WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 


«МГУ, Москва О ДВУХ ЧАСТИЦАХ В БУРЯТСКОМ ЯЗЫКЕ1 1. Введение В бурятском языке ( монгольские алтайские), в том числе в его баргузинском диалекте, на материале которого основывается ...»

DOI 10.30842/alp2306573714209

Е. В. Деликанова

МГУ, Москва

О ДВУХ ЧАСТИЦАХ В БУРЯТСКОМ ЯЗЫКЕ1

1. Введение

В бурятском языке ( монгольские алтайские), в том числе в

его баргузинском диалекте, на материале которого основывается

настоящая статья, широко распространены разного рода частицы,

используемые для выражения большого спектра значений, в частности для выражения модальности. Это характерно и для других

монгольских языков. Примеры (1) и (2) показывают, что появление модального значения связано с частицами xa(xa) и bu::

(1а) tumn maina zah-a Тумэн машина чинить-PRT1 ‘Тумэн починил машину.’ xa / xa2 (1б) tumn maina zah-a Тумэн машина чинить-PRT1 PTCL PTCL ‘Тумэн, наверное, починил машину.’ algalta (2а) rintin tuag-a Ринчин экзамен сдавать-PRT1 ‘Ринчин сдал экзамен.’ algalta (2б) rintin tuag-a bu Ринчин экзамен сдавать-PRT1 PTCL ‘Ринчин, наверное, сдал экзамен.’ Данные собраны в ходе летней лингвистической экспедиции кафедры теоретической и прикладной лингвистики филологического факультета МГУ в улус Барагхан Курумканского района республики Бурятия .

Автор глубоко признателен всем носителям, с которыми ему довелось работать. Исследование поддержано РНФ (проект № 16-18-02081 «Четыре грамматических описания языков России как многоязычного государства») .

В отношении слитного или раздельного написания частиц мы следуем сложившейся для бурятского языка традиции .

О двух частицах в бурятском языке Обе эти частицы упоминаются в грамматических описаниях, словарях и других работах, посвященных бурятскому языку (см., например, [Poppe 1960; Санжеев и др. (ред.) 1962; Черемисов 1973; Дамбуева 2001; Будаева 2003; Skribnik 2003]), однако в качестве модальной в них рассматривается только одна — xa. См. (3) из [Санжеев и др.

(ред.) 1962: 318], (4) из [Черемисов 1973: 522] и (5) из [Poppe 1960: 84]3:

(3) mordo-xo bolo-xo-mnai xa уезжать-POT становится-POT-1PLn PTCL ‘Кажется, пора нам уезжать4.’ mndr jaba-xa-gi-m5 (4) xa сегодня идти-POT-NEG-1SG PTCL ‘Сегодня, должно быть, я не поеду.’ (5) td jr- xa те приходить-PRT1 PTCL ‘Они, наверное, придут.’ В некоторых работах (в частности, в [Санжеев и др. (ред.) 1962;

Дамбуева 2001; Будаева 2003]) эта частица отнесена к классу подтвердительных (утвердительных), служащих «для передачи подтверждения правильности высказанной мысли» [Санжеев и др.

(ред.) 1962: 318]; данное значение частицы в этой грамматике иллюстрируется следующим примером:

giti bg hamgan xojor hu-ba xa (6) бедный старик старуxa два жить-PRT2 PTCL ‘Жили-были старик со старухой.’ В вышеперечисленных работах по бурятскому языку эта частица упоминается только в форме xa, однако в баргузинском диалекте она встречается также в виде xa. Поскольку большинство

–  –  –

Здесь и далее в не наших примерах сохраняется авторский перевод, кроме случаев, когда указано иное .

В примере (4) лично-числовой маркер предшествует частице ха, однако носители баргузинского диалекта последовательно отрицают возможность такого расположения согласовательного показателя и частицы .

Подробнее о позиции частиц в глагольной словоформе см. раздел 2.1 .

Е. В. Деликанова бурятских частиц в требующих этого контекстах присоединяет лично-числовые показатели (в частности показатель 2 л. ед. ч., который может иметь вид -), логично было бы считать xa формой 2 л. ед. ч. частицы xa. Она действительно может употребляться в этом значении (подробнее см. раздел 2.1 настоящей статьи), однако рассматривать ее только в этом качестве невозможно, поскольку, как мы уже видели в (1), xa может встречаться и в 3 л .





Мы будем считать xa и xa вариантами одной и той же частицы, так как в контексте 3 л. они всегда являются взаимозаменяемыми .

Согласно [Черемисов 1973; Janhunen 2003; Панов 2016], частица xa восходит к причастию будущего времени *a-ku от протомонгольского вспомогательного глагола *а- ‘быть’, соответствующего в бурятском языке форме (a)xa, когда-то употреблявшейся в качестве связки, а теперь грамматикализовавшейся в модальную частицу. Отметим, что к протомонгольскому показателю *-kU6 также восходит бурятский показатель причастия будущего времени -xa, который в зависимости от гласных корня может принимать форму -xa (совпадающую с формой рассматриваемой частицы), -xo или -x. Мы вернемся к этому факту в разделе 2 .

Другая частица — bu:, как нам кажется, происходит от показателя частного вопроса -b() и частицы u (отметим, что частица u в баргузинском диалекте не сохранилась, однако она есть в других бурятских диалектах и в литературном языке, поэтому ее упоминания встречаются в словарях и грамматических описаниях), см.

пример (7) из наших материалов, иллюстрирующий употребление показателя частного вопроса, и (8) из [Черемисов 1973: 734], иллюстрирующий употребление частицы:

(7) xn badm-i-j xar-a-b?

кто Бадма-CNT2-ACC видеть-PRT1-Q1 ‘Кто видел Бадму?’ u!

(8) gaza uga xitn снаружи.(дома) очень холод PTCL ‘А на дворе-то ведь холодно!’

Заглавной буквой здесь и далее обозначается гармонирующий

гласный .

О двух частицах в бурятском языке Частица bu: в грамматиках и словарях описывается только как «подтвердительная (утвердительная)». См. (9) из [Санжеев и др.

(ред.) 1962: 318] и (10) из [Черемисов 1973: 128]:

nd (9) tr-ni bai-na bu:

тот-2SGn здесь быть-PRS PTCL ‘Он же здесь находится.’ l bxn jx (10) mn bai-xa bu:

текущий год сено много быть-POT PTCL ‘Сена ведь много будет в этом году.’ Носители баргузинского диалекта используют эту частицу либо как маркер того, что говорящий ожидает от слушающего подтверждение пропозиции (значение 1 в (11) и (12)), либо для выражения модальности (значение 2 в (11) и (12)). Выбор слушающим одной из двух этих интерпретаций, судя по всему, делается на основе интонационного контура: для первого значения интонация на частице будет восходящей, а для второго — нисходящей:

nd bai-na (11) tr-ni bu:

тот-2SGn здесь быть-PRS PTCL 1) ‘Он же здесь находится, правда?’ 2) ‘Он, наверное, здесь находится.’ l bxn jx (12) mn bai-xa bu:

текущий год сено много быть-POT PTCL 1) ‘Сена ведь много будет в этом году, правда?’ 2) ‘Сена, наверное, много будет в этом году.’ В значении 2 из (11) и (12) частица bu: имеет семантику, схожую с той, которую мы наблюдаем у частицы xa в (3)–(5) .

Сами носители также отмечают, что их значения очень близки .

Цель нашей работы — найти различия между частицами xa и bu:

и предложить им возможные объяснения .

Сразу оговорим, что мы будем рассматривать только один вид модальности — эпистемическую возможность. Под эпистемической мы понимаем такой тип модальности, которая базируется на предположениях говорящего о мире. Мы будем считать, что некоторое выражение обладает эпистемически вероятным значением, если в соответствии со знаниями говорящего об устройстве Е. В. Деликанова настоящего мира оно может быть истинным. Таким образом, за рамками нашего исследования остаются другие типы модальности (эпистемическая необходимость, деонтическая модальность, условная модальность и др.) .

В разделе 1 настоящей статьи мы сформулировали стоящую перед нами проблему. В разделе 2 мы рассмотрим сходства и различия в поведении двух анализируемых модальных частиц, в разделе 3 представим объяснение для найденных в разделе 2 сходств и различий, а в разделе 4 подведем итог решения сформулированной проблемы .

2. Морфосинтаксические и семантические свойства

2.1. Сходства Частицы xa(xa) и bu: относятся к числу заключительных частиц (см. [Панов 2016]), то есть занимают позицию в конце клаузы, за сказуемым. В случае, если сказуемое выражено глагольной формой, эти частицы занимают строго определенную позицию в рамках глагольной словоформы. Рассмотрим, какую именно .

В глагольной словоформе сразу за корнем следуют видовременные показатели. Обе рассматриваемые частицы размещаются после них.

Сравним грамматичные предложения с порядком — показатель вида — частица ((13а), (14a)) и — временной показатель — частица (примеры (15a), (16a)) с неграмматичными предложениями (13б)–(16б) с обратным порядком следования видовременных показателей и частиц:

(13а) marina xatar-dag xa / xa Марина танцевать-HAB PTCL PTCL

–  –  –

Как уже было отмечено, частица ха совпадает с одной из форм показателя причастия будущего времени. При таком порядке показателей xatar-xa воспринимается носителями как форма танцевать-POT, присоединить к которой показатель хабитуалиса оказывается невозможно .

О двух частицах в бурятском языке (14б) *aldar xurumxan-da bai bu:-dag Алдар курумкан-DAT быть PTCL-HAB {а=б} ‘Кажется, Алдар живет в Курумкане.’ (15а) tmn gr ab-a xa / xa Тумэн дом купить-PRT1 PTCL PTCL

–  –  –

(17б) *marina xatar-dag xa / xa bai-ga Марина танцевать-HAB PTCL PTCL быть-PRT1 {а=б} ‘Кажется, Марина (раньше) часто танцевала.’ (18а) sajana baragxan-da jr-dg bai-ga bu:

Саяна Барагxaн-DAT приезжать-HAB быть-PRT1 PTCL (18б) *sajana baragxan-da jr-dg bu: bai-ga Саяна Барагxaн-DAT приезжать-HAB PTCL быть-PRT1 {а=б} ‘Кажется, Саяна часто приезжала в Барагxaн.’ Если в словоформе представлен показатель отрицания, то он следует за видовременным маркером и предшествует частице ((19а) и (20а)).

Обратный порядок расположения показателя отрицания и частицы при этом будет невозможен ((19б) и (20б)):

xa / xa (19а) tumn gr ab-a-gi Тумэн дом купить-PRT1-NEG PTCL PTCL Е. В.

Деликанова (19б) *tumn gr ab-a xa-gi / xa-gi Тумэн дом купить-PRT1 PTCL-NEG PTCL-NEG {а=б} ‘Тумэн, наверное, не купил дом.’ (20а) rintin tujan-i-j zur-a-gi bu:

Ринчин Туяна-CNT2-ACC рисовать-PRT1-NEG PTCL (20б) *rintin tujan-i-j zur-a bu:-gi Ринчин Туяна-CNT2-ACC рисовать-PRT1 PTCL-NEG {а=б} ‘Ринчин, наверное, не нарисовал Туяну.’ Лично-числовые показатели, однако, ведут себя не так, как видовременные показатели и отрицание: они присоединяются справа от рассматриваемых частиц ((21а) и (22а)) и не могут им предшествовать ((21б) и (22б)):

(21а) i zadata bod-o-gi bu:ты задача решить-PRT1-NEG PTCL-2SG

–  –  –

(22б) *i zadata bod-o-gi - xa / xa ты задача решить-PRT1-NEG-2SG PTCL PTCL {а=б} ‘Ты, наверное, не решил задачу.’ Как мы уже отмечали в разделе 1, форма xa в контексте 2 л. интерпретируется носителями как xa-2SG. Предложение (22а) показывает, что присоединить поверх еще один показатель 2 л .

ед. ч. оказывается невозможно8 .

Показатель второго лица множественного числа тоже может

присоединяться только к форме xa и не может — к форме xa:

i. ta oo-xo xa-t вы ходить-POT PTCL-2PL ii. *ta oo-xo xa-at вы ходить-POT PTCL-2PL {а=б} ‘Вы, наверное, уже уходите.’ О двух частицах в бурятском языке Таким образом, в этом случае может употребляться только частица xa, однако мы не считаем это различие достаточным для того, чтобы постулировать наличие в языке двух частиц, одна из которых не может быть совместима с показателем 2 л .

Рассмотрев порядок следования основных глагольных показателей и рассматриваемых частиц, мы пришли к выводу о том, что глагольная словоформа в общем виде может быть представлена следующим образом:

(23) — видовременной показатель — отрицание — частица — лично-числовой показатель В отношении позиции внутри глагольной словоформы частицы xa(xa) и bu: ведут себя абсолютно одинаково .

В бурятском, как и в других монгольских языках, существует гармония гласных. Согласно [Svantesson et al. 2005], параметрами для нее служат признаки огубленности и [RTR] (retracted tongue root, отодвинутость корня языка)9 .

Учитывая тот факт, что некоторые бурятские глагольные показатели гармонируют, а рассматриваемые частицы, как мы видели, встраиваются в глагольную словоформу, возникает вопрос, участвуют ли они в распространении признаков при гармонии .

Все бурятские гласные делятся на две группы в зависимости от

–  –  –

Е. В.

Деликанова (33) bajar hogtu bu:

Баир пьяный PTCL ‘Баир, наверное, пьян.’ Мы полагаем, что недостаточная морфологизация этих частиц является причиной того, что они не участвуют в распространении признаков при гармонии гласных .

Как отмечается в [Панов 2016: 111], «комбинации частиц также широко распространены в бурятском языке; сочетаться друг с другом могут до четырех частиц». Рассмотрим, могут ли интересующие нас частицы комбинироваться с наиболее частотными частицами бурятского языка и друг с другом .

Частицы xa(xa) и bu: не могут сочетаться друг с другом вне зависимости от их взаиморасположения:

(34а) *tmn sajan-i-j xar-a bu: xa / xa Тумэн Саяна-CNT2-ACC видеть-PRT1 PTCL PTCL PTCL (34б) *tmn sajan-i-j xar-a xa / xa bu:

Тумэн Саяна- CNT2-ACC видеть-PRT1 PTCL PTCL PTCL {а=б} ‘Тумэн, может быть, видел Саяну.’

Примеры (35) и (36) показывают, что они также не могут сочетаться с частицей g, используемой для образования общего вопроса:

(35а) *aldar tr l-d gr bar-ja Алдар тот год-DAT дом строить-PRT1 g xa / xa?

Q2 PTCL PTCL (35б) *aldar tr l-d gr bar-ja Алдар тот год-DAT дом строить-PRT1 xa / xa g?10 PTCL PTCL Q2 {а=б} ‘Алдар, наверное, в прошлом году построил дом?’ Мы должны отметить, что в корпусе бурятского языка (http:// web-corpora.net/BuryatCorpus/search/?interface_language=ru), содержащем художественные, публицистические и научные тексты на литературном бурятском языке, встречается несколько десятков примеров с сочетанием частиц ха г (в таком порядке), однако для носителей баргузинского диалекта, судя по всему, эти примеры не будут грамматичными .

О двух частицах в бурятском языке (36а) *alsan ab-i-j-mni zur-a g bu:?

Жалсан отец-CNT2-ACC-1SG рисовать-PRT1 Q PTCL (36б) *alsan ab-i-j-mni zur-a bu: g?

Жалсан отец-CNT2-ACC-1SG рисовать-PRT1 PTCL Q {а=б} ‘Наверное, Жалсан нарисовал моего отца?’ Еще один вопросительный показатель бурятского языка — bz.

С помощью него образуется вопрос, требующий в качестве ответа подтверждение пропозиции:

(37) aldar xurumxan-da bai-dag bz?

Алдар Курумкан-DAT быть-HAB PTCL ‘Алдар точно живет в Курумкане?’

Примеры (38) и (39) показывают, что рассматриваемые частицы не могут сочетаться с этим показателем:

(38а) *dugar maina jabul-na bz xa / xa?

Дугар машина водить-PRS PTCL PTCL PTCL (38б) *dugar maina jabul-na xa / xa bz?

Дугар машина водить-PRS PTCL PTCL PTCL {а=б} ‘Дугар, наверное, водит машину, правда?’ (39а) *aba-mni maina zah-a bz bu:?

отец-1SG машина чинить-PRT1 PTCL PTCL (39б) *aba-mni maina zah-a bu: bz?

отец-1SG машина чинить-PRT1 PTCL PTCL {а=б} ‘Мой отец, наверное, починил машину, правда?’ Есть, однако, одна частица, с которой могут сочетаться и xa / xa, и bu: — частица da:. В. А. Панов [Панов 2016: 106] рассматривает ее как адрессив — частицу, которая «характерна прежде всего для диалогической речи и предполагает наличие собеседника, требует (факультативно) от него реакции, словесной или эмоциональной». Там же отмечается, что ее функцией является, с одной стороны, привлечение внимания собеседника и, с другой стороны, смягчение высказывания и подчеркивание взаимного уважения (см. (40) из [Панов 2016: 106], запись языкового примера (включая орфографию и отсутствие поморфемного членения) и глоссы источника сохранены, нумерация примера наша):

Е. В. Деликанова (40) Орогты даа, уугты даа, Входить-IMP.2PL ДАА сесть-IMP.2PL ДАА сай уугты даа чай пить-IMP.2PL ДАА11 ‘Заходите, пожалуйста, садитесь, пейте чай!’ Частица da в сочетании с модальными частицами, как отмечают носители, дает повышение степени уверенности говорящего в истинности пропозиции по сравнению с высказываниями без этой частицы (см.

(41) и (42)):

(41а) bajar dasan bar-ja xa / xa Баир дацан строить-PRT1 PTCL PTCL ‘Дацан, наверное, построил Баир.’ (41б) bajar dasan bar-ja xa / xa da Баир дацан строить-PRT1 PTCL PTCL PTCL (41в) *bajar dasan bar-ja da xa / xa Баир дацан строить-PRT1 PTCL PTCL PTCL {б=в} ‘Дацан, скорее всего, построил Баир.’ (42а) bajar dasan bar-ja bu:

Баир дацан строить-PRT1 PTCL ‘Дацан, кажется, построил Баир.’ (42б) bajar dasan bar-ja bu: da Баир дацан строить-PRT1 PTCL PTCL (42в) *bajar dasan bar-ja da bu:

Баир дацан строить-PRT1 PTCL PTCL {б=в} ‘Дацан, скорее всего, построил Баир.’ Неграмматичность примеров (41в) и (42в) по сравнению с (41б) и (42б) иллюстрирует тот факт, что частица da обязательно занимает позицию после модальных частиц .

Итак, мы проверили возможность сочетания интересующих нас частиц с большей частью других наиболее частотных частиц бурятского языка (сочетание с другими производными частицами

В глоссах источника с разрешения автора исправлены опечатки

(входить-IMP.2PL вместо входить-IMP.2SG, пить-IMP.2PL вместо пить-IMP.2SG) .

О двух частицах в бурятском языке мы рассмотрим в следующей части). Частицы xa(xa) и bu: не сочетаются друг с другом, с показателем общего вопроса и с показателем вопроса-утверждения, однако могут сочетаться с частицей da, которая в этом случае подчеркивает бльшую степень уверенности говорящего в истинности пропозиции. На этом сходства в поведении рассматриваемых частиц заканчиваются .

Обратимся теперь к различиям .

2.2. Различия Частицы xa(xa) и bu: по-разному ведут себя с точки зрения сочетаемости с двумя другими частицами — b() и jum. b (в некоторых случаях сокращается до b) — показатель частного вопроса. Это единственная вопросительная частица, с которой в баргузинском диалекте может сочетаться xa (см. (43)). Порядок показателей фиксирован (см. неграмматичный пример (43б)):

(43а) xn-i-j aldar xurumxan-da кто-CNT2-ACC Алдар Курумкан-DAT xar-a xa-b видеть-PRT1 PTCL-Q1 1) ‘Кого Алдар, возможно, видел в Курумкане?’ 2) *‘Возможно, есть вопрос, кого Алдар видел в Курумкане.’ (43б) *xn-i-j aldar xurumxan-da кто-CNT2-ACC Алдар Курумкан-DAT xar-a-b xa видеть-PRT1-Q1 PTCL 1) ‘Кого Алдар, возможно, видел в Курумкане?’ 2) ‘Возможно, есть вопрос, кого Алдар видел в Курумкане.’ Пример (43) демонстрирует, что частица xa имеет сферу действия внутри сферы действия показателя вопроса, что соответствует ее позиции в этом предложении. Таким образом, мы видим, что частица xa допустима в частном вопросе и не допустима в общем .

Частица bu:, однако, не может сочетаться и с этим вопросительным показателем вне зависимости от их взаиморасположения (см. (44)):

(44а) *xn-i-j aldar xurumxan-da кто-CNT2-ACC Алдар Курумкан-DAT Е. В. Деликанова xar-a bu:-b видеть-PRT1 PTCL-Q1 (44б) *xn-i-j aldar xurumxan-da кто-CNT2-ACC Алдар Курумкан-DAT

xar-a-b bu:

видеть-PRT1-Q1 PTCL {а=б} ‘Кого Алдар, может быть, видел в Курумкане?’ Аналогичные свойства рассматриваемые частицы демонстрируют относительно сочетаемости с так называемой подтвердительной (утвердительной) частицей jum, главная функция которой, как отмечается в [Панов 2016: 108], — это «подчеркивание истинности высказывания». Согласно суждениям носителей, эффект от появления этой частицы похож на тот, какой возникает в случае присоединения частицы da. Предложения типа (45) воспринимаются как указание на бльшую степень уверенности говорящего в истинности пропозиции по сравнению с теми предложениями, где присутствует только частица xa. С частицей jum может комбинироваться только xa(xa), причем их порядок относительно друг друга варьирует по носителям (ср. (45а) и (45б)). При этом изменение порядка расположения частиц не приводит к видимым последствиям для интерпретации:

(45а) ?alsan zargalma-j zur-a Жалсан Жаргалма-ACC рисовать-PRT1 jum xa / xa

PTCL PTCL PTCL

–  –  –

О двух частицах в бурятском языке (46б) *aldar xurumxan-da bai-dag jum bu:

Алдар Курумкан-DAT быть-HAB PTCL PTCL {а=б} ‘Алдар, скорее всего, живет в Курумкане.’ До сих пор мы рассматривали дистрибутивные свойства частиц xa и bu:. Перейдем к семантическим. Первое семантическое ограничение проявляется в сочетаемости с 1 л. ед.

ч.12:

(47) bi algalta tuag-a xa-b / я экзамен сдавать-PRT1 PTCL-1SG *xa-ab / *xa-bi PTCL-1SG PTCL-1SG 1) {Я посетил все пары, выполнил все домашние задания и # потратил много времени на подготовку к экзамену.} ‘Я, наверное, сдал экзамен.’ 2) {Я так отпраздновал свой день рождения, что весь вчерашний день выпал у меня из памяти. Сегодня я нашел себя в списках сдавших вчера экзамен.} ‘Я, наверное, сдал экзамен.’ Как видно из примера (47), частица xa может использоваться в контексте 1 л. ед. ч только в том случае, когда говорящий описывает событие, в котором он каким-то образом участвовал, но не мог осознавать происходящее, так как находился в измененном состоянии сознания (например, был пьян). Иными словами, при сочетании этой частицы с 1 л. ед. ч., по крайней мере в прошедшем времени, наблюдается эффект утраты эпистемического контроля (см. [Майсак, Татевосов 2000]). Сочетание с будущим временем не проверялось в силу прагматической неестественности возможных примеров такого рода .

В бурятском языке существует такое явление, как индексикальный сдвиг, когда «некоторые дейктические выражения (в частности личные местоимения) в дополнительных придаточных интерпретируется не относительно контекста всего речевого акта, а относительно координат, заданных матричной клаузой» [А. В. Подобряев, л. с.]. Соответственно, в зависимых финитных предложениях референтом местоимения 1 л. оказывается не говорящий, а подлежащее матричной клаузы. На него переориентируется и эффект утраты эпистемического контроля .

Сочетание с 1 л. мн. ч. не проверялось .

Е. В. Деликанова (48) doroi хl- bii/*j stul str Доржо сказать-PRT1 я стул вчера mdl-b xa-b g ломать-PRT2 PTCL-1SG COMP {Доржо накануне отмечал свой день рождения и выпил столько, что не помнит даже, чем закончился праздник и как он вообще добрался до дома. Проснувшись утром, он замечает, что стул, который обычно стоит около его кровати, сломан. Он не может вспомнить, как он его сломал, но подозревает, что это был именно он. Он рассказывает об этом своему другу Дугару, а Дугар пересказывает историю своей жене и говорит такую фразу:} ‘Доржоi сказал, яi, дескать, вчера, кажется, стул сломал.’ В (48) мы наблюдаем тот же эффект, что и в (47), однако в этом случае вместе со сдвигом интерпретации личного местоимения происходит сдвиг интерпретации носителя эпистемической информации .

Частица bu: в сочетании с 1 л. ед. ч., согласно суждениям носителей, не воспринимается как семантически аномальная, однако эффект потери эпистемического контроля (видимо, значительно более слабый) представлен и здесь. Ср.

(47) с (49) и (48) с (50):

(49) bi naran-i-j xar-a bu:-b я Нарана-CNT2-ACC видеть-PRT1 PTCL-1SG ‘Я, наверное, видел Нарану’ {но не могу вспомнить, как она выглядит} .

Более того, субъектом эпистемической оценки (тем, кому «кажется») при употреблении bu: в изъяснительных придаточных предложениях может быть не только подлежащее главной клаузы, но и говорящий:

bii/*j algalta-ja (50) sajanai xlСаяна говорить-PRT1 я проверка-ACC.REFL zb-r b- bu:-b g правильный-INSTR писать-PRT1 PTCL-1SG COMP {Саяна рассказала мне, что она подготовила шпаргалки по всем темам и успешно с них списала. Поэтому она уверена, что все написала правильно и получит хорошую оценку. Но О двух частицах в бурятском языке я знаю, что она очень невнимательна и может списать с десятью ошибками, поэтому я скептически отношусь к ее уверенности:} ‘Саянаi сказала, что онаi (*говорящий), кажется, правильно написала контрольную.’ В разделе 2.1 мы также уже видели, что частицы xa(xa) и bu: могут встречаться в контексте отрицания, однако их интерпретации различаются. В общем случае при одинаковом взаиморасположении показателей модальности и отрицания модальный оператор может интерпретироваться и как находящийся под отрицанием, и как находящийся над ним, то есть иметь и узкую сферу действия, и широкую (об этом см.

в частности [Portner 2009]), поэтому подобные предложения теоретически могут иметь два прочтения:

a. ¬ (модальный оператор возможности ниже отрицания):

Невероятно, что…

b. ¬ (модальный оператор возможности выше отрицания):

Вероятно, не… Рассматриваемые частицы, однако, ведут себя в этом отношении по-разному: одна из них — xa(xa) — имеет под отрицанием только широкую сферу действия (см. (51)), и только bu: — обе (см.

(52)):

(51) tumn maina zah-a-gi xa / xa Тумэн машина чинить-PRT1-NEG PTCL PTCL 1) {В машине Тумэна отвалились все детали, которые # только могли отвалиться. Ее можно только сдать в металлолом. Тумэн предпринял попытку ее починить. Я точно не знаю, удалось ли ему это, но зная, в каком она была состоянии, думаю, что нет.} ‘Невероятно, чтобы Тумэн починил машину.’ 2) {Машина Тумэна сломалась, он ее весь вчерашний день чинил, но сегодня уехал в город автобусом.} Тумэн, вероятно, не починил машину .

Е. В.

Деликанова algalta (52) rintin tuag-a-gi bu:

Ринчин экзамен сдавать-PRT1-NEG PTCL 1) {Ринчин весь семестр прогуливал пары, не выполнял домашние задания, не готовился к экзамену и вдобавок наxaмил преподавателю. Экзамен уже прошел, результаты неизвестны, но у него нет шансов сдать экзамен.} ‘Невероятно, чтобы Ринчин сдал экзамен.’ 2) {Ринчин пришел с экзамена очень расстроенный и заперся в комнате.} ‘Ринчин, вероятно, не сдал экзамен.’ Наконец, обратимся к последнему различию. Чтобы предложение с частицей xa было приемлемым, необходимо, чтобы утверждение опиралось на воспринимаемую говорящим информацию, доступную в данной ситуации. Если же утверждение строится только на основе общих знаний и логических выводах, не подтверждаясь какими-либо наблюдаемыми фактами, использовать частицу xa невозможно. Ср.

значения 1 и 2 предложения (53):

(53) hulgaia-d dn-i- surga handa-ba вор-PL дверь-CNT1 замок ломать-PRT2 xa / xa

PTCL PTCL

1) {Доржо живет в городе. К нему приезжает его брат # Жаргал и начинает жаловаться, что его (Жаргала) сарай кто-то ограбил, вынес все новые хорошие инструменты .

Доржо начинает рассуждать, что чисто теоретически воры могли сломать замок. Он не знает, действительно ли это так, не видел сломанного замка, даже сарая этого вообще не видел.} ‘Воры, наверное, сломали замок.’ 2) {Действие происходит в темноте, кто-то один ломает замок, а другой от него прячется рядом и по звуку определяет, что замок, кажется, сломали.} ‘Воры, наверное, сломали замок.’ В отличие от частицы xa(xa), частица bu: не имеет такого ограничения и допускает употребление в обоих типах контекстов, см.

(54):

О двух частицах в бурятском языке (54) tumn maina zaha-ba bu:

Тумэн машина чинить-PRT2 PTCL 1) {Во вторник у Тумэна сломалась машина. Утром в среду Жалсан уезжает в город, и машина все еще сломана. Возвращаясь домой вечером воскресенья, Жалсан думает о том, что уж за столько времени Тумэн, который разбирается в машинах лучше всех в селе и чинит их не первый год, должен был починить машину, хотя, конечно, всякое могло случиться.} ‘Тумэн, наверное, починил машину.’ 2) {Машина Тумэна накануне сломалась. Бадма слышал, как Тумэн копался в машине, и машина урчала. Наутро у Бадмы спрашивают, починил ли Тумэн машину.} ‘Тумэн, наверное, починил машину.’

3. Анализ Мы уже отмечали, что большинство исследователей бурятского языка относят частицу xa к числу модальных, однако наблюдения из раздела 2.2 могут послужить основой для альтернативного анализа .

Данные, представленные в разделе 2, позволяют предположить, что частица xa маркирует граммему категории эвиденциальности, указывает на источник информации (см. в частности [Anderson 1986; Willett 1988; Aikhenvald (ed.) 2004; Plungian 2001]) .

Т. Виллет разделяет эвиденциальные значения на три группы:

прямая засвидетельствованность (direct evidence, ‘высказывание основано на информации, полученной непосредственным восприятием описываемой ситуации’), пересказывательность (reported evidence, ‘высказывание основано на информации, полученной из вербального сообщения внешнего источника’) и инферентивность (inferential evidence, ‘высказывание основано на информации, полученной путем логического вывода’). Инферентивность в свою очередь делится на экспериенциальную (говорящий делает вывод, опираясь на наблюдаемые последствия ситуации) и неэкспериенциальную (говорящий основывается на общих знаниях и рассуждениях) .

Примеры (53) и (55) являются примерами экспериенциальной инферентивности: в первом случае говорящий делает логический вывод о том, что замок сломан, опираясь на сопутЕ. В. Деликанова ствующие признаки разворачивающейся под дверью ситуации (характерный шум и т.

п.), а во втором он основывается на том, что видит уезжающего на своей машине Баира:

(55) tmn maina zah-a xa / xa Тумэн машина чинить-PRT1 PTCL PTCL {Машина Баира вчера сломалась, однако, вернувшись с работы, я вижу уезжающего на машине Баира. Единственным мастером в деревне является Тумэн.} ‘Тумэн, наверное, починил машину.’ Частица xa также может использоваться для выражения пересказывательности. В (56) источником информации говорящего является рассказ третьего лица:

(56) sajana algalta-ja zb-r Саяна проверка-ACC.REFL правильный-INSTR b- xa / xa писать-PRT1 PTCL PTCL {Саяна хвастается мне, что она воспользовалась на контрольной шпаргалкой и бльшую часть списала, поэтому почти уверена, что у нее нет ошибок. Пересказывая эту историю, я говорю.} ‘Наверное, Саяна правильно написала контрольную.’ Таким образом, частица xa(xa) может использоваться для выражения двух типов эвиденциальных значений — инферентивности и пересказывательности, которые мы вслед за [Aikhenvald (ed.) 2004] будем называть косвенной засвидетельствованностью .

Гипотеза о том, что эта частица представляет собой показатель эвиденциальности, подтверждается и другими свойствами, обсуждавшимися в разделе 2. Семантическое ограничение на сочетаемость с 1 л. возникает из-за того, что предложения типа (47) сообщают, что о ситуации, в которой говорящий участвовал в качестве агенса, он узнает опосредованно, и это вряд ли было бы возможно, если бы он находился в здравом уме и твердой памяти .

Ограничение на сферу действия отрицания также типично для показателей эвиденциальности. Нам неизвестны работы, в которых сообщалось бы о таком языке, в котором информацию, вводимую эвиденциальным показателем, можно отрицать (‘НеверО двух частицах в бурятском языке но, что говорящий утверждает пропозицию р на основании источника информации I’). В предложениях c отрицанием оператор эвиденциальности всегда имеет широкую сферу действия (см. в частности [Faller 2002; Portner 2009]), что мы и наблюдали в (51) .

Наконец, оператор вопроса, наоборот, типологически стабильно интерпретируется над эвиденциальностью, как и в (43) .

С частицей bu:, однако, все не так просто. Во-первых, мы уже видели в предложении (54), что она может употребляться как в значении эпистемической возможности, так и в эвиденциальном значении. В примерах (55) и (56) она может заменять частицу

xa(xa), при этом для каждого предложения появится дополнительный возможный контекст (см. значения 2 в (57) и (58)):

(57) tmn maina zah-a bu:

Тумэн машина чинить-PRT1 PTCL 1) (Машина Баира вчера сломалась, однако, вернувшись с работы, я вижу уезжающего на машине Баира. Единственным мастером в деревне является Тумэн) ‘Тумэн, наверное, починил машину.’ 2) (Во вторник у Тумэна сломалась машина. Утром в среду Жалсан уезжает в город, и машина все еще сломана. Возвращаясь домой вечером воскресенья, Жалсан думает о том, что уж за столько времени Тумэн, который разбирается в машинах лучше всех в селе и чинит их не первый год, должен был починить машину, хотя, конечно, всякое могло случиться.) ‘Тумэн, наверное, починил машину.’ (58) sajana algalta-ja zb-r Саяна проверка-ACC правильный-INSTR

b- bu:

писать-PRT1 PTCL 1) (Саяна хвастается мне, что она воспользовалась на контрольной шпаргалкой и бльшую часть списала, поэтому почти уверена, что у нее нет ошибок. Пересказывая эту историю, я говорю.) ‘Наверное, Саяна правильно написала контрольную.’ 2) (Саяна — круглая отличница и почти никогда не допускает ошибок в контрольных.) ‘Наверное, Саяна правильно написала контрольную.’ Е. В. Деликанова Модальность и эвиденциальность в теоретической и типологической литературе зачастую рассматриваются либо как пересекающиеся категории, либо как входящие одна в другую (см., например, обзор в диссертации [Faller 2002]). В частности, и показатели эпистемической возможности, и показатели инферентивной эвиденциальности, подобные xa, подают пропозицию как опирающуюся на производимый говорящим логический выбор .

Минимальные различия связаны с тем, что в одном случае он преимущественно опирается на общие знания о мироустройстве, а в другом обязательно задействованы наблюдаемые последствия описываемой ситуации .

Можно предположить, таким образом, что частица bu:

является показателем эпистемической возможности, а экспериенциальные (инферентивные) контексты типа значения 1 в (57) и (58) представляют собой зону естественного пересечения ее дистрибуции с дистрибуцией xa. Это подтверждается наблюдаемыми в разделе 2 свойствами, а способность bu употребляться в контекстах типа значения 1 предложений (57) и (58) вызвана как раз близостью этих грамматических категорий. Однако если в (56) для говорящего важнее то, что источником информации являются слова третьего лица, то в значении 1 из (58) говорящий основывается на своих знаниях о мире (человек, удачно воспользовавшийся шпаргалкой, должен был все написать верно) .

В пользу такой гипотезы говорит и то, что, как уже отмечалось в разделе 2, в языках мира модальные операторы в контексте отрицания могут иметь две сферы действия, что мы и наблюдали в (52) .

Кроме того, показатели эпистемической вероятности, в отличие от маркеров эвиденциальности, не имеют столь жестких семантических ограничений на сочетаемость с 1 л. (ср., например, для русского языка: Я, наверное, был знаком с Васей, так как наши родители дружили, но сейчас не могу вспомнить; Как и все, я, наверное, смотрел «Иронию судьбы», ведь ее крутят по телевизору каждый год, так что вряд ли я ее не смотрел, хотя сейчас и не могу точно вспомнить). Именно это мы видим в (49) и (50) .

Невозможность употребляться в различных типах вопросов, однако, не является универсальным свойством модальных операторов (снова ср., например, для русского языка: Кого Вася, возможно, видел в Москве?). Мы предполагаем, что неграммаО двух частицах в бурятском языке тичность (36), (39) и (44) может быть вызвана тем, что частица bu:, как мы видели в разделе 1, сама может использоваться для образования выражений, похожих на вопрос, и невозможность сочетаться с вопросительными частицами не является следствием того, что она модальный оператор. Однако тогда остается открытым вопрос, почему в баргузинском диалекте частица xa(xa) не может сочетаться по крайней мере с показателем общего вопроса .

На это у нас пока нет удовлетворительного ответа .

Для объяснения прочих дистрибутивных свойств рассматриваемых частиц — сочетаемости/несочетаемости с частицами jum и da: — нам необходимо сначала понять семантику самих этих частиц, для чего у нас пока, к сожалению, недостаточно материала. Поэтому на данном этапе исследования мы можем только описать возможные комбинации .

Что касается несочетаемости частиц xa и bu: друг с другом, то в языках мира не существует абсолютного запрета на комбинацию каких-то показателей модальности с какими-то показателями эвиденциальности (см, например, [Faller 2002]), однако в языках мира часто имеются существенные ограничения на то, что с чем может комбинироваться .

Обратимся к материалу русского языка.

В нем есть вводное предложение (я) вижу, дистрибуция которого очень похожа на дистрибуцию показателей экспериенциального логического вывода в других языках: оно может использоваться, если говорящий основывается на наблюдаемых последствиях какой-либо ситуации (например: говорящий возвращается домой, видит на вешалке пальто Маши и говорит вышедшей навстречу жене: «Я вижу, Маша уже дома»), причем последствия могут восприниматься не только визуально (например: говорящий возвращается домой, чувствует запах борща и говорит пришедшему с ним другу:

«Я вижу, Маша борщ сварила»), однако если говорящий наблюдал весь процесс, то использовать это вводное предложение по меньшей мере неестественно (например: говорящий наблюдал весь процесс варки борща своей женой и говорит пришедшему в гости другу: «*Я вижу, Маша борщ сварила») .

Это вводное предложение далеко не всегда может сочетаться с модальными наречиями (ср., например: говорящий возвращается домой, чувствует запах борща и говорит пришедшему с ним другу: ???Я вижу, Е. В. Деликанова Маша, наверное, борщ сварила / *Я вижу, возможно, Маша борщ сварила / *Возможно, я вижу, Маша борщ сварила). Как кажется, бурятский язык демонстрирует ограничения в точности такого же рода .

4. Заключение В настоящей статье мы рассмотрели сходства и различия в поведении и семантике двух частиц — xa(xa) и bu:. На первый взгляд, они имеют одинаковое значение эпистемической возможности, однако более подробный анализ показывает, что частицу xa(xa) более уместно анализировать как показатель эвиденциальности и что она может использоваться для выражения двух типов эвиденциальных значений — экспериенциальной инферентивности и пересказывательности .

Частицу bu: и в самом деле следует описывать как показатель эпистемической возможности. Ее способность употребляться в контекстах, близких к эвиденциальным, связана с близостью этих грамматических категорий, однако даже в этом случае говорящий базируется на общих знаниях о мире .

Наша гипотеза подтверждается свойствами, которые демонстрируют эти частицы: xa(xa) имеет семантическое ограничение на сочетаемость с 1 л. ед. ч., обладает широкой сферой действия в сочетании с отрицанием и интерпретируется как находящаяся под оператором вопроса; bu:, в свою очередь, не имеет ограничений на сочетаемость с 1 л. и может иметь обе сферы действия в контексте отрицания .

Завершая эту статью, заметим, что анализ этих частиц как показателей разных грамматических категорий ставит новые вопросы. Например, где именно в структуре глагольной группы они находятся и как располагаются относительно друг друга?

Операторами какого уровня (и одинакового ли) они являются — пропозиционального или иллокутивного? Мы надеемся дать ответ на эти и другие вопросы в нашем дальнейшем исследовании материала баргузинского диалекта .

Список условных сокращений 1 — 1 лицо; 2 — 2 лицо; ACC — аккузатив; CNT1 — первый коннектив; CNT2 — второй коннектив; COMP — комплементайзер; DAT — датив; HAB — хабитуалис; n — посессор; IMP — императив; INSTR — инстО двух частицах в бурятском языке рументалис; NEG — глагольное отрицание; PL — множественное число;

POT — потенциалис; PRS — настоящее время; PRT1 — первое прошедшее время; PRT2 — второе прошедшее время; PTCL — частица; Q1 — частный вопрос; Q2 — общий вопрос; REFL — рефлексив; SG — единственное число .

Литература

Будаева 2003 — Г. Д. Будаева. Служебные части речи в бурятском языке:

частицы. Улан-Удэ: Издательство Бурятского государственного университета, 2003. [G. D. Budaeva. Sluzhebnye chasti rechi v

buriatskom iazyke: chastitsy [Auxiliary part of speech in Buryat:

particles]. Ulan-Ude: Izdatel’stvo Buriatskogo gosudarstvennogo universiteta, 2003] .

Дамбуева 2001 — П. П. Дамбуева. Категория модальности в современном бурятском языке: автореф. дисс.… докт. фил. наук. Ин-т монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН, Улан-Удэ, 2001. [P. P. Dambueva. Kategoriia modal’nosti v sovremennom buriatskom iazyke [Modality in the modern Buryat language] .

Avtoref. diss.… dokt. fil. nauk. In-t mongolovedeniia, buddologii i tibetologii SO RAN, Ulan-Ude, 2001] .

Майсак, Татевосов 2000 — Т. А. Майсак, С. Г. Татевосов. Пространство говорящего в категориях грамматики, или Чего нельзя сказать о себе самом // Вопросы языкознания 5, 2000. C. 68–80. [T. A. Maisak, S. G. Tatevosov. Prostranstvo govoriashchego v kategoriiakh grammatiki, ili Chego nel’zia skazat’ o sebe samom [Space of a speaker in grammatical categories, or What is impossible to say about oneself] // Voprosy iazykoznaniia 5, 2000. P. 68–80] .

Панов 2016 — В. А. Панов. Бурятские заключительные частицы в ареально-типологической перспективе // Урало-алатайские исследования 23(4), 2016. C. 101–128. [V. A. Panov. Buriatskie zakliuchitel’nye chastitsy v areal’no-tipologicheskoi perspektive [Buryat final particles from the typological perspective]. Uralo-alataiskie issledovaniia 23(4), 2016. P. 101–128] .

Санжеев и др. (ред.) 1962 — Г. Д. Санжеев, Т. А. Бертагаев, Ц. Б. Цыдендамбаев (ред.). Грамматика бурятского языка: Фонетика и морфология. М: Изд-во Восточной лит-ры, 1962. [G. D. Sanzheev, T. A. Bertagaev, Ts. B. Tsydendambaev (eds.). Grammatika buriatskogo iazyka: Fonetika i morfologiia [Buryat grammar: Phonetics and morphology]. M: Izd-vo Vostochnoi lit-ry, 1962] .

Черемисов 1973 — К. М. Черемисов. Бурятско-русский словарь. М: Изд-во Советская энциклопедия, 1973. [K. M. Cheremisov. Buriatsko-russkii Е. В. Деликанова slovar’ [Buryat-Russian dictionary]. M: Izd-vo Sovetskaia entsiklopediia, 1973] .

Aikhenvald 2004 — A. Y. Aikhenvald (ed.). Evidentiality. Oxford: Oxford University Press, 2004 .

Anderson 1986 — L. B. Anderson. Evidentials, paths of change, and mental maps: typologically regular asymmetries // W. Chafe, J. Nichols (eds.) .

Evidentiality: The Linguistic Coding of Epistemology. Norwood:

Ablex Publishing Corporation, 1986. P. 273–312 .

Faller 2002 — M. T. Faller. Semantics and pragmatics of evidentials in Cuzco Quechua. Doctoral dissertation, Stanford university, Stanford, 2002 .

Janhunen 2003 — J. Janhunen. Proto-Mongolic // J. Janhunen (ed.). The Mongolic languages. London — New York: Routledge, 2003. P. 1–29 .

Plungian 2001 — V. A. Plungian. The place of evidentiality within the universal grammatical space // Journal of pragmatics 33(3), 2001. P. 349–357 .

Poppe 1960 — N. N. Poppe. Buriat Grammar. [Indiana University Publications Uralic and Altaic Series Vol. 2]. Bloomington: Mouton & Co, 1960 .

Portner 2009 — P. Portner. Modality (Vol. 1). Oxford: Oxford University Press, 2009 .

Skribnik 2003 — E. Skribnik. Buryat // J. Janhunen (ed.) The Mongolic languages. London — New York: Routledge, 2003. P. 102–128 .

Svantesson et al. 2005 — J.-O. Svantesson, A. Tsedina, A. Mukhanova Karlsson, V. Franzn. The phonology of Mongolian. Oxford: Oxford University Press, 2005 .

Willett 1988 — T. Willett. A cross-linguistic survey of the grammaticization of evidentiality // Studies in Language. International Journal sponsored by the Foundation “Foundations of Language” 12(1), 1988. P. 51–97 .






Похожие работы:

«RUDN Journal of Language Studies, Semiotics and Semantics 2018 Vol. 9 No 4 883—895 http://journals.rudn.ru/semiotics semantics Вестник РУДН. Серия: ТЕОРИЯ ЯЗЫКА. СЕМИОТИКА. СЕМАНТИКА УДК: [811.222.8:811.161....»

«1 Языкознание 1. En accion 2 : curso de espanol : Libro del alumno / E. Verdia [et al.]. Madrid : Clave Ш147.21ELE, 2005. 208 p. : il.; 28 sm. 923(Исп) Перевод заглавия: Курс испанского языка : учеб. Е54 Экземпляры: всего:1 МЛЦ(1) 2. En accion 2 : curso de espanol : Cuaderno de actividades / N. Vaquero....»

«163 ного его источником. В положении препозиции к существительному со значением “запах” данные прилагательные квалифицируют обонятельный стимул на основе ощущений вос­ принимающего. “А1огз 1езрогззопз з'атоШгеп!, зе поуёгеМ; ёез зеп!еигз ёе скаггз 1оигпёез зе тё1ёгеп! аих зоиЦ1ёз...»

«ВАЗОРАТИ МАОРИФ ВА ИЛМИ ЉУМЊУРИИ ТОЉИКИСТОН ПАЖЎЊИШГОЊИ РУШДИ МАОРИФИ АКАДЕМИЯИ ТАЊСИЛОТИ ТОЉИКИСТОН ИЛМ ВА ИННОВАТСИЯ (Маљаллаи илмию методї) НАУКА И ИННОВАЦИЯ (Научно-методический журнал ) №1-2 2014 (7-8) ПАЖЎЊИШГОЊИ РУШДИ МАОРИФИ АКАДЕМИЯИ ТАЊСИЛОТИ ТОЉИКИСТОН ИНСТИТУТ РАЗВ...»

«Кравец Татьяна Ивановна НАЗВАНИЕ ГАЗЕТЫ: ономасиологический и стилистический аспекты 10.02.01 русский язык АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук Научи* Отймтоптя Урммшого Екатеринбург Работа выполнена в Уральском государственно...»

«Бурцева Жанна Валерьевна МОДИФИКАЦИИ ЖАНРОВОЙ ФОРМЫ ПРИТЧИ В ЯКУТСКОЙ РУССКОЯЗЫЧНОЙ ПРОЗЕ В статье рассматривается проблема жанровых модификаций в современной прозе, индивидуально-авторский подход в создании неканонических жанровы...»

«Ярыгина О. Н. асе., НИУ ""БелГУ, Россия АВТОРСКИЕ ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ ДЖ. БАРНСА В данной статье предпринята попы тка рассмотреть некоторы е приёмы образования индивидуально-авторских фразеологических единиц в произведениях Дж. Барнса, вы явить их предполагаемы е Ф Е-инварианты, определить стилистические функ...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.