WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

«И л ь а с Г. Га м И д о в Бакинский славянский университет O некоторых особенностях категории утверждения/отрицания в ...»

Nowa Polityka Wschodnia 2018, nr 1(16) ISSN 2084-3291

DOI: 10.15804/npw20181608 s. 125–138

www.czasopisma.marszalek.com.pl/pl/10-15804/npw

И л ь а с Г. Га м И д о в

Бакинский славянский университет

O некоторых особенностях категории

утверждения/отрицания

в паремиологических единицах

About Some Features of The Approval / Denial Category in Paremiological

Units

Abstract

The article deals with the role of affirmative / negative category in the formation of paremiological units. The qualification of this category at the level of architectonics of an ordinary sentence does not coincide with its role in the structure of paremiological units .

In paremiological units negation acts as model-making-factor and constituenty of these models. Special negation functions model-making, too this kind of negation functions mainly as articulation in ordinary sentences .

Paremiological units exit in general and negative orbits and do not accept double negation. The reason is that semantic structure of negation in paremiological units is of independent constructive character and does not lean on affirmative meaning from opposite side and its paradigms .

Keywords: category of affirmation / negation, general negation, special negation, paremiological units 126 A R T Y K U Y О некоторых особенностях категории утверждения/отрицания в паремиологических единицах Аннотация В статьи речь идёт о категории утверждения/ отрицания в паремиологических единицах. Квалификация этой категории на уровне постройки простого предложения не отвечает роли в паремиологических единицах. В паремиологических единицах отрицание выступает в роли творческого фактора .

Функция отрицания выступает в роли артикуляции в простых предложениях. Паремиологические единицы бывают общие и у них нет двойного отрицания. Это потому что у семантической структуры отрицания в паремиологических единицах независимый характер конструкции предложения и она не опирается на позитивном значении противопоставлений и их парадинм .

Ключевые слова: категория утверждения/ отрицания, общее отрицание, специальное отрицание, паремиологические единицы

1. Лингво-логическая суть категории утверждения/отрицания, роль отрицания в конституировании структуры предложения становились предметом достаточно серьезного внимания в трудах известных ученых. Между тем не до конца решенными все еще остается целый ряд вопросов, связанных с определением степени значимости отрицания в семантико-структурной организации синтаксических единиц различных уровней, а также его потенциальных возможностей и  особенностей в структурации языковых единиц различной степени фразеологической устойчивости. Иначе говоря, вопрос о  том, в какой степени реализуются коррелятивные возможности сторон единой категории утверждения/отрицания в тех или иных семантико-синтаксических структурах, не нашел еще своего адекватного ответа .

–  –  –

предложений-высказываний не может иметь всеобъемлющую силу, такую, какая бы оказалась универсальной для всех типов и моделей предложения .

В одной из наших работ этот вопрос мы освещали на материале сравнения обычных предложений и так называемых «конструкций с аналитической общезначимостью», т.е. универсально-аналитических конструкций (афоризмов аксиоматического характера) (Гамидов, 2001, c. 85–104) .

Подобное сравнение дало определенные основания считать, что синтаксические конструкции, представленные в единицах различной степени смысловой абстракции, реагируют на категории утверждения/отрицания по-разному. Это видно и на уровне корреляции утвердительных и отрицательных форм одной и той же модели предложения и, особенно, на уровне так называемого частного отрицания .





Попытаемся ответить на поставленный вопрос на материале анализа паремиологических единиц – общеизвестных афоризмов, пословиц и поговорок .

2. Паремиологические единицы обозначенной сферы не имеют коррелятивных форм, противочленов по линии утверждения/отрицания, т.е. не входят в «парадигматические» отношения антиномий. В этом ракурсе данные конструкции представляет однозначные построения, характеризующиеся истинностным содержанием (значением) внутреннего исключения антонимического значения. Наличие определенной связи между явлениями реальной действительности, отраженная в семантической структуре этих высказываний, строго механически обусловливает нейтрализацию связи обратного порядка .

1) Сознание греха создает факт греха, не обратно (М.Цветаева. Наталия Гончарова). Ср.: = Факт греха не создает сознание (вин. пад.) греха, а наоборот. 2) Солнце не восходит два раза в день и жизнь дается не дважды .

Фактически трансформа первого высказывания логически может быть извлечена из него же, первого, и не потому, что употреблен в нем маркер «не обратно». Он еще одно свидетельство того, что утверждение и отрицание, воплощенные в соответствующих грамматических форA R T Y K U Y мах, взаимно отталкивают друг друга, парадоксальным образом предполагая друг друга. Они реализуют примерно такую модель: «если это белое, то оно, действительно, не может быть черным». Не допускается также промежуточное решение «это - серое», что весьма важно для интерпретации их обобщенно-глобальной семантики, работающей по закону исключенного третьего.

Видимо, поэтому довольно часто одним и тем же говорящим субъектом в разных формах, дублируется их понятийный смысл, имея в виду один и тот же сигнификат двух синонимичных построений:

1)...Понимай моя подружка, /На земле живут лишь раз (С.Есенин) .

Ср.: На земле два раза не живут = Жизнь дважды не дается .

2) – Любая свобода не отрицает порядка; только гуляя по лесу, но без топора в руках, человек ощущает относительно полную свободу. Полная свобода в любом обществе переходит в анархию («Огонек», 1988, №12) Отсутствие коррелятивных форм у паремиологических единиц по признаку утверждения/отрицания – результат не языковых ограничений структурации предложения: эти ограничения исходят из самой референциальной сути предложения, обусловленной событийной ориентацией. Иначе говоря, утвердительная или отрицательная форма предложения оказывается заданной ее логическим соответствием, логико-истинностной адекватностью фрагменту мира, положению вещей .

Верификационная сетка событийного момента предопределяет такую адекватность: Всегда загадочны утраты / (В бесплодных розысках в ответ) / Я мучаюсь без результата: /У смерти очертаний нет (Б.Пастернак .

Смерти Марины Цветаевой) .

Какие бы структурные варианты выделенного предложения мы ни предлагали (Смерть бесформенна; У смерти контуров не бывает и т.п.), все равно эти варианты-синонимы должны удовлетворять жестким требованиям: а) сохранения верификационной модели, истинностной сути семантики данного предложения, не допускающей варианта «У смерти очертания есть (бывают)» и б) сохранения уровня семантической, категориальной абстракции в тех пределах, в которых формируется семантическая структура паремиоединицы .

Синонимико-вариантные конструкции, которыми очень часто соИ.Г.

ГамИдов О некоторых особенностях катеГорИИ утвержденИя/отрИцанИя провождаются паремии в одном и том же тексте, наглядное свидетельство сказанному:

1) А в тылу, как вы понимаете, лейтенант, не бывает пропавших без вести, - поправил Бессонов сухо. – В тылу пропавшие без вести имеют одно название - дезертиры (Ю.Бондарев. Горячий снег. Гл .

2) = Ср.: В тылу пропавших без вести не бывает, а бывают только дезертиры. 2) Не может быть рая на земле (Заголовок статьи. «Огонек», 13/89) = Рая на земле никогда не будет, если в нем должны жить люди свободные и разумные (там же, в тексте) .

Таким образом, признак верифицируемости (способность вхождения/ невхождения в коррелятивный ряд утверждения/отрицания) может служить своеобразной основой не только трактовки взаимосвязи и взаимообусловленности языковых форм (конструкций) с фактами внеязыковой действительности, но и, что очень важно, поляризации корпуса классических предложений, реализующих корреляцию по данному признаку (Он работает = Он не работает), и паремиоконструкций, не реализующих такую корреляцию: паремии, построенные по модели негативных структур, позитивной формы иметь не могут:

1) Никогда смерть не будет безразличной для человеческого сознания (А.Твардовский. О Бунине) = Смерть всегда будет безразличной для человеческого сознания (?); 2) Голова у ног ума не просит (посл.) = Голова у ног просит ума (?) .

На первый взгляд утвердительные корреляты обеих конструкций могут показаться аграмматичными. Это вовсе не так. «Корреляты» грамматических изъянов не имеют, они строго грамматичны. Они лишь логически бесформенны, их форма не соответствует логике жизни: разрушено диалектическое единство формы и содержания .

Актуальность адекватной трактовки категории утверждения/отрицания продиктована строгой облигаторностью ее присутствия в  любом предложении, независимо от ранговой принадлежности предикативных единиц. В этой связи хотелось отметить следующее .

Функционирование категории утверждения/отрицания в обычных предложениях всегда предполагает незримую соотнесенность содержания эксплицитно представленного предложения с комплексом имплицированных единиц, коррелирующих с последним и соA R T Y K U Y ставляющих своеобразный содержательный фон для оптимального восприятия его содержания. Так, предложение «Я эту книгу не читал» реализует свой отрицательный смысл не только благодаря лексико-грамматическому средству выражения отрицания, но и благодаря своей незримой ориентации на комплексе единиц, которые поддерживают данный отрицательный смысл: Я читал что-то другое; я читал другие книги, я читал классику; я читал книги такого-то автора и т.п. Этот комплекс обязательно должен включать конструкции-корреляты, построенные на базе эквивалентной грамматической формы глагола-сказуемого, т.е. финитного глагола-предиката в форме прошедшего времени. Другие формы времени сказуемого здесь недопустимы. Иначе говоря, произнесенное (написанное) предложение реализует свой отрицательный смысл на ассоциативном фоне утвердительных моделей, незримо коррелирующих с этим отрицательным предложением .

Вышеотмеченный факт, связанный с корреляцией форм глаголовсказуемых подтверждает, на наш взгляд, только то, что категория утверждения/отрицания является сугубо предикативной категорией, имеющей к категории модальности опосредствованное отношение .

Однако, сказанное предстает свойством, конституентом обычных предложений-высказываний. В сфере паремиологических единиц отмеченная корреляция имеет иной характер .

Точкой отсчета существующих классификаций отрицательных предложений выступает то, что отрицание может быть грамматическим и неграмматическим (ситуативно-онтологическим, логическим). Грамматическое отрицание квалифицируется как отрицание, выраженное в эксплицитной форме при помощи материализованных данных. Неграмматическое отрицание извлекается из имплицитного соотношения двух форм ассерции - утверждения и отрицания: считается, что при таком отрицании, утверждая о чем-то далеком, мы одновременно утверждаем нечто и о характере чего-то близкого; утверждая о чем-то доступном, мы невольно противопоставляем его чему-то недоступному. Без подобной незримой соотнесенности, можно сказать, нет ни утверждения, ни отрицания, то есть ассертивности вообще (Шахматов, 1941, c. 482) .

131 И.Г. ГамИдов О некоторых особенностях катеГорИИ утвержденИя/отрИцанИя Известно, что материально-конструктивной основой текста любой величины, является инвентарь ассертивных предложений. Текстов, состоящих только из сплошных вопросительных, побудительных или других конструкций так называемой ирреальной модальности, не может быть. А это означает, что если признать соотнесенность текста с реальной действительностью, то надо признать и то, что фактически эту соотнесенность реализуют ассертивные конструкции как базовые единицы языка и речи .

Паремиологические единицы строго ассертивные, не строящиеся по моделям единиц ирреальных наклонений. Они ассертивны даже в случаях, когда оформляются как риторический вопрос: Какого горя не уносит время? (Н.Гоголь. Старосветские помещики); Кто богу не грешен, кто бабке не внук? (посл.) .

Вторичный вопрос в сфере этих единиц дублирует, как видно, стабильность свойства дизъюнкции по оси утверждения/отрицания, характерного для констативных форм паремий. Следовательно, риторический вопрос - это особая модальная разновидность констативных (ассертивных) форм паремий .

Не было бы особой нужды в подобной детализации функционирования категории утверждения/отрицания, если бы не факт закрепления в науке положения о глобальности этой категории, о ее всеобщности по отношению к предикативным (да и непредикативным тоже) единицам (Бондаренко, 1983, c. 187). Установлено, что все структурированные предикативные единицы одинаково подвержены реализации категории утверждения/отрицания в ее коррелятивном исполнении. «Дифференциация предложений различных типов, – пишет В.Н.Бондаренко, – по признаку «утверждение/отрицание» есть... одновременно и семантическое и формальное противопоставление. Отрицание как структурно-семантический модификатор вносит в предложение новый семантический компонент, часто не вызывая изменений в составе исходной модели» (Бондаренко, 1983, c. 187) .

Солидаризуясь с М. Н.Орловой в мысли, что «в русском языке не существует особых структурных схем отрицательных предложений»

(Орлова, 1973, c. 19–20), В.Н.Бондаренко пытается аргументировать эту позицию квалификацией отрицания «как такой компонент предA R T Y K U Y ложения, который характеризует его форму, но не создает каких-либо особых (регулярных) структурных схем отрицательных предложений» (Бондаренко 1983, c. 189) .

Такая трактовка грамматической сути отрицания представляется нам излишне схематизированной и упрощенной. Отрицание в паремиях и отрицание в обычных предложениях не покрывают друг друга. Это выражается и в том, что отрицание в обычных предложениях выходит зачастую на уровень модального рисунка предложения, в его коннотативную сферу включением частного отрицания, двойного отрицания, релятивов отрицательного порядка и прочих нетипизированных синтаксических ресурсов выражения отрицания .

Конструктивная и семантическая основа паремиологических единиц не приемлют такого масштабного функционирования отрицания .

Отрицание в своей категориальной направленности обслуживает лишь уровень их предикативности. Логико-грамматический характер предикативности получает как бы свое дополнительное подтверждение: паремии как на фоне утверждения, так и на фоне отрицания включают все облигаторные «семы» - панхронизма (всегда/никогда), панлокальности (везде/нигде), панперсональности (всякий/ никто). Так что, конструкция «Для милого не жаль потерять и многого» эксплицитно включает лишь «главную», предикативную форму отрицания. Остальные «семы»

имплицированы .

Функционирование отрицания в структуре предикативных единиц свободного строения (обычных предложений) всецело обусловлено механизмом актуализации: отрицание вполне четко эксплицирует границы тема-рематического состава предложения .

Утвердительные формы предложений включают этот показатель потенциально: для установления рематического полюса достаточно трансформировать утвердительное предложение в отрицательное (общеотрицательное или частно отрицательное). Так, Т.П.Ломтев считал, что предложение с актуализированным элементом «предполагает существование скрытого, латентного вопросительного и отрицательного предложения» ориентированного на вычленение ремы (Ломтев, 1972, c. 173). Тем самым автор связывает проблему актуального членения предложения с проблемой обратной связи при построении предложения (Ломтев, 1972, c. 174) .

133 И.Г. ГамИдов О некоторых особенностях катеГорИИ утвержденИя/отрИцанИя Главными, конструктивными экспликаторами тема-рематического (актуального) состава предложений выступают разновидности отрицательных предложений (особенно частноотрицательные), а также вопросительные конструкции (Ломтев, 1972). По отношению к  паремиологическим единицам вопросительная установка применима единожды. Единую форму они принимают и по оси утверждение/отрицание, поскольку для этих единиц коммуникативная нерасчлененность служит одним из главных свойств, в связи с чем выглядят неубедительными некоторые попытки квалификации паремиоконструкций с точки зрения их актуализационных возможностей (Русская грамматика, 1980, c. 80, 240). Мы склонны считать паремиоединицы конструкциями с аморфным составом коммуникативной нерасчлененности .

3. Причины нерелевантности для паремиологических единиц частноотрицательных форм кроются, видимо, в том, что их семантическая структура формируется исключительно в сфере действия логикосмысловой оппозиции «истинность/ложность» или как бы проекцией на эту оппозицию, являющей собой своеобразное расширенное семантическое поле для паремий. Поэтому в комплекс многих других характеристик совершенно однозначно вписывается признак верифицируемости паремий понимаемой как возможность проверяемости истинностного значения, т.е. как „приложимость к  ним критериев истинностного значения: истины или лжи” (Богданов, 1985, c. 19). Верифицируемость предстает как один из существенных признаков, детерминирующий целостность семантики паремий и, что весьма примечательно, их иллокутивную сущность („выражение коммуникативного намерения говорящего или как тип речевого акта”) (Богданов, 1985, c. 19) .

Есть основание утверждать, что функции частного отрицания всецело лежат на уровне актуального членения высказывания. Это нетрудно проиллюстрировать. Для этого вполне достаточно тех сведений, которые даются в «Русской грамматике» (1980, c. 408–410), а  также в монографии В.Н.Бондаренко (1983, c. 141–152, 170–184] .

Так, В.Н.Бондаренко отмечает явную противоречивость и необоснованность концепции разделения отрицательных конструкций на 134 A R T Y K U Y обще- и частноотрицательные (Бондаренко, 1983, c. 142–144). Факт принципиального неприятия паремиоконструкциями частноотрицательных форм наводит на вполне объективное заключение о том, что они не подвержены актуализации отдельных своих элементов из состава того или иного главного члена предложения, допуская при этом единственный вариант тема-рематического членения – без темы. Граница отрицания приходится на препозицию к сказуемому .

В эту же позицию включается отрицательная частица не при негативном строении паремий или же предикативный субститут этой частицы - «нет» .

1) … А в народе говорят, «хорошая песня не бывает длинной»

(И  Щеголихин. Бремя выбора. Гл.2); 2) – Милостивый государь,.. .

бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета – порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто (Читай: В нищете никогда и никто не сохраняет свое благородство врожденных чувств) (Ф.Достоевский. Преступление и наказание. 4.1. Гл.2) .

Говорить об абсолютной релевантности именно такого тема-рематического «членения» этих высказываний нетрудно, ибо эти высказывания представляют элемент текста, выполняющий сугубо иллокутивную функцию .

В русле характеристики паремий с позиций реакции на категорию утверждение/отрицание следует отметить равную пропорциональность (противопоставленность) паремий каноническим предложениям: чем шире возможности экспликации тема-рематического состава канонических построений посредством элементов отрицания, тем выше степень дифференциации параметров актуального членения паремий посредством признака невозможности включения этих элементов в структуру последних. Таким образом, постулат о том, что отсутствие формы имеет такую же дифференцирующую силу, что и эксплицированная форма – оправдывается вполне .

Характеристика функционирования частного отрицания в структуре предложения будет неполной, если обойдем молчанием те редкие случаи, когда паремии все же оформляются «по модели» частноотрицательных обычных предложений, т.е. когда они внешне 135 И.Г. ГамИдов О некоторых особенностях катеГорИИ утвержденИя/отрИцанИя напоминают образцы предложений с тема-рематическим составом .

Казалось бы, нет ничего удивительного в том, что паремии сохраняют какие-то живые, системные связи с обычными предложениями хотя бы в плане структурного синкретизма, обладают определенными общими с «коренными» (доминантными) предложениями свойствами, прису щими всем без исключения предикативным единицам.

Однако дело в том, что эти экземпляры паремий с «окказиональным» частным отрицанием не во всем адекватны частноотрицателъным обычным предложениям:

Петр Андреевич Толстой... Его праправнук Лев Толстой сказал о нем: «Широкий, умный, как Тютчев, блестящ. По-итальянски отлично». А современник писал, что сей человек «зело острый и великого пронырства и мрачного зла втайне исполненный». Но история ценит не столько мнения, сколько факты (В.Пикуль. Ястреб гнезда Петрова). Сравни: История ценит не мнения, а факты. Констатировать случаи тема-рематического членения паремий даже в таких случаях, казалось бы, явной экспликации ремы довольно затруднительно, так как: а) актуальное членение для паремий, как выше было отмечено, нерелевантно; б) частное отрицание в этих случаях выступает средством не актуализации в обычном ее понимании, а наивысшего усиления смыслового противопоставления элементов «мнения», «факты», которые являются средством формирования особой, специфической модели паремиологической единицы. (Ср. Бог не в силе, а в правде); в) оно выступает в качестве показателя семантической и структурной обязательности обоих элементов в пределах адекватного восприятия именно данного текста, который не может быть полноценно обрамлен вариантами «Бог не в силе; Бог в правде», «История не признает (не ценит) мнения» или «История ценит (признает) лишь факты». Хотя инвариантное содержание паремий вполне четко выражается последними вариантами, тем не менее в рамках данного контекста и эти варианты выглядят семантически ущербными, не совсем четкими: буквально напрашивается оппозиция мнений, о которых идет речь в тексте, и фактов, из которых, как говорится, всегда исходит история или миропонимание человека; г)  сугубо структурная обязательность противочленов, объединенных частным отрицанием, в принципе не характерна для обычA R T Y K U Y ных предложений, хотя есть немало таких примеров: «Поезд прибыл с опозданием не на пять, а на целых двадцать минут». В обычных предложениях второй член оппозиции очень часто элиминируется, чего нельзя сказать по отношению к элементам паремий, в которых члены оппозиции обязательны и структурно, и семантически .

Есть, видимо, возможность утверждать, что в паремиоконструкциях средства типа «не..., а..», «не столько..., сколько...» и т.п. – полифункциональные единицы, которых следует квалифицировать скорее как двойные сочинительные союзы с усилительно-отрицательным оттенком значения .

– Пропадешь ты здесь, – пожалел Бениовский парня .

– Коли сытый, так с чего пропадать мне?

– Человек не сытостью, а разумом славен (В.Пикуль. Последний франк короля) .

В данном случае мы имеем дело с речевой адаптацией, контекстуально приспособленным вариантом пословицы «Человек разумом славен». Противочлен «не сытостью» навязывается конситуацией извне. В эту позицию в принципе может включаться любой словесный элемент из семантического, понятийного поля традиционных антиномий понятия «разум»; «Человек не брюхом (не прытью; не деньгами; не красотой; не дуростью), а разумом славен» .

Структурная и семантическая организация паремий и ФЕ предикативного строя, будучи стабильной, т.е. инвариантно устоявшейся, легко обнаруживает вариативные изменения обусловленные актуализацией, сиюминутным вычленением какого-либо элемента – обычно рематического. И с этой точки зрения члены оппозиции (подобной «не сытостью, а разумом») в этих конструкциях отличаются бесспорной обязательностью, в силу чего союз «не…, а…» закрепляется в своей вышеотмеченной функции .

Такое отрицание, на наш взгляд, не подходит под таксономические обозначение «частное отрицание», как бы его ни трактовали – узко или широко. Исходя из сказанного, такое «отрицание» вполне необходимо квалифицировать как актуально-контрарное отрицание, поскольку оно обладает, как мы уже отметили, и семантической (обязательно-оппозиционной), и функциональной (актуализациИ.Г. ГамИдов О некоторых особенностях катеГорИИ утвержденИя/отрИцанИя онной), а также формально-грамматической (бинарный союз «не…, а…») спецификой экспликации .

В заключении отметим, что мысль об отсутствии у отрицательных предложений собственных структурных схем по отношению к  паремиологическим конструкциям не получает поддержки. Паремиоединицы, построенные «по модели» отрицательных предложений, имеют собственную архитектонику, определяющую их модельную специфику: структурная схема паремиологической единицы находится в отношениях синтаксической омонимии со структурными схемами обычных, свободных предложений. Структурная схема обычных предложений вычленяется на базе парадигматических форм при вовлечении в эту систему формы изъявительного, сослагательного и пр. наклонений глагола-сказуемого. «Паремиоединицы не приемлют других форм речевых актов, кроме констатива, других наклонений, кроме индикатива» (Гамидов, 2011, c. 75) .

Модельная специфика паремиоконструкций получает поддержку и  с позиций обязательного лексического наполнения, достаточного для их семантико-синтаксического функционирования. Это равнозначно как для паремий с отрицанием, так и для паремий утвердительного (положительного) строения. Более того, в сфере паремиологических единиц фольклорного происхождения (пословицы, поговорки, приметы и т.п.) нет ни одной конструкции с двойным отрицанием. Что касается частного отрицания, то оно выступает не в функции актуализатора, т.е. средства актуального членения в обыденном понимании последнего: пословичные единицы представляются в лексикографических источниках, как правило, в своих инвариантных формах. Инвариантная форма не может сама по себе включаться в «коллизии» актуального членения, поскольку, как известно, актуальному членению высказывание подвергается, «исходя из выражаемого им конкретного смысла, из анализа содержащегося в нем сообщения в контексте данной ситуации» (Ахманова, 1969, c. 37) .

Следовательно, категория утверждения/отрицания как логикограмматическая категория требует своего более глубокого осмысления и систематизации на базе дифференциальной оценки ее функциA R T Y K U Y онирования в сфере предложенческих структур различной степени фразеологической устойчивости .

ПРОФ. ИЛЬАС Г. ГАМИДОВ

–  –  –

Литература Бондаренко, В.Н. (1983). Отрицание как логико-грамматическая категория .

М.: Наука .

Гамидов, И.Г. (2001). Философия грамматики афоризмов и пословиц. Баку: Сабах .

Шахматов, А.А. (1941). Синтаксис русского языка. М.: Учпедгиз .

Орлова, М.Н. (1973). О лингвистической сути отрицания и типах отрицательных предложений в русском языке. B: Синтаксис и интонация (c. 19–27). Уфа: Изд .

Баш.ГУ, вып. 2 .

Ломтев, Т.П. (1972). Структура предложения и вопрос об актуальном членении .

B: Русское и славянское языкознание. М.: Наука .

Богданов, В.В. (1985). Перформативное предложение и его парадигма. B: Прагматические и семантические аспекты синтаксиса. Калинин: Изд. КГУ .

Русская грамматика (1980). Ч. II, М.: Наука .

Гамидов, И.Г. (2011). О синтаксической омонимии в сфере структурных схем предложений различных типов. B: Вучоныя Запiскi. Беларускi дзяржаны педагагiчны нвеrсiтэт iмя Максiма Танка (c. 71–78). Cерыя мовы i лiтеrатуры, вып. 2 .

Ахманова, О.С. (1969). Словарь лингвистических терминов. Изд. 2. М.: Совет .

энциклопедия .






Похожие работы:

«Код ВПР. Французский язык. 11 класс ПРОЕКТ Всероссийская проверочная работа по ФРАНЦУЗСКОМУ ЯЗЫКУ БАЗОВЫЙ УРОВЕНЬ для 11 класса ПИСЬМЕННАЯ И УСТНАЯ ЧАСТИ © 2019 Федеральная служба по надзору в сфере образования...»

«КОММУНИКАТИВНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ * 2018 * № 3 (17) Редакционная коллегия Editorial Staff Главный редактор Editor-in-Chief д-р филол. наук, проф. Prof. O.S. Issers О.С. Иссерс (Омск, Россия) (Omsk, Russia) д-р философии, проф. Ph.D. R. Anderson Р. Андерсон (Лос-Анджелес, США) (Los Ange...»

«СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ..2 ГЛАВА 1. Теоретические основы изучения фразеологизмов в терминоведении..5 1.1. Понятие фразеологизма..5 1.2 . Фразеологическая номинация в терминологии. 1.3. Термин и его определения..13 1.4. Системность термина..15 ГЛАВА 2. Источники анатомических терминов во...»

«КРЫЛОВА Галина Михайловна СЕМАНТИКО-СИНТАКСИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА СЛОВ-ГИБРИДОВ С ОБОБЩАЮЩЕ-ОГРАНИЧИТЕЛЬНЫМ ЗНАЧЕНИЕМ (НА МАТЕРИАЛЕ ЛЕКСЕМ В ОБЩЕМ, В ЦЕЛОМ, В ПРИНЦИПЕ, В ОСНОВНОМ) Специальность 10.02.01 русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Владивосток 2002 Работа выполне...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.