WWW.LIBRUS.DOBROTA.BIZ
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - собрание публикаций
 

«Направленность: Слэш Автор: kjersty27 (Фэндом: Bangtan Boys (BTS) Пейринг или персонажи: Намджун/Юнги; Намги Рейтинг: R Жанры: Романтика, Флафф, ...»

Ссылка на материал: https://ficbook.net/readfic/4211142

Как приручить кота. Сборник

Направленность: Слэш

Автор: kjersty27 (https://ficbook.net/authors/1349343)

Фэндом: Bangtan Boys (BTS)

Пейринг или персонажи: Намджун/Юнги; Намги

Рейтинг: R

Жанры: Романтика, Флафф, Повседневность, PWP, ER (Established Relationship)

Предупреждения: Нецензурная лексика

Размер: Драббл, 35 страниц

Кол-во частей: 31

Статус: закончен

Описание:

Намги много не бывает

Посвящение:

всем, кто любит Намги

Публикация на других ресурсах:

спросить

Примечания автора:

https://pp.vk.me/c636326/v636326206/4736/dzFQO3JAOpk.jpg TOC TOC 2 1. 4 2. 5 3. 6 4. 7 5. 8 6. 9 7. 10 Примечание к части 10 бонус 11 бонус - 2 12 Примечание к части 13 8. 14 9. 15 Примечание к части 15 10. 16 Примечание к части 16 11. 17 Примечание к части 17 12. 18 13. 19 14. 20 Примечание к части 20 15. 21 16. 23 Примечание к части 23 17. 24 18. 26 Примечание к части 26 19. 27 20. 28 21. 29 Примечание к части 30 22. 31 Примечание к части 31 23. 32 24. 33 2/39 25. 34 26. 35 27. 36 28. 37 Примечание к части 37 29. 38 Примечание к части 39 3/39 1 .

Когда все кругом заебало, хочется только одного: чтобы тебя не трогали. Или чтобы трогали, но один конкретный человек, который в душе не ебет, что тебя надо потрогать .

А еще у тебя статус и образ холодного и недоступного, и, наверное, поэтому тебя просто боятся трогать .

Юнги разрывается между 'сохранить' и 'наплевать на' гордость, но когда Тэхен, убегая от щекоток Хосока, роняет/разбивает кружку рядом с ним, Юнги плюет на всё и всех, идет в комнату Намджуна и обессиленно утыкается лбом между лопаток сидящего за столом Кима .

— Я не могу-у больше, — Юнги глухо стонет в спину Намджуна, согревая дыханием кожу .

— Что случилось, маленький? — Намджун откровенно издевается, ведь уже несколько дней ловит на себе тоскливые взгляды Мина, знает, что тому не хватает обнимашек, но прийти за ними, Ким убежден, Юнги должен сам, ведь сломить гордость мелкого хена — что может быть слаще?

— Я тебе сейчас уебу-у, — продолжает ныть Юнги, просовывая руки Киму под мышки, переплетая пальцы на груди Намджуна. — Зачем ты делаешь это со мной? Зачем вы все надо мной издеваетесь?

Намджун, наконец, разворачивается к Юнги, сгребает его в охапку и усаживает себе на колени .

— Я столько раз чуть не сорвался, невозможно быть рядом с тобой и не хотеть затискать, — Ким тепло улыбается, показывая ямочки на щеках, и целует Мина в лоб и висок .

— Так ты специально изводил меня, чтобы я вот так?.. Знаешь что? Иди нахуй, Намджун! — Юнги пытается вырваться, но Ким смеется и лишь прижимает к себе сильнее .

— Я так люблю тебя, Юнги, — шепчет в ухо, посылая по позвоночнику Юнги стаю мурашек. — Просто покажи мне, что я действительно нужен тебе. Ты же знаешь, я никогда не оставлю .

— Знаю, — Мин затихает в объятиях Намджуна, наклоняет голову влево, подставляя шею для поцелуев, — Я стараюсь быть более открытым. Для тебя .

Поцелуй выходит очень нежным и глубоким, и Юнги спрыгивает с колен Намджуна за секунду до того, как в комнату вваливается, заливаясь смехом, клубок из Тэхена и Хосока .

–  –  –

Намджун старательно выполняет все пункты, за что вознаграждается головой на своем плече и чужим теплом у бока, когда они едут в машине домой. В момент пробуждения Юнги разлепляет сонные глаза и в первую секунду вздрагивает от осознания, что он расслабился настолько, позабыв все меры предосторожности, но, признав Намджуна, успокаивается .





Доверяет Юнги только ему, только Намджуну дозволено подушечками пальцев касаться ладони Мина, а после и переплетать их на пару секунд, пока никто не видит. Только ему можно обнять со спины, сказать, что уже поздно, пойдём спать. Только он достоин быстрого смущенного поцелуя в щеку и "только попробуй кому рассказать, придурок" .

И Намджун улыбается, действительно как дурачок, ведь этот дикий кот, кажется, принадлежит только ему .

–  –  –

Так Юнги говорил год назад. Но сделать тогда ничего не смог; повлиять, вразумить не удалось даже осторожного Хосока, про лопоухого болвана и говорить нечего. На все попытки объяснить возможные последствия - прижатые ладонями к голове здоровенные уши и 'ла-ла-ла, хён, я тебя не слышу~'. Бесполезно .

Юнги не такой, Юнги не бросается с головой в омут, он справедливо боится того, что, если не сложится, он, вполне вероятно, потеряет отличного друга, а то и больше возможность творить в рамках группы .

В итоге он и сейчас не понимает, как Намджуну удалось уговорить его попробовать: не так уж Мин нуждался в отношениях и тем более сексе, понимал же головой, что роли в постели определены по дефолту. А еще было очень страшно переходить от формального 'мы вместе' к реальному. Было страшно целоваться в первый раз, неловко, глупо, странно, смущающе, а еще очень вкусно. Юнги не помнит, был ли это вкус десерта, который они умяли один на двоих, или же (о, как по-бабски) вкус губ самого Намджуна. И пусть Юнги никогда не признался потом, Ким знает, что Мину понравилось .

И нравится сейчас, когда Намджун, поймав Юнги в темном коридоре ночью, ласкает языком такие нежные губы Юнги, проникая им между, касаясь чужого языка, слегка посасывая. И улыбается в поцелуй, услышав тихий короткий стон .

–  –  –

Ночь, они в гостинице где-то за границей (после стольких перелетов Юнги уже не помнит, что это за страна), и это их первый раз .

В туре всегда проще побыть наедине, нет необходимости видеть шесть пар глаз + менеджера 24/7, а еще завтра им домой, выступлений нет. Мин морально готов принять боль и неудобства .

Намджун же старается изо всех сил доставить этих неудобств как можно меньше:

он терпеливо, почти полгода, ждал, когда Юнги даст доступ к священному телу, не в его интересах сделать так, чтобы это стало разовым мероприятием .

Намджун губами, по наитию, находит чувствительные точки на хрупком теле под ним, сжимает белоснежную кожу, что так потрясающе смотрится в контрасте с его карамельной, пальцами сильно, но не оставляя следов, шепчет какой-то смущающий бред, знает, что Юнги это нравится, хоть тот и утверждает обратное, и не может остановиться целовать Юнги — решается мысленно на главное .

— Делай уже что-то, я не могу больше, — хрипит Юнги, тем самым включая Киму зеленый свет .

Одолженная у Хосока вместе с наставлениями смазка (никто не смотрел друг другу в глаза, Хоуп, казалось, рухнет в обморок от неловкости разговора) и квадратик презерватива Намджун выуживает из сумки под присмотром Юнги. Страшно обоим, но Мин доверяет Намджуну, а Ким никогда не подведет Юнги .

Немного субстанции на пальцы, что через несколько минут один за другим исчезают в обжигающей тесноте, отвлекающие от дискомфорта поцелуи, и, наконец, просьба, что срывается с припухших губ Мина. Намджун придерживает Юнги за бедра, которыми никогда не устанет любоваться, входит плавно, медленно, внимательно следит за реакцией красивого личика, останавливаясь на пару секунд каждый раз, как его искажает боль. Взаимный выдох облегчения, когда Намджун полностью в Юнги, еще несколько секунд на привыкание и аккуратные толчки .

Юнги умирает на простынях, что так неприятно липнут к спине, пропускает ткань сквозь пальцы, выгибается так, чтобы еще ближе, еще глубже. Стоны тихие и глухие — большего они позволить себе не могут, но Юнги хочет, чтобы Намджун знал, как ему хорошо сейчас, поэтому он притягивает Кима к себе и шепчет на ухо «люблю». Намджун застывает от неожиданности, а потом целует глубоко и влажно, доводя сначала Юнги, а после себя до оргазма .

Мин дрожит в руках Намджуна, обнимая за покрытые бисеринками пота плечи; Ким целует грудь и шею, румяные щеки и шепчет ответное «а я тебя» .

–  –  –

Намджун заходит в тот момент, когда Юнги делает последний глоток из стакана, и над верхней губой у него образовываются совершенно очаровательные молочные усы. Ким не может сдержать смешка, подходя ближе и, на всякий случай, оглядывается, не идет ли кто следом, а потом наклоняется и языком стирает тонкую белую полоску .

Юнги распахивает глаза, не зная, возмутиться или попросить сделать так еще, но вовремя вспоминает, что он, на минуточку, хён, и вообще весь из себя свэговый мужик, поэтому стоит Намджуну протолкнуть кончик языка между губ Мина, как тот немедленно кусается .

— Хён, больно же, — у Намджуна даже глаза заслезились от боли. — Подуй хоть .

— В окно иди выстави .

Юнги выходит из кухни с высоко поднятой головой, плавно покачивая бедрами .

Был бы хвост — задрал бы трубой .

–  –  –

То, как Юнги очищает свою душу от черноты через лирику и музыку — волшебство, болезненный процесс, выворачивающий маленького Юнги наизнанку, необходимость, без которой он не выживет .

Юнги наиболее уязвим сразу после того, как песня готова: он опустошен и беспомощен эмоционально, слаб, как новорожденный котенок. И больше всего на свете Намджун счастлив, что ему дозволено быть рядом в этот момент, охранять освежеванную душу от любого вмешательства, переходить на прикорм похвалой и целовать опухшие от бессоных ночей глаза; и в то же время так щемит сердце каждый раз .

Он и сам не меньше сил, физических и моральных, тратит на свои тексты, но ему сложение что из букв, что из цифр всегда давалось легче, чем остальным. А еще он более открытый и не копит в себе столько боли. Юнги, может быть, и выглядит так, будто ему плевать на все, но Намджун знает, что это лишь маска .

А Юнги, правда, очень ценит то, что Ким рядом в сложный реабилитационный период .

И до сих пор не знает, а за что же Намджун его любит?

Мин не замечает как выводит, задумавшись, на листке блокнота «Намджун Юнги…?», и вздрагивает когда Ким шепчет на ухо:

— А разве нужны причины? Люблю и все. Ты — моя муза, для тебя я хочу быть лучше, быть опорой. Меня это делает счастливым .

Юнги поворачивается на стуле к Намджуну, встает, и целует первым .

Примечание к части Пока на этом всё) Возможно будут дополнения, пока не знаю .

Спасибо, что читали) 10/39 бонус Намджун покрывает влажную спину Юнги поцелуями, слизывая капельки пота между лопаток, спускается губами по позвоночнику вниз .

Мин редко разрешает себе и Намджуну такую позу, любит находиться сверху, даже будучи снизу. Любит руководить действиями Кима, хотя тот, и Юнги знает отлично, справляется сам ничуть не хуже бывает и лучше. Намджун принимает условия, понимает, через что пришлось переступить Юнги. За возможность заласкать до сорванного голоса и обездвиженности организма, и быть ответно заласканным (когда Юнги входит в раж, он не скупится) он готов к капризам .

Намджун поддерживает вес своего тела на руках, расставленных по бокам от Юнги, трется пахом о круглые половинки, медленно, давая себе и Мину почувствовать каждую клеточку кожи, тепло, желание. Он приподнимает Юнги за талию, ставя на колени, целуя плечи и поглаживая мягкий животик .

Юнги возбужден, он пылает, но сказать о желаниях вслух ему все еще стыдно. Поэтому он надеется, что Намджун догадается сам, раз он отдал бразды Киму. И Намджун не подводит: его пальцы уже в расслабленном после первого оргазма Юнги, давят на чувствительные места, вырывая из груди Мина хриплые стоны .

Юнги подается назад, прогибаясь в спине сильнее, дышит чаще, ерзает от нетерпения .

Намджун заменят пальцы собой и зажмуривается от потрясающих ощущений .

Быстрые движения бедер, ласкающие все тело ладони — Юнги сходит с ума, Юнги просит еще, Юнги говорит, что «это, блять, охуенно-о..», Юнги кончает второй раз .

— Юнги… Юнги… — полубред, как молитва с губ, и Мин, действительно, для Намджуна сродни божеству, тотемному идолу, а он — приближенный, избранный .

— Я хочу… внутрь, давай .

Намджуну кажется, он сейчас расплачется, ведь это впервые, когда ему можно. Это новый уровень, новый виток их непростых, но таких понятных отношений .

Вязкие капли, медленно стекающие по внутренней стороне бедра Юнги — самое красивое, что Намджун когда-либо видел в жизни .

–  –  –

Но Юнги в это же самое время обожает беспорядок, который Намджун устраивает в его душе и голове, грязные словечки хриплым шепотом на ухо и разводы его спермы на своем животе и молочных бедрах .

А еще Юнги терпеть не может прелюдии, потому что «я тебе не баба, давай уже», но обожает, когда Намджун целует его медленно и глубоко; когда проводит горячим языком по контуру верхней миновской, заставляя его разомкнуть фигурно-очерченные бантиком губки, впуская дальше; когда Намджун поглаживает язык Юнги своим, чуть посасывая кончик; и важно, чтобы все это тягуче, не торопясь, даже если сначала Мин, для виду, пытается вырваться и оттолкнуть. Джун знает все его игры, а потому не отпускает .

Знает, что Юнги это нравится .

*** Новая студия Юнги обволакивает темнотой и уединенностью, она пропитана им, здесь есть место только для его гения. Но в полночь меняется многое, и сейчас в комнате их двое .

Дивана в помещении нет, только кресло и стол, на котором сидит Юнги, клавиатура и пульт сдвинуты («аккуратнее, Намджун!») вбок, и между его бедер — Ким, прижимающий к себе, целующий так, как нравится Юнги .

Намджун выводит узоры по сладкому нёбу, сжимает круглые половинки ягодиц Мина, буквально вдавливает Юнги в свое тело, желая растопить патокой, пустить сахарный сироп по венам, не боясь умереть от диабета. Оно того стоит .

Юнги обещал себе не стонать, но ничего не может поделать — Намджун слишком хорош .

Мин и сам ни разу не врал про Гонконг, и Ким будет первым, кто подтвердит правильность строчек, если потребуется, но противоречивая натура Юнги любит отдавать Джуну инициативу, вопреки словам и действиям .

Намджун стаскивает футболку с белоснежного тела, покрывая нежную кожу поцелуями, задерживаясь губами на соске, они у Мина очень чувствительные. Ким проводит влажным языком и чуть оттягивает розовую бусинку, заставляя Юнги прогнуться назад, поддаваясь ласкам. Намджун наблюдает за реакцией: по виску катится капелька пота, пухлые, блестящие губы приоткрыты, длинные пальцы сжимают его предплечья — Джун все делает правильно .

–  –  –

Ким пересаживает маленького хёна в кожаное кресло и становится на колени перед своим божеством: он любит этого дерзкого дикого кота, что бывает таким ласковым и беззащитным порой, только для него, до безумия, и он сделает все, чтобы их отношения остались чем-то сокровенным, на двоих .

*** Юнги разводит стройные ножки в стороны, закидывая их на подлокотники, открываясь Намджуну и открывая для него потрясающий вид .

Ким ласкает Юнги до (спасибо звукоизоляции) хриплых стонов и тихого «пожалуйста… ещё…» Парой движений языком вокруг головки, когда Мин уже не может больше, доводит до оргазма, проводя напоследок вверх-вниз по стволу, целует в плечо; после вытирая живот Юнги от спермы туалетной бумагой, которая в каждой студии вместо полотенец для рук, если приспичит прямо тут поесть или, вот, сделать минет .

Мин с трудом сводит ноги, все еще пытаясь отдышаться, и не хочет оставаться в долгу, поэтому притягивает Намджуна к себе, дрожащими, от пережитого удовольствия, руками расстегивает джинсы Кима, и сразу берет возбужденный влажный член в рот .

Намджун пытается хвататься за воздух, спинку кресла или плечи Юнги, потому что колени подкашиваются, потому что «привет, Гонконг!», потому что Мину нравится это самому .

Юнги принимает все, когда Джун кончает, вылизывает до последней капли, проглатывая белесую жидкость, и это неслабо бьет Киму по мозгам — Юнги делает так крайне редко .

Видимо, сегодня его счастливый день .

— Я не оставляю следов, — говорит Юнги голосом убийцы из недавно просмотренного вместе фильма и пытается увернуться от смеющегося Джуна, который все же сгребает в охапку и чмокает в нос .

Примечание к части три дня эту картинку с Юнги в кресле представляла, ну и, собственно, вот) 13/39 8 .

Юнги спит уже четвертый час, а Намджуну хочется его погладить, потискать, обнять, поцеловать в холодный нос. Но будить спящего Юнги сродни желанию положить голову на плаху, самолично наточив перед этим лезвие топора. Намджун не самоубийца, он просто влюбленный парень, влюбленный во вредного ленивого кота, который сейчас даже ногой дергает, совсем как настоящий мурлыка .

Риск — дело благородное, и Намджун, на свой страх, тянет ладонь к мягким, даже после стольких окрашиваний, волосам, пропускает прядки сквозь пальцы, ощущая под подушечками теплую кожу; наклоняется ближе, чтобы вдохнуть свежий запах кондиционера и самого Юнги. Одуряюще. Но еще более одуряюще это тихое сонное «ещё..», и, кажется, Намджун слышал кошачье «пфрррр» вслед за движением его ладони .

14/39 9 .

Намджун никогда не жалуется, старается вообще никак не показывать то, что ранит, как сильно, как глубоко .

Все, мягко говоря, замечания «фанатов» по поводу его внешности и места в группе он переживает внутри себя — не хочет обременять. На его плечах гордое и очень ответственное звание, он должен ему соответствовать, обязан. Обязан подавать пример во всем, в том числе и как справляться с негативом .

У них у каждого свой способ, или особенный человек .

Вот у Намджуна есть Юнги, который с виду пофигист непрошибаемый и ему б свое дерьмо разгрести, а не в чужом копаться, но Намджун знает другого Юнги. Того, который одним взглядом внимательных глаз из-под прикрытых век отражает, что Намджун стал тише обычного, а книгу читает, не перелистывая, уже минут семь; который проходит мимо и, незаметно для остальных, касается руки, призывая пойти за ним;

который поглаживает по плечу на темной кухне, усадив на табурет, а потом обнимает аккуратно, положив подбородок на плечо, и шепчет на ухо, никогда не сказанное громко, вслух, что не стоит переживать из-за этих людей, а он, Юнги, его любит и будет рядом всегда, как все эти шесть лет .

И Намджун, обнимая в ответ, думает, что за возможность слышать это и знать, что не обманывает, держать в ладонях эту тонкую талию и чувствовать теплое дыхание на щеке, он готов терпеть что угодно .

Примечание к части Второй сезон открыт, я так понимаю :D еще пару зарисовок назад. .

–  –  –

Намджун не знает, за что ему такой подарок, может, на самом деле он — Супермен, и прошлой ночью спас мир от Апокалипсиса, просто не помнит об этом? Но факт остается фактом: Юнги лежит на животе между разведенных намджуновых коленей и ласкает теплым мягким языком .

Он совершенно без макияжа, и Намджун считает, что так ему идет гораздо больше; всетаки влюбился он в парня (кто бы сказал Киму, что он способен на это шесть лет, дал бы в морду), он любит выпирающие кости и углы фигуры, не считая округлых бедер, от которых в свое время Намджун тихо пищал в подушку, не имея возможности прикоснуться (пищит и теперь, но уже внутри себя, когда ведет ладонями и губами по молочной коже), а не ту сахарную вату, которую вместе с мейкапом впаривают фанатам .

Конечно, Юнги по умолчанию в их паре, вроде как, пассив, но в первую очень он — мужчина .

Удивительнее всего то, что вместе с макияжем с Юнги смывается вся колкость и дерзость: нет, она не напускная, Мин и правда непокорный, себе на уме, но без краски на лице он становится по-настоящему домашним и ласковым. Не для всех, но для Намджуна .

Это бесценное между ними, Ким не мог бы мечтать о большем. Как не мог мечтать и о полуночном минете .

Юнги втягивает щеки, создавая давление внутри горячего рта и Намджун невольно вскидывает бедра выше, желая оказаться дальше, глубже. Юнги тихо шипит котом, легонько щипая за ногу: не для того он сюда пришел, сам (!), чтобы ему указывали, что делать (Мин никогда не скажет, как ему нравится держать член Намджуна в руках во рту, не за чем ему знать). Юнги мажет языком по выступающим венам, губами сжимается вокруг головки, пальчиками перебирая у основания. По хриплым коротким стонам он понимает, что Намджуну совсем близко до финиша, поэтому продолжает движение только рукой, приподнимаясь и заглядывая Киму в глаза: Намджун крепко смыкает веки и облизывает пухлые губы, тяжело дышит — Юнги очень любит такого Джуна. Он наклоняется к лицу Кима за секунду до оргазма, ловя и проглатывая стон, успокаивает мягким поцелуем, прижимается грудью к плечу .

— Чем я заслужил это? — Намджун все еще пытается восстановить дыхание, поворачивается к Мину .

— Не знаю, ты был сегодня таким милым в этом наряде альпиниста, и еще танец с Хосоком — давно так не смеялся, — Юнги улыбается уголками рта, пожимая плечами, а после тянет ладонь Кима к своему паху. — Продолжим?

Примечание к части

Трансляции "Burning BTS" и шуткам про альпинизм посвящается :)

–  –  –

Юнги задумчиво кусает колпачок фломастера, которым делает пометки в блокноте (от руки — быстрее) и думает о том, что спросил Тэхен несколько часов назад .

Младший крутился возле Юнги, пока тот читал книгу, потом сел на пол, облокотившись спиной об острые коленки Мина и:

— Хён, а как ты понял, что любишь Намджун-хёна?

Юнги тогда опешил от наглости Тэхена и, пнув все той же коленкой, сказал отвалить и не задавать старшим такие вопросы. Ким надулся и ушел жаловаться Хосоку, приговаривая «да я ж ничего такого, просто интересно» .

И вот теперь Юнги и впрямь задумался: а, действительно, как? Когда?

Может тогда, когда в первые после дебюта дни, не справляясь с навалившимся грузом, Юнги забился в кладовку на одном этаже с комнатой для практики и позорно разрыдался, а Намджун нашел и, не задавая ни единого вопроса, просто сел рядом и обнял так крепко, что дышать стало трудно, но именно так, как было нужно? Об этом случае не знает никто, кроме них двоих, до сих пор .

Или когда с Юнги случился аппендицит? Намджун тогда поднял на ноги весь стафф, порывался улететь в Корею с Мином, но об отмене концерта речи не шло, а отсутствие еще и лидера было недопустимо. Позже Юнги рассказали, что таким Намджуна еще не видели: ходил из угла в угол, как тигр в клетке, постоянно звонил менеджеру, спрашивая о состоянии Юнги .

Или потом, в период реабилитации, когда Мину, не терпящему частых прикосновений и не желающему обременять, нужна была элементарная помощь, в том числе и в гигиене, помогал именно Ким, не реагируя на «уйди, я сам», «не трогай!», «не надо мне ничего, хватит носиться со мной»?

А может тогда, когда Юнги, уже запутавшемуся в чувствах и эмоциях и ненавидящему себя за это, Намджун дал возможность разобраться, невероятно аккуратно и трепетно касаясь, но не переступая грань, и просто окутывая надежностью и защищенностью .

Сейчас Юнги уже не вспомнит, если быть откровенным, просто в какой-то момент без Намджуна рядом стало давить грудь, и потребность в его теплых пальцах росла в геометрической прогрессии. И сколько бы Мин не сопротивлялся, кончилось тем, чем кончилось. И Юнги соврет, если скажет, что не рад этому .

–  –  –

Младший, не объясняя ничего, тащит Юнги в студию и когда Мин видит оборудование внутри комнаты, все встает на свои места .

— Нет, Намджун, вот просто нет. Ты охренел? Я тебе что, блять, порнозвезда?

Ким аккуратно поглаживает пальцем черный матовый корпус видеокамеры, установленной прямо напротив небольшого дивана и в глазах у него мелькает желание и надежда одновременно .

— Хён, ну давай хотя бы попробуем, а? Может тебе понравится… — Не понравится .

— Откуда ты знаешь? Юнги, ты такой красивый, когда — Намджун обходит Мина и, встав за спиной, наклоняется к самому ушку, понижая тембр еще больше, посылая мурашки по позвоночнику, — стонешь и выгибаешься в моих руках, ты просто обязан увидеть сам .

Юнги прикрывает глаза, чувствуя, как низ живота наливается жаром, и уже готов произнести «да», как вспоминает, что их семь человек в доме, еще менеджер, что приходит проверять порядок; у них спрятать не выходит ничего, любые пароли, странным образом, оказываются в общем пользовании, как и содержимое лэптопов; на секунду Юнги представляет, что будет, если… нет, когда младшие или Джин найдут это видео .

Там только «привет, Дэгу» и «прощай, карьера», ибо пережить такой позор Юнги не сможет .

— Я лучше буду верить тебе на слово, извращенец .

Юнги, отталкиваясь из объятий Намджуна, выходит из студии, оставляя того наедине с камерой, обидой и диким стояком .

–  –  –

*** Еще раз, как 30 минут назад, когда он затолкал вырывающегося Юнги сюда, не в силах совладать с желанием (ведь хён такой красивый), наскоро вытряхнул его из благословибоже-этих-драных-джинс, заткнул поцелуем, сминая розовые бантиком губки, в которых чуть позже исчезли два его пальца, что затем пропали между бедер Юнги, заставляя его недовольство и злость крошиться песком, и лишь тяжело вздыхая, кинуть на Намджуна «давай, я хочу»-взгляд .

Повторять Киму дважды, дублируя вербально, не надо: вытащив пальцы и сложив Юнги пополам, закинув острые коленки на свои плечи, он толкнулся вперед, подавляя стон, потому что каждый раз как в первый. Юнги зажимал рот ладонью, другой цепляясь за сильные руки Намджуна, горячо шептал «быстрее, пожалуйста, Джун-а…», и Намджун исполнял все, что просил маленький сладкий хён .

*** — Твою мать, Ким Намджун! Я последний раз спрашиваю тебя: где! мои! трусы?!

— Да не знаю я, швырнул куда-то, что ты пристал? Нам на фансайн через 5 минут, одевай джинсы так, будто тебе впервой без белья .

Намджун, уже одетый и отдышавшийся, выскальзывает из комнаты молниеносно, получая в спину тонну матерных проклятий и, кажется, баллончик с лаком, судя по звуку удара о дверь, и сжимая в кулаке в кармане штанов нижнее белье Юнги — мятного цвета, тонкие, новенькие боксеры .

Намджун знает, что узнает Юнги. Намджун знает, что Юнги будет в бешенстве. Но Намджун также знает как успокоить Мина и получить из этого выгоду .

Юнги, в свою очередь, знает, что Намджун — долбаный извращенец .

Примечание к части

Спонсор этого выпуска Дарья и:

https://pp.vk.me/c626817/v626817206/e929/Pu2s5pEmB_I.jpg https://pp.vk.me/c636427/v636427271/5d92/Av466TbSHOM.jpg

–  –  –

Мин буквально плевался ядом, влезая в опостылевший костюм горничной (видимо, этот образ будет преследовать его всю жизнь), но делать нечего: карточный долг — святое .

Юнги делает вид, что ему не нравится, Намджун делает вид, что верит. Никогда Юнги не признается, что с ума сходит от ощущения шелка на теле, прохлады ткани на горячей от смущения и возбуждения коже, от пристального взгляда и тяжелого дыхания в спину .

Юнги поправляет чулок и разворачивается к Намджуну. У Кима вселенная в глазах, а еще — сам Юнги; там непроглядная тьма, в глубине которой пылает огонь, потушить который в состоянии только Мин; там желание и нетерпение — там действительное отражение души Юнги .

*** Намджун опускается между разведенных коленей на пол, преклоняясь перед Юнги, гладит тонкую ногу в черном капроне горячими ладонями — Юнги дышит еле слышно, часто, сердце бьется, по ощущениям, где-то в горле. Кончиком носа Ким ведет, повторяя маршрут руки, вверх, цепляя зубами широкую резинку чулка, тянет вниз по бледному бедру, медленно, возбуждаясь от первого полноценного стона с сахарных губ .

Второй чулок летит на пол. Намджун поднимает ногу Юнги, погружая большой пальчик в рот — для Мина это слишком. Он хочет уйти от прикосновений, отползти подальше, он не хочет, чтобы Намджун видел как ему невыносимо хорошо. Но он видит. Поэтому шлепает по белоснежной коже бедра, с садистским удовольствием наблюдая розовый след ладони, улыбается хищно; стон из груди Юнги какой-то совсем жалкий, больше всхлип, он откидывается на спину, пытаясь удержаться в реальности, сминая воздушный подол юбки, чуть приподнимая, открывая Намджуну то, что белья там не предполагается .

*** Юнги мечется на василькового цвета простыни, сжимая ткань в ладонях, пока Намджун широко лижет вдоль груди, языком оборачиваясь вокруг сосков; одна рука его придерживает по коленом, вторая — по костяшки в Юнги .

Четыре пальца — это много, но это так мало, когда тело горит огнем и разрывает на мелкие созвездия, когда до соединения всего ничего, а Намджун лишь дразнит, замедляя темп, не входит сам. Пальцами — это хорошо, но не так как член Намджуна .

Юнги дрожит всем бледным телом, как от озноба, но ему так жарко, что с трудом удается разлепить сухие губы и прохрипеть «Джун-иии… Прошу…»

Мучить Юнги профессионально Намджун умеет, и, возможно, он мог бы потерпеть еще минут пять-семь, но когда «джуни» — это предел. Предел Юнги, предел Кима .

Один толчок и Юнги заходится в стоне. После десятка — шелестящий хрип. На двадцатый он беззвучно кричит, царапая широкую спину, дергаясь, как выброшенная на берег рыбешка, находя спасение только в крепких объятиях, и «тише, тише, маленький»

шепотом на ухо. Намджун кончает, не спрашивая, внутрь, прижимая к себе, целуя шею, 21/39 остывая .

Юнги на самом деле извращенец, если не выкидывает наряд или прячет куда подальше с глаз, а бережно убирает в коробке под кровать, с крутящимся на языке «повторим?..»

–  –  –

- Да как, блять? Не могу я еще шире!

- Хён, не ори, я же пытаюсь. Давай попробуем так: ты за края возьмешься пальцами и растянешь, а я вставлю? Да, вот так, молодец, Юнги, еще, еще чуть-чуть.. .

- Да вставь ты мне уже эту ебучую линзу, Намджун!

Стилисты-нуны вздрагивают от крика .

Примечание к части Идея Даши. Посвящается лисьим глазкам .

–  –  –

В честь своеобразного юбилея - новый драбблик) Вдохновитель: https://vk.com/doc264371414_437505890?

hash=5390b070502cd34b80&dl=d25ac78b79d0c266a5 17 .

- Да даже у Хосока член больше, чем у тебя, - шипит Юнги на ухо Намджуну, когда камера наводит фокус на других мемберов .

Ругаться они начали еще днем, ни один не помнит первопричины, но оскорбления снежным комом уже катятся на головы .

Юнги понимает, что ляпнул что-то совсем уже переходящее рамки добра и зла, когда Намджун поворачивается к нему, и Мин, наталкиваясь на "ты ничего не попутал, дорогуша?"-взгляд, стыдливо опускает глаза, отмечая, что, ебать, как он хочет такого Джуна .

Они на съемках, личное обязано подождать до дома, пусть и хочется выяснить все прямо здесь и сейчас. Поэтому оба продолжают улыбаться в объектив и отвечать на вопросы ведущего .

Намджун не садится рядом в машине, вообще никак не контактирует, и Юнги, чисто из вредности, делает вид, что ему абсолютно по боку всё это. Лишь изредка он поглядывает на Кима из-под длинной челки, что не укрывается от внимательных Чимина и Джина, но старший тактично молчит, а Пак просто боится огрести .

В общежитии ничего не меняется до тех пор, пока Юнги, вышедший из душа последним, не оказывается взятым в плен грубым движением сильных рук, пока его не заталкивают в спальню, как успевает заметить Мин, Намджуна (Чонгук привычно тусует с Паком где-то на просторах жилплощади), пока этот самый Намджун, злой как сотня демонов, не стискивает пальцами хрупкие плечи до боли, встряхивая и прижимая к стенке .

- Так что там у Хосока больше?

Юнги реально страшно, но он парень рисковый, а при виде Кима в бешенстве низ живота наливается горячим свинцом .

–  –  –

Намджун рычит низко, сжимая волосы на затылке Юнги в кулак, оттягивая, заставляя кадык дернуться под тонкой влажной кожей. Свободной рукой давит на плечо, приказывая жестом опуститься, не замечает азартно блеснувшие зрачки Мина, подернутые пеленой желания. Юнги все еще немного страшно, от волнения (ли?) дрожат кончики пальцев, когда он деланно-неохотно встает на колени, а Джун с хриплым "сволочь, я научу тебя ценить меня" толкается ему в рот .

У Намджуна отличный, просто охуенный член, думает Юнги (да он всегда так думал, господи), не успевая глотать слюну и утирать скопившиеся в уголках лисьих глаз слезы .

Он большой, горячий и твердый, и Юнги с ума сходит, как хочет его в себе. Всегда .

Только его. От того, как грубо, не жалея, Намджун натягивает Мина ртом на этот член, хочется скулить, хочется сильнее, хочется кончить. Джун замечает, как Юнги проводит ладонью по своему возбуждению, рывком ставит на ноги, бегло осматривая растрепанного, непривычно румяного, уже затраханного, Мина, ухмыляется как-то маньячно, толкает на кровать и, сплюнув на ладонь, входит одним движением до конца .

Юнги кусает край подушки, рассыпаясь по крупицам от удовольствия, качает бедрами, чтобы глубже, резче, воет, заглушая звук искусанной тканью, кончая. Намджун сильно шлепает по круглой ягодице, оставляя красный след на белой коже, и спускает внутрь горячего тела .

Он заворачивает Юнги в его же полотенце, выносит, разморенного, из комнаты, ставит перед дверью ванной и уходит. Мину смешно и обидно, но только что у него был чуть ли не лучший секс в жизни, а это неплохая компенсация .

На утро все возвращается на свои места: Намджун не извиняется за вчерашнее, справедливо полагая, что иногда Мина необходимо тыкать носом, но обращается с маленьким хёном как с хрустальной вазой; Юнги фырчит по-кошачьи на все эти нежности, но льнет к теплому боку Кима, а в блокноте уже записывает фразочки и слова, которые могут довести Намджуна, снова, до белого коления .

25/39 18 .

Звук оповещения о входящем в Какао отвлекает Намджуна от размышлений: он в студии уже третий час, а слова так и не складываются в гладкое полотно текста .

Джун берет телефон, открывает окошко сообщения (от Юнги), и задерживает дыхание:

на фото - его парень, с кончиком розового языка в уголке блестящих губ, полуприкрытые веки с масляным взглядом из-под них, небрежно спадающая челка, и подпись "Зайдешь ко мне? Джин уснул в гостиной" .

Пока Намджун переваривает и обрабатывает информацию (Юнги никогда НИКОГДА раньше так не делал), телефон пищит снова .

"Я жду, Джун-а " гласит сообщение, а на фотографии на этот раз обнаженное плечо и длинная бледная шея .

С трудом подавляя стон от накатившего возбуждения, Намджун спешит в комнату Юнги, больно ударяясь о ножку стола, расстегивая на ходу джинсы .

Юнги лежит под одеялом, когда на пороге появляется тяжело дышащий Намджун.

Ким говорит "я пришел", делает шаг к кровати, но:

- Отлично. Выключи свет, раз стоишь у двери, пожалуйста, а то мне лень было вылезать .

Спокойной ночи, Джун-а .

Юнги заворачивается плотнее в пуховый кокон и утыкается носом в стену .

Намджун щелкает выключателем и, тихо матерясь, плетется в ванную. Любить Юнги, порой, очень сложно .

Примечание к части http://imgur.com/Cqhi5jI

–  –  –

- Чонгук? - неуверенно хрипит Намджун, не в силах разлепить глаза .

- А тебе бы хотелось, чтобы это был он? - шепелявое шипение на ухо, и Джун улыбается всего на секунду, ведь в следующую ледяные ладони мостятся на голом животе, от чего сводит даже зубы, как если куснуть пломбир .

- Не спится мне.. Сделай что-нибудь .

- А где Чонгук? - Намджуну все еще не верится, что Юнги пришел сам .

- Я сейчас приведу его, если ты так соскучился, и еби его, и забудь, что у нас что-то было, - Юнги, вслед за ладонями с живота, начинает ускользать, но Джун перехватывает руки и притягивает к себе; Юнги утыкается носом в ключицу, сопит, но через несколько минут абсолютной тишины и медленных поглаживаний по спине, расслабляется доверие восстановлено .

- Чонгук с Чимином, не знаю, что делают, но хихикают, и свет там, в гостиной, горит, наконец отзывается Юнги. - А я никак не могу уснуть. Я. Самому аж смешно .

- И как мне помочь? Сказку рассказать что ли? - тихонько смеется Намджун, незаметно втягивая аромат бальзама для волос с макушки Мина .

- Расскажи, хуже не будет .

- Ну, слушай. Жил-был на свете мальчик и любил он другого мальчика. Мальчик тот был очень красивый, но с отвратительным характером, - Юнги снова пытается вырваться, но Джун держит крепко, продолжая, - Но он все равно любил этого вредного мальчика, и очень страдал, что не может открыто заявить об этом всему королевству .

- Ну, допустим, вредный мальчик тоже не особо доволен таким раскладом, - спустя минуту Юнги подает голос .

- Обожаю, когда ты признаешься мне в любви .

- Я не при.. .

Конец фразы Намджун проглатывает с языка Юнги, накрывая его губы своими .

–  –  –

Намджун наблюдает за ним с расстояния, боясь нарушить магию, что тонкой паутиной оплетает все помещение, магию, которую создает Юнги. Звуки из-под его рук рождаются чистые и немного печальные, красивые, как их обладатель; Джун хотел бы уметь также, но просто слушать Юнги, для него - это высшая благодать .

- Нравится? - Юнги не оборачивается к Намджуну, кончиком пальца проводя по крышке инструмента .

- Ты же знаешь, конечно. Всегда. - Джун подходит и обнимает со спины, подносит ладонь Юнги к губам, целуя каждую фалангу. - Сыграй еще, для меня .

- Всегда, - повторяет Юнги, извлекая первую ноту .

28/39 21 .

- Можешь снимать .

Намджун плавным движением сдвигает с глаз маску для сна, что лишила его зрения на долгие полторы минуты, дает глазам привыкнуть к источнику света: мягкое бра освещает только часть комнаты, скрывая углы и очертания предметов, концентрируясь лишь в центре стены напротив .

Джун сильно зажмуривается, резко открывая глаза снова .

Не показалось. Перед ним, пряча тонкие лодыжки в складках одеяла, в позе, напоминающей Русалочку, сидит Юнги. Совершенно, беспощадно обнаженный Юнги .

Впрочем, если широкую гладкую кожаную ленту ошейника можно считать за одежду, пусть будет так .

Юнги не боится смотреть прямо в глаза, хотя смущение выдают розовые, даже в слабом освещении, щечки и нервно перебирающие мех пальцы... Стоп. Мех?

- Юнги?. .

- Ничего не говори, ладно? Только потому, что сегодня твой День рождения, только поэтому.. .

Он тяжело вздыхает, закусывает губу, перед этим облизав (паршивец делает это, не вкладывая особого смысла, на автомате, но Намджуна окатывает горячей волной по позвоночнику, вниз, оседая тяжестью в паху), и приподнимается с кровати, вставая на колени. Джун скользит масляным взглядом по телу Юнги: блестящие темные глаза, блестящие приоткрытые губы, блестящая влажная розовая головка... Стон рвется из груди только от вида; Намджуна охватывает дикое желание и неописуемый восторг, но вместе с этим щемящая нежность к крошечному любимому хену. Хён тем временем опускается на четвереньки, лицом к Джуну, приподнимая зад. Мех, точно .

- Юнги, - Намджун с трудом проталкивает слова из пересохшего горла. - Это что, хвост?

- Хвост. Лисий, если хочешь конкретики. И я не буду говорить, на чем он крепится, думаю, ты понимаешь. Ну, будешь стоять и пялиться или уже примешь свой подарок?

Намджун делает несколько шагов к кровати, оказываясь животом на уровне глаз Юнги .

Мин прижимается щекой к прессу, трется носиком, а потом целует через ткань футболки .

В это время Намджун пробегается пальцами по острым плечам к шее, кончиками поглаживая ошейник. Юнги поднимает голову, заглядывая, кажется, в самую душу Джуна - такой развратный, но невинный, любимый, самый лучший. Поцелуй выходит мокрым и глубоким, обоюдные тихие стоны в губы друг друга, раскаленный воздух в комнате .

Джун не помнит, как снимал одежду, не помнит, запер ли дверь: все, что важно сейчас, это горячее тело Юнги, бархат его фарфоровой кожи, влага между разведенных мягких бедер и вытащенная за хвост небольшая пробка. Метки лепестками ложаться на бледное полотно, Намджуну всегда мало - он слизывает клубничную смазку, толкаясь языком внутрь, заставляя Юнги закусить ребро ладони почти до крови, но протяжных стонов не 29/39 глушит и это. Сжимая тонкую талию в руках и подцепив зубами ошейник, Джун проникает одним движением, выдыхает шумно, ощущая, как Юнги сцарапывает эпидермис с лопаток .

Он слышит, как Юнги задерживает дыхание, готовясь к оргазму, сжимает член в ладони сильнее, ловит вскрик губами, а после кончает сам, продолжая двигаться еще несколько секунд, доводя удовольствие почти до боли. Намджун, скатившись с Юнги, сгребает его под бок, зарывается носом в шоколадную макушку. Сердце все еще бешено колотится, и он чувствует - с Мином та же ситуация .

- С днюхой, что ли .

- Спасибо, хуё-моё .

Громкий смех наполняет комнату .

Примечание к части С Днем Рождения, Ким Намджун! Потрясающий, бесценный Лидер! Я надеюсь, что именно такой подарок ты сегодня и получил ;) 30/39 22 .

Юнги проверяет заперта ли дверь в последний, третий раз, и включает монитор. С экрана на него смотрит Намджун, смотрит тем самым взглядом, от которого подгибаются колени и одежда сама собой расходится по швам; он пьет горький абсент и выпускает клубы дыма из темных пухлых губ. Видео стоит на петле, нарезка сделанная на скорую руку. Юнги спускает джинсы и обхватывает пальцами головку члена, прикусывая кончик языка, чтобы не застонать в голос .

Это странно - дрочить на парня, когда можешь подойти к нему лично и попросить о чем угодно, но какая-то извращенная частичка личности Юнги получает от этого дикое удовольствие. Пальцы пробегаются про выпуклым венкам, чуть сжимаясь. Намджун говорит о персиках и сливках и все девушки мира сходят с ума, представляя, что Джун делает с ними. Юнги усмехается: только он точно знает смысл сказанных слов .

Не раз, не два, даже не десять, Намджун, глотая семя, облизывался и шептал на красное от убийственного смущения ушко Юнги, что "хён слаще любых конфет и взбитых сливок", а после возносил тело и душу Мина до облаков на "шоколадных крыльях"*. Юнги движет рукой по члену, не отрывая взгляда от Намджуна, дышит влажно и хрипло .

Джун, высекая искры между бедер Юнги, любит говорить, что ему достался настоящий когтистый дьяволенок, но самый красивый и порочный и всех, самый любимый, "мой" .

Юнги вспоминает это рычащее "мой", забрызгивая спермой ладонь и бледный живот;

Намджун с экрана повторяет строчку про "sweeter than sweet" и Юнги улыбается довольным сытым котом .

Примечание к части *анальный секс на слэнге .

–  –  –

- Ты видел, как он сегодня смотрел на тебя? Он хочет быть на моем месте. Он хочет целовать твоё тело, гладить кожу, хочет быть внутри. Глубоко, так глубоко, как я сейчас .

Ты знаешь это? Тебе нравится? Скажи, Юнги, что тебе нравится это так же сильно, как мне. Что он хочет тебя, но не может получить, никогда не получит. Ты - мой. Только я знаю тебя таким - жадным до прикосновений, открытым, стонущем... Ох, блять... Юнги.. .

Намджун кончает ему между лопаток, там, где несколько минут назад были его губы .

Когда Юнги пережил оргазм сам он уже не помнит, наверное, между тем как вспомнил взгляд Чонгука, а Намджун сказал "мой" .

Конечно, он замечает, что дыхание Чонгука становится тяжелее рядом с ним, взгляд темнее, как младший сокращает расстояние робкими шагами .

Неправильно это, думает Юнги, не по-хёновски, использовать Чонгука, подпитывать Джуновы кинки, вот только противостоять такому Намджуну не кажется возможным .

Чонгук знает, кому принадлежит Юнги и не переступит черту;

Намджун знает, кому принадлежит Юнги, поэтому спокоен;

Юнги знает, кому он принадлежит, но никогда не скажет вслух .

- Я люблю, когда тобой восхищаются, - Намджун убирает влажные прядки со лба Юнги, целуя мягко, почти бережно, будто не он только что растирал бедра между ног Юнги, не он шептал, подобно змею-искусителю, о том, что его (и Мина, справедливости ради) заводит; не он сжимал тонкое горло, помогая достичь пика .

- Я заметил. Ты долбанный извращенец, Намджун, не перестаю удивляться, как меня угораздило вляпаться в такое мудло как ты .

- Но тебе же нравится всё это? - Джун улыбается открыто, зная ответ наперед .

- Нравится. - бурчит Юнги, отворачиваясь к стенке под тихий низкий смех .

–  –  –

Он улыбается криво и опасно, а Юнги ненавидит себя за внутреннюю дрожь и невозможность (нежелание) зашипеть, отпихнуть, выдохнуть наконец. Сначала его ладонь мягко скользит под рубашку, обжигая тонкую кожу в низу живота, а потом - за резинку шёлковых розовых штанов, где на самом деле нет и намека на белье, сжимает полувставший член и ловит топлёный вздох губами .

Следующие двадцать минут Юнги помнит урывками: вот Намджун шепчет, что однажды он не сдержится и разложит Юнги прямо на сцене, потому что "это невозможно, хён";

вот он лижет и прикусывает шею, не переставая двигать рукой по члену; вот Юнги судорожно сам расстёгивает брюки Намджуна и касается горячего и чуть влажного; вот он просит; вот его щека ложится на кафель, а Джун стягивает пижамные штаны и толкается внутрь, до конца, глубоко, идеально .

Когда Юнги приходит в себя и вытирает мокрую от слюны щёку - дышать носом было непосильной задачей - которой тёрся о нагретую стену, Намджун аккуратно убирает следы с его живота и ягодиц бумажным полотенцем, целует в уголок влажных губ, большим пальцем стирает немного размазанную подводку, Юнги фыркает, отталкивая его в сторону и выходит первым. В спину он слышит смех и "не провоцируй меня". Юнги коротко улыбается и мысленно хвалит себя за смекалку .

33/39 25 .

Когда Намджун и Юнги ссорятся, пусть и нечасто, но, как правило, изводят друг друга напускным безразличием и холодностью до предела .

Юнги использует грязные приёмчики: позволяет Чонгуку быть ближе в обоих смыслах;

становится мягче по отношению к Тэхену, разрешая укладывать лопоухую голову на плечо или колени; громко смеётся с- и над Хосоком. Намджуна игнорирует принципиально .

В свою очередь Джун пытается отвечать тем же: вертится под ногами у Джина на кухне, приобнимая за широкие плечи; бедром к бедру садится на диван к Чимину и ластится большим котом. Надолго не хватает - не его. Движения наигранно-плавные, улыбка фальшивая и намертво приклеена к лицу, глаза постоянно скашиваются в сторону Юнги, для которого и устроено представление, пытаясь считать его реакцию, да и парни не сильно помогают: Джин через десяток минут замечает чего всё это ради, фыркает и "Ким Намджун, шёл бы ты по своим делам". Чимин, из вежливости, замечает чуть позже .

У Юнги всё выходит органично, порой настолько, что челюсти Намджуна сжимаются до боли, чувствуя угрозу .

А потом Юнги бесцеремонно вламывается в его студию, с абсолютно отрешённым видом дергает вверх из кресла и прислоняет к стене, не меняясь в лице спускает свои джинсы и прижимается спиной к груди, с тихим и бесцветным "подрочи мне" кладёт ладонь Намджуна на свой член .

Отказать у Джуна и в мыслях нет: кожица под пальцами такая нежная и тёплая, а он так соскучился. Юнги не сразу, но расслабляется под прикосновениями, неосознанно наклоняет голову вбок чуть больше, чувствуя, как Намджун присасывается к шее, как свободной рукой держит поперёк груди, как пробегается подушечками по венкам .

В планы не входило, и Юнги старается избегать этого, опираясь лишь лопатками о тело Намджуна, но рефлекторно трётся попкой о его пах, стоит сжать член ладонью сильнее .

Намджун, конечно, возбужден, он перехватывает Юнги за талию, вжимая в себя, не давая отстраниться, имитирует толчки, быстро водит кулаком по влажному уже члену, наслаждается тихими полу-стонами. Юнги едва подмахивает бёдрами, плавится в руках Джуна и, когда большой палец с нажимом проводит по головке, натягивается тетивой, дрожит и обмякает, пачкая ладонь .

Между ними давно нет неловкости, лишние слова не нужны; Юнги застёгивает джинсы и нетвёрдой походкой, по-английски, уходит из студии, оставляя Намджуна разбираться с проблемой в штанах одного. Намджун всякий раз поражается такому пофигизму Юнги, пусть и знает, что это лишь маска, но и восхищается им. Он кончает быстро, помня вкус и запах кожи бледной шеи маленького хёна, вибрацию его хрупкого тела .

Между ними давно нет неловкости и лишние слова не нужны, потому этой же ночью Намджун засыпает с посапывающим под боком Юнги, а утром все в доме делают вид, что никакой ссоры между ними и не было. А на нет и суда нет .

34/39 26 .

Прихватить мягкими губами тонкую кожу на длинной шее, услышать судорожный выдох, прижаться к широкой груди, желая проникнуть в каждую клеточку, пропитаться его запахом, как бисквит, оглохнуть от собственных стонов, ломаясь имбирным печеньем в его руках, поймать нетрезвый, но нежный взгляд больших глаз своим расфокусированным, вскрикнуть на особенно сильном толчке внутрь, упасть с кровати.. .

- Юнги!

Юнги шипит, потирая ушибленный локоть: звуки слева приглушенные, как из-под толщи воды; абсолютно трезвый уже Намджун бережно поворачивает его голову, отчего левую сторону простреливает боль; Юнги дергается .

- Хён, - плохой знак - Ты меня слышишь?

- Слышу, но как-то... странно. Что там?

Намджун еще раз осматривает, цокает языком .

- Кровь там, и ухо красное такое... Давай я менеджеру наберу, надо врачу показаться .

Одевайся пока, сможешь сам? - Джун, поддерживая за локоть, помогает встать с пола, но Юнги отпихивает помощь в виде крепкой руки, мол, не кисейная барышня, пошатываясь идёт в ванную .

- А еще говорят, что я травмируюсь на ровном месте, - Намджун пытается скрыть волнение за шуткой, за что из ванной в него прилетает полосатый шлёпок .

*** bts_twt, 16/12/22 Здравствуйте, это Bighit Entertainment. Мембер BTS, Шуга, не примет участие в выступлениях до конца года .

20 декабря он, запнувшись о дверной порог, упал, выходя из общежития, повредив тем самым ухо .

***

- Больше я с тобой пить в мотель не пойду, - бурчит Юнги, невесомо касаясь заклеенного ушка .

- Поспорим? - низкий шёпот на правое, здоровое, и мурашки по спине, которые говорят за Юнги всё .

–  –  –

27 .

Юнги любит - действительно любит - свернуться теплым клубком на коленях Намджуна, пока тот негромко читает вслух одну из своих умных книжек. Слова и смысл не так важны, хотя иной раз они до хрипоты спорят о правильности того или иного высказывания, фразы, гораздо важнее глубокий тихий голос Намджуна и его пальцы, перебирающие прядки на макушке .

Такой Юнги - только для него. Такой Намджун - только для Юнги .

В их камерном мире посреди хаоса и гомона 7+ голосов всегда спокойствие и порядок:

Намджун не ломает вещи и не орет дурниной, что виноват не он, не калечит себя на ровном месте, говорит с нормальной, человеческой скоростью; Юнги прячет колючки и защитный панцирь, позволяет касаться незащищенного нутра, зная, что ему не причинят боли, проявляет заботу не украдкой и словно нехотя, а правда желая помочь, хоть самую малость .

Они не говорят о любви, но показывают ее каждым, понятным только двоим жестом, не доказывают свою состоятельность, но в любой момент могут упасть назад, зная, что крепкие руки подхватят тут же .

Для Юнги Намджун - место силы, надежный тыл и опора, для Намджуна Юнги - источник второго дыхания, самый мощный аккумулятор .

- Ты засыпаешь, Юнги. Отнести тебя в кровать?

- Совсем ебанулся? У меня так-то две чудесные ножки есть .

Намджун прыскает в кулак - вредный кот попросился наружу .

–  –  –

Намджун прижимает его торсом к стене, крепким, сильным, руками скользит по белоснежной сорочке, до пуговки идеально сидящих на бедрах брюк. Она поддаётся практически также легко, как сам Юнги, выскальзывает из петельки. Намджун тянет язычок молнии вниз, другой рукой касаясь горячей кожи ниже пупка, и Юнги слабо мычит. Сопротивление бесполезно: он хочет сам, до скрежета зубов, вот только бесячий Намджун выбрал крайне неудобное время .

- Ты не мог это всё ночью или хотя бы пока мы были домаа..ах.., - он замолкает, глотая застрявший в горле стон, когда Намджун падает на колени и припадает своими невозможными губами к впалому бледному животу, выцеловывая узоры и прикусывая тонкую кожу .

Если бы член Юнги умел говорить, сейчас бы он верещал (почему-то голосом Хосока в голове) о том, чтобы с ним сделали хоть что-то. Намджун делает. Намджун берёт в рот почти до основания, двигает головой быстро, сильно втягивая щеки. Юнги впивается пальцами в широкие плечи, чтобы не упасть - ноги не слушаются .

С трудом шепчет "Я.. я сейчас", и Намджун поднимается, целуя пересохший рот, пробирается языком вглубь; он наскоро расстёгивает свои брюки и обхватывает оба члена ладонью. Полминуты резких точных движений, и Юнги кончает в заботливо подставленный свободной рукой носовой платок - одежду пачкать нельзя. Намджун кончает на десяток секунд позже .

- На удачу. Вдруг сегодня возьмём "Альбом года"? - Намджун подмигивает размякшему у стены Юнги, смотрит так нежно .

- Ты придурок, знаешь? - Юнги отвечает улыбкой .

- Зато твой .

- Мой .

*** Они-таки взяли "Альбом года" .

Примечание к части Seoul music awards

–  –  –

- Хён, иди к нам, смотри сколько всего вкусного!

- Я в порядке .

- Юнги, ты должен перекусить .

- Не хочу .

*** У Юнги совсем прозрачная кожа на запястьях и ключицах, но он продолжает диету безжалостно - на носу камбэк. На тонкие, хотя всё также любимые, ножки Намджуну больно смотреть .

Он не ложится спать и читает книгу, слышит хлопок двери и только тогда, тихонько подхватив пакет и выждав некоторое время, идёт следом .

Юнги не спит из-за сосущего чувства в желудке и его завываний, похожих на рёв глубоководного кита, а тратить время попусту - не в его духе. Намджун появляется в студии спустя минут 20 после того, как Юнги включил аппаратуру .

- Юнги, ты должен поесть. Ну, серьёзно, ты уже бледная тень самого себя. Давай заканчивай эту хрень .

- Я тебе хён, вообще-то, - кривится Юнги; он не любит, когда за ним ходят как за малым дитём и уговаривают что-то сделать .

- Хён-шмён... - Намджун ставит пакет на стол, сдвинув клавиатуру немного левее. - Я, конечно, тебя уважаю и всё такое, но поддержать решение помереть голодной смертью, извини, не могу. Я тут принёс кое-что и не уйду, пока ты не поешь .

Он достает миску с нарезанным кусочками бананом, пачку хрустящих хлебцев, любимый Юнги чай с мятой и апельсином и баночку овсяной каши с сухофруктами .

- Видишь? Ничего такого тут, всё легкое, одна польза. Хоть перестанешь урчать животом на всю квартиру .

- Чонгук полвечера ныл, что пропала его каша, а он точно помнит, что оставалась ещё одна банка, - сейчас Юнги особенно сильно похож на лисицу, с этим прищуром в сторону Намджуна .

- Ну, возможно, я стащил банку и припрятал её... Какая разница? Ешь давай! - Намджун краснеет и не смотрит Юнги в глаза. - Или тебя с ложечки покормить надо? Я серьёзно, Юнги. Пожалуйста .

38/39 Наверное, это и есть любовь, думает Юнги, уплетая кашу и закусывая бананом: когда Намджун, молча, собирает для него паёк, учитывая вкусы и предпочтения, не спит вместе с ним, заботится. Самое меньшее, чем Юнги может выразить благодарность подчистить посуду не споря и не сопротивляясь. И уже потом ткнуться носом в широкое плечо и промямлить "спасибо", которое на самом деле "я очень люблю тебя, очень", и Намджун поймёт его правильно .

Утром Чонгук ещё раз глубоко вздохнёт и насыпет в тарелку хлопьев вместо любимой пропавшей кашки .

Примечание к части Юнги, кушай, пожалуйста .

39/39






Похожие работы:

«СТЕНОГРАММА № 1 заседания диссертационного совета Д212.088.01 при федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего образования "Кемеровский государственный университет" от "21" декабря 2018 г. На заседании диссертационного совета присутствовали 16 членов совета из 21, в том числе 6 докторов наук по...»

«М. В. Захарова-Саровская. Особенности образования неокомпозитов УДК 811.161.1+811.581 DOI 10.23951/1609-624X-2018-7-61-65 ОСОБЕННОСТИ ОБРАЗОВАНИЯ НЕОКОМПОЗИТОВ (НА МАТЕРИАЛЕ АТРИБУТИВНЫХ ЭРГОНИМОВ Г. НОВОСИБИРСКА) М. В. Захарова...»

«ФАКУЛЬТЕТ ИНОСТРАННЫХ ЯЗЫКОВ Мероприятия кафедры английского языка: 1. 8-10 октября 2015 г. кафедра английского языка и студенты английского отделения приняли участие во Всероссийском Фестивале науки, проходившем на собственной площадке ЛГПУ. Фестиваль открылся мастерклассом...»

«Н.С. Ковалёв аспирант, Высшая школа словесности, европейских и восточных языков науч. рук. проф. А.А. Буров Аксиологический потенциал русской языковой картины мира и его реализация в современном интер...»

«Дронова Галина Евгеньевна УЧЕБНО-НАУЧНАЯ ЛЕКЦИЯ В АСПЕКТЕ КОММУНИКАТИВНОЙ ЛИНГВИСТИКИ Статья посвящена рассмотрению некоторых особенностей коммуникативно-прагматической структуры коммуникативног...»

«Ф орма 2 РУП разработана-_ препопячятрпрм гуманитарных_дисциплин Сергалиевой Динарой Талгатовной Рассмотрен на заседании учебно-методического совета П(Ц)К "19" июня 2018 г. Протокол № Ц Сведения о преподавателе составителе (преподавателях): Сергалиева Д.Т., преподаватель первой категории высшей квалификации колледжа ЭБ...»

«б 81.2Каз Ж78 Б. К. Жумабекова ком м уникативно П РАГМАТИ ЧЕСКИЕ АСПЕКТЬ* КАТЕГОРИИ ПОБУДИТЕЛЬНОСТИ НА МАТЕРИАЛЕ КАЗАХСКОГО И НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКОВ П авлодар М и н и стер ство о б р а зо в а н и я и науки Р е сп у б л и к и К азахстан П а в л о д а р с к и й го с у д а р с т в е н...»

«Н.В.Кабинина. Промысловая лексика в топонимии. век"; "Этот камень сам плоты рулит, на него не налетишь, он водой плоты от себя от­ водит, вроде бы как сам их сплавляет" . Знакомство с объектом подтвердило, что Сплавщик метафора по функции. Такие...»







 
2019 www.librus.dobrota.biz - «Бесплатная электронная библиотека - собрание публикаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.