. Насущной потребностью все более распространяющегося в социуме знания была необходимость унификации тех принципов, которые лежали в основе образовательного процесса. Без такой унификации последующее развитие знания было бы затруднительным. Ответ на указанный вызов был дан образовательно-административной элитой той эпохи. Благодаря инновации studium generale образовательные учреждения интегрировались на базе единых стандартов. В XV в. наименование studium generale сменилось официальным названием universitas .

Растущее знание рационального типа требовало также роста числа субъектов, которые бы производили его развитие и распространение. В качестве ответа на эту потребность возникли университетские корпорации, включенные в городскую культуру .

Местом пребывания всех первых университетов были города, поскольку в сельской местности нельзя было разместить и обеспечить жизнь возрастающему количеству студентов. У городских властей имелась заинтересованность в подготовке людей с образованием, а также в контроле над образовательным процессом. Для городов была очевидной экономическая выгода от наличия университетов. Существование в городе университета повышало его влиятельность и значимость, увеличивало налоговые сборы, было источником дохода для домовладельцев. Рост и успех университетов был обусловлен также наличием социальных преимуществ их выпускников, получавших хорошие возможности для трудоустройства. К примеру, имелась очень большая потребность в юристах из-за их нехватки. Близко к 1200 г. в Париже проживало около 50 тыс. человек. Десятая часть из них состояла из студентов [12, c. 247] .

Как выше уже отмечалось, посредством реализации замысла studium generale произошла некоторая интеграция образовательных учреждений на основе общих стандартов. Но она была интеграцией по форме (способы проведения занятий, организация образовательного процесса, оценка знаний, присуждаемых степеней и др.). Наряду с этим существовала потребность в дифференциации по содержанию — требовались учебные заведения, которые бы специализировались на преподавании определенных частных наук с целью более глубокого и основательного их постижения студентами в сравнении с изучением в иных учебных заведениях. В качестве ответа произошло разделение университетов, которые стали специализироваться на определенных предметах. К примеру, в Париже преимущественно развивалась теология, в Болонье — юридические дисциплины, в Монпелье и Салерно — медицина. Из-за специализации многие студенты, начав учебу в одном университете, продолжали свое обучение в других университетах. Например, будущий епископ вначале изучает в Париже теологию, а затем в Болонье — юриспруденцию. Ваганты (от лат. vagantes — странствующий), или странствующие студенты, представляли из себя колоритный слой Средневековья .

Они вели тяжелую жизнь, наполненную длительными странствиями. Ваганты — авторы студенческого гимна Gaudeamus (от лат. возрадуемся) .

30 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 Для успешного развития рационального знания, как нами уже отмечалось, требуются особые институциональные основания, необходимые для обеспечения независимости и автономии образовательных учреждений. Запад дал адекватный ответ и на данную составляющую аполлоновского вызова. Конкретное авторство данного ответа принадлежит, по-видимому, широкой массе членов университетских корпораций .

Независимость от города школярами отстаивалась с использованием той важной роли, которая принадлежала университету в городской жизни. Для отстаивания своих интересов студентами использовался такой действенный способ воздействия на городскую общину, как угроза переезда в другой город [1, c. 38]. Самое важное событие в процессе завоевания университетами своей автономии заключалось в выходе в свет в 1231 г .

Bulle Parens Scientiarum (буллы: родительские науки) папы Григория IХ. До ее выхода было много бойкотов и волнений студентов в Париже и других городах. Булла наделяла университеты правом разработки и учреждения уставов, учебных планов и требований к экзаменам, которыми предусматривалось приравнивание друг другу свидетельств разных учреждений о результатах сдачи экзаменов. С течением времени университеты приобрели свободу в отношениях с государством и церковью .

Заключение. Без претензии детального объяснения процесса развития рационального знания вообще и формирования университетской традиции, в частности, мы предприняли попытку дать истолкование этих процессов на основе модели вызов Аполлона. Ответ на аполлоновский вызов представляет собой комплексный социокультурный феномен. Описанные выше составляющие этого ответа служат, по нашему мнению, одними из основных факторов, стимулирующих развитие системы образования .

В настоящее время Россия вступила в активную фазу формирования ответа на аполлоновский вызов. Одна из важных составляющих современного ответа представлена участием России в Болонской образовательной системе. Это участие вызывает интенсивные дискуссии. На наш взгляд, Болонская система аналогична идее studium generale, которую мы истолковали в качестве сильного ответа. Другие важные компоненты вызова Аполлона, стоящие перед современной российской системой образования, — это оптимизация вузов и их филиалов, адекватная мотивация преподавательской деятельности, внедрение адекватных наукометрических технологий как объективных критериев научно-исследовательской работы, объединение образования с реальными производством, бизнесом, опытно-конструкторскими разработками и др. На наш взгляд, отмеченные в этой статье сильные ответы на различные компоненты вызова Аполлона, данные разными цивилизациями, могут быть полезны нашей образовательно-административной элите, а также всем задействованным в этой сфере лицам и могут способствовать повышению образовательного потенциала современного российского общества .

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Ван Х. Л. А. Формирование университетских корпораций и их региональная специфика в Европе эпохи Высокого Средневековья // Вестник МГГУ им. М. А. Шолохова (История и политология). 2012. № 3. C. 34–41 .

Губанов Н. И., Губанов Н. Н. Роль менталитета в преодолении антропогенных кризисов // Историческая психология и социология истории. 2013. Т. 6, № 1 (11) .

C. 166–180 .

Губанов Н. И., Губанов Н. Н. Менталитет: сущность и функционирование в обществе // Вопросы философии. 2013. № 2. C. 22–32 .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 Губанов Н. И., Губанов Н. Н. Вызов Аполлона и образовательный потенциал общества // Гуманитарный вестник. 2016. Вып. 4 (42). С. 4 .

Губанов Н. И., Губанов Н. Н. Роль менталитета в развитии общества: социокультурная гипотеза // Вестник славянских культур. 2017. Т. 43. С. 38–51 .

Губанов Н. И., Губанов Н. Н. Образование и глобалистский менталитет // Век глобализации. Исследования современных глобальных процессов. 2017. № 1 (21). С. 132–142 .

Губанов Н. Н. Становление университетской традиции в эпоху Высокого Средневековья // Социология образования. 2014. № 1. C. 56–69 .

Губанов Н. Н. Формирование, развитие и функционирование менталитета в обществе. М.: Междунар. изд. центр «Этносоциум», 2014. 214 с .

Ильин В. В. Философия науки. М., Изд-во МГУ, 2003. 359 с .

Кашуба Э., Галян С., Губанов Н. О системе воспитания в вузе // Высшее образование в России. М.: Изд-во МПУ, 2004. № 6. C. 12–16 .

Нехамкин В. А. Роль образования руководителя государства в процессе исторического развития // Социология образования. 2012. № 2. С. 82–97 .

Скирбекк Г., Гилье Н. История философии / пер. с англ. В. И. Кузнецова. М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2000. 800 с .

Тойнби А. Д. Постижение истории / пер. с англ. Е. Д. Жаркова. М.: Прогресс, 1996. 608 с .

Царегородцев Г. И., Шингаров Г. Х., Губанов Н. И. История и философия науки .

М.: Изд-во СГУ, 2014. 461 с .

***

–  –  –

Abstract: In spite of the fact that the education system role steadily increases in functioning and development of society, the issue of driving forces of these processes calls for a proper study. The historical analysis of education development detected one of the main growth`s drivers. To define it a new social and philosophical concept — challenge of Apollo — was applied. The purpose of the paper is to examine such a concept. It was named by analogy to A. D. Toynbee `s “Poseidon's challenge”. The need of society to resolve periodically sharpening contradiction between the increasing of rational knowledge and welfare/living conditions of people constitutes the essence of “Apollo’s challenge”. The paper designates the complex of social conditions which determine the form of knowledge as “social security of knowledge”. The authors highlighted its structure and described the forms in which it determined the process of knowledge development. As the paper reveals in case when society provides social security of new rational knowledge adequate to requirements of the knowledge`s development, then the 32 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 latter may develop further progressively. The incremental rational knowledge, finding the embodiment of the contents in human practice and being implemented in various spheres of society, conditions its progressive development. Thus “Apollo's challenge” acts as one of the main factors determining socio-cultural dynamics. The authors use that concept to analyze education`s dynamics, e.g., in a study of the process of establishing university tradition during 11th–15th centuries .

Keywords: Apollo's challenge; administrative and educational elite mentality, university tradition, educational innovations, society`s educational capacity; social security of knowledge .

Information about the authors:

Nikolay I. Gubanov — DSc in Philosophy, Professor, Tyumen State Medical University, Odessa St., 54, 625023 Tyumen, Russia. E-mail: gubanov48@mail.ru Nikolay N. Gubanov — DSc in Philosophy, Associate Professor, N. E. Bauman Moscow

State Technical University, 2nd Bauman St., 5/1, 105005 Moscow, Russia. E-mail:

gubanovnn@mail.ru Received: May 14, 2018 Date of publication: December 28, 2018 For citation: Gubanov N. I., Gubanov N. N. Apollo’s call as the driving force behind the development of education. Vestnik slavianskikh kul’tur, 2018, vol. 50, pp. 22–34 .

(In Russian) REFERENСES 1 Van H. L. A. Formirovanie universitetskih korporacij i ih regional'naya specifika v Evrope ehpohi Vysokogo Srednevekov'ya [Formation of university corporations and their regional specificity in Europe in the era of the High Middle Ages]. Vestnik Moskovskogo gosudarstvennogo gumanitarnogo universiteta im. M. A. Sholohova (Istoriya i politologiya), 2012, no 3, pp. 34–41. (In Russian) 2 Gubanov N. I., Gubanov N. N. Rol' mentaliteta v preodolenii antropogennyh krizisov [The role of mentality in overcoming anthropogenic crises]. Istoricheskaya psihologiya i sociologiya istorii', 2013, vol. 6, no 1 (11), pp. 166–180. (In Russian) 3 Gubanov N. I., Gubanov N. N. Mentalitet: sushchnost' i funkcionirovanie v obshchestve [Mentality: the essence and functioning in society]. Voprosy filosofii, 2013, no 2, pp. 22–32. (In Russian) 4 Gubanov N. I., Gubanov N. N. Vyzov Apollona i obrazovatel'nyj potencial obshchestva [The challenge of Apollo and educational potential of society]. Gumanitarnyj vestnik, 2016, no 4 (42), p. 4. (In Russian) 5 Gubanov N. I., Gubanov N. N. Rol' mentaliteta v razvitii obshchestva: sociokul'turnaya gipoteza [The role of the mentality in the development of society: the sociocultural hypothesis]. Vestnik slavyanskih kul'tur, 2017, vol. 43, pp. 38–51. (In Russian) 6 Gubanov N. I., Gubanov N. N. Obrazovanie i globalistskij mentalitet [Education and the globalist mentality]. Vek globalizacii. Issledovaniya sovremennyh global'nyh processov', 2017, no 1 (21), pp. 132–142. (In Russian) 7 Gubanov N. N. Stanovlenie universitetskoj tradicii v ehpohu Vysokogo Srednevekov'ya [The formation of university traditions in the era of the High Middle Ages]. Sociologiya obrazovaniya, 2014, no 1, pp. 56–69. (In Russian) Gubanov N. N. Formirovanie, razvitie i funkcionirovanie mentaliteta v obshchestve [Formation, development and functioning of the mentality in society]. Moscow, Ehtnosocium Publ., 2014. 214 p. (In Russian) Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 Il'in V. V. Filosofiya nauki [Philosophy of Science]. Moscow, Izdatel'stvo MGU Publ., 2003. 359 p. (In Russian) 10 Kashuba Eh., Galyan S., Gubanov N. O sisteme vospitaniya v vuze [On the system of education in the university]. Vysshee obrazovanie v Rossii, 2004, no 6, pp. 12–16 .

(In Russian) 11 Nekhamkin V. A. Rol' obrazovaniya rukovoditelya gosudarstva v processe istoricheskogo razvitiya [The role of education of the head of state in the process of historical development]. Sociologiya obrazovaniya, 2012, no 2, p. 82–97. (In Russian) Skirbekk G., Gil'e N. Istoriya filosofii [History of philosophy], translated from English by V. I. Kuznetsov. Moscow, VLADOS Publ., 2000. 800 p. (In Russian) 13 Tojnbi A. D. Postizhenie istorii [Study of history], translated from English by E. D. Zharkov. Moscow, Progress Publ., 1996. 608 p. (In Russian) Tsaregorodtsev G. I., Shingarov G. Kh., Gubanov N. I. Istoriya i filosofiya nauki [History and philosophy of science]. Moscow, Izdatel'stvo SGU Publ., 2014. 461 p .

(In Russian)

–  –  –

Н Е С О Г Л А С И Е .

О ДЕКОЛЛЕКТИВИЗАЦИИ ДЕВЯНОСТЫХ ГОДОВ И ОТРАЖЕНИИ

ЕЕ ДУХА В ФИЛОСОФСКОЙ ПРОЗЕ ВАЛЕНТИНА РАСПУТИНА

И РОМАНА СЕНЧИНА

Статья подготовлена при финансовой поддержке РФФИ. Проект № 18-011-00278 «Мировоззрение российского земледельца в контексте задачи укрепления народного единства»

Аннотация: Проведенная в девяностых годах ХХ в. насильственная деколлективизация российской деревни (при том, что в свободной форме она, вероятно, когда-то могла бы состояться) привела к разрушению жизненного уклада десятков миллионов крестьян и их семей. И хотя эта недавняя очередная отечественная трагедия еще не получила своего философско-художественного осмысления в литературе — новый «великий перелом» и предпринятые в СССР и в новой России гигантские стройки на великих реках, обе направленные против человека, вполне сопоставимы. По этой причине представленный в произведениях Валентина Распутина и Романа Сенчина анализ состоявшихся затоплений вполне применим к процессу деколлективизации. В обоих случаях — при сгоне крестьян с земли с последующим затоплением или деколлективизации как сгоне с последующим образованием частных латифундий — мы видим новую историческую репрессию. Ее понимание и осуждение — необходимое условие культурного и правового преображения страны .

Ключевые слова: культура, история, литература, новые люди, крестьянство, земледелец, общество, общественное сознание, личность, деятельность .

Информация об авторе: Сергей Анатольевич Никольский — доктор философских наук, заведующий сектором философии культуры, Институт философии Российской академии наук, ул. Гончарная, д. 12, стр. 1, 109240 г. Москва, Россия .

E-mail: s-nickolsky@yandex.ru Дата поступления статьи: 26.03.2018 Дата публикации: 28.12.2018 Для цитирования: Никольский С. А. Несогласие. О деколлективизации девяностых годов и отражение ее духа в философской прозе Валентина Распутина и Романа Сенчина // Вестник славянских культур. 2018. Т. 50. С. 35–47 .

–  –  –

Радикальные перемены общественно-экономического уклада, произошедшие в России в 90-х гг. прошлого века, привели к качественному изменению условий жизни больших социальных слоев. В первую очередь это коснулось сельской части населения страны, поскольку едва не две трети экономики было связано с освоением природных ресурсов. Реки как производители электроэнергии, полезные ископаемые (нефть, газ, лес) как основная статья экспортного дохода и, наконец, пашня и сельскохозяйственные угодья как главный источник для внутреннего потребления и, возможно, в перспективе еще одна статья экспорта .

Объявленная быстрая и радикальная замена (слом) плановой распределительной (социалистической) экономики на освобожденную от государственного вмешательства экономику рыночную (капиталистическую) по технологиям ее проведения и последствиям была адекватна проведенной более века назад отмене крепостного права с ее доминантной идеей, тяжело воспринятой основной частью крестьянства — «иди куда хошь, делай что хошь». Впрочем, даже тогда самодержавное государство не пустило все на самотек. Для земледельческих займов и расчетов были учреждены специальные банки, земледельцам выделялись целевые субсидии и кредиты, позднее государством была инициирована и поддержана переселенческая политика, в деревни на помощь крестьянам пришли кооператоры — просветители и организаторы нового хозяйственного уклада .

По-иному развернулись преобразовательные процессы в демократической России [3, с. 216–288]. В соответствии с Указом Президента «О неотложных маарах по осуществлению земельной реформы в РСФСР» от 27 декабря 1991 г. и Постановлением правительства от 29 декабря того же года, совхозам и колхозам было предписано до 1 января 1993 г. провести реорганизацию, разделив имеющиеся у производителей земли сельскохозяйственного назначения на индивидуальные участки (паи), равно как и имеющиеся у них средства производства. Хозяйствам, не обладавшим финансовыми ресурсами для погашения задолженности по оплате труда и кредитам, для ликвидации долгов давался месяц. В противном случае по истечении первого квартала 1992 г. они подлежали принудительной ликвидации и реорганизации. Участие в погашении долгов могли принять работники хозяйства, равно как и сторонние физические или юридические лица. Если таковых не находилось, то имущество хозяйств подлежало распродаже, а земля — перераспределению. И поскольку хозяйств-должников была почти половина, то их ликвидация сокращалась с одного года до трех месяцев. Рассчитывать на то, что накопленные в течение десятилетий в результате непаритетных товарно-денежных расчетов с государством долги в одночасье исчезнут, не приходилось. Было ясно, что выдвинутые условия — одна из форм принудительной ликвидации хозяйств, не вписывающихся в парадигмы новой экономической политики .

Такие преобразования приводили к радикальному сокращению численности занятых в сельском хозяйстве: в течение 1990-х гг. она уменьшилась почти на 40%, а к 2003 г. — еще на 18%. То есть если к 1991 г. в колхозах и совхозах РСФСР работало более 9,6 млн человек, а в сельской местности жили 38,8 млн человек, что составляло 26,2% всего населения России [2], то к концу 1990-х гг. число занятых сократилось боТеория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 лее чем на 3,8 млн человек, а через четыре года — еще на 2 млн. В том числе лишились работы не менее 700 тыс. специалистов с высшим образованием. А с учетом семей и иных жителей сельской местности оказалось, что перемены — потеря работы в колхозе или совхозе — коснулись порядка 22 млн. Фактически в стране прошел процесс деколлективизации, по замыслу организаторов — обратный принудительной коллективизации, совершенной шестьдесят с лишним лет назад1, но по факту тоже принудительной .

Более того, темпы деколлективизации 1990-х гг. не идут в сравнение с коллективизацией 1929–1937 гг. — самым насильственным актом советской власти. И хотя в сталинскую коллективизацию крестьянство сопротивлялось несравненно более активно (только за 1930 г. ГПУ Украины зафиксировало 4098 выступлений, в которых только в этой республике приняли участие 956 587 человек) разрушительные последствия деколлективизации, выразившиеся в сломанных человеческих жизнях, вряд ли были меньшими .

Как показывает опыт стран, проводивших аграрные реформы, без серьезных потерь аграрная сфера (сельское хозяйство, переработка, обеспечивающие структуры и торговля) не может эффективно реформироваться без участия государства. С другой стороны, аграрный сектор органично воспринимает только те действия государства, которые адекватны оптимальному варианту его дальнейшего развития. В этом случае аграрный комплекс постепенно дополняет государственное вмешательство самореформированием, а впоследствии и вовсе обходится без государства .

Поскольку реформы, затрагивающие основы аграрного строя, должны решать коренные проблемы, которые не исчезают сами собой в ходе естественного аграрного развития, более того, существенно меняют уклад жизни сельских жителей, они подлежат всестороннему, не только экономическому, но социальному и культурному анализу, на основе которого создается и публично апробируется идеология и программа реформ .

Реформы отличаются от постоянных модернизаций, которые происходят в нормально развивающемся аграрном секторе передовых стран и связаны с появлением новых технологий, машин, систем организации производства и т. п. Для реформы требуется публично заявленная идеология, которая должна быть сориентирована на определенные заинтересованные и достаточно массовые социальные силы и слои. Ей должны сопутствовать тщательно разработанные средства и механизмы осуществления. Для ее «запуска» необходима государственная воля, дееспособные исполнительные органы, материальная поддержка и достаточный лимит времени. Только весь комплекс этих элементов делает реформу возможной, поддержанной сельскими жителями .

То, что для всего мира, включая Россию, нормален именно такой путь, свидетельствует исторический опыт. Так, идеология и механизмы столыпинской реформы готовились и заинтересованно и критически обсуждались в кругах тогдашнего «образованного» общества без малого двадцать лет. В дальнейшем деятельность самого П. А. Столыпина как публичного политика, широко заявленные им цели и идеология реформы позволили привлечь внимание российского общества к этой области социально-экономической жизни, мобилизовать усилия многих прогрессивно настроенных людей. Столыпинская реформа органически вошла в жизнь потому, что опиралась Символично, что ельцинский указ от 27 декабря 1991 г. практически совпал с объявленной Сталиным 29 декабря 1929 г. коллективизацией и ликвидацией кулачества как класса в речи на конференции аграрников-марксистов в Коммунистической академии — будущем Институте философии (г. Москва, ул. Волхонка, д. 14) .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 на активную часть российского крестьянства, заинтересованную в получении больших возможностей для решения своих жизненных проблем, достижения собственных целей .

Ее сила заключалась в адекватности, ясном формулировании и осуществлении в конкретных экономических, социальных и хозяйственных акциях, отвечавших интересам нарождающегося слоя капиталистически ориентированных производителей. Однако по мере того как эти факторы ослабевали, в том числе был устранен их мотор — сам Столыпин, сворачивалась и реформа .

Следует отметить, что у состоявшейся деколлективизации 1990-х гг. тоже был свой, хотя и непродолжительный период научной подготовки. В середине 1980-х гг .

в связи с «перестройкой» открылись новые перспективы развития отечественного гуманитарного знания, когда историки, социологи и экономисты получили возможности не только для работы с архивными материалами, но и для изучения аграрной реальности — бывших в отечественной истории и наличных за рубежом форм сельскохозяйственной деятельности, в том числе крестьянских и фермерских хозяйств2. Именно в них новые реформаторы увидели альтернативу колхозам и совхозам. Однако рассматривали они их как единственное будущее российской деревни, исключающее иные формы. Тогда же были предприняты и первые философские попытки осмысления особенностей отечественной истории аграрных отношений и современной сельскохозяйственной практики3 .

Возможно, главным итогом, которым завершалась исследовательская работа, должен был стать императив добровольного участия крестьянства в проводимых мероприятиях. Именно необходимость согласия, согласования потребностей, интересов и целей участников процесса, достижение единого понимания характера, темпов и способов осуществления реформ было итогом исторического опыта, рекомендацией на будущее. К сожалению, этот исторический вывод и эти рекомендации новыми реформаторами восприняты не были .

В то же время отсутствие такового согласия стала причиной, почему значительная часть крестьянства попыталась от деколлективизации уклониться: на 1 января 1994 г. из прошедших перерегистрацию 95% хозяйств, треть сохранила прежний статус колхоза .

Однако если в отношении предварительного научного осмысления процесса деколлективизации справедливо может быть выдвинут аргумент о его кратковременности и недостаточной общественной адаптации, то этого нельзя сказать о предшествующей культурной, прежде всего литературной, подготовительной работе .

В 50–90-е гг. ХХ в. мир российского земледельца глубоко и всесторонне осмысливался советской литературой, наследовавшей философичность классики ХIХ стоВедущим исследователем аграрной истории досовесткого и советского крестьянства был руководитель профильного сектора Института российской истории РАН В. П. Данилов, а возрождение отечественной аграрной социологии и исследований современной сельской экономики в России и на Западе было связано с именем приехавшего для работы в Россию профессора Манчестерского университета (Великобритания) Теодора Шанина, впоследствии ректора созданной им Московской школы экономических и социальных исследований .

Первым значимым всесоюзным научным мероприятием на эту тему стала проходившая в Полтаве в 1986 г. философская конференция «Мировоззрение и сельскохозяйственная практика». В рамках сектора философских проблем биологии (руководитель Р. С. Карпинская), а в дальнейшем в качестве заведующего сектором философии хозяйства Института философии полтавскую конференцию, а также исследование этой проблематики в Институте инициировал автор статьи, в частности, выпустивший монографию «Власть и земля. Хроника утверждения бюрократии в деревне после Октября» (М.: Агропромиздат, 1990) .

38 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 летия. Тургеневские «Записки охотника» — подлинная энциклопедия мировоззрения отечественного земледельца — крестьянина и помещика, искания толстовского героя Константина Левина (роман «Анна Каренина) и князя Нехлюдова (рассказ «Утро помещика» и роман «Воскресение»), многие персонажи произведений Николая Лескова, анализ крестьянского и помещичьего мировоззрения, проделанный Антоном Чеховым, — вот лишь небольшая часть того огромного наследства, которое ожидало размышлений потомков .

После Октябрьской революции перед заинтересованным исследователем мир деревни был явлен прозой Михаила Шолохова и Андрея Платонова. А после Великой Отечественной войны внимание к крестьянству проявило себя в очерках В. В. Овечкина и Е. Я. Дороша, в рассказах А. Я. Яшина и А. В. Калинина, в публицистике Г. С. Лисичкина, Ю. Д. Черниченко и А. И. Стреляного, в художественной прозе В. И. Белова, В. Г. Распутина, Б. А. Можаева, В. П. Астафьева, Ф. А. Абрамова, В. М. Шукшина, С. П. Залыгина, Ч. Айтматова и Ф. Искандера. Авторы, критически оценивая колхозный труд и сельскую жизнь советского человека, описывали присущую им сложность и глубину .

Казалось, столь серьезное внимание к проблеме отечественного крестьянства со стороны писательской и гуманитарной интеллигенции исключит возможность нового «коренного перелома», обусловленного исключительно политической конъюнктурой. Тем не менее, наряду с прогрессистской ретивостью, новые реформаторы обнаружили культурную дикость, и потому новый «слом хребта российского крестьянства», как и новый «год великого перелома», состоялись вновь .

В современной отечественной философствующей литературе нет значимых крупных произведений, в которых бы деколлективизация рассматривалась как происходившая на наших глазах новая трагедия российского крестьянства. Однако для исследования человеческих, культурных и природных последствий этой социальной катастрофы отсутствие произведений, специально ей посвященной, оказалось не существенным. Развернувшиеся в стране накануне 1980-х и позднее, в 1990-х гг., гигантские по своим масштабам природно-социальные переустройства, в существенной степени деколлективизацию повторяли, с ее содержанием и последствиями были сопоставимы .

Лишение возможности заниматься привычной деятельностью и сопутствующий этому запрету сгон с привычных мест жизни — то существо процесса, который в одном случае назван «вынужденным переселением» в связи со строительством гидроэлектростанций, а в другом — реорганизацией колхозов и совхозов .

Один и тот же дух нового «коренного перелома» воспроизведен и в трагедии затопления деревни в конце 1970-х, и в пожаре поселковых складов времен «перестройки» (повести «Прощание с Матерой» и «Пожар» Валентина Распутина). Дух этот — главное содержание пришедшегося на начало 2000-х второго затопления деревни, обнаруживающий себя в судьбе потомков выселенных и раскрестьяненных сельских жителей (романы «Зона затопления» и «Елтышевы» Романа Сенчина) .

Что же открывают нам Распутин и Сенчин, что с их помощью формулируется в фундаментальной социально-философской и культурной проблеме нового всероссийского несогласия конца ХХ – начала ХХI вв.?

*** Изображая то, что именуется русской душой, отечественная классика являла миру неразрывную связь человека — земледельца-крестьянина или охотника-барина — с волшебным миром природы. Тургеневские «Записки охотника» [7] открываютTheory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 ся не только рациональным хозяином Хорем, но и «природным» человеком Калинычем (рассказ «Хорь и Калиныч»), который умеет заговаривать кровь, испуг, бешенство, «выгонять червей», ему «даются» пчелы и не привыкшие к новому хозяину лошади. Как бы растворены в благодатной природе лежащие у костра мальчики (рассказ «Бежин луг») .

И, кто знает, не улетел ли мысленно вместе с куличками один из них в страну, где зимы не бывает? Может, поэтому и не заботился чрезмерно русский мужик о своей избе, поскольку не менее, чем в четырех стенах, жил в пространстве благодатной природы?

И также в ее лоне лежала до поры распутинская деревня Матера .

Тот первый мужик, — начинает повесть автор, — который триста с лишним лeт назад надумал поселиться на острове, был человек зоркий и выгадливый, верно рассудивший, что лучше этой земли ему не сыскать. Остров растянулся на пять с лишним верст и не узенькой лентой, а утюгом, — было где разместиться и пашне, и лесу, и болотцу с лягушкой, а с нижней стороны за мелкой кривой протокой к Матерe близко подчаливал другой остров, который называли то Подмогой, то Подногой. Подмога — понятно: чего нe хватало на своей земле, брали здесь [4, с. 172] .

Так устроился крестьянин, что и ему от земли, реки и леса прибыток был, и тому, что его окружало, он тоже не был в тягость, но и более того — был в пользу. Землю обиходить, реку поправить, лес почистить — нигде без него не обходилось. И на эту гармонию мир щедро отзывался урожаем, зверем, грибами, ягодой, чистой водой и рыбой. Но еще больше мир одаривал человека тем, что поселял в людях душевный лад, светлые мысли, добрые чувства. И даже тогда, когда несчастье лишало человека движения, прижимало к земле, не всегда впадал он в отчаянье, предавался унынию .

Я, — говорит неподвижно лежащая в доме-шалаше Лукерья, — слава Богу, вижу прекрасно и все слышу, все. Крот под землею роется — я и то слышу. И запах я всякий чувствовать могу, самый какой ни на есть слабый! Гречиха в поле зацветет или липа в саду — мне и сказывать не надо: я первая сейчас слышу. Лишь бы ветерком оттуда потянуло. Нет, что Бога гневить? (рассказ «Живые мощи» из «Записок» Тургенева) [7, с. 330] .

Но в большой стране люди живут, строя планы, перестраивая свою и чужую жизнь. Как? В этом, возможно, главный вопрос, поставленный судьбой Матеры.

Ведь вот — течет жизнь:

Ночь будто остановилась и не стекала уже поперек Ангары в свою закатную сторону, а набравшись до краев, творила над Матерой слепое осторожное кружение. Слепо тыкался то с одной, то с другой стороны ветерок и, не натянувшись, засыпая на ходу, опадал и застревал в траве. Трава была влажной, пахучей, и по ней Хозяин4 определил, что завтра к середине дня прольется недолгий дождь .

Остров продолжал жить своей обычной и урочной жизнью: поднимались хлеба и травы, вытягивались в земле корни и отрастали на деревьях листья; пахло отцветающей черемухой и влажным зноем зелени; шепотливо клонились к воде по правому берегу кусты; вели охоту ночные зверьки и птицы .

Остров собирался жить долго [4, с. 215] .

А что же люди? Десятки лет назад, в тридцатых, сгоняя «кулаков», власть заботилась лишь о том, чтобы «место расчистить». И в начале 1990-х она думала неразумных крестьян «наставить на путь истинный» все тем же исконным российским средством — насилием. И здесь, на пространстве будущего рукотворного дна реки, она Как бы для того, чтобы живое, существующее на свете помимо человека, тоже обрело голос, автор «Прощания» вводит в повесть образ бестелесного существа — покровителя Матеры — Хозяина .

–  –  –

действует так, будто человека и нет вовсе. И к такому ее поведению люди, к несчастью, уже привыкли и лишь страдают:

— Утром подымусь, вспомню со сна… ой, сердце упрется, не ходит, — рассказывала старуха Настасья. — Осподи!… А Егор пла-а-чет, плачет. Я ему говорю: «Ты не плачь, Егор, не надо», — а он: «Как мне нe плакать, Настасья, как мне не плакать?!» Так и иду с каменным сердцем ходить, убираться. Хожу, хожу, вижу, Дарья ходит, Вера ходит, Домнида — и вроде отпустит маленько, привыкну. Думаю: а может, попужать нас только хочут, а ниче не сделают .

— Че нас без пути пужать? — спрашивала Дарья .

— А чтоб непужаных не было [4, с. 177] .

То, что власть не принимает во внимание осмысленные интересы людей, не строит с ними диалог, обнаруживает ее коренное небрежение главным свойством человеческого сообщества — сообщаемостью. Сообщаемость «подразумевает сообщество людей, к которым можно обратиться, которые слушают и могут быть выслушаны»

[1, с. 74–76]. Для человечества, человеческого рода, говоря словами Канта, «сообщать и высказывать свое мнение — это естественное призвание» [1, с. 74–76]. Раскрывая, «давая отчет», как, под влиянием чего у человека сложилось то или иное мнение, Распутин, а затем и Сенчин, выполняют собственно философскую, понятую в духе Сократа работу — объяснение любого мнения, извлечение из него скрытых или до поры невидимых последствий .

В ситуации переселения под угрозой затопления «безмолвные» до поры люди все же обнаруживают предел, дальше которого они отступить не могут. Этот последний предел — память о предках, их смерть и недалекая смерть собственная. Одно из центральных событий повести — попытка исполнения отданного властями приказа провести упреждающую переселение «очистку» кладбища — сжечь кресты и надгробные пирамидки, дабы не всплыли на поверхность после затопления, не мешали плыть пароходам, не печалили туристов. С целью санитарной обработки ложа водохранилища на остров прибыла бригада и, не сказавшись жителям, принялась за работу. Узнав об этом, старики, женщины и детишки бросились могилы защищать .

— Вы знаете, на этом местe разольется море, пойдут большие пароходы, поедут люди… Туристы и интуристы поедут. А тут плавают ваши кресты. Их вымоет и понесет, они же под водой не будут, как положено, на могилах стоять. Приходится думать и об этом… — А о нас вы подумали? — закричала Вера Носарева. — Мы живые люди, мы пока здесь живем. Вы загодя о туристах думаете, а я счас мамину фотокарточку на земле после этих твоих боровов подобрала. Это как? Где я теперь ее могилку стану искать, кто мне покажет? Пароходы поплывут… это когда твои пароходы поплывут, а мне как теперь здесь находиться? Я на ваших туристов… — Вера задохнулась. — Покуда я здесь живу, подо мной земля, и не нахальте на ней .

Можно было эту очистку под конец сделать, чтоб нам не видать… [4, с. 187] .

Но, может, это нечаянный и единственный просчет власти? Ведь для «утопленников», как прозвали переселяемых жители других, незатопляемых деревень, построили новый поселок, и всем дают «равноценные» городские квартиры. Но не предусмотрена поселком бывшая у людей прежде природная и рукотворная гармония, когда «даже и смерть среди своих виделась собственными глазами ясно и просто — как оплачут, куда отнесут, с кем рядом положат» [4, с. 209]. Все подчинено одному: ГЭС уже успели «отгрохать», и затопление вот-вот начнется. Что великой хозяйственной целесообразности противопоставить?

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 Распутин такие слова находит: «В старину как говаривали… Мать, ежли она одного ребенка холит, а другого неволит, — худая мать» [4, с. 258]. Но разве власть эти слова слышит? Ведь и ученые эксперты5, немало знающие о жизни и судьбе отечественной деревни, смогли составить для решительного правителя Б. Ельцына «умный» указ о тотальной спешной деколлективизации, враз, не хуже ГЭС, смывшей с обихоженной земли десятки миллионов для нового уклада не подходящих .

И вот итог водных и земельных выселений — согнанные со своих мест люди в минуту большого несчастья. И среди тех, кто тушит пожар (одноименная повесть В. Распутина), не только бывшие жители затопленных деревень, но и в немалой степени прочие, сделавшиеся вахтовиками, бродячими бригадами, всякого иного рода хозяйственным «перекати-полем». А пожар случился там, куда расселили и исчезнувшую с лица земли Матеру: «Неуютный и неопрятный, и не городского и не деревенского, а бивуачного типа был этот поселок, словно кочевали с места на место, остановились переждать непогоду и отдохнуть, да так и застряли. Но застряли в ожидании когда же последует команда двигаться дальше, и потому — не пуская глубоко корни, не охорашиваясь и не обустраиваясь с прицелом на детей и внуков, а лишь бы лето перелетовать, а потом и зиму перезимовать» [4, с. 364] .

Как протекала жизнь в поселке? Похоже на то, как ежегодно устраивались и гибли под колесами тракторов и лесовозов уличные тротуары, на остатки которых грязь намешивалась «до черно сметанной пены, которая тяжелыми волнами расходилась на стороны и волнами потом засыхала, превращаясь в каменные гряды, а для стариков — в неодолимые горы» [4, с. 364]. Но это — одна из внешних сторон неустроенной жизни. Главное было то, что люди перестали быть хлеборобами, когда «сколько ни живи, все будет для хлеборобного дела мало» .

Лесозаготовка прежнего усердия не предусматривала: вали до плана и сверх того. Но такая работа не требовала и прежнего универсального работника. И они, кто оказавшись не у дел, а кто не вынеся новых условий хозяйствования, стали уезжать .

А «взамен уехавших и унесенных принялись селиться люди легкие, не обзаводящиеся ни хозяйством, ни даже огородишком, знающие одну дорогу — в магазин, и чтоб поесть, и чтоб время от работы до работы скоротать. Сначала от работы до работы, а затем и работу прихватывая, заслоняя ее магазином, и чем дальше, тем больше, тем слаще и неудержимей. Работа этого, понятно, не любит — и нелады с ней, с работой, и уж общины другого толка, которых раньше не было и в помине. Водились, конечно, пьянчуги, где они на святой Руси не водились, но чтоб сбиваться в круг, разрастаться в нем в открытую, ничего не боящуюся и не стыдящуюся силу с атаманом и советом, правящим власть, такого нет, не бывало» [4, с. 378]. Жили эти сезонники и шабашники свои дни так, что лишь бы дню быть прожитому. «Такой ни себе помощи не принимает, ни другому ее не подаст, процедуру жизни он исполняет в укороте, не имея ни семьи, ни друзей, ни привязанностей, и с тягостью, точно бы отбывая жизнь как наказание» [4, с. 379] .

*** Но это было плановое, затеянное государством раскрестьянивание — переселение. Оно дало первый толчок, вытеснило старые, ориентированные на сносное человеНе место в тексте с размышлениями называть имена конкретных деятелей от науки, обосновавших правомочность социального потопа. Скажу только, что знали они, что творили. А гарантией их профессиональной компетенции были докторские степени и академические звания. Что же до компетентности моральной и человеческой, то ответ на этот вопрос уже дает время .

42 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 ческое общежитие социальные образы-привычки, а взамен создало и закрепило новые, человекоразрушительные, людей друг от друга отъединяющие, сеющие несогласие и вражду, внесло в сознание и в народную помять нечто, прежде в ней невозможное, не-бывшее. «Четыре подпорки у человека в жизни: дом с семьей, работа, люди, с кем вместе правишь праздники и будни, и земля, на которой стоит твой дом. И все четыре одна важней другой. Захромает какая — весь свет внаклон» [4, с. 406] .

«Зона затопления» Романа Сенчина — не только продолжение утопления деревни, подобной Матере, но и свидетельство новых, начала ХХI в. порядков. Начинается роман телефонным разговором некоего олигарха с одним из руководителей страны. Предмет — продолжение строительства недостроенной при советской власти ГЭС с целью экспорта электроэнергии. В общем, между собой договорились, интересы обозначили, участников наметили, достигли, как говорят, политического соглашения .

А дальше — поручения исполнителям, которые ни в коем случае не могут рассматривать проблему по существу и, если требуется, поставить начальственное решение под сомнение. А могут лишь конкретизировать и прорабатывать детали .

Своего рода общим местом стало сегодня представление о том, что власть обладает (не может не обладать) тем, что именуется «широтой мышления». В самом деле, речь ведь идет о долгосрочных планах, громадных пространствах, человеческих массах, гигантских ресурсах. Однако, кроме этого сугубо количественно-географического толкования понятия, у него есть и иной смысл. Опять же, у Канта мы находим мысль о «расширении» как способности понимания мыслей другого. «Широта мышления», толкует Хана Аренд, достигается тем, что «мы в своем суждении считаемся не столько с действительными, сколько лишь с возможными суждениями других и ставим себя на место каждого другого» [1, с. 78] .

И, продолжая сравнение с «утопленниками» советского времени, выселяемые теперь, в начале 10-х гг. ХХI в., уже не только крестьяне, но и новые частные предприниматели, те, кто подобно первым фермерам 1980-х –1990-х, сумел подняться, достичь результатов, позволяющих жить, не ожидая подачек от государства. Но что их интересы и личные судьбы против высших властных договоренностей, к каким законам и группам гражданского общества они могут апеллировать, с кем объединиться и вместе встать на защиту? «В этой разобщенности людей, — находим у Сенчина, — корень многих проблем и несчастий. Вот если бы где нибудь в по настоящему цивилизованном обществе решили строить подобную электростанцию с затоплением тысяч квадратных километров земли, с переселением тысяч людей, наверняка бы эти люди объединились и все сообща потребовали такой компенсации, что каждый бы стал миллионером, способным приобрести дом с большим участком или просторную квартиру. А может быть, компания отказалась бы от идеи строительства здесь, стала бы искать необитаемые поймы рек .

А так — каждый поодиночке стремится выцарапать условия получше, но в итоге все чувствуют себя обделенными, обиженными, обманутыми. Даже те, кому удалось отхватить две–три квартиры вместо одной, тоже жалуются — вырази радость, и подозрения начнутся, обсуждения за глаза.

Хотя, не исключено, и искренне жалуются:

родину никакими квартирами не заменишь» [6, с. 64–65] .

Одна из историй внутри романа — судьба работящей семьи, которая уже после переселения сумела поставить свое небольшое деревообрабатывающее производство .

Эта лесопилка, а по существу — маленький завод, с конца 1990-х была единственным в селе предприятием. И когда встал вопрос о переселении семьи, выделять землю под Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 заводик или уплатить за него компенсацию власть отказалась: не предусмотрена в расходах такая статья.

Семья упорно сопротивляется, но против нее объединяются все:

милиция, дирекция по затоплению, судебные приставы, администрация района. В рвении выполнить распоряжение, а то и просто коммерческий заказ, не брезгуют чиновники и помощью уголовников. Предприятию обрубают хозяйственные и торговые связи, отключают от электричества и, в конце концов, заводик сжигают, а хозяина избивают до полусмерти .

Ожидать, что заступится власть, что пострадавшим выплатят компенсацию за сгоревшее, что милиция найдет нанятых бандитов? Но ведь все это устроила сама власть, направившая все силы против посмевшего отстаивать свои права человека .

Это — реальность, переданная художником в образной форме. И ведь точно так же поступали местные аграрные реформаторы со строптивыми фермерами, упрямыми новыми хозяевами предприятий переработки, не пожелавших «договариваться» с чиновниками, проводившими «реформы». Почему такое стало возможно — предмет другого исследования. Здесь — лишь констатация процессов, запущенных в начале 1990-х и за прошедшие без малого тридцать лет создавших «нового человека». Каков он — об этом семейный эпос романа Сенчина «Елтышевы» .

*** Роман-трагедия являет свою природу по-разному. Вначале — трагедия скрыта внутри, в повседневной обыденности, в том, что все происходит «как у людей», и только затем разворачивается в трагедию настоящую, зримую. О происхождении главы семейства Николае Михайловиче автор не сообщает. Родился ли он в деревне, в небольшом поселке или в городе, мы не знаем, да это и не важно. Важен его духовный мир, миросозерцание, густо замешанное на приспособительно-потребительском отношении к миру. Он, как и его жена (а она родом из деревни, перенесшей «реформы» девяностых), живут «как все», делая, что от них требует непритязательная мораль, профессия, живут, как и на все согласные и всему покорные коллеги-сограждане. У них нет собственных, не совпадающих с серыми буднями мыслей, интересов, желаний, привязанностей. «Пропустив» крутые повороты, которые предлагала жизнь, милиционер Елтышев нашел «теплое» и по-своему доходное место приемщика в вытрезвителе. Обирая попадавших в заведение алкашей и случайных выпивох, он до времени не терял надежд кого-либо обобрать по-крупному. Но ему не везло .

То, что этот «простой» человек, способен легко перестать быть человеком, показал случай. По его вполне «обычному» в милицейских кругах и тут же в точности исполненному сержантами приказу в тесную камеру с буянившей молодежью был пущен отравляющий газ, вызвавший у нескольких задержанных отек легких. Скрыть происшествие не удалось — среди пострадавших оказался журналист — и капитана Елтышева отправляют на пенсию, а заодно ему приходится съехать с ведомственной квартиры. Вместе с женой и тридцатилетним сыном-бездельником он переезжает в деревню к дальней родственнице жены. Второй сын сидит в колонии за непредумышленное убийство в драке .

Описываемая Сенчиным деревня — если и не сселенная после затоплений, то наверняка пореформенная, деколлективизированная. Она населена людьми, которые хотя и знают друг друга, но не имеют между собой не только никакой близости и доверия, но и взаимопонимания. Все находятся в состоянии «временного мира», какой бывает после (или перед) гражданской войны. Неискренность, воровство и обман — норма бытия. Тотальная скрытая, а иногда и открытая неприязнь — повседневность .

44 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 Елтышевы приспосабливаются и скоро не только пассивно терпят, но и начинают вести себя так же, поддерживая благосостояние торговлей спиртом. Приютившая их старуха — лишняя в своем, а теперь и их общем маленьком доме — неизвестно по какой причине погибает зимой в погребе пустующего строения. Обманувшего Елтышевых соседа пенсионер-милиционер убивает в тайге, что тоже, как и со старухой, — ведь не пойман — сходит ему с рук. Оскорбившего его бездельника сына он толкает с крыльца — и тот умирает, ударившись затылком о железный угол печки. И, наконец, вернувшийся из заключения второй сын — единственная надежда семейства — в первый же вечер в деревне получает смертельный удар заточкой в грудь .

«Катилась жизнь под откос стремительно и неостановимо. И лишь огрубение души, какой-то, пусть слабенький, но панцирь на ней не давал совсем отчаяться, свалиться и умереть. Да, может, и хорошо бы вот так умереть, как древние греки или былинные русские богатыри, но не получалось. Приходилось мучиться дальше и дальше, и неизвестно зачем» [5, с. 89]. Этот вывод-рефрен постоянно сквозит в романе .

Впрочем, после смерти второго сына Николай Михайлович мучился недолго .

Доживать страшную жизнь осталась его жена. «Неужели нет ничего хорошего?» — пыталась мысленно возмутиться Валентина Викторовна, перебирала в памяти произошедшее за последние годы и ничего хорошего не находила. Лишь далеко позади посвечивали, но не события, а ощущения от чего-то, что вспомнить никак не удавалось» [5, с. 89] .

Вся рассказанная автором история, конечно же, могла бы быть истолкована как индивидуальный трагический случай. Но Сенчин не повествователь конкретностей .

За описанными событиями широкие полотна современной российской действительности, начало которой (а в каком-то отношении и продолжение) пошло от утопленных деревень и от их продолжения — насильственной деколлективизации. До них, полагает Сенчин, «знал народ, как жить, чем жить, для чего…» [6, с. 53]. Эти слова, взятые в качестве одного из эпиграфов к статье, — констатация недавнего состояния и одновременно эпитафия на общей могиле сотен российских деревень, миллионов умерших, равно как и еще доживающих свой век российских крестьян .

Трагичны последние слова романа: «Помочь было некому». О ком это? О Валентине Викторовне Елтышевой, о российском крестьянстве? Обо всем .

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Аренд Х. Лекции по политической философии Канта. СПб.: Наука, 2012. 303 с .

Гражданкин А. И. и др. Белая книга России: Строительство, перестройка и реформы: 1950–2012 гг. Раздел 5. URL: http://riskprom.ru/WhitePaperRus/2014/ razdel5-selkhoz_belaja-1950_2013.pdf (дата обращения: 23.03.2018) .

Никольский С. А. Аграрный курс России. Мировоззрение реформаторов и практика аграрных реформ в социально-историческом, экономическом и философском контекстах. М.: КолосС, 2003. 376 с .

Распутин В. Собр. соч.: в 3 т. М.: Молодая гвардия, Вече-АСТ, 1994. Т. 2. 414 с .

Сенчин Р. Елтышевы. М.: Эксмо, 2009. 320 с .

Сенчин Р. Зона затопления. М.: Аст, 2015. 381 с .

Тургенев И. С. Полн. собр. соч. и писем: в 30 т. М.: Наука, 1979. Т. 3. 526 с .

–  –  –

Acknowledgements: The study was performed with a financial support of the Russian Foundation for Basic Research (RFBR) (project No. 18-011-00278 “Worldview of the Russian farmer in the context of strengthening national unity”) .

Abstract: Forced de-collectivization of the Russian village (albeit possible in free format in a longer term) held in the nineties of the 20th century, led to the destruction of the livelihood of tens of millions of peasants and their families. Although this recent domestic tragedy has not yet received its philosophical and artistic interpretation in the literature — new “great crisis and gigantic constructions made in the USSR and new Russia on great rivers, both antihumanistic, are subject to comparison. For this reason, analysis of flooding displayed in the works of Valentin Rasputin and Roman Senchin is quite applicable to the process of de-collectivization. In both cases — the eviction of peasants from the land with subsequent flooding or de-collectivization as eviction with subsequent formation of private estates — we see a new historical repression. The paper stresses that its understanding and condemnation is a necessary condition for cultural and legal transformation of the country .

Keywords: culture, history, literature, new people, peasants, farmers, society, social consciousness, personality, activity Information about author: Sergey A. Nikolsky — DSc in Philosophy, Head of Department of Philosophy of Culture, Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences, 12/1 Goncharnaya St., 109240 Moscow, Russia. E-mail: s-nickolsky@ yandex.ru Received: March 26, 2018 Date of publication: December 28, 2018 For citation: Nikolsky S. A. Disargeement. On the de-collectivization of the nineties and its reflection in the philosophical prose of Valentin Rasputin And Roman Senchin .

Vestnik slavianskikh kul’tur, 2018, vol. 50, pp. 35–47. (In Russian) REFERENСES Arendt H. Lekcii po politicheskoj filosofii Kanta [Lectures on Kant`s political philosophy]. St. Petersburg, Nauka Publ., 2012. 303 p. (In Russian) Grazhdankin A. I., etc. Belaja kniga Rossii: Stroitel'stvo, perestrojka i reformy: 1950– 2012 gg. [White paper of Russia: Building, restructuring and reform: 1950–2012] .

Section 5. Available at: http://riskprom .

ru/WhitePaperRus/2014/razdel5-selkhoz_ belaja-1950_2013.pdf (accessed 23 March 2018). (In Russian) Nikolsky S. A. Agrarnyj kurs Rossii. Mirovozzrenie reformatorov i praktika agrarnyh reform v social'no-istoricheskom, jekonomicheskom i filosofskom kontekstah [Agrarian policy of Russia. Worldview of reformers and practice of agrarian reforms in socioТеория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 historical, economic and philosophical contexts]. Moscow, KolosS Publ., 2003. 376 p .

(In Russian) Rasputin V. Sobranie sochinenij: v 3 t. [Works: in 3 vols.] Moscow, Molodaja gvardija, Veche-AST Publ., 1994. Vol. 2. 414 p. (In Russian) Senchin R. Eltyshevy [The Eltyshevs]. Moscow, Jeksmo Publ., 2009. 320 p. (In Russian) Senchin R. Zona zatoplenija [Flooded area]. Moscow, AST Publ., 2015. 381 p .

(In Russian)

Turgenev I. S. Polnoe sobranie sochinenij i pisem: v 30 t. [Complete works and letters:

in 30 vols.]. Moscow, Nauka Publ., 1979. Vol. 3. 526 p .

–  –  –

Аннотация: Статья посвящена проблеме распространения образования среди рабочих фабрик во второй половине XIX – начале XX вв. Забота о развитии отечественного образования являлась одной из основных статей расходов владимирских, костромских и ярославских меценатов. Осознавая необходимость повышения уровня образования населения и работников своих предприятий, купцы и промышленники являлись инициаторами открытия учебных заведений и выделяли средства на их содержание. Фабричные школы и дополнительное обучение ремеслу помогали распространению элементарного образования. Возможность посещения специальных курсов для рабочих способствовала созданию квалифицированных кадров по определенным отраслям производства, а также улучшению качества работы .

Ключевые слова: частная благотворительность, меценат, промышленность, образование, фабричная школа, ремесло .

Информация об авторе: Анастасия Сергеевна Плеханова — специалист по учебно-методической работе, Гуманитарный институт, Владимирский государственный университет им. А. Г. и Н. Г. Столетовых, ул. Горького, д. 87, 600000 г. Владимир, Россия. E-mail: vorobyovaas@gmail.com Дата отправки статьи: 15.11.2017 Дата публикации: 28.12.2018 Для цитирования: Плеханова А. С. Фабричное образование во второй половине XIX – начале XX вв. (на примере Владимирской, Костромской и Ярославской губерний) // Вестник славянских культур. 2018. Т. 50. С. 48–55 .

Одной из основных статей расходов крупных промышленников и меценатов являлась забота о развитии отечественного образования и открытие учебных заведений .

Они не оставляли без внимания проблему организации начального образования при своих фабриках и заводах среди детей рабочих и малолетних сотрудников. Заинтересованность предпринимателей в квалифицированных специалистах привела к необходимости открытия школ при промышленных предприятиях. Фабрикант Н. М. Красильщиков объяснял необходимость открытия учебных заведений при фабриках тем, что труд грамотных рабочих является более продуктивным по сравнению с неграмотными .

В своем обращении в Костромское губернское присутствие по фабричным и горнозаводским делам насчет открытия технических курсов для рабочих на Родниковских 48 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 фабриках предприниматель отмечал, что «только значительная систематическая подготовка поможет ученикам-рабочим... усвоить себе те общие законы природы, на коих зиждется здание специальных наук, которые в толковых и умело направленных руках способствуют усовершенствованию производства, увеличению продуктивности труда, улучшению материального положения рабочих, а, следовательно, содействуют общему прогрессу промышленности страны»1. Таким образом, учебные заведения при фабриках давали не только начальное образование, но и специализированное, которое зависело от специфики промышленного предприятия. В Государственном архиве Костромской области (ГАКО) сохранилось «Дело по прошению Директора Правления товарищества Мануфактур А. Красильщиковой с Сыновьями потомственнаго почетнаго гражданина Николая Михайловича Красильщикова о резрешении систематических курсов для рабочих и утверждении программы таковых при фабрике товарищества в с. Родниках Юрьевецкого уезда» за 1903–1913 гг.2 В своем прошении в Костромское Губернское по фабричным и горнозаводским делам Присутствие Н. М. Красильщиков представил полную программу технических курсов, «учреждаемых при фабриках Товарищества, находящихся в селе Родниках Юрьевецкого уезда, согласно Высочайше утвержденного 18 марта 1902 г.»3 Необходимость открытия подобных курсов он обосновывал в пояснительной записке тем, что «Правление Товарищества давно уже убедилось в большей продуктивности труда грамотного рабочего сравнительно с неграмотными, почему придерживается даже правила принимать на фабрику по возможности только грамотных, однако простая грамотность, выдвигая грамотного рабочего над массой неграмотных, еще недостаточна для вполне толкового и добросовестного отношения к порученной работе, так как для этого каждому специалисту рабочему, в какой бы отрасли он ни работал, необходимо дать кроме общего образования возможность ознакомиться с самой теорией его специальности. … В настоящее время на фабриках Товарищества занято свыше 5500 рабочих в следующих главных производствах: прядение, ткачество, крашение и механическое/механическая мастерская, паровые котлы, паровые машины и электротехника.

Среди этих рабочих значительное число занимают ответственные места:

мастеров, подмастерьев, монтеров, машинистов, кочегаров, электротехников и т. п., которые будучи подготовлены к своему занятию почти исключительно практикой, путем долгого и упорного труда и вследствие отсутствия какой-либо теоретической подготовки, а иногда и совсем неграмотные, — не могут относиться к порученному делу вполне сознательно. Вместе с общим развитием всех рабочих фабрики, — “поднятие духовного уровня и технической умелости” этой группы рабочих представляется наиболее желательным, т.к. она является естественным проводником знаний в массу рабочих»4 .

Программа курса была рассчитана как на безграмотных, так и на грамотных рабочих, окончивших 1 и 2 классные училища и низшие технические училища. При составлении программы учитывался и род деятельности работников на фабрике. Первоначальный план курсов включал в себя как общеобразовательные (чтение, письмо, алгебра, геометрия, арифметика, черчение), так и специальные предметы (паровые котлы, паровые машины, водяные и ветряные двигатели, электротехника, бумагопрядение, бумаготкачество). Затем план курса был расширен, в него включили такие разделы, как Закон Божий, русский язык, русская история, география. Директор фабрики обоГАКО. Ф. Ф-1276. Оп. 1. Д. 123. Л. 3 об .

<

–  –  –

сновывал расширение программы тем, что «изучение Закона Божьего при нашей малограмотности и полной темноте в вопросах веры является безусловно необходимым. Систематическое ознакомление с русской литературой в ея историческом развитии, … знания и влияния того или другого писателя на умственную и нравственную жизнь народа, явится важнейшим средством для воспитания в человеке нравственного отношения к окружающим его людям. Изучение истории родной страны, вызывая совершенно естественную любознательность в учащихся, наиболее способствует к сознательному отношению к своим обязанностям и родному краю и вместе с изучением географии, — научить понимать зависимость человеческой культуры от природы, указывая все ступени культурного развития народа. Что же касается общего естествознания, то ознакомление с элементарными сведениями из жизни растений и животных послужит не только к расширению умственного кругозора, но и принесет наверное чисто практическую пользу в различных жизненных вопросах нашего рабочего-крестьянина»5. Мастерскими для работников являлись разнообразные отделения фабрики. Обучающиеся разделялись на группы в соответствии с уровнем подготовки6 .

По примеру Н. М. Красильщикова в 1905 г. были открыты вечерние классы при фабрике Товарищества Вичугских Мануфактур бр. Ф. и А. Разореловых в с. Вичуге Кинешемского уезда Костромской губернии. В архиве Костромской области сохранилось «Дело по прошению заведующего фабрикой Товарищества Вичугских Мануфактур бр. (Ф. и А.) Разореловых (Инфенер-Технолога И. М Грибкова о резарешении открытия при фабрике в с. Вичуге вечерних классов)» за 1905–1906 гг. Старший фабричный инспектор Костромской губернии И. Н. Горбунов одобрил открытие вечерних классов и вынес следующее заключение: «Подъем духовного уровня и технической умелости фабричных рабочих издавна составлял предмет особой значимости Министерства Финансов Законом 18 марта 1902 г. вопрос, этот решен в … форме. Недостаточное развитие рабочих, весьма малый процент грамотных … давала чувствовать управляющим фабрик все неудобства положения этого рода в самых разнообразных формах и вынуждали искать выхода. Опыт фабрики Т-ва м-р А. М. Красильщиковой с С-ми где технические курсы, организованные на началах, указанных в вышеприведенном законе действуют более трех лет и дали, по отзыву владельца, прекрасные результаты, дали убедительное доказательство в пользу плодотворности организации курсов этого рода»7. Программа курсов включала такие дисциплины, как Закон Божий, русский язык и история, химия, естествознание, математика, физика, механика8 .

Положение о начальных училищах от 25 мая 1874 г. распространялось и на фабричные школы. По данным Министерства финансов в России насчитывалось 471 фабричная школа (в 1894–1895 гг.), а на содержание фабричных школ фабрикантами было израсходовано 678 880 руб., что составляло 0,15% оборотов фабрики. Школы существовали при незначительном числе фабрик (0,4%), так как организацию подобного рода учреждений могли позволить лишь крупные промышленники при своих предприятиях «со средним числом около 700 рабочих в каждом» [9, с. 392] .

В числе специальных работ по истории фабрик, заводов и других промышленных предприятий по Владимирской губернии находятся: «Фабричный быт Владимирской губернии» за 1884 г. П. А. Пескова и «Фабрики, заводы и прочие промышленные ГАКО. Ф. Ф-1276. Оп. 1. Д. 123. Л. 20 об .

–  –  –

заведения Владимирской губернии» за 1890 г. В. Ф. Свирского. В Ярославской и Костромской губерниях школы существовали обязательно при таких крупных фабриках и заводах, как Льнопрядильная и льноткацкая фабрика Товарищества братьев Зотовых, Миткалевоткацкая фабрика Товарищества мануфактур И. И. Скворцова, Фабрика Товарищества Нерехтской мануфактуры льняных изделий К. А. Брюханова и К°, Фабрика Товарищества мануфактур Ив. Коновалова в с. Бонячки, Металлоткацкая и бумаготкацкая фабрика бр. Горбуновых в с. Киселеве Середской волости, Ярославская большая мануфактура (ЯБМ) и др .

В ГАКО сохранилось дело о Спасо-Запруденском двухклассном М.Н.П. училище при льнопрядильне Товарищества братьев Зотовых в Костроме9. Попечительницей училища являлась жена потомственного почетного гражданина Зотова Наталия Александровна. Она состояла в звании попечительницы училища с 6 мая 1869 г.10 Всего учащихся за 1893 г. насчитывалось 183 человека, из них 117 мальчиков, 66 девочек. Из них 93 человека относились к городским сословиям, а 90 человек — к сельским жителям11. Средства на содержание училища за год распределялись следующим образом: на личный состав отводилось 2 500 руб., на прислугу — 240 руб., учебные принадлежности — 623 руб. 50 коп., на содержание здания, отопление, освещение и мелкие поправки — 636 руб. 50 коп. В течение года на содержание училища уходило 4 тыс. руб. в год .

Также купцы Зотовы жертвовали малолетним фабричным рабочим более 3 тыс. аршин ситцу и «ежедневно, круглый год, им выдается по 5 коп., булка и горячий чай»12 .

Предприниматели выделяли средства на открытие и содержание школ для детей рабочих. В 1890 г. во Владимирской губернии такие школы имелись на 36 предприятиях [7, c. 57], а на 1900 г. в Костромской губернии — на 27, Ярославской — на 9 промышленных предприятиях [8, c. 116]. Школы для малолетних рабочих были «на 34 фабриках Владимирской губернии, на 15 — в Костромской и на 7 — в Ярославской» [8, c. 116]. Для фабричных учебных заведений владельцы-предприниматели либо строили, либо отводили при предприятии специальные помещения, наиболее состоятельные представители промышленного мира устраивали и ночлежные приюты. Подробное описание владимирских фабричных училищ дает в своем отчете фабричный инспектор П. А. Песков. По данным инспектора за 1884 г. из 59 осмотренных им фабрик и заводов только на 18 имелись школы: «Собинская мануфактура; льно-прядильная Демидова и полотно-ткацкая отбльная льняной пряжи и бумаго-оберточная фабрика тогоже владльца. Послднія три фабрики находятся въ гор. Вязникахъ, въ 2-хъ верстахъ отъ льно-прядильной, гд существуетъ школа; бумаго-прядильная Никона Гарелина;

бумагопрядильная Ю. C. Мальцева и хрустальный заводь того-же владльца; Никольская мануфактура С. Морозова; товарищество мануфактуры Викулы Морозова; писчебумажная фабрика Способина; Дулевскій фарфоровый заводь Кузнецова; товарищество Соколовской мануфактуры Асафа Баранова; … ситцевая и прядильная фабрика А. Каретнiковой; стеклянный заводь Bp. Кастеревыхъ; полотно-ткацкая Сенькова и Лемешковская мануфактура Никитина» [6, c. 32]. Наиболее обустроенной и оснащенной, по мнению инспектора, являлась школа при Товариществе Никольской мануфактуры «Саввы Морозова сын и Ко» .

–  –  –

В 1864 г. было открыто фабричное училище Т. С. Морозовым в с. Никольском Покровского уезда. Оно было построено возле фабричных корпусов и представляло собой трехэтажное каменное здание, где два верхних этажа были заняты классными комнатами, а на нижнем этаже помещалась учебная мастерская. В здании было сделано водяное отопление, система вентиляции, газовое освещение. Т. С. Морозов построил здание на личные средства (126 тыс. руб.). В 1898 г. из-за того, что число учащихся увеличилось, было надстроен еще один этаж. Строительство четвертого этажа осуществили за счет благотворительного капитала Товарищества Никольской мануфактуры (41 695 руб. 89 коп.) [5]. В школе было достаточное количество учебных пособий. В ней не только обучали элементарной грамоте, но и рукоделию, рисованию, пению [6, c. 34] .

Первым Попечителем училища был Т. С. Морозов. С 1889 г. должность попечителя при Никольском начальном училище занимала М. Ф. Морозова, вдова Т. С. Морозова .

Училище содержалось за счет благотворительных сумм, которые ежегодно отчислялись из прибыли Товарищества Никольской мануфактуры «Саввы Морозова сын и Ко»

и на личные средства М. Ф. Морозовой, которая в общей сумме пожертвовала на нужды школы 20 тыс. руб. и на строительство нового здания училища 120 тыс. руб.13 В Государственном архиве Владимирской области в фонде Дирекции народных училищ Владимирской губернии сохранилось дело об установке портрета С. Морозова в новом здании Никольского начального училища при Никольской мануфактуре (1890) следующего содержания: «Потомственною Почетною Гражданкою Мариею Федоровною Морозовою в собственность Товарищества нового здания училища при фабриках Товарищества в м. Никольском, выстроенного на средства покойного Директора правления Мануфактур Советника Тимофея Саввича Морозова, стоющига 150 000 руб., поручила Правлению ходатайствовать о разрешении повесить портрет Тимофея Саввича Морозова в здании училища. Доводим о сем до сведения Вашего Высокородия Училищный Совет имеет честь покорнейше просить сделать зависящее распоряжение об исходатайствовании разрешения повесить портрет покойного Морозова в здании училища при фабрике Товарищества в Местечке Никольском»14 .

В 1874 г. на свои личные средства купец 1 гильдии Александровского уезда Владимирской губернии, потомственный почетный гражданин А. И. Баранов (1834–1906) начинает строить около д. Соколово фабрику. Она находилась рядом с железной дорогой Москва-Ярославль. Строительство фабрики началось в 1875 г. А. И. Баранов стремился установить новое оборудование с учетом новых технических достижений .

В 1880 г. было образовано Товарищество Соколовской мануфактуры А. И. Баранова [2], при которой была открыта школа. Она размещалась в отдалении от фабричных корпусов в деревянном одноэтажном здании и состояла из трех классных комнат и в достаточном количестве снабжена всеми необходимыми учебными пособиями [6, c. 35] .

Фонд Дирекции народных училищ Владимирской губернии также содержит дела об открытии в 1886 г. при Гусевском хрустальном заводе Ю. С. Нечаева-Мальцова одноклассной школы для малолетних рабочих15, вторая школа была построена фабрикантом при бумаго-прядильной фабрике. П. А. Песков в отчете отмечал, что одна из школ предназначалась для мальчиков, другая — для девочек. Классные комнаты были большими и светлыми. В школе имелось достаточное количество учебных пособий. Обучались в ней только дети рабочих [6, c. 36]. Фабричный инспектор над занятиГАВО. Ф. 449. Оп. 1. Д. 55. Л. 198 .

<

–  –  –

ями малолетних рабочих П. А. Песков в своем отчете отмечал, что большинство школ Владимирской губернии находились в отдельных помещениях, в большинстве случаях деревянных, и состояли либо из одной, либо из двух классных комнат .

В Костромской губернии по данным за 1887 г. при самых больших фабриках существовало до 6 учебных заведений и количество учащихся составляло 700 человек .

Небольшое количество учебных заведений оправдывалось качественным образованием и достаточным обеспечением каждого учащегося учебной литературой [4, c. 379] .

Следует отметить деятельность А. П. Коновалова, который был одним из первых фабрикантов, обративших особое внимание на детей, работавших на фабрике (их было до 200 человек старше 12 лет). В 1878 г. в с. Бонячки Кинешемского уезда Костромской губернии открылось начальное народное училище. Подростки (40–50 человек) учились в свободное от работ время, по 3 часа в день. Принимали и детей из окрестных деревень. Для них были устроены столовая и спальни. Через 4 года открылась фабричная школа и второе училище. Фабрикант являлся попечителем и содержал их полностью на свои средства. А. П. Коновалов поддерживал распространение народного образования по всему Кинешемскому уезду [2] .

В Костромской губернии при Новой льняной мануфактуре и фабрике братьев Зотовых в Костроме существовали «воскресные классы», в которых обучались как взрослые, так и подростки. На фабрике братьев Зотовых было введено обучение ремеслам [4, c. 381] .

В 1882 г. на Ярославской Большой Мануфактуре (ЯБМ) было открыто одноклассное фабричное училище, общий срок обучения составлял 3 года. Училище ЯБМ состояло «в ведомстве Министерства народного просвещения» и находилось «в ведении училищного совета, директора и инспектора народных училищ» [1]. С каждым годом количество учащихся увеличивалось, и к 1888 г. возникла необходимость открыть дополнительное отделение. В 1894 г. было построено каменное трехэтажное здание для школы, в котором сделали электрическое освещение, отопление и читальный зал на 1 500 мест (оно обошлось Товариществу в 135 тыс. руб.) [1]. В школу принимали детей рабочих и служащих мануфактуры достигших 8–9 летнего возраста. Обучение мальчиков и девочек проводили совместно. Придерживаясь программы одноклассного училища, дети изучали следующие предметы: Закон Божий, чтение, письмо, арифметика, пение, гимнастика; для девочек проводились уроки рукоделия .

Таким образом, фабричные школы и дополнительное обучение ремеслу способствовали распространению элементарного образования. Добавление специальных предметов или курсов среди рабочих помогало созданию квалифицированных кадров по определенным отраслям производства, улучшению качества работы .

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Бородкин Л. И., Валетов Т. Я., Шильникова И. В. Школы на дореволюционных фабриках: «Создание кадров более развитых рабочих» // Pandria.ru URL: http:// www.pandia.ru/text/77/398/37990.php (дата обращения: 24.11.2016) .

2 Владимирский край. Баранов Асаф Иванович // Владимирский край. URL: http:// www.vladregion.info/people/vladimirskaya-entsiklopediya-zemlyaki/baranov-asafivanovich (дата обращения: 24.11.2016) .

3 К 200-летию А. П. Коновалова // Официальный сайт Государственного архива Ивановской обл. URL: http://www.ivarh.ru/index.php?option=com_ Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 content&view=article&id=484:-200-&catid=171:2009-12-21-14-40-28&Itemid=207 (дата обращения: 24.11.2016) .

Колышко И. Очерки современной России. СПб.: Тип. Тов-ва «Общественная Польза», 1887. 530 с .

5 Никольское начальное училище // Официальный сайт государственного округа Орехово-Зуево. URL: http://www.ozmo.ru/kraevedenie/1843-2011-08-22-12-25-18 (дата обращения: 24.11.2016) .

Песков П. А. Фабричный быт Владимирской губернии. Отчет за 1882–1883 г .

фабричного инспектора над занятиями малолетних рабочих П. А. Пескова .

СПб.: Тип. В. Киршбаума, 1884. 67 с .

Свирский В. Ф. Фабрики, заводы и прочие промышленные заведения Владимирской губернии. Владимир на Клязьме: Тип. Владимирской губернской земской управы, 1890. 278 с .

Чугунов Е. А. Положение и культурный уровень рабочих Верхнего Поволжья (По материалам Владимирской, Костромской и Ярославской губерний. С. 116 // Сайт исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. URL: http://www .

hist.msu.ru/Labour/Chugunov/ (дата обращения: 24.11.2016) .

9 Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. СПб.: Семеновская Типолитография (И. А. Ефрона), 1891. Т. XXVIIA (54). С. 392 .

Abstract: The paper explores the issue of the spread of education among factories` workers in the second half of the 19th – early 20th centuries. Care for the development of domestic education constituted one of the main expense items of Vladimir, Kostroma and Yaroslavl philantropists. Realizing the need to increase the level of education of the population and employees of their enterprises, merchants and industrialists initiated the opening of educational institutions and allocated funds for their maintenance .

Factory schools, additional training in the craft contributed to the spread of elementary education. Adding special subjects or courses among workers helped to create qualified personnel for certain industries, improving the quality of work .

Keywords: private charity, philanthropist, industry, education, factory school, craft .

Information about the author: Anastasia S. Plekhanova — Specialist in Educational and Methodical Work, A. G. and N. Stoletov Humanitarian Institute of the Vladimir state University, Gorky St., 87, 600000, Vladimir, Russia. E-mail: vorobyovaas@gmail .

com Received: November 15, 2017 Date of publication: December 28, 2018 For citation: Plekhanova A. S. Factory education in the mid-19th – early 20th centuries (Using the example of the Vladimir, Kostroma and Yaroslavl provinces). Vestnik slavianskikh kul’tur, 2018, vol. 50, pp. 48–55. (In Russian) 54 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 REFERENСES 1 Borodkin L. I., Valetov T. Ja., Shil'nikova I. V.

Shkoly na dorevoliutsionnykh fabrikakh:

“Sozdanie kadrov bolee razvitykh rabochikh” [Schools in prerevolutionary factories:

“Creating labor force of more advanced workers”]. Pandria.ru. Available at: http:// www.pandia.ru/text/77/398/37990.php (accessed 24 November 2016). (In Russian) Baranov Asaf Ivanovich [The Vladimir region. Baranov Asaf Ivanovich]. Vladimirskii krai [Vladimir region]. Available at: http://www.vladregion.info/people/vladimirskayaentsiklopediya-zemlyaki/baranov-asaf-ivanovich (accessed 24 November 2016) .

(In Russian) 3 K 200-letiiu A. P. Konovalova [To the 200th anniversary of A. P. Konovalov] .

Ofitsial'nyi sait Gosudarstvennogo arkhiva Ivanovskoi obl. [Official website of the state archive of the Ivanovo region]. Available at: http://www.ivarh.ru/index .

php?option=com_content&view=article&id=484:-200-&catid=171:2009-12-21-14Itemid=207 (accessed 24 November 2016). (In Russian) Kolyshko I. Ocherki sovremennoj Rossii [Essays on contemporary Russia] .

St. Petersburg, Tipografija Tovarishhestva “Obshhestvennaja Pol'za”, 1887. 530 p .

(In Russian) Nikol'skoe nachal'noe uchilishche [Nikolsky primary school]. Ofitsial'nyi sait gosudarstvennogo okruga Orekhovo-Zuevo [Official site of the state district OrekhovoZuyevo]. Available at: http://www.ozmo.ru/kraevedenie/1843-2011-08-22-12-25-18 (accessed 24 November 2016). (In Russian) Peskov P. A. Fabrichnyj byt Vladimirskoj gubernii. Otchet za 1882–1883 g .

fabrichnogo inspektora nad zanjatijami maloletnih rabochih P. A. Peskova. [Factory life of the Vladimir province. The report for 1882–1883 of the factory`s inspector over the employment of young workers P. A. Peskov]. St. Petersburg, Tipografiia V .

Kirshbauma Publ., 1884. 67 p. (In Russian) Svirskij V. F. Fabriki, zavody i prochie promyshlennye zavedenija Vladimirskoj gubernii [Factories, factories and other industrial establishments of the Vladimir province]. Vladimir na Kliaz'me, Tipografiia Vladimirskoi gubernskoi zemskoi upravy Publ., 1890. 278 p. (In Russian) 8 Chugunov E. A. Polozhenie i kul'turnyj uroven' rabochih Verhnego Povolzh'ja .

(Po materialam Vladimirskoj, Kostromskoj i Jaroslavskoj gubernij [Conditions and cultural level of workers of the Upper Volga region. (Based on the materials of Vladimir, Kostroma and Yaroslavl provinces)]. P. 116. Sait istoricheskogo fakul'teta MGU im. M. V. Lomonosova [Site of historical faculty of MSU. M. V. Lomonosov] .

Available at: http://www.hist.msu.ru/Labour/Chugunov/ (accessed 24 November 2016). (In Russian) .

Jenciklopedicheskij slovar' Brokgauza i Efrona [The Brockhaus and Efron encyclopedic dictionary]. St. Petersburg, Semenovskaia Tipolitografiia (I. A. Efrona) Publ., 1891 .

Vol. XXVIIA (54). 392 p. (In Russian)

–  –  –

ПРОЛЕТАРСКАЯ КУЛЬТУРА ГЛАЗАМИ СОВЕТСКИХ ВОЖДЕЙ

Аннотация: В октябре 1917 г. возникло объединение культурно-просветительских рабочих организаций, вошедшее в историю под названием Пролеткульта .

В основу деятельности Пролеткульта была положена теория создания пролетариатом особой, новой пролетарской культуры. Вокруг данной теории возникла полемика, основными участниками которой стали руководители Советской власти и партии большевиков. В. И. Ленин, Л. Д. Троцкий, Я. М. Свердлов, Н. К. Крупская, Я. А. Яковлев в целом полагали, что речь должна идти не об особой культуре, а о большой культурно-просветительской деятельности, о повышении культурного уровня рабочих. После некоторых колебаний эту точку зрения принял и М. В. Фрунзе. Не отрицая возможности широкого творчества пролетариев, данную позицию поддерживал А. В. Луначарский. Вполне возможным построить пролетарскую культуру и сформировать идеального человека считал реальным Н. И. Бухарин. В целом, теория пролетарской культуры стала ответом на поиски путей дальнейшего развития России в начале ХХ в. Советские вожди, под влиянием В. И. Ленина, отказали ей в праве на «особенность» и свели дело к повседневной культурно-просветительской работе и практическому творчеству .

Ключевые слова: пролетарская культура, большевики, культурное строительство .

Информация об авторе: Михаил Вячеславович Юдин — кандидат исторических наук, доцент, Российский государственный университет им. А. Н. Косыгина, Институт славянской культуры, Хибинский пр., д. 6, 129337 г. Москва, Россия .

E-mail: yudinm@yandex.ru Дата поступления статьи: 29.09.2018 Дата публикации: 28.12.2018 Для цитирования: Юдин М. В. Пролетарская культура глазами советских вождей // Вестник славянских культур. 2018. Т. 50. С. 56–65 .

Феномен пролетарской культуры стал характерной чертой первых лет Советской власти. Составной частью этого феномена являлась не только теория «пролетарской культуры», но и организация, вошедшая в историю под названием Пролеткульт .

Созданный в октябре 1917 года в Петрограде, еще до знаменитых революционных событий, Пролеткульт быстро стал вовлекать в орбиту своей деятельности большое количество простых людей. Многие из них с большим интересом тянулись к новой организации. Однако главным оставался вопрос: а что же представляет собой новая, пролетарская культура?

Главный идеолог Пролеткульта, известный деятель российской социал-демократии начала ХХ в. Александр Александрович Богданов (Малиновский) полагал, что 56 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 пролетарская культура — это культура классовая, более сильная и конструктивная, чем буржуазная. Она базируется на принципе коллективизма, опирается исключительно на жизненный, социальный и профессиональный опыт рабочих, отрицает авторитаризм. В целом, это культура, созданная исключительно пролетариатом, новая и особая, которой раньше никто не видел .

В период мощных социальных потрясений, перевернувших уклад всей жизни России, трудно было дать оценку явлению, которое еще не было конкретно очерчено .

Революционные изменения осени 1917 г. и последующие события дали серьезный импульс для начала полемики по проблеме строительства новой культуры. Среди лиц, так или иначе затрагивавших тему пролетарской культуры, были руководитель Советского правительства В. И. Ленин, председатель Реввоенсовета РСФСР Л. Д. Троцкий, нарком просвещения А. В. Луначарский, руководитель Главполитпросвета Н. К. Крупская, крупные политические фигуры того времени М. В. Фрунзе, Н. И. Бухарин, М. Н. Покровский, другие советские государственные и партийные деятели .

В первую очередь хотелось бы рассмотреть точку зрения одного из лидеров революции и руководителей Советского правительства в тот период Л. Д. Троцкого .

Его многие выступления и работы были посвящены не только пролетарской культуре, но и проблеме культуры в целом. В позиции Троцкого можно сразу же отметить основные черты, характеризующие ее. Во-первых, он отрицает возможность и само наличие пролетарской культуры, по крайней мере на данном этапе развития общества .

Об этом, по его мнению, не может быть и речи. В книге «Литература и революция»

Троцкий пишет: «В эпоху диктатуры о создании новой культуры, т. е. строительстве величайшего исторического масштаба не приходится говорить; а то, ни с чем прошлым не сравнимое культурное строительство, когда отпадает необходимость в железных тисках диктатуры, не будет уже иметь классового характера» [9, с. 137]. Здесь же Лев Давидович делает вывод, что пролетарской культуры не только нет, но и не будет. Лишь вчерне построив социализм, можно мечтать о строительстве культуры, но уже не классовой пролетарской, а некой другой. Что же она будет из себя представлять? Троцкий дает ответ на этот вопрос: «Главной задачей пролетарской интеллигенции в ближайшие годы является не абстракция новой культуры — при отсутствующем для нее пока еще фундаменте, — а конкретнейшее культурничество, т. е. систематическое, планомерное и, разумеется, критическое усвоение остальными массами необходимых элементов той культуры, которая уже есть» [9, с. 140]. Таким образом, автор, отрицая концепцию пролетарской культуры, утверждает идею культурничества, что можно назвать второй характерной чертой его позиции. В отличие от позиции Богданова, Троцкий отказал пролетариату в собственном пролетарском творчестве. Однако при этом они сходились во мнении по критическому рассмотрению достижений старой культуры. Единственная проблема состояла в том, что Троцкий видел в этом условие для просветительной деятельности, а Богданов — еще и для творческой. Исходя из того, что культурничество являлось задачей пролетарской интеллигенции, интересно понять, какой же социальный слой подпадает под это определение. С одной стороны, это может быть интеллигенция, перешедшая на сторону пролетариата и «окультуривающая» отсталые массы .

С другой стороны, сами пролетарии, выбившиеся в ряды пролетарской интеллигенции на основе усвоения уже имеющихся культурных достижений. Но, как бы то ни было, проблема в другом: возводить культуру только лишь силами пролетарской интеллигенции очень затруднительно. Ведь массовая работа ведется и в клубах, и в общественных Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 организациях, в учреждениях, в комитетах по ликвидации неграмотности. Выполнить такой объем задач не под силу одной лишь пролетарской интеллигенции. Это третья особенность .

Не отказываясь от идеи культурного строительства, Л. Д. Троцкий видел в ней одно из условий подготовки мировой революции. Надо действительно приобщиться к культуре в целом, а не к ее «жалким огрызкам». Такое приобщение невозможно без создания материальных предпосылок, без революции в технике. Культура переходного периода, по мнению Троцкого, может состоять из остатков дворянской культуры, из элементов буржуазной культуры. Он выступает не только защитником творчества Толстого и Пушкина, но и сторонником буржуазной техники, использования буржуазных спецов, объясняя это тем, что пролетарий ничего своего пока не построил. Таким образом, Троцкий считал, что взаимодействие развивающейся техники и повышающейся нравственности приведет общество к социалистической культуре. Правда, это мнение будет высказано несколько позже .

Абсолютно верной в области культуры и культурной политики в первые послереволюционные годы, да и в последующие десятилетия Советской власти, считалась позиция В. И. Ленина. Известно, что начиная с 1908–1909 гг. его отношение к работам А. А. Богданова было устойчиво враждебным. Резко отрицательно относился он и к идее строительства новой пролетарской культуры. В октябре 1920 г. Ленин характеризует «как теоретически неверные и практически вредные всякие попытки выдумывать свою особую культуру» [5, т. 41, с. 337]. Он упрекает тех, «кто витал и витает в эмпиреях пролетарской культуры» [5, т. 45, с. 363]. История оказалась права: вопреки теоретическому постулату А. А. Богданова о первичности культурных преобразований, политический и социальный переворот предшествовал культурному, а не наоборот. Ленин признает строительство пролетарской культуры как задачу всего общества .

На 3-м съезде РКСМ он обращается к будущему поколению советских людей. «Без ясного понимания того, что только точным знанием культуры, созданной всем развитием человечества, только переработкой ее, можно строить пролетарскую культуру, без такого понимания нам этой задачи не разрешить» [5, т. 31, с. 262]. И прежде всего надо проделать огромную черновую работу, чтобы достичь культурного уровня буржуазных государств, надо научиться не только читать и писать, но и понимать прочитанное. Еще не пришло время говорить о высоких материях, о пролетарской культуре .

По воспоминаниям Льва Троцкого, «Ленин употреблял термин “пролетарская культура” только для того, чтобы бороться против его идеалистического, лабораторного, схематического, богдановского истолкования» [3, с. 370]. Ленину не нравился путь создания такой культуры. Идя этой дорогой, пролетариат, по его мнению, отвлекался от революционной борьбы и мог забрести на скользкую тропу ревизионистских блужданий. Ленину нужна была такая культура, формирование которой проводилась бы только партией. Исключительно партией. Поэтому деятельность самого Пролеткульта была впоследствии подчинена Наркомпросу. Тем самым Ленин подтвердил приверженность принципу партийности в культуре, обоснованному еще в ноябре 1905 г. в статье «Партийная организация и партийная литература». Самостоятельная инициатива, не связанная с партийной деятельностью, не поощрялась в Советском государстве. Она либо искоренялась, либо подчинялась господствующей идеологии. Большевики, установив партийную диктатуру в стране, стремились и к установлению единой идеологии в различных областях культурной жизни. Правда, лично Ленин, по утверждению Троцкого, был осторожен в вопросах искусства, видимо учитывая свои довольно «конТеория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 сервативные» художественные вкусы. «Покровительство Луначарского, народного комиссара просвещения и искусств, всяким видам модернизма нередко смущало Ленина, но он ограничивался ироническими замечаниями в частных беседах и оставался крайне далек от мысли превратить свои личные вкусы в закон» [3, с. 374]. Но то, что касалось марксизма, не оставляло вождя революции равнодушным. Здесь он был беспощаден .

В проекте резолюции о пролетарской культуре он пишет, что только марксистское миросозерцание правильно отражает интересы, точки зрения и культуру революционного пролетариата. Далее глава Советского правительства говорит, что «марксизм отнюдь не отбросил ценнейших завоеваний буржуазной эпохи, а, напротив, усвоил и переработал все, что было ценного. Только дальнейшая работа на этой основе может быть признана развитием действительно пролетарской культуры» [5, т. 41, с. 336–337] .

Ленин опасался, а в большей степени и боялся, что Пролеткульт завоюет массы .

В таком случае под угрозу ставилось не только формирование однопартийной идеологии, но, возможно, и строительство того варианта социализма, который Ленин хотел реализовать в России. Новая пролетарская культура была нужна Ленину, но не как богдановская, а как культура подконтрольная партии .

Взгляды Ленина и Троцкого оказали определенное влияние на позицию в области пролеткультуры одного из видных советских военачальников М. В. Фрунзе. В статье «О единой военной доктрине» он высказал мысль о пролетарской военной науке .

Против позиции Фрунзе выступал наркомвоенмор Республики Л. Д. Троцкий, отрицавший существование пролетарской науки и выступавший за привлечение военного опыта прошлого. М. В. Фрунзе от своего мнения отказался. На это повлияла и беседа с В. И. Лениным, который подверг критике попытки привнести вредные идеи пролеткульта в военное дело [3, с. 370] .

По сути дела в русле ленинской позиции выступал председатель Всероссийского центрального исполнительного комитета и «правая рука» Ленина в партийном руководстве Яков Михайлович Свердлов. Говоря о проблеме пролетарской культуры, он предлагал исходить из реальных культурно-творческих возможностей пролетариата. Я. М. Свердлов считал, что еще до установления своего господства пролетариат оказывал влияние на развитие литературы, создавал элементы для своей культуры, вносил вклад в создание своих пролетарских ценностей. Таким образом, Свердлов не отрицал пролетарского влияния на создание культуры настоящего и будущего времен .

Но при этом он считал, что пролетариат — это «законный наследник вообще всех материальных и культурных ценностей человечества» [8, с. 262–265]. Ранний уход из жизни Я. М. Свердлова в 1919 г. лишил нас возможности узнать его позицию в дискуссиях о Пролеткульте, хотя она, исходя из вышеизложенного, нетрудно прогнозируется .

Не мог не затронуть тему пролетарской культуры и один из руководителей агитационно-пропагандистского отдела ЦК РКП (б) Я. А. Яковлев. По данному вопросу с ним вел переписку В. И. Ленин. Это и повлияло на позиции Яковлева. Он практически поддержал В. И. Ленина, считая, что через усвоение точной науки будет создаваться своя рабоче-крестьянская интеллигенция. Этим самым будут открыты ворота пролетарской культуре, так как она «до известной степени … понятие общенародное»1 .

По его мнению, пролеткультовская работа — это, с одной стороны, подмена философии марксизма «чуждыми пролетариату богдановскими построениями», а с другой стороны, выдача переряженного футуризма за пролетарскую культуру2. Следовательно, главЦентральный государственный архив Московской области. Ф. 880. Оп. 1. Д. 7. Л. 116 .

–  –  –

ной целью было создание пролетарской интеллигенции (как и у пролеткультовцев), но не на основе теории Богданова, а на основе политики проводимой партией .

Один из руководителей Наркомпроса, жена В. И. Ленина Надежда Константиновна Крупская высоко оценивала деятельность Пролеткульта. По ее мнению, необходимо было овладеть старой техникой, «пропустить через горнило пролетарской мысли, внести в нее свое» [2, с. 330]. Обратим внимание, что Надежда Константиновна предлагает всего лишь внести в старую культуру элементы новой. В целом же Н. К. Крупская полагала, что пролеткульты должны руководствоваться марксистской идеологией и общей линией партии [4, с. 60]. Примерно таких же взглядов придерживался другой заместитель наркома просвещения, историк М. Н. Покровский .

Более либерально оценивал идею пролетарской культуры Анатолий Васильевич Луначарский, друг А. А. Богданова, входящий с ним в состав литературной группы в период вологодской ссылки, и один из членов левобольшевистской группы «Вперед» .

Луначарский является яркой и знаковой фигурой по отношению к Пролеткульту. Это был всесторонне образованным человеком, о котором говорили: «Большевик среди интеллигентов и интеллигент среди большевиков». Он полагал, что так называемые «пролеткультовцы» сделали понятие пролетарской культуры узким и сектантским. Получается, что пролетариат и примкнувшая к нему интеллигенция должны заново, путем революционного творчества, создавать культуру. На деле это будет выглядеть как замена буржуазной культуры со всеми ее достижениями некой другой культурой, которая будет характеризоваться своей «доморощенностью». Нарком просвещения поддерживал позицию В. И. Ленина в этом вопросе, указывая, что если отказаться от западноевропейской буржуазной культуры, то мы обезоружим и ослабим себя. Зачем надо придумывать «новую пролетарскую математику» или «новую пролетарскую медицину», когда в стране необходимо ликвидировать неграмотность, повысить нравственность, усвоить новейшие достижения буржуазной науки, которую «мы должны перегонять через наши фильтры» [6, с. 27]. Луначарский выступал за то, чтобы настоящая культура пропиталась прошлой, базировалась на ней. Именно эта база и дает рост новой, своей культуре, но только при условии критического восприятия элементов буржуазной культуры. К примеру, коммунистическая партия, вышедшая из капиталистического строя, должна переориентировать массу знаний, тенденций, черт буржуазной культуры, придать им другой характер и направить в виде своей культуры на служение пролетариату .

А. В. Луначарский не принимал такую культурную работу, которая сводилась лишь к борьбе за чистоплотность и ликвидацию неграмотности. Нужны и школы, и университеты, и борьба за высокие истины.

У этой работы есть своя особенность:

культурные и хозяйственные преобразования должны идти рядом, быть неотделимы друг от друга. Огромные средства на дело народного просвещения может дать только развивающееся хозяйство. А оно, в свою очередь, требует больших знаний и умений, и, значит, от прогресса культуры будет зависеть прогресс социалистического хозяйства .

Луначарский придерживался принципа, когда новшества, выработанные буржуазным миром, будут отбрасываться только в способах их использования, а как достижения человеческой мысли они принадлежат всему человечеству. Но, чтобы перегнать Запад, мало перенимать, надо заниматься и своим творчеством, необходимость которого не отрицается. В этом вопросе Луначарский, сторонник «золотой середины», придерживается линии гармонии, баланса. «Если бы в настоящее время вздумали навязывать государственному аппарату задачи распространять только новое, только пролетарское, 60 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 мы бы обрушили пролетариат в варварство, … и нечего было бы удивляться, если бы плоды пролетарского творчества … оказались бы … замедленными и чахлыми»

[7, с. 2] .

А. В. Луначарский видел пролетарское искусство как орудие, организующее эмоции пролетариата, считал, что оно может достичь того, чего не смогло достичь искусство прошлого. В целом, на основе марксизма и нашего социалистического сознания культура будущего, по мнению Анатолия Васильевича, будет расти в борьбе с буржуазной культурой. Но не в борьбе как таковой, а в виде удаления и замены, непригодных для социализма элементов, не способных служить новому обществу .

Наиболее радикальной была позиция Н. И. Бухарина, крупнейшего политического деятеля, главного редактора газеты «Правда». Он, безусловно, разделял две главные позиции богдановской теории — необходимость и возможность построения пролетарской культуры, а также создание в ходе этого нового идеального человека. Бухарин принимал культурное движение как существующее наряду с политическим и профессиональным движением. Он был горячим сторонником культа коллективизма, труда, бодрости, борьбы, героизма, физического здоровья, спорта. Его жизнерадостность и интернационализм противостояли аполитичности, мещанству, шовинизму. Об отношении к идее пролетарской культуры и к деятельности самого Пролеткульта красноречиво говорит тот факт, что Н. И. Бухарин с первого момента рецензировал журнал «Пролетарская культура». Приняв точку зрения пролеткультовцев, Николай Иванович, однако, не признал требования независимости «лаборатории чисто пролетарской идеологии» от декретирования организма власти: «…когда государственный аппарат находится в руках пролетариата, тогда не может быть (и не должно быть) ни одной стороны рабочей жизни, которая была бы вне зависимости от декретирования» [1, с. 8]. Теоретики Пролеткульта чуть позже отметили, что Бухарин не учитывает состояние нынешней диктатуры, которая включает, наряду с пролетариатом, индивидуалистически настроенное крестьянство, а также влияние не чисто пролетарского характера советских организаций. Пролетарский Пролеткульт не может работать с ними «стерильно» .

Необходимо отметить, что за период 1918–1921 гг. взгляды и позиция Бухарина в отношении идеи пролетарской культуры практически не претерпели изменений. Они лишь несколько оттачивались в ходе дискуссий и споров. Одним из таких стала дискуссия Бухарина с Лениным о Пролеткульте. В ней конкретно осветились некоторые вопросы бухаринской позиции в отношении пролетарской культуры .

В противовес позиции А. А. Богданова, считавшего, что пролетариат при капиталистическом развитии становится все более культурным и интеллигентным, возвышается в культурном отношении над буржуазией и свергает ее, Бухарин отмечал культурную придавленность рабочих ввиду их угнетенности буржуазией. К тому же ход истории показал, что пролетариат выбирает своими руководителями выходцев из других классов, прежде всего из интеллигенции. Если Богданов выступал за культурные преобразования, за развитие социализма эволюционным путем, то Бухарин, исходя из монополии буржуазии на образование и, как следствие этого, неспособности рабочих вызреть в класс, говорил о необходимости захвата пролетариатом власти, уничтожении буржуазной монополии на образование. После этого рабочий класс может вырабатывать свою новую культуру. Но ввиду того, что она основывается на переработке буржуазной культуры, возникает опасность перерождения пролетариата, он может быть «съеден» более культурным противником. Выход один: повышать культуру и уровень Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 квалификации рабочих, чтобы организовать первоначальный кадровый состав, а потом обеспечить постоянный приток к нему новых сил, дабы он не стал «монопольной кастой» .

По поводу пролеткультовских расхождений, выразившихся в борьбе двух точек зрения, одна из которых утверждала необходимость ликвидации неграмотности, а другая — выработку принципов новой пролетарской культуры, Бухарин определился четко. Он сказал: «Нужно начать культурную работу развернутым фронтом. Главное внимание должно быть обращено на ликвидацию безграмотности, но нужно не забывать квалифицированных кадров, нужно обратить внимание на их подготовку, сделать их более квалифицированными для того, чтобы они свои знания передавали через эту цепь следующим слоям, чтобы вся машина работала» [1, с. 60] .

Выступая в одном из Московских клубов в конце 1922 г. с докладом «К вопросу о постановке культурной проблемы», Н. И. Бухарин подтвердил свою точку зрения .

Однако тут же отметил, что «мы имеем перед собой дифференцированный материал для обработки, дифференцированный объект воздействия», а значит, к нему нужно применять и дифференцированный подход3. Из этого можно сделать вывод, что Бухарин позже присоединился к ленинской позиции, высказанной в работе «Странички из дневника». Но, поддержав практические выводы Ленина, теоретическое несогласие он охарактеризовал так: «По двум вопросам из всех тех, по которым я спорил с В. И., я не согласен с ним до сих пор: это — по вопросу о пролетарской культуре и по вопросу о государственном социализме» [1, с. 11]. Эти слова сказаны в 1925 г. Они свидетельствуют, что Н. И. Бухарин, разработав целый ряд вопросов о пролетарской культуре, поддавшись влиянию Ленина, остался верен ее идее. Только лишь в 1928 г. Бухарин признал правоту Ленина [1, с. 127] .

Рассмотрев целый ряд точек зрения на пролетарскую культуру, можно констатировать, что эта теория нашла свое отражение в умах государственных и общественных деятелей, стоявших у начал Советской власти. Идея пролетарской культуры не оставила руководителей партии и государства равнодушными. Они в разной степени положительно и отрицательно отнеслись к ней. Диапазон взглядов свидетельствует о неоднозначном восприятии идеи пролеткультуры. Если В. И. Ленин поначалу спокойно воспринимал деятельность Пролеткульта, выражал поддержку, то, разобравшись в его теоретической базе, он изменил свою позицию. Увидев неприемлемость пролетарской культуры для широких слоев населения, Ленин понял, что она не сможет в полной мере являться опорой для Советской власти. При этом он высоко оценивал практическую работу, которая действительно несла азы просвещения в рабочую среду. Позиция Л. Д. Троцкого в еще большей степени развивала ленинские идеи. Отрицание им самой возможности построения пролетарской культуры не укрепляло позиции пролеткульта и пролеткультовцев. Взгляды Я. М. Свердлова, Н. К. Крупской, М. Н. Покровского, Я. А. Яковлева еще раз подтверждают силу ленинского убеждения, единство мысли тех людей, которые разобрались в теории и практике пролеткультуры и оценили ее реальную возможность в конкретное историческое время. Это же подтверждается и изменившимся мнением М. В. Фрунзе, который оценил идею военной науки не столько с классовых, сколько с профессиональных позиций. А. В. Луначарский интеллектуально и эрудированно обосновал свою точку зрения на пролеткультуру. Она стала своеобразной «золотой серединой» между полярными взглядами Троцкого и Бухарина .

Считая ценным все культурное прошлое, Луначарский не отказывал в праве на новые Центральный государственный архив Московской области. Ф. 880. Оп. 1. Д. 7. Л. 114 об., 116 .

62 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 современные разработки и на существование новых форм использования научного и культурного потенциала. Наиболее революционной в области культуры была позиция Н. И. Бухарина. Он стал романтиком пролетарской культуры. И, несмотря на серьезное влияние ленинских взглядов, Бухарин оставался неизменно верным своим теоретическим позициям значительное время .

В целом, можно отметить, что пролеткультовская теория, разработанная А. А. Богдановым, стала теорией не только культурного развития. Она являлась базой для понимания процессов, происходящих в обществе, опиралась на философски продуманную систему. Феномен создания теории пролетарской культуры стал ответом на своеобразную обстановку в России в конце ХIХ – начале ХХ вв .

Плюрализм мнений в оценке пролетарской культуры среди самих пролеткультовцев свидетельствовал о том, что у многих из них было разное понимание задуманных культурных преобразований. Это и понятно: любая теория подтверждается или опровергается практикой. Первые же годы после Октябрьской революции были временем поиска путей построения социалистического общества. Отчасти этим и можно объяснить разницу во взглядах среди советского и партийного руководства на идею строительства пролетарской культуры. Данные взгляды характеризуют новизну и не исследованность вопросов пролеткультуры .

Теория пролетарской культуры показала свою устойчивость и в условиях недостаточно высокого образовательного и культурного уровня населения определенную жизнеспособность. Главное, что важно для любой теории, смогла хотя бы в течение какого-то ограниченного промежутка времени подтвердиться практической работой со всеми ее положительными и отрицательными моментами .

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Бухарин Н. И. Революция и культура. М.: Изд-во Фонда им. Бухарина, 1993 .

349 с .

2 В защиту искусства: Классическая марксистская традиция критики натурализма, декадентства и модернизма / сост. и предисл. Л. Я. Рейнгардт; примеч .

Л. Я. Рейнгардт и В. А. Крючковой; Академия художеств СССР, Научно-исследовательский институт теории и истории изобразительных искусств. М.: Искусство, 1979. 479 с .

Волкогонов Д. А. Троцкий. Политический портрет. М.: АСТ, 1998. 416 с .

Крупская Н. К. Педагогические сочинения: в 10 т. / под ред. Н. К. Гончарова, И. А. Каирова, И. В. Чувашева. Подгот. текста и примеч. А. Г. Кравченко и Л. С. Фрид М.: Изд-во АПН, 1959. Т. 7: Основы политико-просветительной работы. 351 с .

Ленин В. И. Полн. собр. соч.: в 55 т. 5-е изд. М.: Политиздат, 1958–1966 .

Луначарский А. В. Культура на Западе и у нас. М.; Л.: Госиздат, 1928. 55 с .

Луначарский А. В. Пролеткульт и советская культурная работа // Пролетарская культура. 1919. № 7–8. С. 72 .

Свердлов Я. М. Избранные произведения. М.: Политиздат, 1957. Т. 1. 395 с .

Троцкий Л. Д. Литература и революция. М.: Политиздат, 1991. 400 с .

–  –  –

Abstract: Association of cultural and educational workers ' organizations, that went down in history under the name Proletkult, arose in October 1917. The activity of the Proletcult based on the theory of creation of a special, new (proletarian) culture by proletariat. There was a controversy over the theory, with main participants being the leaders of the Soviet government and the Bolshevik party. V. I. Lenin, L. D. Trotsky, Y. M. Sverdlov, N. K. Krupskaya, A. Y. Yakovlev which basically believed that it was not about a special culture, but the great cultural and educational activities to improve the cultural level of workers. After some deliberation, this viewpoint was also adopted by M. V. Frunze. Without denying the possibility of proletarians`s broad creativity, A. V. Lunacharsky shared this point of view, just as N. I. Bukharin viewed building the proletarian culture and forming ideal person as quite possible. In general, the theory of proletarian culture came to be a response to the search for paths of Russia`s further development in the early 20th century. Soviet leaders, under the influence of V. I. Lenin, refused its right to “singularity” and reduced the idea to daily cultural and educational work and practical creativity .

Keywords: proletarian culture, Bolsheviks, cultural construction .

Information about the author: Mikhail V. Yudin — PhD in History, Associate Professor, A. N. Kosygin Russian State University, The Institute of Slavic Culture, Khibinsky passage, 6, 129337 Moscow, Russia. E-mail: yudinm@yandex.ru Received: October 29, 2018 Date of publication: December 28, 2018 For citation: Yudin M. V. Proletarian culture through the eyes of the Soviet leaders .

Vestnik slavianskikh kul’tur, 2018, vol. 50, pp. 56–65. (In Russian) REFERENСES Bukharin N. I. Revoliutsiia i kul'tura [Revolution and culture]. Moscow, Izdatel'stvo Fonda im. Bukharina Publ., 1993. 349 p. (In Russian) V zashchitu iskusstva: Klassicheskaia marksistskaia traditsiia kritiki naturalizma, dekadentstva i modernizma [In defense of art: Classical Marxist tradition of criticism of naturalism, decadence and modernism], compiled and foreword by L. Ia. Reingardt;

notes by L. Ia. Reingardt i V. A. Kriuchkova; Akademiia khudozhestv SSSR, Nauchnoissledovatel'skii institut teorii i istorii izobrazitel'nykh iskusstvo. Moscow, Iskusstvo Publ., 1979. 479 p. (In Russian) Volkogonov D. A. Trotskii. Politicheskii portret [Trotsky. Political portrait]. Moscow, AST Publ., 1998. 416 p. (In Russian) Krupskaia N. K. Pedagogicheskie sochineniia: v 10 t. [Pedagogical works: in 10 vols.], by edited N. K. Goncharova, I. A. Kairova, I. V. Chuvasheva. Preparation of text and

notes A. G. Kravchenko i L. S. Frid Moscow, Izdatel'stvo APN Publ., 1959. Vol. 7:

64 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 Osnovy politiko-prosvetitel'noi raboty [Fundamentals of political and educational work]. 351 p. (In Russian) Lenin V. I. Polnoe sobranie sochinenii: v 55 t. [Complete works: in 55 vols.] 5-e izd .

Moscow, Politizdat Publ., 1958–1966. (In Russian) Lunacharskii A. V. Kul'tura na Zapade i u nas [Culture in the West and back home] .

Moscow, Leningrad, Gosizdat Publ., 1928. 55 p. (In Russian) 7 Lunacharskii A. V. Proletkul't i sovetskaia kul'turnaia rabota [Proletkult and Soviet cultural work]. Proletarskaia kul'tura. 1919, no 7–8, p. 72. (In Russian) Sverdlov Ia. M. Izbrannye proizvedeniia [Selected works]. Moscow, Politizdat Publ.,

1957. Vol. 1. 395 p. (In Russian) Trotskii L. D. Literatura i revoliutsiia [Literature and revolution]. Moscow, Politizdat Publ., 1991. 400 p. (In Russian)

–  –  –

МИР ЗДОРОВЬЯ И БОЛЕЗНИ В МОЛИТВАХ И ЗАГОВОРАХ

ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН В СРАВНИТЕЛЬНОМ ОСВЕЩЕНИИ

Аннотация: В статье рассматриваются тексты молитв и лечебных заговоров восточных славян с целью определения представлений о болезни и здоровье в православной и знахарской традиции. Анализируются причины болезни, способы их описания и называния, описание болезненного состояния, борьба с болезнью и следствия болезненного состояния. Выявляются особенности описания здоровья, способы его приобретения, цели, для которых здоровье необходимо. Тексты молитв и заговоров демонстрируют различное отношение к болезни, здоровью и самому человеку: молитвы акцентируют внимание на душевном состоянии больного, возможностях его духовного роста, заговор, напротив, ориентирован на избавление от недуга и приобретение земного благополучия в виде здоровья .

Сделан вывод о существенном несовпадении представлений о болезни и здоровье в заговорах и молитвах, что связано с различием мировоззренческих оснований православия и знахарства .

Ключевые слова: молитвы, заговоры, болезнь, здоровье, традиционная медицина, православие, восточные славяне .

Информация об авторе: Галина Сергеевна Поповкина — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока Российской академии наук, ул. Пушкинская, 89, 690001 г. Владивосток, Россия. E-mail: galina.popovkina@gmail.com Дата поступления статьи:13.03.2018 Дата публикации: 28.12.2018 Для цитирования: Поповкина Г. С. Мир здоровья и болезни в молитвах и заговорах восточных славян в сравнительном освещении // Вестник славянских культур .

2018. Т. 50. С. 66–78 .

Молитва и заговор — самые известные приемы традиционной медицины, которая в культуре восточных славян представлена знахарством и православным врачеванием — феноменами, которые мы и будем рассматривать в статье. В практике знахарей заговоры нередко называются молитвами, а лечебный обряд пронизан христианскими элементами. Однако их механическое усвоение не означает «христианизацию» знахарских практик. В связи с этим представляется целесообразным проанализировать тексты молитв и заговоров и определить, как понимаются болезнь и здоровье в православной и знахарской традиции .

Молитва неоднократно становилась предметом изучения у религиоведов, антропологов (М. Мосс, Э. Тайлор, F. Heiler), психологов религии (Ф. Е. Василюк, У. Джемс) 66 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 и лингвистов (О. А. Прохватилова). Выявлению образного строя и мировоззренческих компонентов заговоров посвящены ставшие классическими работы В. Н. Топорова, А. М. Астаховой. Сюжетика и картина мира, структура и семантика заговоров восточных славян рассматриваются в исследованиях Т. А. Агапкиной, М. В. Завьяловой, Е. Е. Левкиевской и др. Однако на фоне большого количества работ, исследующих молитву и заговор, обнаруживается недостаток исследований их отдельных аспектов .

В работе мы намерены выявить смысл понятий «болезнь» и «здоровье» в православной и знахарской культуре, используя сравнительно-сопоставительный метод анализа текстов лечебных заговоров и молитв «в болезнях». Для анализа были выбраны молитвы, рекомендуемые молитвословами для чтения практикующим1 православным христианам, и тексты заговоров, собранных в ходе полевых исследований на юге Дальнего Востока России, а также тексты, хранящиеся в фольклорном архиве кафедры русского языка и литературы Школы региональных и международных исследований Дальневосточного федерального университета .

Болезнь в молитвах

Причины болезни В православной традиции можно выделить два типа описания человека: первая исходит из двусоставности — человек есть душевно-телесное единство, вторая же рассматривает человека как трехсоставное существо — духовно-душевно-телесное единство [3]. Принципиальных противоречий между двумя этими взглядами на человеческую природу нет. Практически всегда можно рассматривать «дух» (человеческий) как высшие способности души. Главный объект забот христианина — его душа (очищение ее от грехов, стяжание Святого Духа, подготовка к жизни в будущем веке). Здоровье как благо было потеряно вместе с Раем вследствие грехопадения человека: человек стал болеть, и болен по своей поврежденной грехом природе. Страсти, грехи, скорби — болезненные состояния, с которыми человек вынужден жить .

Однако в православии болезнь не всегда считается исключительно неблагоприятным происшествием. Уже в древнерусских источниках прослеживается несколько вариантов отношения к болезни: как к Божьей каре за грехи; как знамение, отмечающее человека неправедного; как испытание, открывающее врата к святости [8]. В современной духовной литературе болезнь предстает событием, полезным в духовном отношении: это возможность очищения от грехов и получения «небесной мзды» [11] .

В некоторых случаях болезнь служит сигналом о «неполадках» в душевном состоянии и является напоминанием о необходимости покаяния, предостережением, по мысли Феофана Затворника, «в образумление, чтоб опомнился человек» [12] и т. п. Проследим, каким образом взгляд на болезнь и здоровье отражается в молитвах «о здравии» .

Главная причина болезни — поврежденная человеческая природа, исправление которой начинается с крещения [9, с. 395]. Причиной болезней в молитвах указываются человеческие грехи: «язвы неисцельны, за беззакония наша нас поразившия» и т. д. [9, с. 349, 362]; болезненное состояние души: «… егда душа грехми болезнует, часто и тело в болезнь впадает» [4, с. 317, 363]. Причем болезнь в таком случае понимается не как непременное, «прямое» наказание, а как следствие греха, т. е. невозможность Выражение «практикующий православный» употребляем по аналогии с распространенным на Западе выражением «практикующий католик», обозначающим человека не просто крещеного в католичество, но регулярно участвующего в богослужениях и Таинствах .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 «правильного», здорового существования ввиду наличия греховной язвы в духовном обустройстве человека .

Некоторые молитвы содержат подробное перечисление грехов: «… прогневах твою пречистую светлость и отгнах тя от себе всеми студными делы: лжами, клеветами, завистию, осуждением, презорством, непокорством, братоненавидением и злопомнением …» [9, с. 397]. Тем не менее человек просит Ангела-Хранителя простить, «укрепить» и сохранить «от всякаго искушения противнаго», быть помощником и заступником «на злаго сопротивника» [9, с. 398–399]. В молитве отчетливо проявляются особенности христианского мировоззрения: понимая невозможность не грешить вовсе, человек призывает на помощь ангелов и святых, так как и оставаться в искаженном, греховном состоянии тоже нельзя. Видимо, здесь имеет место отражение представлений о постоянной борьбе греховного и праведного в душе человека; заручившись поддержкой высших сил, человек с большей вероятностью победить сможет бороться с грехами и искушениями .

Физическое здоровье человека не мыслится без здоровья духовного: «Запрети духу немощи, отстави от него всяку язву, всяку болезнь …» [4, c. 383]. По этой причине испрашивается помощь в духовном устроении, а не спасении от болезней [9, с. 396] .

В качестве причины болезни также рассматривается бесовская напасть [9, с. 274], в связи с чем просят: « … не даждь места лукавому демону обладати мною, насильством смертного сего телесе …» [9, с. 398]. В молитвах нашло отражение представление о духовной реальности, возможность же такой «напасти» обусловлена греховностью человека. Поэтому молитвы часто оканчиваются испрашиванием благополучия для души: «Моли Христа Бога, да спасет души наша» и т. п. [10, с. 133] .

Описание, называние недугов В молитвах о здравии четко определены два типа болезней — душевные и телесные («Душевныя и телесныя язвы исцели, Госпоже Владычице, утоли болезни души и тела» и др. [10, с. 118; 9, с. 367, 389]). То есть, в соответствии с христианскими воззрениями, болеть может не только тело, но и душа. По-видимому, к болезням души следует отнести упоминаемые состояния печали [9, с. 360], скорби [9, с. 393, 405, 410, 411], озлобление [9, с. 405], уныние [5, с. 318], «страсти», которые следует «уврачевати» [9, с. 445]. Отметим, что слово «страсть» имеет несколько значений. Например, в значении «страдание» слово «страсть» может означать болезнь тела, а в значениях «сильное желание чего-либо запрещенного» или «плотские наслаждения» обозначает болезнь души [13, с. 483]. И телесная, и душевная болезни наносят вред человеку, поэтому в молитвах просят избавления от страстей. Слово «скорбь» также многозначное. Обычно оно понимается как «труд, болезни, подвиги, печали, теснота, лишение» [2, с. 1205], т. е .

физические страдания или тяжелые переживания. Однако в святоотеческой литературе «скорбеть на кого-либо» означает «обижаться, иметь неприятные чувства в отношении кого-либо» [5, с. 104–110]. «Скорбь» во втором значении оказывается более вредоносной для души, чем скорби тела или переживания из-за внешних жизненных обстоятельств .

Опасна для человека и душевная слепота, которая упоминается в молитвах наравне с телесной слепотой [4, с. 371, 382]. В данном случае имеется в виду «состояние души, не способной осознать истину» и «познать Бога», когда человек перестает замечать собственные грехи, не прилагает усилий к спасению бессмертной души — «не виТеория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 дит, каких благ лишается» [2, с. 680, 1209]. В молитвах нередко содержатся просьбы просветить «сердечныя очи наша ко зрению спасения» [10, с. 97], поскольку для христианина болезнь души опаснее болезни тела .

В молитвах особо выделяется «пагубное пристрастие к винопитию», «пагубное желание», «пристрастие душерастлительное к зелию богомерзкому», «когда жажда вина станет жечь … гортань». Очевидно, такое обилие образных выражений для обозначения алкоголизма в молитвах связано с его явным вредным воздействием на душевное состояние человека .

Хоть телесные болезни и выступают в молитвах как самостоятельная категория, но редко упоминаются их конкретные названия. Выделяются лишь некоторые: болезни глаз, слепота («слепота телесных очес», «очные болезни»), инфекционные заболевания, эпидемии («тлетворные ветры»), онкологические заболевания («раковыя болезни»), жар (огневица; лихорадка), «тяжкий недуг пьянства», особо говорится о вселении в человеческое тело бесов — бесновании (люди «бесноватые», «бесные»). Описания болезней и их характеристики встречаются редко, имеющиеся же обобщенны, неконкретны .

Так, в текстах чаще встречаются характеристики болезней вообще: (лютое) зло; гнетущий, лютый или неисцельный недуг, всегубительныя язвы, смертоносные или горькие болезни и т. д. В одном ряду стоят «напасти, скорби и болезни», «скорби, беды, напасти и злые обстояния». Как видим, в текстах молитв представлено довольно большое число синонимов и эпитетов к слову «болезнь», однако они не конкретизируют, не детализируют описание самой болезни, не выявляют ее более глубокий духовный смысл .

Описание болезненного состояния Описания болезненного состояния, его переживания больным неразнообразны и скупы, встречаются крайне редко и могут повторяться: «… на одре болезни лежащего и смертною раною уязвленнаго» и др. [9, с. 478; 10, с. 317]. Несмотря на то что недуг гнетущий, горький, неисцельный и всегубительный, отсутствует описание эмоционального и психологического состояния больного, чувства печали, боязни болезни или, наоборот, пренебрежительного отношения к ней. Содержащиеся в молитвах дополнительные сведения дают минимальное представление о том неудобстве, которое испытывает больной, «от болезни страдая люте» и надеясь лишь на помощь Бога. Прийти она может и через людей, через лекарства и т. п.: «И лекаря, и лекарства Бог создал … чтоб ими пользовались больные … И в человеческих средствах действие целебное от Бога» [12, с. 44–46]. Кроме того, уныние от пребывания в болезненном состоянии нежелательно и считается грехом, так как «Господь лучше нас знает, что для нас полезнее, а потому-то и посылает кому здоровье, а кому и нездоровье» [14, с. 206] .

Борьба с болезнью В текстах молитв борьба с болезнью, процесс изгнания недуга как таковые не описаны. За помощью в болезни обращаются с молитвой к святому, Богородице, реже — к Господу. В начале каждой молитвы содержится просьба о помощи в духовном устроении, потом — об избавлении от скорбей, т. е. в композиционном строе молитв отражается идея главенства духовного над телесным .

Следствия болезненного состояния Следствием болезненного состояния души, согласно текстам молитв, может быть ее гибель, лишение Царства Небесного: «праведный гнев Божий» [14, с. 72], опасTheory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 ность «вечных мук и огня геенскаго» и «шуияго стояния» [10, с. 68, 127]. Представления о нахождении грешников по левую руку от Господа («ошуюю») связаны с евангельской притчей об отделении овец и козлов (Мф. 25: 33). В связи с этим просьбы о благополучной земной жизни не отделимы от заботы о достойной христианской кончине и будущей жизни: «… да сподобимся молитвами вашими улучити кончину христианскую, безболезненну, непостыдну, мирну … безконечнаго же и блаженнаго Царствия Небеснаго наследницы будем» [9, с. 481]. То есть главное для человека — спасение души и обеспечение себе Царствия Небесного, телесное здоровье по сравнению с этой целью второстепенно .

Здоровье в молитвах

Описание здоровья Прямого описания здорового состояния человека в молитвах практически не содержится; в основном представление о здоровье создается с помощью эпитетов, обращенных к святому: «от бесов уязвленных исцелитель, паче же и самих бесов прогонитель, слепым прозрение, хромым хождение, сляченным исправление, болящим всем исцеление и здравие: от бед и скорбей избавление, печальным утешение» [10, с. 360, 446] и т. п., т. е. физическое здоровье — это «доброхождение», «прозрение», исцеление и пр .

В молитвах о здравии обнаруживается понимание здоровья как отсутствия недугов (так называемое отрицательное определение) «… невредимы сохраните от долгонедужия, от болезней лютых и неисцельных, от разслабления тела, от изступления ума, от смертоносныя язвы, от внезапныя смерти …» [12, с. 358]. Благодаря этому приему создается представление о здоровье вообще, без привязки к конкретной ситуации .

Приведенные строки показывают, что болезнь — «лишнее», ненужное, не присущее человеку изначально состояние .

В молитвах обнаруживается и психосоциальный аспект понимания здоровья .

Быть в благоденствии — значит быть «в правой вере твердых, во благочестии преспевающих, в добрых делех усердных, в молитве к Богу прилежных …» [4, с. 327; 9, с. 358]. Действительно, физически здоровый человек будет чувствовать себя намного благополучнее среди тех, кто разделяет его базовые духовные ценности (для христианина — это единоверцы). И напротив, длительное нахождение в коллективах с неприемлемыми для субъекта ценностями, убеждениями, ведет к фрустрации, а порой и психосоматическим заболеваниям, что подтверждается наблюдениями психологов и медиков .

Что может помочь обрести здоровье Молитвы указывают несколько путей обретения здоровья, которые в целом можно назвать жизнью в Церкви. Это, прежде всего, избавление от страстей: необходимо «уврачевать» их, а именно «обновить» «душу покаянием», «заповеди Господни непорочно сохраняти» .

Наиболее трепетные обращения с просьбой об исцелении — к Богородице [10, с. 71, 74 и др.]. Молящийся просит Богородицу: «… покрый нас честным Твоим омофором. Да избавлени будем от зол …» и т. д. [9, с. 450, 460]. Считается, что свойствами исцелять больных обладают и иконы с изображением Богородицы: «… видя, Владычице Дево Богородице, Твою пречудную и чудотворную икону, и приемлют исцеления душевныя и телесныя по Твоей милости» [9, с. 415] .

70 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 Наиболее часты молитвенные обращения с просьбой о здоровье к святым целителям («чудотворцы», «чудотворче», «целебниче», «врачу многомилостивый», «врачеве безмезднии» [9, с. 401, 406, и др.; 4, с. 326, 379]), имеющим «дар исцелений, дар прозрения, дар немощных душ врачевания» [9, с. 407]. «Благодать исцелений» — дар Господа своему угоднику, по молитвам к которому можно испросить у Господа выздоровление: «… пролей ко Господу Богу нашему теплыя твоя молитвы и испроси душам нашим оставление согрешений» и т. п. [9, с. 400–401, 410; 4, с. 378]. Чудодейственную силу исцеления имеет и обращение к мощам святых (в православной традиции поклонение мощам — это поклонение самому святому, а не просто останкам): «цельбоносные мощи», «приходящыя к цельбоносному твоему гробу с верою» и т. п. [9, с. 377, 378, и др.], поклонение чудотворным иконам: «… призри милостивым твоим оком на предстоящия люди и честней твоей иконе умильно молящиеся …» [9, с. 361]. Все исцеления подаются по воле Божьей, поэтому святые испрашивают выздоровление для человека у Господа [4, с. 382]. То есть святые воспринимаются как способ донести прошение человека до Бога и инструмент исполнения Его воли .

Цель, для которой необходимо здоровье В молитвах телесное и душевное здоровье — это тихая богоугодная жизнь, залог благой христианской кончины [10, с. 132], возможность испытать райское блаженство [10, с. 133], воскрешение и будущая жизнь. То есть душевное здоровье нужно не только для мирного земного существования, но и для достижения Царствия Небесного .

Итак, анализ текстов молитв о здравии позволяет построить образ болезни и здоровья в православной традиции. Причиной болезни тела понимается грех — это духовная поврежденность, которая зарождается в духе, которая вызывает неполадки как в душевно-духовном, так и в физическом состоянии человека. Болезнь — это ненорма для человека, она естественным образом связана с падшим человеческим состоянием, противоречит замыслу Бога о человеке: «Бог создал человека для блаженства»

[2, с. 672]. Выход из поврежденного состояния — то, что Церковь называет спасением .

Условием спасения является крещение, участие в таинствах, православная вера .

В текстах молитв не описывается процесс изгнания недуга, борьбы с болезнью .

Очевидно, это связано с тем, что известны причины всех болезней — греховная поврежденность человеческой природы и личные грехи человека. Соответственно, избавление от грехов способно привести к излечению. В молитвах не показываются чувства больного — печаль, страх, психологическая усталость и др. Такое невнимание к эмоциям связано, видимо, с тем, что, с одной стороны, физическое здоровье, по православным воззрениям, является следствием душевно-духовного состояния человека. С другой стороны, болезнь может быть не только наказанием за грехи, но и полезным в духовном отношении событием. Также важно понимание уныния как греха и вера, что Бог дает человеку только то, что будет ему полезно, поэтому печальные чувства в болезни неуместны и даже греховны. Душевное здоровье нужно не только для мирного земного существования, но и для спасения души и достижения Царствия Небесного — главной цели православного верующего, по сравнению с которой телесное здоровье отступает на второй план .

Как видим, в молитвах отражается взгляд на человека как на единство тела и души, здоровье души главенствует над здоровьем тела, а помочь обрести его может избавление от грехов и ходатайство святых, т. е. тех, кто сумел побороть собственную греховность .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50

Заговоры

Источники и причины болезни В заговорах, в отличие от текстов молитв, болезнь имеет четкие причины. Они могут быть нематериальными (испуг — «переполошная болезнь»; взгляд — «нагляненные уроки»; слово — «умовная рожа», «пересудная золотуха»; голос, звук — «голосные уроки»; мысль — «повумные уроки»; эмоции и чувства — «завистные и корыстные зубы»), места их происхождения — природные явления и локусы. Болезнь может наступить в результате некоторых событий или действий (встреча — «встречный лишай»; движение, ходьба — «хадзюча рожа»; сознательная передача — «даная кила» и др.) и даже от пищи («бабици кукурузьiни, барабульiни, житнi, бобовi, з бриндзi …»). Также болезнь может передаваться от лиц («Чи ты девочий, чи ты женочий, чи ты человечий, мужской?») и животных («переполох» может быть «овечий, скотятий, кiньский …»)2. Т. А. Агапкина, рассматривая универсальные сюжетные типы лечебных заговоров, выделяет следующие причины и источники недугов: вербальная деятельность и эмоциональные состояния человека (испуг, страх, взгляд, речь, голос, зов, проклятие, мысль, совет, эмоции) и некоторые действия и события (порча, зевота, встреча и др.) [1, с. 92–93, 100–105]. То есть недуг может возникнуть в результате разнообразных материальных и нематериальных причин, которые заговаривающий стремится определить, обозначить, назвать. В отличие от молитв, в заговорных текстах источники и причины болезни имеют бльшую конкретизацию и детализацию .

Описание, называние недугов В текстах заговоров, в противоположность молитвам, болезни не разделяются на какие-либо категории, типы или виды (например, болезни души и тела). Болезнь, от которой читается заговор, обязательно называется: «урокы-урочища …»; «рожа, ты, рожа», «лишай-лишаище», «колос, возьми свой волос»3. Более того, болезнь подробно описывается, дается ее многосторонняя характеристика: в заговоре от какойлибо одной болезни могут перечисляться несколько ее видов (которые, кстати, могут являться и причинами болезни). Например: «Рожа, ты, рожа, рожа белая, рожа синяя, рожа красная, рожа нагаданная, от черного глазу, от худого часу …», «… не дают клещам листовым, травным, кустовым, сподорожным, с тропинок, с сухих былинок … ни одному клещу хванеть не дадут»4. По справедливому замечанию Т. А. Агапкиной, описание болезни чаще всего задается перечнем прилагательных и причастий, выполняющих функцию определения при названии болезни и раскрывающих ее причины и особенности [1, с. 95]. В заговорах прослеживаются характеристики болезни по цвету («красная краснуха»), звуку (крикливые ночницы, оручий испуг), количеству (тридевять уроков), симптомам (горючий, болючий, сухотный), эмоционально-оценочные (худой, злой), а также соматические (жильный, костяной, головной), темпоральные (вековой, годовой, полуденный, ночной) и дополнительные признаки (о внешнем облике) (рожа красивая, пригожая, пухлая, сухая и др.) [1, с. 96–100]. Сравнивая белорусские и литовские заговорные тексты, М. В. Завьялова отмечает, что болезнь в них представФольклорный архив кафедры русского языка и литературы Школы региональных и международных исследований Дальневосточного федерального университета. 1979, папка 1, т. 2 (листы не нумерованы) .

Там же. 1981, п. 1, т. 7; 1979, п. 2, т. 9; 1981, п. 1, т. 7 (листы не нумерованы) .

–  –  –

лена в виде животного, растения, человека или отдельных частей, может сравниваться с деревьями, пресмыкающимися, и также обращает внимание на подробные описания болезней [6, с. 149–159] .

По всей видимости, характерное для знахарской практики понимание болезни как некой субстанции, которую необходимо удалить из мест локализации в организме пациента, для чего ее, например, «выливают» с помощью воска, смывают, смахивают, слизывают и т. п., отражается в заговорных текстах: в виде называния болезни, указания ее конкретных причин и подробных характеристик. Тщательное описание болезни, ее узнавание — начальный этап борьбы с ней, сродни постановке диагноза: болезнь легче лечить, если ее определить, тогда можно использовать весь арсенал механизмов воздействия на нее .

Описание болезненного состояния В заговорах, как и в молитвах, отсутствует сосредоточение на личности больного, который «безличен, лишен самостоятельных проявлений и характера, заговаривающего интересует только целостность его организма и признаки нормальной его жизнедеятельности» [6, с. 169]. Болезненное состояние заболевшего описано через действие болезни. Можно легко представить себе, что испытывает больной, у которого недуг ломает кости, пьет кровь и т. п., и что заговаривающий запрещает делать: «Тут тебе, роже, не сидеть, желтой кости не ломить, красную кровь не пить, красного тела не сушить …», «ни терти, ни мяти, ни кровь смоктати»5 и т. п. Такое опосредованное описание в заговоре — довольно яркое, образное, хорошо передает ощущение тяжести болезни. Полнота заговорного мира, его детализация, достигаемая при помощи «списков-перечней», составляет характерную черту заговорного универсума [15, с. 11] и связана с механизмом действия заговора, стремящегося воссоздать единство мира, его целостную и замкнутую структуру [7]. Более того, «детальное и всеобъемлющее описание … через систему эпитетов-определений … может расцениваться как специфическая черта восточнославянской заговорной традиции, выявляющая действующие внутри нее культурные механизмы … является основным способом излечения человека» [1, с. 108]. Итак, в заговорах, как и в молитвах, не акцентируется внимание на состоянии человека, однако это невнимание компенсируется детализированным описанием действия болезни, дающим представление о тяжести испытываемых больным ощущений .

Борьба с болезнью Мотив борьбы с болезнью в заговорах подробно изучен отечественными исследователями. Так, Т. А. Агапкина выделяет мотив борьбы с помощью постороннего (знахаря или его посредника), например: «Лишай, лишаище … Я тебе ссылаю на перекресток дорог …», мотив «принуждения» недуга к устранению — изгнание, уничтожение и др.: «Иди, ты, рожа, в темные леса, на гнилые колоды …»6. Распространены также мотивы удаления недуга в тот или иной локус, изгнания недуга в далекие, пустынные места или туда, где ничего не происходит и т. п. [1, с. 108, с. 117–145] .

М. В. Завьялова указывает в качестве основного персонажа, борющегося с болезнью, самого заговаривающего (который заговаривает и прогоняет болезни), могущественных субъектов (христианских святых, языческих божеств, мифических персонажей, Там же. 1979, п. 2, т. 9; 1992 г., п. 2, т. 9 .

–  –  –

птиц и животных), а также «набор важнейших орудий и средств борьбы с болезнями, которыми пользуются действующие лица» [6, с. 177] .

В мотиве борьбы с недугом также присутствует конкретизация, детализация локуса («на пень, на колоду, на холодную воду, на скакущих лягуш, на ползущих змей»

и т. п.7), в который изгоняют болезнь, и действий, направленных на ее уничтожение («волос заговоряю, вымовляю, с пальца иссылаю … огнем спаляю, дымом скуряю»8) и т. п. Как видим, процесс изгнания болезни в заговорах разработан очень подробно, ярко и образно и, по-видимому, продолжает начальный этап лечения — детальное описание заболевания .

В заговорах последствия неизлеченного недуга не рассматриваются, зато хорошо очерчены места пребывания болезни после избавления человека от нее: болезни уничтожаются, либо возвращаются туда, откуда пришли, либо изгоняются в гиблое или привлекательное для них место: «Иди ты, рожа, в темные леса, на гнилые колоды, там для тебя, рожа, мягкая постель и теплая квартира, пенья, кременья и белые каменья …»; «… Я тебе ссылаю на перекресток дорог, где коня ходят, про тебя говорят .

Они тебя копытами забьют, хвостом заметут и лишаи пропадут»9. По всей видимости, это связано с тем, что болезнь в мифологическом мировоззрении является некой зооили антропоморфной сущностью, которая если не изведена совсем, то должна где-либо находиться, и для лекаря важно, чтобы место ее пребывания было местом заточения, обезвреживания или дальнейшего уничтожения .

Здоровье в заговорах

Описание здоровья В заговорах представление о здоровье всегда связано с конкретной ситуацией, с данными, происходящими в настоящий момент времени событиями, а именно — процессом избавления от недуга. Здоровье — это отсутствие конкретной болезни, от которой заговаривают: «каб яно крэпенька спала, легенько устала»; «Руда, стань, кровь, не кань». То есть здоровье часто предстает как неназванная оппозиция определенной болезни. В этом случае подробное описание, «списки-перечни», касающиеся мира болезни, создают представление о мире здоровья, где нет «шшыпоты-ломоты», рожи «белой, синей, красной» и т. п. Главное для заговора — констатировать отсутствие болезни, непременно означающее здоровье, поэтому детализация в заговорах затрагивает больше болезнь, ее изгнание, а не описание будущего здоровья .

Что может помочь обрести здоровье Тема обретения здоровья в заговорах связана с темой борьбы с болезнью — то, что помогает в излечении, помогает приобрести здоровье. Значит, это могут быть сакральные персонажи — Богородица, апостолы, сам Господь. Иногда вместе с ними упоминаются мифологические помощники и сам заговаривающий [1, с. 166–171; 6, с. 177–178]. Видимо, в заговорных текстах обретение здоровья, как и описание самого здоровья, является неотъемлемым в случае избавления от болезни и поэтому не нуждается в подробной характеристике, так как все усилия заговаривающего сосредоточены на процессе излечения .

Там же. 1989, п. 1, т. 4 .

–  –  –

Цель, для которой необходимо здоровье По-разному в молитвах и заговорах представлена цель обретения здоровья. При анализе текстов заговоров создается представление о том, что обладать здоровьем необходимо для практических целей, например, чтобы вести благополучную земную жизнь, без болезней и увечий: «не имела в белом теле ни скорби, ни боли, ни щипоты, ни ломоты, ни уроков, ни призору»; «как водица светит, так бы у меня личико засветило»10 и др. Цель здоровья — красота и удобная жизнь; освобождение от болезни в заговоре не предполагает того, чтобы пациент становился лучше: избавлялся от недостатков, дурных черт характера, дурных привычек и пр. В этом проявляется конкретность, точность и узкая направленность заговора .

Итак, болезнь и здоровье в заговорных текстах получают разное освещение: болезнь, ее виды, причины, способы борьбы с ней детальны и подробны, представление о здоровье создается опосредованно. Думается, это связано и с назначением самого заговора: если заговор против какой-либо болезни, то все его врачевательные формулы и манипуляции направлены именно на уничтожение этой болезни. В этом смысле заговор очень конкретен, не растрачивает усилия на дополнительные и второстепенные для ситуации излечения моменты .

Болезнь предстает весьма опасным для страждущего событием, от нее непременно необходимо избавиться, не оставляя ей шансов остаться в организме человека ни в каком виде, для чего используется прием определения и называния болезни с последующим ее изгнанием или уничтожением. Причины заболевания в заговорных текстах могут быть различными, но все они имеют внешнюю по отношению к человеку природу: человек становится жертвой случайного или сознательно вредоносного внешнего воздействия .

Человек в заговорах во всех отношениях пассивен: он жертва болезни, не отвечает за ее «приобретение», т. е. в его действиях и поведении заговор не усматривает предпосылок к заболеванию. Человек не проявляет активности для избавления от имеющегося недуга, профилактики новых заболеваний или для совершенствования собственных морально-нравственных качеств. Цель заговора — обретение здоровья, которое выступает как непременное следствие отсутствия болезни, источник благополучия .

*** Таким образом, рассмотрев тексты молитв и заговоров, можно сказать, что понятия «болезнь» и «здоровье» в заговорах и молитвах существенно отличаются. Это обусловлено прежде всего различием мировоззренческих оснований православия и знахарства. Так, молитва — это предстояние перед Богом, свободная просьба, и потому Бог может ответить на нее, а может — нет; заговор — актуализация умения заговаривающего управляться с силами природы, повелевать ими, убеждать в своей силе; это магическое (силовое) воздействие, правильное исполнение которого обязательно должно приводить к выздоровлению. Выяснилось, что характеристики болезни, которым уделяется наибольшее внимание в заговорах (описание недуга, его источники, виды и т. п.), минимально акцентируются в молитвах. В заговорах глубоко проработана тема борьбы с болезнью как залога здоровья и благополучной жизни. Называние и описание болезни — это способ борьбы с нею: если болезнь названа, значит, узнана и будут найдены способы излечения .

Там же. 1968, п. 5, т. 45 .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50

Наоборот, такие важные для молитвы аспекты, как следствия болезненного состояния, цель, для которой необходимо здоровье, и др., в заговорах практически не затрагиваются. Для текстов молитв характерно особое внимание к душевному состоянию страждущего. Те же аспекты, которые одинаково освещены в обоих типах текстов, имеют совершенно разную направленность. Так, и в молитвах, и в заговорах не делается акцент на физических страданиях, психологическом и эмоциональном дискомфорте больного. В молитвах — потому что физическое тело и его ощущения, болезнь и здоровье второстепенны по сравнению с душевными страданиями, цель молящегося — спасение души и обретение Царствия Небесного. В заговорах же внимание заговаривающего сосредоточено на болезни, что необходимо для изгнания недуга и является начальным этапом борьбы с ним. Молитвы не уделяют внимания мотиву борьбы с заболеванием, что явно объясняется пониманием болезни как следствия греховной поврежденности, которая требует, прежде всего, работы человека над его душевными качествами .

Описание здоровья и в молитвах, и в заговорах происходит опосредованно, однако причины этого разные. Так, в молитвах не уделяется особого внимания физическому здоровью, потому что главное для христианина — душевное состояние, а здоровье имеет второстепенное значение. В заговорах же, как нам кажется, отсутствие акцента на здоровом состоянии связано с тем, что цель самого заговора — распознать, обозначить и тем самым обезоружить, изгнать болезнь. Называние, распознавание — это приемы борьбы с недугом, здоровье в заговорных текстах предстает как обязательное следствие исчезновения болезни .

Тексты молитв и заговоров демонстрируют различное отношение к болезни, здоровью и самому человеку. Молитвы акцентируют внимание на душевном состоянии больного, возможностях его духовного роста, болезнь в молитве — предостережение от грехов либо воздаяние за них, она может восприниматься как испытание, дающееся человеку для духовного очищения, получения небесных даров и т. п. В заговоре болезнь предстает как реальная проблема, сильно досаждающая человеку, заговор ориентирован на избавление от нее и приобретение земного благополучия в виде здоровья .

Таким образом, в молитвах и заговорах нашли отражение разное понимание болезни и здоровья в православной и знахарской традиции .

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Агапкина Т. А. Восточнославянские лечебные заговоры в сравнительном освещении. Сюжетика и образ мира. М.: Индрик, 2010. 824 с .

2 Букварь. Наука. Философия. Религия. М.: Православное Братство святых князей Бориса и Глеба, 2002. 1932 с .

Войно-Ясенецкий Лука. Дух, душа, тело. М.: ОБРАЗ, 2010. 128 с .

4 Все святые, молите Бога о нас: книга молитв и утешений во исцеление души и тела. М.: Ковчег, 2010. 624 с .

5 Душеполезные поучения и послания преподобного аввы Дорофея. Минск: СвятоЕлисаветинский женский монастырь, 2006. 336 с .

Завьялова М. В. Балто-славянский заговорный текст. М.: Наука, 2006. 563 с .

Завьялова М. В. Отражение некоторых особенностей построения заговорной картины мира в структурной организации текста (на материале литовских заговоров) // Studia Mythologica Slavica. 2000. № 3. С. 173–186 .

Мильков В. В. Древнерусское монашество и его отношение к недугам // Вестник славянских культур. 2015. Т. 36. С. 13–28 .

76 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 9 Молитвенный покров православного христианина. Н. Новгород: Нижполиграф, 2009. 704 с .

10 Молитвенный щит православного христианина. Молитвы в болезнях. Воронеж:

НПО «МОДЭК», 2005. 864 с .

Паисий Святогорец. Слова. М.: Издат. дом «Святая гора», 2006. Т. 4: Семейная жизнь. 328 с .

12 По трудам святителя Феофана Затворника. Болезнь и смерть. М.: Сибирская благозвонница, 2011. 95 с .

13 Православный молитвослов. Козельск: Оптина Пустынь, 2008. 496 с .

14 Собр. писем Оптинского старца Амвросия. М.: Оптина Пустынь, 2009. 768 с .

Топоров В. Н. Об индоевропейской заговорной традиции (избранные главы) // Исследования в области балто-славянской духовной культуры. Заговор .

М.: Наука, 1993. С. 3–103 .

–  –  –

Abstract: The article focuses on texts of prayers and healing spells of East Slavs to determine perceptions about disease and health in orthodox and healers` traditions. It also examines etiologies, methods of diseases` description and naming, diseased state, fighting disease and consequences of diseased state. The author highlights features of health description, ways to establish one`s health and purposes that call for availability of health. Texts of prayers and healing spells display various attitudes towards sickness, health and person itself: prayers draw special attention to the patient`s state of mind, opportunities of his spiritual growth, whereas spells, on the contrary, focus on the release from sickness and acquisition of earthly well-being in the form of health. The paper concludes by detecting an essential discrepancy of disease and health perceptions in healing spells and prayers which is due to the differences in worldviews of the Orthodoxy and folk medicine .

Keywords: prayers, healing spells, disease, health, traditional medicine, Orthodoxy, East Slavs .

Information on the author: Galina S. Popovkina — PhD in History, Senior Research, Institute of history, archeology and Ethnography of the peoples of the Far East of the Russian Academy of Sciences, Pushkinskaya St., 89, 690001 Vladivostok, Russia .

E-mail: galina.popovkina@gmail.com Received: March 13, 2018 .

Date of publication: December 28, 2018 For citation: Popovkina G. S. The world of health and disease in prayers and healing spells of East Slavs in comparative study. Vestnik slavianskikh kul’tur, 2018, vol. 50, pp. 66–78. (In Russian) Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 REFERENCES Agapkina T. A. Vostochnoslavjanskie lechebnye zagovory v sravnitel'nom osveshhenii .

Sjuzhetika i obraz mira [East Slavic healing spells in comparative study. Themes and worldview]. Moscow, Indrik Publ., 2010. 824 p. (In Russian) Bukvar'. Nauka. Filosofija. Religija [Abc-book. Science. Philosophy. Religion] .

Moscow, Pravoslavnoe Bratstvo sviatykh kniazei Borisa i Gleba Publ., 2002. 1932 p .

(In Russian) Vojno-Jaseneckij Luka. Duh, dusha, telo [Spirit, soul, body]. Moscow, Obraz Publ., 2010. 128 p. (In Russian) Vse svjatye, molite Boga o nas: kniga molitv i uteshenij vo iscelenie dushi i tela [All Saints, pray the Lord for us: book of prayers and consolations for the healing of soul and body]. Moscow, Kovcheg Publ., 2010. 624 p. (In Russian) Dushepoleznye pouchenija i poslanija prepodobnogo avvy Dorofeja [Edifying lections and messages of the Reverend Abba Dorotheus]. Minsk, Svjato-Elisavetinskij zhenskij monastyr' Publ., 2006. 336 p. (In Russian) Zav'jalova M. V. Balto-slavjanskij zagovornyj tekst [Balto-slavyan healing spell text] .

Moscow, Nauka Publ., 2006. 563 p. (In Russian) 7 Zav'jalova M. V. Otrazhenie nekotoryh osobennostej postroenija zagovornoj kartiny mira v strukturnoj organizacii teksta (na materiale litovskih zagovorov) [Reflection of some features of creation of a spell`s worldview in a structural organization of the text (based on studies of the Lithuanian spells)]. Studia Mythologica Slavica, 2000, no 3, pp. 173–186. (In Russian) 8 Mil'kov V. V. Drevnerusskoe monashestvo i ego otnoshenie k nedugam [Old Russian monkhood and its attitude towards illnesses]. Vestnik slavianskikh kul'tur, 2015, vol. 36, pp. 13–28. (In Russian) Molitvennyj pokrov pravoslavnogo hristianina [Prayful shroud of the orthodox Christian]. Nizhnij Novgorod, Nizhpoligraf Publ., 2009. 704 p. (In Russian) Molitvennyj shhit pravoslavnogo hristianina. Molitvy v boleznjah [Prayful shield of the orthodox Christian. Prayers in time of illness]. Voronezh, NPO “MODJeK” Publ., 2005. 864 p. (In Russian) 11 Paisij Svjatogorec. Slova [Words]. Moscow, Izdatel'skij dom “Svjataja gora” Publ.,

2006. Vol. 4: Semejnaja zhizn' [Family life]. 328 p. (In Russian) Po trudam svjatitelja Feofana Zatvornika. Bolezn' i smert' [Through works of the prelate Theophan the Recluse. Disease and death]. Moscow, Sibirskaja blagozvonnica Publ., 2011. 95 p. (In Russian) Pravoslavnyj molitvoslov [Orthodox prayer book]. Kozelsk, Optina Pustyn Publ., 2008. 496 p. (In Russian) Sobranie pisem Optinskogo starca Amvrosija [Collection of letters of the Optinsky elder Ambrose]. Moscow, Optina Pustyn Publ., 2009. 768 p. (In Russian) 15 Toporov V. N. Ob indoevropejskoj zagovornoj tradicii (izbrannye glavy) [On IndoEuropean zagovorny tradition (selected chapters)]. Issledovanija v oblasti baltoslavjanskoj duhovnoj kul'tury. Zagovor. [Studies in the field of balto-slavic spiritual culture. Spell]. Moscow, Nauka Publ., 1993, pp. 3–103. (In Russian)

–  –  –

Аннотация: Религиозным феноменом современной России следует признать одно из направлений в «палитре» новых религиозных движений — русское язычество. Характерными особенностями отечественного этноориентрованного «родноверия», «младоязычества» и т.п. являются конструируемый мировоззренческий оксюморон, эклектика ритуалов и символов. Вместе с тем с момента возникновения (вторая половина 70-х гг. XX столетия) русский вариант движения сохраняет набор констант, в том числе организационного плана. В статье рассматриваются направления и организации русских язычников на современном этапе, особенности социального портрета рядового представителя движения и мотивации, побудившие неофита «погрузиться в традицию». Отдельное внимание уделяется проблеме лидерства, безусловно претендующей на роль одной из первоочередных не только в пространствах исторического дискурса — роль личности в истории, но и в системе парадигм современного религиоведения. Именно харизматические лидеры (в трактовке А. Баркер) формируют структурированные организации новых религиозных движений и активно влияют на так называемую культовую среду .

Ключевые слова: современное русское язычество, национализм, сообщество, община, параллель, идеолог .

Информация об авторе: Роман Витальевич Шиженский — кандидат исторических наук, доцент, Нижегородский государственный педагогический университет им. К. Минина, ул. Ульянова, д. 1, 603950 г. Нижний Новгород, Россия.

E-mail:

heit@inbox.ru Дата поступления статьи: 25.01.2018 Дата публикации: 28.12.2018 Для цитирования: Шиженский Р. В. Русское язычество XXI в.: идеологи, организация, направления // Вестник славянских культур. 2018. Т. 50. С. 79–92 .

Религиозное пространство Российской Федерации второго десятилетия XXI в., кроме традиционного присутствия мировых религий, характеризуется и целым «соцветием» новых религиозных движений. Одним из ярких проявлений новой религиозности следует признать современное русское язычество. Отметим, что данный феномен, с точки зрения хронологии, отнюдь не нов для советской, постсоветской России и в настоящее время разменивает сорокалетний юбилей [29, c. 30]1. Вместе с тем отмеченная Иной точки зрения на зарождение нового язычества придерживается религиовед А. Гайдуков, относящий появление первых групп последователей современного русского политеизма к концу 1980-х гг .

[9] .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 автором ранее (2011) особенность отечественного варианта движения — «мировоззренческая пролификация» [1] (прорастание какого-либо органа растения из другого органа, закончившего рост) — гиперактуальна и в настоящее время. Русский политеизм XXI в. (пантеизм, супремотеизм и т. д.) представлен калейдоскопом личностей, направлений и идеологий, в массе своей создающих бессистемный феномен конструируемого «младоязычества» .

Несмотря на склонность движения к бесконечным трансформациям, среднестатистический русский язычник сохраняет «портретную константу». В результате проведенного сравнительного анализа анкетных опросов 2014 и 2015 гг., направленных на определение социального портрета современного представителя языческого движения и осуществленного силами исследовательского коллектива лаборатории «Новые религиозные движения в современной России и странах Европы» Нижегородского государственного педагогического университета имени К. Минина, можно сделать следующие выводы: во-первых, вопрос о гендерной принадлежности показал, что на Купальских праздниках превалирует мужской компонент — 138 человек (59%) от общего числа опрощенных в 2014 г. и 257 (60%) человек в 2015 г. являлись представителями мужского пола. Во-вторых, самым популярным возрастом среди адептов языческого мировоззрения стал 31 год. В-третьих, вопрос об уровне образования выявил, что подавляющее число опрошенных респондентов обладает высшим образованием .

В-четвертых, в сфере профессиональной деятельности самым распространенным ответом стал — руководитель среднего звена. И, наконец, в-пятых, наиболее массовым ответом на вопрос о месте жительства современного язычника стал — «город федерального значения», что подтверждает тезис научного сообщества о том, что данное движение вышло из урбанистической среды [28, с. 19–29; 32, с. 210–214] .

Функцию единственного регулятора, формирующего мировоззренческий базис конкретного объединения, как и в большинстве новых религиозных движений, берет на себя лидер общины — жрец, волхв, верховода [25, с. 148; 28, с. 130–139]. Согласно данным анкетирования участников купальского праздника (2015 г., р-н с. Игнатьевское Малоярославецкого р-на Калужской обл.), из пяти вариантов ответов: «религиозная», «административная», «хозяйственная», «информационная» и «свой вариант», рядовые респонденты языческих общин расставили приоритеты лидерского функционала следующим образом: наибольшее число язычников в качестве определяющего вида деятельности указали на религиозную функцию. Данному варианту ответа отдали предпочтение 179 (из 429), что составило 41,7%. Второе место, по мнению адептов движения, занимает информационная составляющая. За данную позицию проголосовало 89 респондентов (20,7%). В качестве доминирующей функции общинного лидера административную составляющую выделили 44 человека, или 10,3%. На последнем месте по популярности находится хозяйственная роль языческого «вождя». Как первостепенную ее выбрало 39 (9,1%) присутствующих на празднестве. Стоит отметить, что 69 (16,1%) респондентов предложили альтернативные варианты «лидерского функционала». Наиболее интересными из ответов, на наш взгляд, являются следующие: «лидер общин — это и отец, и брат, и князь», «сексуальное воспитание», «религиознообщественная», «миротворческая», «традициональная», «ведовская», «моральная» [31, с. 278–282] .

Таким образом, определение круга причин приобщения к язычеству руководителя объединения как фигуры универсальной и «незаменимой», являющейся отражением движения в целом, представляется крайне важным. Для ответа на вопрос «Почему 80 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 я стал язычником?» среди лидеров славянских общин был проведен интернет-опрос с 05.07.2015 г. по 16.04.2016 г. В опросе было задействовано двадцать пять респондентов (двадцать один мужчина и четыре женщины), представляющих следующие союзы, общины и объединения: «Велесов Круг», «Союз Славянских Общин Славянской Родной Веры», «Великий Огонь», «Круг Языческой Традиции», «Союз Венедов», «Троесвет», «Световид», «Коляда Вятичей», «Велесово Урочище», «Земля Даждьбога», «Родуница», «Хоровод», «Славянский Круг», «Сварожичи», «Svarte Aske», «Наследие» .

Кроме того, на открытый вопрос ответили представители от сочувствующей или языческой прессы — издательства «Русская Правда» и газет «Родные просторы» и «За русское дело». Территориально в опросе приняли участие граждане Российской Федерации (Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск, Красноярск, Рязань, Калуга, Рыбинск, Пермь), Словении (г. Любляна), Чехии (г. Прага), Украины (г. Житомир) и Республики Беларусь (г. Минск). Полученные в ходе интервью ответы включены в следующие блоки: 1. Рок, судьба родиться язычником («родновером»); 2. Национальное самосознание;

3. Духовный поиск; 4. Принятие веры благодаря другу / человеку со стороны; 5. Влияние семьи [30, c. 214–215] .

Соответственно, главные причины, повлиявшие на мировоззренческий выбор респондентов, — рок (судьба) и национальное самосознание. Следует отметить, что данный выбор рассматриваемой религиозной группы закономерен. Пассионарность и эксцессивность (от англ. excess — избыток, превышение, излишество) (операционализацию понятия в настоящее время разрабатывает религиовед Л. И. Григорьева) лидеров группы проявляется через конструирование собственного ремифологизированного мировоззрения — осознание собственного языческого «Я». Последнее, безусловно, если не базируется, то включает элементы эскапизма. Соответственно, выделение рока (судьбы) как первостепенной причины, побудившей будущих лидеров движения обратиться к язычеству, следует рассматривать в одном холистическом контексте с тезисами о беспрерывности традиции, золотом веке. Представляя себя «традиционным» язычником, следуя заданным правилам игры, прозелит аксиомически считает, что был им изначально. Национальный компонент как первопричина «вхождения» в языческое мировоззрение фиксируется в сегодняшнем варианте движения с момента его зарождения (вторая половина 1970-х гг.). Сошлемся на идеи язычника от политики В. Н. Емельянова и политика от язычества А. А. Добровольского. Историчность компонента (знакомство сегодняшних неофитов с языческим национальным миром в первую очередь через печатный продукт «дидаскалов») усиливается поиском все того же золотого века и логически обусловленными переживаниями, связанными с утратой русским (славянином) достойного места в социально-политических реалиях. Вплоть до настоящего момента определение степени радикализации языческого национализма является первостепенной задачей для ряда российских исследователей [34] .

Рассматривая роль лидеров в русском язычестве XXI в., нельзя не отметить важнейшее «оружие», позволяющее вождям и удерживать адептов, и привлекать неофитов. Роль «идеологического магнита» в последнее время успешно выполняет «новояз». Современный языческий язык представляет сложный многогранный феномен, формирующийся на стыке филологии, этнографии и истории. Под новым языком новых язычников, во-первых, следует понимать сакральный язык [12; 3]2, используемый современными волхвами в религиозных практиках и представляющий собой эклектику В настоящее время анализ языческого «новояза» научным сообществом не проводился. Исключением является статья Г. С. Самойловой, посвященная рассмотрению языческих имен [19] .

Theory and history of culture Вестник славянских культур. 2018. Т. 50 из сохранившихся этнографических, фольклорных источников, и мифологических, заговорных текстов идеологов движения. Во-вторых, «новояз» — этнический идентификатор, через терминологию определяющий конструируемую принадлежность той или иной общины [8, с. 14–19; 18, с. 18]. В-третьих, новый язык — своеобразный двигатель новой языческой истории, формирующий «правильное» прошлое за счет все того же «купажа» академических данных и собственной истории родноверческих вождей [4; 5;

6; 2] .

Отдельного внимания заслуживает рассмотрение самой структуры современного русского язычества. За всю историю данного типа отечественного НРД можно выделить следующие типы «языческого функционирования»: язычник-индивидуал, идеолог-одиночка, языческая семья, вече/совет, языческая конференция, языческий интернет-ресурс, община, союз общин, языческая конфедерация, языческое поселение .

Останавливаясь на первом типе — «язычник-индивидуал», приведем в пример общую тенденцию в современном религиозном сознании, направленную на индивидуализацию религии, выделяемым зарубежными исследователями (Т. Лукман, Р. Белла) стремлением индивида к вере без организации, появлению «лоскутных верований» (ЭрвьеЛеже), основанных на книгах, интернет-сайтах, лекциях [13, с. 103–112] и Ясперовской «слепой веры» — верой без содержания. Кроме того, господство в русском язычестве индивидуального подтверждается и материалами анкетных опросов3 .

Тип «идеолог-одиночка» — изначальный и несменяемый тип данного мировоззренческого феномена. Существующее в настоящее время русское направление языческих исканий создавалось стараниями индивидуала Доброслава, дошедшего до «своего язычества» через событийный ряд, включивший полуторагодовую работу А. А. Добровольского продавцом в естественнонаучном отделе крупнейшего букинистического магазина г. Москвы, покупку в 1969 г. библиотеки и увлечение эзотерикой, парапсихологией, историей; изучение дохристианского мировоззрения славян с конца 70-х гг. XX в.; переезд из Москвы в г. Пущино (1986) и разработка собственной системы целительства; создание Московской Языческой Общины («МЯО») в 1989 г .

и начало просветительской деятельности и период 1990–2013 гг. — время отшельничества. Случай Доброславовского язычества уникален. Выбрав путь просветительства, Добровольский, оставаясь вне структурированных языческих организаций (в том числе стихийно-аморфного «Русского освободительного движения», главой которого он был утвержден), реализовал и тип «языческой семьи» — начиная и заканчивая свое доОдин из блоков опроса 2015 года ставил своей целью определение общинного статуса присутствующих на купальском празднике. Данный вопрос вызвал затруднения у 47 опрошенных (11% от общей совокупности). Преобладающее число язычников — 321 человек (74,5%), не являются членами общиной структуры. Соответственно, лишь 61 респондент (14,2%) состоит в той или иной языческой организации. При этом название своей общинной структуры указали 52 респондента, 9 человек предпочли данную информацию не разглашать. Безусловно, особенностью состава участников праздника от общинно-союзной среды является весьма скромная доля последних в общем количестве прибывших на Купалу. В причинах наблюдаемой индивидуализации еще только предстоит разобраться как исследователям феномена, так и самим последователям язычества XX–XXI веков. Однако, опираясь на вышеизложенное, можно говорить об определенном размывании религиозно-мировоззренческих ориентаций среди представителей современной языческой религиозности. Наблюдаемый терминологический бриколаж, характеризующий религиозные взгляды респондентов, на наш взгляд, напрямую связан со слабой институциализацией славянского язычества, что еще раз свидетельствует о пестроте и неоднородности данного феномена как по форме (в виде отсутствия развитой общинной структуры), так и по содержанию (в виде отсутствия у большинства адептов как догматических, так и обрядовых составляющих вероучения)» [29, с. 279–280] .

82 Теория и история культуры Vestnik slavianskikh kul’tur. 2018. Vol. 50 бровольное отшельничество в окружении детей, разделяющих его мировоззренческие взгляды. Более того, прямое отношение к Доброславу имеет возникновение общества «Стрелы Ярилы» — объединения читателей А. А. Добровольского, и попытка создания первого языческого поселения. Так же весьма интересен языческий путь идеологов Велимира (Н. Н. Сперанского) и Велеслава (И. Г. Черкасова). Будучи язычником-индивидуалом, резчиком, художником и писателем, Велимир становится лидером «Коляды Вятичей», одним из членов совета «Круга Языческой Традиции» (далее — «КЯТ»), фактическим создателем еще одного проекта культурного центра «Живица», затем уходит из всех объединений и продолжает издавать авторские работы, посвященные собственному язычеству, время от времени проводит обряды как для внеобщинных групп, так и для бывших товарищей. Велеслав, кроме соруководства «Велесовым Кругом» (далее — «ВК»), возглавляет фактически «общину одного человека» «Родолюбие», массово издает вероучительную литературу под собственным «идеологическим брендом» «Шуйный Путь». Таким образом, идеологи-одиночки — тип как постоянный, прослеживающийся на всех этапах существования феномена, так и крайне изменчивый, зависящий и подстраивающийся под конкретные внешние и внутренние факторы и способный проявить себя на разных хронологических отрезках жизни и творчества конкретного языческого идеолога. Фиксированное непостоянство рассматриваемого типа отечественного нативизма подтверждает тезис об универсальной роли в движении лидера-идеолога, «перепрыгивающего» из типа в тип и способного находиться в новом качестве значительное количество времени .

Опыт «родноверческих» семей реализован в рязанской общине «Троесвет» [33, с. 102–116], костяк которой составляли семь семей (в настоящее время четыре). В целом, в общине двадцать пять взрослых, большинству из которых около тридцати лет .

Отметим, дети, т. е. представители второго поколения, принимают участие в празднично-обрядовом цикле объединения. Многие носят языческие онимы (Мирослав, Яросвет), реконструкторскую одежду и т. п .

Еще один пример типа «языческих семей» — община-поселение «ПравоВеди» .

«Семейно-родовое селение», расположенное вблизи Коломны, насчитывает порядка пятидесяти человек, ядро составляют родственники главы Ма-Лены (Е. Мартыновой) .

Члены общины разработали собственный календарь, основы мифологии. Ма-Лена является автором ритуальных текстов, сценариев праздников и др. Как отмечает исследователь данного объединения А. А. Ожиганова, «ПравоВеди» отличается рядом особенностей от иных объединений русских язычников: «Во-первых, Ма-Лена и ее последователи совершенно чужды русской националистической идеологии и, более того, в принципе отрицают существование наций. Во-вторых, имея лишь среднее профессиональное образование, Ма-Лена ни в коей мере не относит себя к кругу интеллектуалов, знатоков древнерусской культуры и истории и полагается не столько на книги, сколько на свое чутье, или “дар”. Наконец, многие исследователи отмечают, что группы русских неоязычников представляют собой исключительно мужские сообщества … .

Но матриархальный уклад “ПравоВеди” и выполнение Ма-Леной жреческих функций идет вразрез с выраженными патриархальными установками русской неоязыческой субкультуры» [16, с. 37; 7, с. 1–2] .



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |



Похожие работы:

«Школа и вуз в зеркале советского и российского кинематографа Москва, 2018 Файл загружен с http://www.ifap.ru Федоров А.В., Левицкая А.А., Горбаткова О.И., Челышева И.В., Мурюкина Е.В., Михалева Г.В., Сальный Р.В., Шаханская А.Ю. Школа и вуз в зеркале советского и российского кинем...»

«Положение II международного конкурса баянистов и аккордеонистов "AccoPremium 2018" Международный конкурс "AccoPremium", созданный белорусским баянистом, солистом Гомельской областной филармонии, победителем всероссийских и международных конкурсов Трофимом Антиповым, ставит перед собой...»

«ПРЕОБРАЖЕНИЕ: СНАЧАЛА УМ, ПОТОМ МЫШЦЫ Метод "Полного погружения" как способ обучения наиболее эффективной технике плавания на основе поэтапных серий развивающих упражнений сегодня получил широкое признание. Но я считаю, что главное отличие ПП от традиционного подхо...»

«Областное государственное бюджетное профессиональное образовательное учреждение "Ульяновский техникум питания и торговли" РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК Для специальностей 43.02.15. Повар...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Кафедра русского языка как иностранного и методики его преподавания Мельчакова Наталья Николаевна ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКАЯ ГРУППА "ФЛОРА ЛЕСА": ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ Выпускная квалиф...»

«https://doi.org/10.30853/filnauki.2019.1.56 Флорова Валерия Сергеевна МЕТАФОРА ЕДЫ-ЛЮБВИ В СОНЕТАХ ШЕКСПИРА Статья посвящена вопросу о развитии метафоры еды-любви у елизаветинских сонетистов и Шекспира. Прослеживается исток метафоры в народной культуре и анакреонтической поэзии, а также рассматривается её преобразование в сонетных циклах Ф. Сидни, Г. Констебла, Э. Спенсера, Р. Барнфилда и У. Шекспира....»

«ВЕСТНИК АНТРОПОЛОГИИ / НОВАЯ СЕРИЯ / 2018 № 2(42) ВЕСТНИК АНТРОПОЛОГИИ HERALD OF ANTHROPOLOGY № 2(42) 2018 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая ===============...»

«УДК 582.734.3 А.С. Бахтаулова1, Б. Бекманов2, Ж.Ж. Канагатов1 Жетысуский государственный университет им. И. Жансугурова, Талдыкорган, Казахстан; Институт общей генетики и цитологии КН МОН РК, Алматы, Казахстан (E-mail: bahtaulova@mail.ru) Мо...»

«13 The International Encyclopedia of Sociology. N. Y., 1984. P. 114. 14 Bell D. Ethnicity and Social Change//Ethnicity. Theory and Experience. Cambridge (M ass.), 1975. P. 141— 142. 15 Bell D. Op. cit. P. 171. 16 Ibidem. P. 169. 17 Ibidem. P....»

«Министерство культуры Новосибирской области Новосибирский государственный театральный институт 630099 Новосибирск ул. Революции, 6 ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО о VI Всероссийском конкурсе исполнителей художественного слова и III Всероссийской научно-практической конференции...»

«Октябрь–2013 Новый год новые старты! Вот и пролетели вновь каникулы, и на смену летней жаре пришла дождливая осень. Начался новый учебный год. Снова закипела активная учебная и спортивная деятельность студентов, состав которых традиционно попол...»

«Москва, 2017 УДК 37.01 + 796 + 613 ББК 74.00 + 75.11 + 51.204.0 Т95 Т95 Тьюторские проекты в области развития физической культуры в условиях внедрения ФГОС и ВФСК ГТО: Электронный сборник материалов Всероссийского конкурса тьюторских проектов в области развития физической культуры / под ред. Т.О. Дегтяревой – Мо...»

«АДМИНИСТРАЦИЯ ГОРОДА ПЕРМИ ПРИКАЗ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ КОМИТЕТА ПО ФИЗИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЕ И СПОРТУ 24.05.2018 № СЭД-059-15-01-03-94 Ъ присвоении и подтверждении ' спортивного разряда В соответствии с Федеральным законом от 04.12.2007 № 329-ФЗ "О физической культуре и спорте в Российской Федерации", Полож...»

«другими подходами (зарядкой, выправлением режима питания) сильно увеличить продуктивность. Полнота (ожирение). При сидячем образе жизни человек зачастую набирает лишний вес. Если не выполнять дополнительных физических нагрузок эта проблема проявится и у работника 1Т-сферы. Д...»

«Аннотация к программам УД, ПМ Индекс Наименование УД, ПМ Краткая аннотация О.00 Общеобразовательный цикл Область применения программы: Программа предназначена для изучения дисциплины "Русский ОДб.01. Русский язык язык" в учреждениях средне...»

«Электронное приложение к сборнику XXVII ЧЕЛОВЕК, ЗДОРОВЬЕ, ФИЗИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА И СПОРТ В ИЗМЕНЯЮЩЕМСЯ МИРЕ HUMAN, HEALTH, PHYSICAL CULTURE AND SPORTS IN A CHANGING WORLD Коломна / Kolomna МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ ГУО ВПО "Государственный социально-гумани...»

«ПРИГЛАШАЕМ ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ШОУ-КОМАНД Dance Monsters Fest Положение 4-5 мая 2019 года Почему важно участвовать в Dance Monsters: • Достойный призовой фонд в денежном эквиваленте • Достойные призы от спонсоров и партнеров • Компетентные судьи, представители зарубежья и Украины • Профессиональная сцена с танцева...»

«Цикл лекций по развитию гражданской культуры населения Красноярского края Лекция №6 Взаимодействие со СМИ органов государственной власти Игорь Астапов Мне бы хотелось построить сегодняшнюю встречу не в формате лекции, а в режиме диалога на любую из тем, касающихся средств массовой информации, медиа и т.д. Д...»

«Автономная некоммерческая организация высшего образования "МЕЖДУНАРОДНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ В МОСКВЕ" Аспирантура Кафедра прикладной культурологи и социокультурного менеджмента ПРОГРАММА научных исследований аспирантов направления подготовки 42.06.01 "Средства массовой информации и информационно-библиотечное дело" Про...»

«УТВЕРЖДЕН приказом начальника управления культуры администрации городского округа "Го род Калининфад" Ыi * от " ". ^ J г ZS /С года № / 3 ^ ник управления культуры ации городского округа нинград" Сикоза С.Ф. X 2010г.ИY-:V Копия изготовлена с устава ‘ ридияее^ого ю лица ОГРН у •’ представленного при внесший#.вЕГРЮЛ записи...»

«2 РЕФЕРАТ Магистерская работа по теме "Доминирующие культурные смыслы в сознании современной молодежи" содержит 115 страниц текстового документа, 1 приложение, 100 использованных источников. СОЗНАНИЕ, МОЛОДЕЖЬ, МОЛОДЕЖНОЕ СОЗНАНИЕ, КУЛЬТУРА, КУЛЬТУРНЫЕ СМЫСЛЫ, СОВРЕМЕННАЯ МОЛ...»

«УДК 061.237:728.48 ББК 63.3 П63 Постоногов, Ю.И., Постоногов, Е.И. 75 лет Екатеринбургскому аэроклубу им. А.К. Серова . Тюмень: Ситипресс, 2010. 320 с., илл. П63 ISBN 978-5-98100-140-6 Книга посвящается юбилейной дате аэроклуба,...»

«Министерство культуры Российской Федерации Министерство культуры Хабаровского края Хабаровский государственный институт культуры НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ ТВОРЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА МОЛОДЁЖИ: ПРОЕКТЫ, РАЗРАБОТКИ, СЦЕНАРИИ, ТВОРЧЕСКИЕ ИНТЕРПРЕТАЦИИ В СОЦИАЛ...»

«Alexander Griboyedov Distress from Cleverness Александр Грибоедов Горе от ума.а Alexander S. Griboyedov DISTRESS FROM CLEVERNESS Тranslated Ьу Beatrice Yusem А. С. Грибоедов Горе от ума Комедия в четырех действиях, в стихах Английский перевод Беатрис Юсим Издательство...»

«WORLD FOLK VISION – РОССИЯ Всемирный Фестиваль-конкурс национальных культур и искусств 5-10 января 2019 Место проведения – г Сочи Аккредитованный отель – отель "Жемчужина", Официальный партнер гала концерта Зимний театр г. Сочи www.worldfolk.vision...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.